Избалованные

Music: Paradise Circus

Massive Attack

Они быстро доехали по пустым улицам до нужного шале. В эти выходные оно было полностью в распоряжении Седрика. Современный комфортабельный дом раскинулся у подножия одного из главных спусков. Днём в нем было много света за счет стеклянных панорамных окон, ночью дом подсвечивался контурным светом. Грандиозный снаружи — стильный и уютный внутри. — Прошу, — Седрик протянул Гермионе руку, открывая дверь пассажирского сидения. Она выбралась из машины, аккуратно ступая на снег. Седрик проделал тот же трюк, что и у ресторана, доставив её до порога дома на руках. — Спасибо, — она не спешила отпускать из своих объятий его плечи. Притянув к себе Седрика, она мягко коснулась его губ, зарываясь пальцами в аккуратно зачесанные волосы. Седрик открыл главную дверь и бережно поставил ее на ноги посреди холла. Оторвавшись от её губ всего на пару секунд, он сбросил с себя куртку. Не теряя более времени, страстно поцеловал Гермиону, возвращая ее в свои объятия. Губы Гермионы приоткрылись, она выдохнула с тихим стоном, почувствовав, как он прижал её к стене. В следующее мгновение шуба оказалась на полу. Ловко подхватив ее за талию, другой рукой помогая стройным ногам охватить крепкий торс, он понес её в гостиную, будто она ничего не весила. Опустившись на диван, Седрик помог девушке удобнее устроиться на его коленях, продолжая её целовать. Руки Гермионы ласкали его шею, лицо, затылок, пропуская сквозь пальцы густую шевелюру. Запустив руки в её волосы, Седрик бережно оттянул их назад, заставляя прогнуться и предоставить лучший доступ к шее. Его губы и язык жадно скользили по ней, заставляя её издавать тихие стоны. Седрик притормозил, переводя дыхание, прижавшись к её груди, чувствуя как под ребрами бешено колотится сердце Гермионы. — Мне нужен брейк, пока я окончательно не потерял голову, — глухо отозвался он, тяжело дыша. Гермиона поглаживала его по голове, прижавшись щекой к его лбу. На ужин она нарядилась в пижамный костюм из черного шелка, нижний край брюк и рукава были отделаны перьями. Под костюмом Гермиона приготовила для Седрика сюрприз. Однако Седрик никуда не спешил. Ему нравилось неторопливое удовольствие. Его руки ослабили кольцо, в котором был крепко сжато хрупкое тело Гермионы. — Присаживайся, — он помог ей устроиться на диване рядом с ним на небольшом расстоянии. Гермиона не знала, что у него в голове, но послушно пересела и развернулась корпусом в его сторону. — Хочу с тобой поговорить о том, что между нами произойдет, — он сделал паузу, глядя на её раскрасневшееся лицо. — Хочу больше знать о твоих желаниях, границах и ожиданиях от этого вечера, — он почти успокоился и привел в норму дыхание. Тело девушки было заметно напряжено от волнения и вожделения, которое у этому момента уже достигло своего пика. — Потому что если мы прямо сейчас поднимемся наверх, мне будет сложно управлять собой, — в его глазах промелькнуло что-то первобытное, но взгляд спустя мгновение прояснился. Она коротко кивнула, стараясь дышать. — Итак, ты наверняка уже имеешь представление о сексе. Чего именно ты ждешь от меня? — Я… я не знаю… — Гермиона ощутила оцепенение. — Все? — Все? И анальный секс? — его бровь вопросительно приподнялась. На лице её отразился ужас. Он засмеялся, его лицо тронула мягкая улыбка. Взяв её за руку он поцеловал её. — Именно поэтому нам нужно поговорить. Давай сделаем проще, какое порно тебе нравится? Её бросило в жар. Щеки начали покрываться алым цветом. Горло сдавил ком, который не дал ей вымолвить слова. — Спокойно, дыши, Гермиона, — он взял её за вторую руку и сделал глубокий вдох, показывая ей пример. — Все в порядке. Мы просто поговорим с тобой о сексе. В этом нет ничего постыдного. Гермиона закрыла глаза и сосредоточилась на своем дыхании. Его и слова действовали на нее успокаивающе. В голове звенели отголоски первых лет жизни в приюте при католической церкви: блуд — это страшный грех. Но почему никто не упоминал, что это настолько приятно? — Хорошо, я в порядке, — она открыла глаза, поднимая голову. — Отлично, — он поцеловал её в лоб. — Хочешь я начну? Она кивнула. — Мне не нравится унылая и зажатая ебля, — это слово порезало слух Гермионы, но она не отвела от него взгляда. — Среди моих предпочтений самый основной фетиш — открытость и близость, вот что меня возбуждает. Меня сводит с ума, когда девушка может озвучить свои желания. Как ты в Ночь Покера, когда предложила мне все это, — он указал пальцем сначала на себя, а потом на нее. — Мне не столько важны конкретные действия, сколько кайф партнерши. Я хочу, чтобы ты сегодня получила максимально возможное наслаждение. Так чего ты хочешь? Его слова разожгли в ней пламя похоти. Гермиона была старательной ученицей. Конечно же, она просмотрела много порно перед поездкой, пытаясь понять, что из себя представляет из себя секс. С пополнением теоретической базы она справилась на десять баллов. — Мне нравится любительское порно, когда люди записывают свой настоящий секс, — нерешительно начала она. Седрик одобрительно ей кивнул, она продолжила: — В нем видны искренние эмоции. Мне нравится наблюдать за тем, как они долго занимаются прелюдией, целуются и ласкают друг друга перед основным… действом. Седрик улыбнулся. — Очень хорошо, малыш. Какие ласки тебя возбуждают? — он протянул одну руку по спинке дивана, и пальцами принялся поглаживать нежную кожу её шеи. — Оральные, мне нравится, когда мужчина доставляет своей партнерше удовольствие, — её голос слегка дрожал, румянец на щеках все еще держался. Но Седрику очень нравилось, как она старалась. — Ты хочешь, чтобы я вылизал тебя? Заставил тебя кончить своим языком? — он говорил негромко. Взгляд из добродушного превратился в плотоядный. Она начала усиленно течь еще на обращении «малыш», после этих слов в её трусиках загорелся пожар. Тяжело выдохнув, она кивнула головой. Пальцы Седрика зарылись в копну её волос и принялись массировать затылок. От удовольствия у нее закатились глаза. — Не терпится попробовать тебя на вкус, Гермиона. Ты сможешь для меня широко развести свои прекрасные ноги? — наклонившись ближе, прошептал он на ухо. — Мм…угу, — чуть слышнее простонала она. Его рука вернулась на шею, ослабляя натиск на её очевидно эрогенную зону на затылке. — Очень хорошо, посмотри на себя, какая ты способная девочка, — Седрик приподнял её лицо за подбородок и посмотрел в её глаза. Они светились вожделением. Похоже он смог нащупать один из её кинков, о котором сама Гермиона пока была не в курсе. — Что еще? — Я хочу попробовать сделать тебе минет, но… мне страшно, что это будет плохо и тебе не понравится, — с каждым словом ей становилось все легче говорить о своих желаниях и страхах. — Но ты ведь будешь стараться? — она кивнула. — Мне не нужен идеальный отсос, я хочу видеть твои старания, — притянув её к себе, он страстно поцеловал её, переплетая их языки. Прикусив и слегка оттянув её нижнюю губу, он отстранился. — Эти губы отлично будут смотреться на моем члене. Он издал рычание, поправив джинсы, в которых томился каменный стояк. — Не терпится отыметь этот прекрасный рот, — он снова поцеловал ее, заглушая её стон. Гермиона чувствовала такой накал, что была готова кончить от простого сведения бедер. Ей казалось, что она настолько мокрая, что оставит после себя след на диване. Мучительный стыд только усугублял её возбуждение. — Хорошо, значит у нас в программе: взаимные оральные ласки для начала, а дальше посмотрим по обстоятельствам. Ты готова пойти со мной наверх? — он встал с дивана и протянул руку Гермионе. — Да, я хочу этого, — решительно заявила она, принимая его руку. — Еще один момент, — он остановился в коридоре у выхода в свою спальню, — Анализы. До поездки Седрик уточнил у нее какой тип контрацепции был бы предпочтительным. Гермиона уже пару лет была на противозачаточных, ей прописали их для нормализации цикла. Узнав это, он предложил им сдать анализы, чтобы все были спокойны. — Да, они в моем чемодане, — немного смущаясь ответила она. Ей было некомфортно говорить на эту тему, несмотря на то, что все необходимые анализы были отрицательными. — Отлично, мои тоже. Гермиона, все в порядке, ты не должна бояться спрашивать о таких вещах. Седрик достал из кармана дорожной сумки папку с подшивкой медицинских анализов. Гермиона быстро пробежалась по всем страницам. Дата и результаты совпадали с тем, о чем говорил он. Ознакомившись с ее бумагами, он вернул ей папку. — А теперь если ты не против, давай помоем руки? — он улыбнулся той своей смущенно-убийственной улыбкой, целуя её в лоб. — Это мой обязательный пункт. Не люблю предаваться любви, не помыв руки, — чуть более серьезно добавил он. Гермиона послушно кивнула, последовав за ним в ванную. Сняв широкое кольцо, часы с запястья и тщательно намылив руки, Седрик промыл их со всех сторон, уделяя внимание пространству между пальцев. Она наблюдала боковым зрением за тем, как он был сосредоточен у соседней раковины. Когда с мытьем было покончено, он подошел к Гермионе сзади, подавая ей чистое полотенце. Пока она вытиралась, его руки легли на её талию, он наклонился к ней и глядя на нее через зеркало тихо заговорил с ней. — Ты невообразимо красива, Гермиона, — он поцеловал её в шею, пальцами убирая мешающие ему пряди. Руки начали подниматься выше, скользя по шелку рубашки, они накрыли её небольшую грудь. — Посмотри на себя, — Седрик нашел её взгляд и не отрываясь от него начал растягивать позолоченные пуговицы. От его низкого голоса, прикосновений у нее пробежались мурашки по телу, заставляя соски возбужденно показаться сквозь ткань. — Такая отзывчивая, — он очертил левый сосок, очень легко его сжав пальцами, от чего Гермиона невольно застонала. — Черт, Гермиона, от одного твоего стона мой член моментально твердеет, — он прижался к её заднице, подтверждая свои слова. Взгляд её стал масляным. Кожа под его прикосновениями горела. Она безбожно текла. — Как мне хотелось прикоснуться к ним, когда мы вместе принимали ванну, боже, как мне хотелось провести по ним языком, — он поглаживал её грудь. Подцепив полы рубашки, он медленно раскрыл её, как будто распаковывал драгоценный подарок. Под черной тканью вспыхнуло яркое красное пятно. На ней было тонкое кружевное бра, одно из тех, которое ей помогла выбрать Панси во время их набега на Agent Provocateur. — Блять, — гортанно прорычал он, отбросив ненужную одежду в сторону. — Обожаю красный цвет. Его пальцы скользнули под резинку брюк и потянул их вниз. Из-под брюк показались красные стринги — комплект от бралетта. Он отпустил брюки, и они упали на пол вокруг туфель Гермионы. — Посмотри, как ты охуительно сексуальна, — он приподнял её подбородок, обращая её внимание на собственное отражение в зеркале. Гермиона шумно задышала, видя происходящее с ней. Она думала, что достигла пика возбуждения на первом этаже. Как же она ошибалась. Еще чуть-чуть и свидетельство её возбуждения потекло бы по её ногам. — Я слышу запах твоего возбуждения. Очень хорошая девочка, — он хищно улыбнулся, целуя её висок. Приподняв её лицо за подбородок, он впился в её алые припухшие губы, проникая в нее языком. Лицо Гермионы вспыхнуло. — Идем, — он увлек её за собой. Сбросив туфли, Гермиона залезла на кровать, ожидая когда к ней присоединится Седрик. Он зажег свечи, приглушив свет в комнате, оставив гореть только два ночника по бокам кровати. Стянув джемпер через голову и сняв кеды, остался в рубашке и джинсах. — Я хочу раздеть тебя, Седрик, — Гермиона удивилась своему новому голосу, низкому и хриплому. Мужчина одарил её улыбкой, притягивая её себе и наклоняясь для очередного поцелуя. Её тонкие пальцы подрагивали, когда она расстегивала пуговицу за пуговицей его рубашки. Некоторые не поддавались, тогда руки Седрика приходили ей на помощь. Покончив с ними, раскрыла рубашку. Его кожа источала жар, когда она положила ладони на его грудь, изучая его тело. Бросив на него быстрый взгляд, она потянулась к коже груди, осторожно целуя его. Седрик издал протяжное шипение, запрокинув голову. Широкая грудь тяжело вздымалась. Он стряхнул с плеч рубашку, оставаясь в джинсах. Слыша, как Седрик реагирует на её прикосновения, движения Гермионы становились смелее. Поймав один его стон, ей не терпелось услышать новый. Она покрывала его грудь, ключицы, шею поцелуями. Изящные пальцы порхали по всему его торсу, изучая каждую рельефную мышцу, которая попадалась ей на пути. Нащупав ремень, она расстегнула его, а также несколько пуговиц на джинсах, и потянула их вниз до колен, оставляя его в трусах. Теперь его член был прямо перед ней. Он был внушительных размеров. Ткань трусов была туго натянута, он рвался наружу. Гермиона провела по нему ладонью снизу вверх, почувствовав, как он дернулся вместе со приглушенным стоном Седрика. Уложив Гермиону на спину, он стянул до конца джинсы и забрался на кровать, нависнув над ней. Найдя её губы, он осторожно опустился на нее сверху, соприкасаясь обнаженной кожей, подминая её под себя. От его поцелуев на шее у нее кружилась голова. Одной рукой он упирался локтем, удерживая часть своего веса. Вторая рука крепко держала её за ягодицу, прижимая её таз в его паху. Он перекатился на бок, не открываясь от ее губ, придерживая голову за затылок. Свободной рукой он ласкал аккуратную грудь, сквозь прозрачное кружево. От груди она направилась ниже — к животу, который подрагивал под его прикосновениями. Наконец, его рука добралась до её промежности, нежно накрыв ладонью аккуратный лобок. — Мм, ты настолько мокрая? — в изумлении зарычал он ей в рот, чувствуя, как она задыхается. Он провел по мокрой ткани верх вниз без нажима, ровно над клитором. Гермиона сразу же отозвалась стоном, прогнувшись в пояснице. Взяв одну её ногу под колено он перекинул её через свои бедра, создавая больше пространства для доступа к её чувствительной зоне. Нежно огладив внутреннюю поверхность бедер он вернулся к её промежности, накрывая её ладонью. Ткань трусиков под его пальцами сочилась. Нащупав напряженный узел, он нажал на него сильнее, проверяя её реакцию. Она снова ахнула, проглатывая стон. Лежа на боку, одной рукой он прижимал Гермиону к себе, целуя её. Второй рукой неторопливо выводил круги пальцем по её клитору, наслаждаясь звуками, которые вырывались из её груди. Оттянув ткань стрингов в сторону, он коснулся густо увлажненной вульвы и застонал. Гермиона в его руках снова выгнулась, застонав в ответ. — Не терпится попробовать тебя на вкус, — вкрадчиво прошептал он ей на ухо, чувствуя, как из нее изливается еще больше горячей смазки. Седрик снова перекатился нависая над ней, оставляя поцелуи на шее, ключицах. Он стянул с нее бра на талию, оголяя соски для своего пытливого языка. Наигравшись с каждой грудью, мужчина продолжил спускаться ниже. Он усеял кожу её живота поцелуями. Подцепив трусики, медленно стянул их, широко разводя её ноги перед собой. — Какая ты гибкая, Гермиона, я горжусь тобой, — губы его расползлись в улыбке, видя, как на нее действуют его слова. — Посмотри на меня, я хочу, чтобы ты не отводила глаза. Она послушно приподнялась на локтях, выполняя его просьбу. Взгляд его был обжигающим, но она испытала дополнительное удовольствие, наблюдая за тем, как он медленно наклонился и провел языком по её лону, не разрывая зрительного контакта. Не в силах сдержаться, она запрокинула голову, впервые протяжно застонав в полный голос. Это были невообразимые ощущения. Ничего подобного даже близко похожего на это она никогда не испытывала. Седрик искусно владел языком постепенно наращивая темп своих ласк, отправляя Гермиону куда-то в космос. Он извивалась и стонала под ним, сжимая и расслабляя бедра. Её пальцы сжимали постель, а губы пытались поймать больше воздуха, выкрикивая его имя. — Седрик, — он расслышал свое имя, сквозь её стоны, — Я сейчас… я… Он все понял. Найдя её руку и крепко её сжав, он ускорился, ощущая дрожь её тела под собой. Все её тело напряглось. Она вскрикнула и резко обмякла под ним. Маленькая струйка прозрачной жидкой смазки вытекла из нее на мокрое пятно под её ягодицами. Седрик удовлетворенно проурчал, целуя её бедра. В последний раз он успокаивающе провел мягким расслабленным языком по её распухшим губам и клитору, собирая остатки смазки. Поднявшись к тяжело дышавшей Гермионе, которая нежилась в посторгазмической неге, он обхватил её, пряча в своих объятиях. Отдышавшись и немного придя в себя, он подняла на него благодарный взгляд. Ни на секунду не задумавшись, она потянулась к нему, желая ощутить свой вкус на его губах. — Как ты? — Седрик явно был доволен результатом проделанной работы. — Кажется я забыла человеческую речь, — отдышавшись, с усилием произнесла она. — Это было совсем иначе, чем я это себе представляла, — она положила голову ему на грудь. Он бережно поцеловал её в лоб, поглаживая по спине. — Лучше или хуже? — Никогда не испытывала ничего подобного. Я ожидала, что ощущения будут похожи на то, что я испытываю во время мастурбации, но это оказалось в тысячу раз лучше, — она весело ухмыльнулась. — Теперь я понимаю, почему все настолько помешаны на сексе, это ведь очень приятно! Седрик рассмеялся. — Я рад, что тебе понравилось. — А тебе понравилось? — Гермиона чувствовала себя достаточно раскрепощенно, но этот вопрос вызвал у нее смущение. — Ты была бесподобна, твои стоны, твой вкус… я готов вылизывать тебя часами, — мечтательно проговорил он, вдыхая её мускусный аромат, оставшийся на его пальцах. Она еще больше смутилась и возбудилась одновременно. — Теперь моя очередь, — её рука скользнула к его члену. Она погладила его через ткань, а потом просунула руку под резинку, обхватив его ладонью. — Вот так, — он поправил её руку, выставляя её в то положение, которое ему нравилось. Он обхватил свой член, поверх её пальцев и крепко сжал плоть, сделав пару движений вверх-вниз. Гермиона поняла, что не сможет с такой же силой сжимать его одной рукой. Она села на коленях и помогла ему избавиться от боксеров. Если днем вид его члена смутил её, то сейчас она испытала неудержимое желание ласкать его так же, как это сделал он. Седрик подтянул себе еще одну подушку под голову, чтобы ему было удобнее наслаждаться видом, и расположился удобнее, приглашая Гермиону занять место между его ног. Его член был большим и ровным. Она вспомнила, как Панси и Луна любили сокрушаться по поводу некрасивых членов. Этот член определенно мог считаться красивым. Она обхватила его двумя руками, стараясь сжать его так, как ей показал это Седрик и начала делать осторожные движения. Он довольно ухмыльнулся, наблюдая за ней. — У тебя очень красивый… — она замялась, не в силах сказать того, что собиралась. — Скажи это, не стесняйся, — Седрик выжидающе улыбнулся. — Член… — она выдохнула, чувствуя как пробилась сквозь преграду в своем горле. — Умница, — удовлетворенно протянул он, погладив её по руке. Член был твердым и горячим, покрытым бархатистой матовой кожей. Она неуверенно наклонилась к нему, чтобы очень осторожно провести по нему языком. Седрик ахнул, сжав бедра. Она поняла, что двигается в правильном направлении. В следующее мгновение она обхватила головку губами, стараясь делать все так, как девушки в порно. Она обвела её языком, смазывая слюной, и удивилась тому, какой гладкой стала кожа. Продолжая двигать руками, она старалась вобрать как можно больше его длины в свой рот, но вскоре он уперся в заднюю стенку её горла, до того, как она добралась до его основания. Седрик застонал. Его рука опустила на её затылок и погладила её по голове. Похоже, что она все делала правильно. Медленно наращивая темп, она начала двигаться по длине ствола вместе с руками, усердно причмокивая и иногда кашляя, когда она слишком резко опускалась и головка упиралась в её гланды. Седрик получал огромное удовольствие, глядя на то, как старается Гермиона. Он хвалил и изредка направлял ее, помогая придерживать непослушные кудри. Просмотрев достаточно много роликов, она поняла, что начинать можно медленно, но под конец нужно ускоряться. Она почувствовала момент, когда Седрик напрягся всем телом. Его член пульсировал, становясь крепче и едва заметно больше, чем был. Девушка ускорила движения рукой, ощущая приближение финала. Он со стоном излился ей в рот, слегка сжав её волосы в кулак на затылке и придерживая её голову, чтобы она прекратила движение. Рот заполнила вязкая жидкость. Теперь она поняла, что говорили девочки, когда обсуждали запах и вкус спермы, что его точно ни с чем не спутать. Это было столь неожиданно, что она поперхнулась и вся сперма вперемешку со слюной, потекла по члену Седрика, когда разомкнулись губы. Она испуганно уставилась на него, будто совершила непростительную ошибку. — Все в порядке, иди ко мне, — он притянул её к себе, крепко прижимая её к груди и зарываясь носом в её волосы. Его грудь тяжело вздымалась, а сердце бешено билось внутри. Он поднял её лицо за подбородок и поцеловал её также, как это сделала она, когда он доставил ей несравненное удовольствие. Она ощутила не меньше радости и удовольствия, видя его благодарное лицо перед собой. — У тебя талант, — Седрик с восхищением посмотрел на нее, проводя большим пальцем по её нижней губе. — У тебя очень умелый рот, Гермиона. Она залилась румянцем, одарив его улыбкой. Отдышавшись и приведя себя в порядок бумажными салфетками, он скомкал их, бросил на пол рядом с кроватью и повернулся к Гермионе, сгребая её в свои объятия. — Давай это снимем, — он потянулся к застёжке лифчика, что болтался на её талии. — Голой ты еще более прекрасна. Он страстно продолжил целовал её, сжимая в своих руках, не в состоянии оторваться ни на секунду. — Ты уверена, что хочешь этого? — он остановился, нависнув над ней. — Да, я хочу тебя, полностью, — её глаза горели, она приникла к его губам. — В таком случае, нам нужно подготовить тебя, я не хочу делать тебе больно, — он продолжил опускаться ниже, устраиваясь между её ног. Снова принялся ласкать её языком, чувствуя, как её клитор вновь становится напряженным. Обмакнув пальцы в её смазку, он осторожно ввел в нее средний палец, который без труда вошел в нее на всю длину. Он зашипел, чувствуя как её гладкие стенки обволакивают его. Он пару раз подвигал им, поглаживая верхнюю стенку, пока не почувствовал нужную глубину. Гермиона вскрикнула и застонала, пытаясь свести ноги. — Ш-ш-ш, все хорошо, расслабься и получай удовольствие, — успокоил он её, поглаживая и целуя кожу её бедра. Гермиона постаралась прислушаться к новым для нее ощущениям. Он нашел внутри нее какое то место, от которого волнами расходилось тепло по всему телу. И оно усиливалось вместе с интенсивностью его движений. — Готова ко второму пальцу? Она кивнула, подняв на него голову. Он смочил оба пальца в слюне, пристраивать их у входа и медленно начал насаживать Гермиону. Два пальца встретили чуть больше сопротивления, но он не спешил, наблюдая как они миллиметр за миллиметром утопают в ней, пока они не оказались в ней полностью. У нее перехватило дыхание, чувствуя плотное натяжение, доставляющее ей удовольствие смешанное с легкой болью. — Расслабься и дыши, — Седрик сосредоточенно наблюдал за ней. — Малыш, ты очень хорошо справляешься. Это было попадание в десятку. Стенки на секунду сжались и расслабились, по его пальцам стекло несколько капель смазки. Она глубоко вдохнула и выдохнула, почувствовав движение. Боль прошла и пальцы стали двигаться чуть свободнее. Седрик припал губами к клитору, продолжая его ласкать и двигаться в ней пальцами. Он остановился и потянулся к прикроватному столику, вытаскивая оттуда небольшой флакон. — Думаю, так будет намного приятнее, — он выдавил достаточное количество на руку и смазал сначала два пальца, а потом и третий. Снова погрузив в нее два пальца, он проверил, что они легко входят без преград, начал повторять процесс с тремя пальцами. В смазке это было куда легче. Её плоть становилась все более податливой и эластичной. Встав на колени между её ног, он выдавил прозрачный гель на свой член, обильно его смазывая и отбросил флакон в сторону. Он навис над Гермионой, обхватив одной рукой её за шею. Придерживая другой рукой член, пристроил его у входа во влагалище. — Доверься мне, я не буду торопиться. Расслабься и скажи, если тебе станет неприятно, — Седрик внимательно посмотрел в её глубокие темные глаза. В них не читалось страха и мужчина с облегчением подумал, что все делал правильно. Меньше всего он хотел заниматься сексом с девушкой, которая была бы в ужасе. — Хорошо, я готова, — она обвила его за шею, ища его губы. Он начал медленно погружаться в нее. Головка оказалась внутри без проблем, но длина после нее наткнулась на преграду. Он начал двигаться в обратном направлении и снова погружаться, очень осторожно растягивая её и заставляя привыкнуть к его незаурядному размеру. — Черт, настолько туго, что эти ощущения граничат с болью даже для меня, — он посмеялся и снова накрыл её губы поцелуем. — Прости, — растерялась девушка. — Все в порядке, не думай об этом. Тебе не больно? — Нет, совсем немного, но это даже приятно, — она шумно выдохнула, чувствуя как его член вновь погружается в нее. — Мне остановиться? — Нет-нет, не останавливайся, со мной все хорошо, — она улыбнулась, взглянув Седрику в глаза. — Ты отлично справляешься, малыш. Еще немного, и мы у цели, — он сосредоточенно прислушивался к своим ощущениям и следил за выражением лица Гермионы, контролируя ситуацию. Моменты тугого предельного натяжения сменялись приятным расслаблением и каждое новое проникающее движение члена заставляло её испытывать приятное онемение в ногах. В моменты, когда казалось, что между ног её плоть не выдержит, Седрик ослаблял давление и двигался назад. Голова Гермионы шла кругом из-за контраста ощущений. Он продолжал до тех пор, когда не погрузился в нее на всю длину, плотно прижав её к себе всем телом. — Ты такая умница, смогла принять его полностью, — он осыпал поцелуями её лицо. — Ты в порядке? Не двигаясь, он крепко прижимал её за талию к своему торсу, давая ей время привыкнуть к размеру и длине. — Все в порядке, мне не больно, — зашептала она, обхватив ладонями его лицо. Выждав немного, он начал плавно двигаться в ней, выходя и входя на неполную длину, не отрывая от нее своего взгляда. Он не торопился, чувствуя, как её тело становится расслабленным. Выражение лица Гермионы поначалу было растерянным, но позже, когда ощущения стали более привычными, она начала чувствовать приятные ощущения от его толчков. Гермиона обхватила его торс ногами, скрестив свои ступни за его спиной. — Ты можешь ускориться, — она хрипло прошелестела ему в ухо, обхватив его плечи. Впившись в её губы, он зарычал, начав постепенно увеличивать темп движений бедрами. Прижавшись ко лбу, он сосредоточился на её прерывистом дыхании, ловя каждый стон. Приподнявшись на руках, он выпрямился. Сев на пятки, придерживая Гермиону за ягодицы продолжил трахать ее, наблюдая как член входит в нее под другим углом. Обнаженная, покрытая испариной девушка под ним стонала громче и чаще. Он улыбнулся ей, поймав её затуманенный взгляд. Он сам покрылся потом, пытаясь не кончить от одного вида Гермионы, которая выгибалась от каждого толчка. Когда он заметил, что ей начало становиться не совсем приятно, то понял, что пора заканчивать. — Как ты думаешь, ты могла бы кончить? — Седрик наклонился обратно к ней, обхватив её тонкую талию и замедляясь. — Я не знаю, мне приятно, но я не чувствую того напряжения как от стимуляции руками, — Гермиона знала от подруг, что кончить в первый раз от члена это практически миф и не ждала много от своего первого секса. — Понял, значит доведу тебя языком, — он вернулся к предыдущей позе, подмигнув ей. Он снова ускорился, чувствуя что вот-вот его настигнет финал. Резко вынув член он кончил ей на живот, издав громкий гортанный звук. Повалившись рядом с Гермионой, он прижал её к себе, целуя в висок. Они лежали обнявшись некоторое время, возвращаясь в сознание. — Мне нужна минута и я займусь тобой, — он тяжело дышал, прикрыв глаза. Отдышавшись, он потянулся за салфетками, бережно стирая свои следы с её кожи. — Как ты себя чувствуешь? — он нежно провел тыльной стороной пальцев по её щеке. — Как после стремительного спуска по безлюдной черной трассе в теплый солнечный день, — она обхватила его пальцы, поднося к губам и поцеловала костяшки. — Это было настолько хорошо? — Седрик улыбнулся, оценив ее метафору. — Нет, это было даже лучше, — она мечтательно улыбнулась, посмотрев на него. — Я рад, хотел, чтобы тебе понравилось, — ответил он. — Боюсь, мне понравилось настолько, что я планирую заниматься сексом до конца жизни, — Гермиона засмеялась. — Спасибо, Седрик, о лучшем невозможно и мечтать, — с благодарностью отозвалась она. — Я бы поспорил с этим. Я обещал довести тебя языком, минута прошла, ты готова? — он накрыл её губы, не дав ей возможность смутиться.

***

— Расскажи про свой первый раз, — Гермиона положила подбородок на ладони, сложенные на его груди. Заведя одну руку за голову, он выводил незамысловатые узоры на её спине второй рукой. — Это было, мягко говоря, ужасно, — он постарался сдержать смех, но в итоге рассмеялся. — Неужели, мне одной так повезло во всем мире? — Гермиона была удивлена статистике. Все её знакомые девочки, которые делились своим опытом, описывали свой первый секс как какое-то недоразумение, не достойное внимания. О том, чтобы первый секс произошел без участия алкоголя или других веществ она не слышала вовсе. — Хотел бы я, чтобы все подростки мира не стремились расставаться со своей невинностью как можно быстрее, — лицо Седрика стало умиротворенным. — Сколько тебе было? — спросила она. — Мне только исполнилось четырнадцать, я ничего не знал о женской физиологии, ну кроме того, что видел в порно, и не имел ни малейшего представления, как это будет происходить в реальности. Гермиона подсчитала в голове, что за четыре с лишним года он неплохо улучшил свои навыки. — Я так сильно перенервничал, что мой член падал каждые пять минут, — он посмеялся, вспоминая себя, — Испортил три презерватива, несмотря на тщательные тренировки. А когда я вошел, то сразу кончил, — его щеки залило румянцем. Гермиона снова не ожидала увидеть его смущение. — Но мне повезло, она не высмеяла меня, наверное, поэтому у меня не осталось травмы, — он улыбнулся. — Боже, а как я двигался, мне стыдно об этом вспоминать, — он прикрыл глаза рукой. Гермиона улыбнулась. Её первый раз оказался идеальным: ни боли, ни страха, ни сомнений. Все, чего она так боялась, обошло её стороной. — Я так рада, что ты принял мое предложение — это определенно стоило семнадцать лет ожиданий. Наверное, в моей жизни будет еще много секса, но первый раз навсегда останется в моей памяти приятным воспоминанием благодаря тебе, Седрик. — Конечно, будет. Иди ко мне, — он притянул её к себе, чтобы в тысячный раз за этот день поцеловать.