Антоха меня отшил

— Тош, спешишь куда? Дельце есть одно. Подкравшись к медленно идущему Антону, Бяша начал улыбаться своей фирменной широкой улыбкой, светя отсутствующими передними зубами. Он точно хотел, чтобы новый друг последовал за ним. В такую же неизвестность, что ждала его недавно в лесу, в виде бешеного Семена и двух парней, готовых перегрызть Антону глотку. — Уже, походу, никуда не спешу. Что за дельце? — спросил Петров, на что ответа не получил. Бурятенок, загадочно улыбаясь, пошел к углу здания. Антону ничего не осталось, кроме как пойти следом. У «повешанного» остановились. Выглянув из-за спины Бяши, Антон увидел стоящего поодаль хмурого Рому. Мальчик широко расставил ноги и явно что-то прятал за спиной в руке. Первое, о чём Петров подумал, был нож. Стальная бабочка Ромы, увиденная накануне, пугала мальчика до мурашек. — Что происходит?! — недовольно поинтересовался Ромка, увидев товарищей. Бяша вовсе не удивился такому дерзкому поведению. Он то и дело улыбался, что выглядело со стороны пугающе и жутко. А вот Антон начал нервничать. Если сейчас его опять начнут бить...Он точно парой затрещин не отделается, этот фокус прокатил только один раз с Семёном, и то большую работу сделали Рома и Бяша. Мальчик почему-то моментально внушил себе, что его привели сюда только чтобы побить. Сёма, может, и оказалась той ещё свиньёй, но другом ребятам он был всё-таки дольше. — Ничего не происходит. Просто проветриваемся, на, — насмешливым тоном ответил Бяша. Ромка нахмурился и приблизился к нему. — Проветривайся в другом месте, — грубо произнес мальчик, сильнее заводя руку за спину. — А мне и здесь нормально. Да, куколка? — широко улыбаясь, обратился Бяша к Антону. Тот уже ничего не понимал. «Куколкой» ещё никто Петрова не называл. Антон удивленно смотрел то на Ромку, то на Бяшу. Эти двое играли свою, непонятную Тоше игру. Бяша назвал друга «гавнюком», потом слабо замахнулся, Рома уклонился...В индийских фильмах, где боевые сцены итак кажутся неправдоподобными, драки так-то эффектнее получались. Бяша упал, крича что-то про сотрясение мозга, а тем временем Рома приблизился к Антону. Последний уже приготовился увидеть лезвие у горла. Воображение хорошо рисовало этот момент в голове, но он никак не происходил — Рома будто специально топтался на месте. Мгновения спустя он резко выкинул руку и поднес близко к лицу Антона букет подснежников. — Позволь...проводить тебя, — натянуто произнёс Рома, — а то видишь, шастают тут всякие маньяки. Как-то неубедительно, подумал Антон. Если бы он получил такое приглашение, он бы как минимум выхватил букет и отхлестал им приглашающего. Агрессии в Ромке было явно больше любых положительных качеств. — Ну а чё, нам, маньякам, уже и пошастать нельзя? — проскулил Бяша, поднимаясь с сугроба. — Хреновый ты маньяк, даже Тоха не повёлся, — заключил Пятифан, складывая руки на груди. Цветы стали на вид немного помятее. Антон, поправив очки, хотел было спросить, в какой момент закончился этот сюр, но осекся. Не хватало ещё разозлить и без того готового в любую секунду взорваться Ромку. — Ты расскажи тогда ему, Ромыч, что ты ещё надумал порепетировать, на. — Репетиция? Ребят, что тут вообще происходит? — наконец заговорил Антон. Отряхнув последние снежники с куртки, Бяша сказал: — Ромка тут в одну девочку втюрился. Сильно, бля буду. Цветы ещё где-то нарыл. — Завали, а, — прервал его Рома, — не втюрился я, а решил подкатить. Так, слегка. Хотел отрепетировать, как это выглядеть будет. — А что за роль у Бяши была? — Маньяка. Ну типо, гуляет девочка, а тут к ней докапывается такое вот говно. Бяша обиженно заворчал. Рома продолжил: — И я такой - раз! - и спасаю. Круто же? — Да, нормально. Это весь ваш план? — спросил Антон. На этот вопрос было две реакции: Ромка потупил взгляд, Бяша же начал громко и заливисто смеяться. — Была ещё, хехе, деталька у Ромыча. Он тебе её сам покажет, на. Я в такое не буду играть. — Да тебя никто уже и не просит, — толкнув смеющегося Бяшу, сказал Рома. Что-то его расстроило в смехе друга, и он уже вовсе не хотел ничего проворачивать. — Да ладно, может, Тоха согласится? Раз тебе всё надо на нас сначала проверить, — предложил бурятенок, хищно и с интригой поглядывая на третьего товарища. Антон, понимая, что у него нет выбора, пожал плечами: — Валяйте. Порепетируем. Я за девочку или маньяка? Ромку такой настрой быстро воодушевил. Расправил цветы, поправил шапку. — Ты, Антошка, девочкой будешь. Бяш, давай по-новой, сыграй уже нормального маньяка. — Ладно, бля, попробую, — усмехнувшись, Бяша начал отходить немного за угол школы, — за девочку я точно пробовать не буду. Петров и сам не знал, как вести себя в новом амплуа. Скинув на снег рюкзак, он, стараясь не улыбаться, начал идти куда-то прямо, мимо замеревшего Ромы. — Я девочка, ля-ля-ля, я иду одна по лесу, — запел Антон, мечтательно глядя в небо, — я совсем одна и вокруг меня никого. Ла-ла... — Привет, куколка, — выскочивший из-за спины «маньяк» понизил голос и согнулся, комично глядя на Антона снизу вверх, — не хочешь пройтись со мной, на? — О нет, маньяк! Кто бы мне помог... — Отойди от неё! — ворвавшись между Бяшей и Антоном, Рома заслонил собой «девочку». Эта сцена уже больше походила на что-то киношное, чем их первая попытка. — Она моя! — грозно оповестил «маньячело», хватая Ромку за шкирку. — Рискни! — толкнув актёра куда-то в сугроб, герой повернулся к своему предмету обожания и протянул подснежники, широко улыбаясь. — Ах, мой герой! — Антон восторженно захлопал в ладоши, не зная, что ещё делать дальше. — Позволь проводить тебя до дома. — О, ну все, отворачиваюсь, — шепнул себе под нос валяющийся Бяша, начиная крутиться в снегу. Его никто не услышал, и видеть «репетицию» дальше он тоже не захотел. — Эт самое...вот, — всунув в ладони Антона букет, Рома начал смущаться. Мальчик заметил, что уши «спасителя» покраснели сильнее явно не от мороза. — Спасибо... Это всё? Отрепетировали? — спросил Антошка, но вместо ответа Рома быстро и резко наклонился чуть ли не вплотную к лицу одноклассника. Короткий «чмок» пронесся у уха Антона, когда Пятифанов небрежно поцеловал его в щеку. Это и была цель репетиции? Научиться целоваться? Хорошо что хоть до губ они не додумались. Антон бы такое не совсем адекватно перенес. Он итак не привык на мужские проявления чувств — в отличие от Оли и прежней мамы, папа его никогда не целовал. В раннем детстве, может быть, но этого Антон уже не помнил. Максимум - это рукопожатия или короткие объятия, и то только потому, что семья. С бывшими друзьями было также. А тут тебе и игры в «девочки-мальчики», и поцелуи репетируют...От плохишей вроде Ромки такого откровения вообще не ждёшь. Даже слов не нашлось, чтобы успеть возмутиться - Рома быстро отстранился, пряча в сторону покрасневшее лицо. — Ну че вы там, насосались? Я могу поворачиваться? — всё это время Бяша показательно сидел к мальчикам спиной. Рома, воспользовавшийся этим, посмотрел на Антона и приложил палец к своим губам. Мол, молчи, и продолжай подыгрывать. — Да ниче не было. Антоха меня отшил, — грустно сообщил Пятифан, и Бяшка наконец начал вставать, с легким недоверием глядя на товарищей. — Правильно, Антох, мы ж тут все не педики какие-то. Я так Ромке сказал, а он мне: педики в губы сразу целуются, прикинь? — Ну а что, не так разве? — засунув свободную руку в карман, задал вопрос обоим Рома. — Всё так, — ответил равнодушно Антон, пребывая ещё в какой-то прострации после произошедшего. Рома пощелкал пальцами перед другом, чтобы тот наконец начал моргать. — А как мне ещё поступить? Вот захочется мне поцеловать девочку, а она меня возьмет и отошьет. Хотел проверить, пошлете ли вы меня. — Ну да, Ромыч, давай теперь перед входом в школу начнем каждый день лизаться. Прорепетируем, как быстро нас все разом пошлют, епт, — подшутил над другом Бяша, за что получил подзатыльник. — Зачем мне с тобой лизаться, дурья башка? Ты не похож на первую скрипку школы. Антон от одного шока тут же впал в другой, догадавшись, для кого этот концерт готовится. Полина - тайная любовь Ромы? Или не такая уж и тайная, раз он с ней переглядывается на уроках, да и анкеты заполняет. Интересно, что про это всё подумает сама Полина. — Тош, ты чего притих? — Да так. Подумал про эту часть в конце. Мне кажется, рановато будет, тольк спас и уже лезешь с поцелуями. Рома призадумался, почесав через съехавшую шапку затылок. — Ну, дело говоришь. Девочка итак меня сторонится, а, получается, и вовсе может откажется разговаривать. — Хорошо что ко мне полезть не успел со своими губешками, — скривился Бяша. Рома закатил глаза. — Ты, блин, итак актер никудышный. Если бы Антон вместо тебя попробовал быть маньяком, я бы лучше его поцеловал, — выпалил Рома. Все трое внезапно округлили от услышанного глаза. У Тоши даже линзы очков запотели. — Бля буду, Ромка, ты такие вещи не говори. Я уже начинаю думать, что ты реально превратился в педика, — предупредил его Бяша, отдаляясь. — Да пошёл ты. Все нормальные пацаны поняли, что вместо Антона тут другая должна быть, — оправдывался Пятифанов, пытаясь еще как-то совладать с гневом. Бяша показательно фыркнул: — Потом с тобой вдвоем покурим, поговорим. Антошка ровный парень, но таких разговоров слышать не должен. — Сам решу, когда и наедине ли с тобой разговаривать. Вечером как обычно встретимся. Бывай, — махнув другу на прощание, Рома провожать его взглядом не стал. Увидев, что все расходятся, Антон и сам начал собираться, возвращаясь к брошенному портфелю. — Тоша, — убедившись, что Бяша уже достаточно далеко ушел, Рома обратился к другу, — ты на меня не злишься? — Да нет. Почему я должен злиться? — Ну как, я же это, чмокнул тебя. Ещё и такую хуйню сморозил. Короче, не педик я, да и ты вроде тоже. Без обид? — Без обид, — пожав протянутую руку, Антон наконец протер очки, чтобы двинуться в сторону дома. — Если тебе какая помощь будет нужна, обращайся. С девочкой там, или просто. Тебе, кстати, никто ещё не понравился? "Да нет," - подумал Антон, "только успел порадоваться, что нашел себе настоящего друга, как ты решаешь увести её, ещё и своей девушкой сделать. В кого тут влюбиться, если ты всегда, блять, и во всём на шаг впереди?" — Нет пока, я кроме Полины и Кати из девочек никого не знаю, — ответил Петров, выходя со внутреннего двора. Рома, быстро пристроившись рядом, продолжил: — Надо значит познакомиться с кем-то. В нашем классе особо нет нормальных девчонок, почти все, как Катька. Кроме Полины, конечно, но ты вроде понял, что это она мне нравится, — заговорил Ромка, — к ней не подкатывай. Хотя вы и не знакомы толком...Короче, про Полинку не думай. Вспомнил. В «А» классе есть одна, в очках тоже. Вам, думаю, стоит подружиться... Антон уменьшил звук в ушах, пропуская монолог Ромы про девочек. Попрощавшись с ним и оказавшись дома, он первым делом поплелся в ванную. — Тош, ты там скоро? — звала его Оля, — я в твоей комнате жду. — Хорошо, сейчас приду, — крикнул Антон, глядя на раковину. Вода еле текла, была не просто холодной, а ледяной, но мальчик продолжал держать под струей руки. Потом начал тереть водой щёку, в которую его поцеловали. Казалось, с этого места стекает что-то чёрное и липкое, словно через короткое касание губ Рома оставил крохотную частицу своей души. Если она вообще у него была. "Не друзья вы мне", — подумал Антон, глядя уже на свое отражение в зеркале, —"а лишь две гнилушки, которые пользуются мной. Верно Рома сказал только одно - я тебя отшил. Обоих отшиваю. И надо будет предупредить Полину о готовящемся спектакле."