Filamenti

      С самого детства я видела разноцветные нити всевозможных размеров и цветов. Одни свернулись в сердце, хотя после изучения анатомии, могу сказать, что сердце было повыше, другие – разума, а третьи обвивали руки. Иногда нити пронзали или обвивали другие части тела, но я не могла понять закономерности, да и сейчас особо не понимаю. Я не спрашивала у ка-сан видит ли она их, что-то внутри шептало, что это плохая идея, как и не говорила то-сану, когда он приезжал домой. А ещё я старалась не касаться нитей, потому что чувствовала, пока мне это не надо, даже страшно представить, что я могла натворить, если бы тронула нити, принадлежащие то-сану.

***

      В кабинете ДК был душно, но только для меня и то из-за нитей, пронзающих всё вокруг. Украдкой потерев глаза, хотя хозяина кабинета всё равно не было, я придвинула к себе последние на сегодня документы. Проверю их и пойду на перерыв, надо только предупредить Кёю о них. Куда бы пойти? Думаю, на заднем дворе будет тихо, всё же сейчас урок, и я состою в ДК, что даёт некоторые привилегии, пусть я и нечасто пользуюсь ими.       Закончив с документами только собралась встать и положить их на стол, когда заметила приближающуюся толстую фиолетовую нить. Положив документы на стол, начала собираться и когда открылась дверь, уважительно сообщила вошедшему Кёе, что документы проверены и осталось только подписать, а также, что собираюсь на перерыв и оставив одно из бенто на столе, ушла из кабинета. Незаметно поморщившись на фиолетовую нить, что обвилась вокруг моей шеи и иногда вокруг руки, пробираясь к сердцу, впрочем, от этого помогало то, что от Кёи эта нить шла из сердца, направилась в сторону заднего двора.       Во время обеда задумалась над тем, как круто повернулась моя жизнь, когда я пару раз по случайности использовала эти нити вокруг. До того, как я воспользовалась нитями меня называли либо Никчёмной, либо Странной Тсуной. Последнее я ещё понимала, но первое никак не хотело укладываться в моей голове, впрочем, до сих пор не понимаю. Возможно, это связано с тем, что я умудрялась падать в обморок, когда ещё не умела в достаточной мере контролировать игнорирование нитей. Доев бенто, я посмотрела на небо сквозь листву деревьев.

***

      Небо навевало воспоминания. Когда я в первый раз использовала нити, а это было случайно, то я выдернула Кёю как раз посреди собрания, а на меня собирались напасть очередные хулиганы. Сколько раз потом пыталась, не смогла повторить этот трюк. А он был с документами, которые и всучил мне, пока вытаскивал тонфа и камикаросил нарушителей. За время камикороса я умудрилась заглянуть в документы, нахмурится тому, что что-то не сходилось и достав карандаш начать просчитывать несоответствие. Именно поэтому, когда Кёя вернулся за документами, то я, на мгновение забывшись, подсунула под нос то самое несоответствие и пробормотала скороговоркой в чём дело.       Уже после объяснения я поняла КОМУ и ЧТО я говорю, отчего я резко побледнела, вручила документы, пробормотала благодарность за спасение и подхватив сумку убежала домой. На следующий день с опаской входила в школу, но в основном меня никто не останавливал, поэтому вскоре я об этом забыла. Вот только Кёя об этом не забыл. И поэтому, когда он разобрался с тем, что я там начеркала, то отдал приказ чтобы меня нашли. Очень страшно было идти за членами ДК, которые подошли ко мне на перемене. Но всё оказалось не таким, как я представляла, меня просто поставили перед фактом, что я теперь член ДК и секретарь Кёи. С тех пор меня никто не трогал, что очень радовало.       Во второй раз я просто дёрнула синюю нить, потому что она возникла неожиданно, а ещё была вся покоцанная. Мне было страшно, но внутренний голос, я его постоянно слушаю после того, как он спас меня от попадания под машину, говорил о том, что нужно делать и я исполнила это. Даже сейчас я не понимаю, что тогда было сделано, но помню, как на мгновение нить затихла, а потом забилась с большей силой, как будто человек обрёл силы выбраться откуда-то.

***

      Небо, как и всегда, было заполнено тонкими, едва вибрирующими нитями, иногда попадались более толстые, но они были несравнимы с теми, что были у меня, Кёи, Сасагавы-семпая и Ямамото-куна. Нити последних двух тоже обвивали мою шею и руки, только цвет и различался. Если у Кёи нить была фиолетовая, у меня оранжевая, то у Сасагавы-семпая – жёлтая, у Ямамото-куна – голубая. От чего зависит цвет нити я не очень понимаю, возможно, пойму в дальнейшем.       Поднявшись со скамейки, убрала коробочку в сумку и отправилась на оставшиеся уроки. Пока дошла до школы пару раз поёжилась от прохладного ветра. Говорила ведь ка-сан, что будет прохладно, нет, я упёрлась. Всё же осень на дворе, вернее подступает. Скоро пора экзаменов, так что нужно будет ненадолго отпроситься у Кёи и сдать их, чтобы после вернуться к работе. И хотя ка-сан не особо обращает внимания на мои успехи, застряв в каком-то своём мире, я всё равно продолжаю стараться, хотя бы ради себя и своего будущего. Насколько я помню со следующей недели будут отменены кружки и даже ДК будет занят подготовкой к экзаменам, но следить за нарушителями всё равно нужно, поэтому лучше сейчас выбрать время.       Заслышав звонок, отправилась в класс, чтобы поприветствовать учителя и передать ему записку из ДК, где почерком Кёи было написано по какой причине я отсутствовала. Зайдя в класс, разложила свои вещи и приготовилась к уроку английского. Никогда его не любила, но он важен, поэтому приходится терпеть и разбираться, стараясь не пользоваться репетиторами. Благо – это последний урок на сегодня и после него нужно будет сделать только домашнюю работу. Как же я благодарна своей должности секретаря, что позволяет мне не ходить на патрули.

***

      Урок прошёл быстро и не настолько муторно, как мог бы. Перед уроком я поздоровалась с Курокавой-чан и Сасагавой-чан. Мы с ними были знакомы из-за Сасагавы-семпая и парочки идиотов, что решили достать Сасагаву-чан прямо под окнами кабинета Кёи. Так что, уловив просьбы о помощи и заметив дрожащие нити, сказала об этом Кёе, который выпрыгнул в окно, оставив меня в раздумьях то ли прыгать следом, но у меня юбка, то ли пойти по нормальному пути, но не успеть к драке, а также есть возможность успокоить тех, кто попал в беду. В итоге я выбрала успокоение и отправилась по коридору, захватив с собой пиджак главы, который и передала ему после того, как пришла. Кёя уже закончил с нарушителями, поэтому я осталась успокаивать девочек, а также проводила их в медпункт на всякий случай.       Попрощавшись с учителем, а потом и с девочками, я зашла к Кёе, предупредив того о том, что собираюсь ненадолго посвятить время подготовке к экзаменам, и только после этого пошла домой. Пройдя мимо мелкой собачки за забором, пришлось чуть отойти, потому что она слишком больно кусается. Я уже давно переросла тот возраст, когда боялась её, но всё равно отхожу подальше. Такое чувство, что у неё зубы акульи. Уже дома, тяжело выдыхаю и поприветствовав ка-сан, аккуратно поставила обувь на полку и отказавшись от еды, поднялась в свою комнату.

***Небольшой тайм-скип, буквально в месяц

      Сегодня начинается второй триместр, поэтому нужно постараться и усвоить информацию сразу, так как в середине будет экзамен. Правда голос внутри подсказывал, что скоро закончатся мои спокойные деньки, единственными потрясениями которых были экзамены или мелкая собачонка, вылезшая из двора прямо на пути. Но мне так хотелось насладиться деньками, что я приглушила свой и голоса опасения, впрочем, даже если бы я готовила мне бы это не помогло. Только не против НЕГО.       Вскоре, в один из дней, я проснулась ещё до пяти, в которые обычно встаю и увидела, как город пронзает ярко-жёлтая нить, буквально заполоняющая собой всё. Поморщившись, поняла, что всё. Спокойные дни и мирная жизнь закончились, теперь начинается ад. Мне было страшно, но понимание того, что страх никак не поможет, заставлял успокоиться и взять себя в руки. Выглянув в окно, стараясь смотреть больше на улицу, чем на что-то определённое, я смогла мельком увидеть маленького ребёнка с чем-то жёлтым на шее засовывающим что-то в наш почтовый ящик, а потом он исчез.       Натурально исчез, я только моргнула, как его уже нет. Свалившись на пол, я закусила ноготь и попыталась понять не показалось ли мне это. Плюнув на всё, я решила пойти в душ. Времени до будильника оставался час, поэтому смогу успокоиться и настроиться на работу и учёбу. А там как раз встанет ка-сан и, возможно, я успею забрать почту перед ней.       Я успела, хотя и краем глаза заметила яркое жёлтое пятно. Стараясь не передёрнуться, а также не упасть в обморок, учитывая, что он буквально является огромным нестерпимо ярким пятном, это очень больно бьёт по глазам. Разобрав почту, я крикнула ка-сан, что поела, что почта на столе, а я в школу, схватила объявление и выскочила с сумкой за дверь. Выбросив объявление в мусорку, побежала в школу. Хотя затылком почувствовала, как на мгновение окатило жаром, как будто летнее солнце заглянуло на мгновение в осень. Подавив желание обернуться, я продолжила бег.       В школе всё было, как всегда, кроме сверлящего взгляда, отчего хотелось дёрнуть плечом или показать неприличный жест в ту сторону, но останавливало лишь то, что меня не поймут, да и приличные девушки из ДК так не делают. Любые приличные девушки так не делают. Пришлось задержаться в школе, чтобы выполнить задачи в ДК, а также поговорить с Сасагавой-семпаем насчёт бюджета клуба, всё же школьный бюджет не бесконечный и не резиновый, что я и пыталась донести до главы боксёрского клуба. Не уверена, что получилось, но он, судя по всему, загрузился тем, что я ему тут говорила. Надеюсь, он придёт к правильному для школы решению, а не к тому, что обычно выдаёт.       Придя домой удивилась, встретив маму, которая сообщила мне, что то-сан попросил приютить своего коллегу. И судя по тому, что она тут же упорхнула на кухню этот коллега был голодным. А когда ко мне, снявшей туфли, вышел ребёнок с жёлтой пустышкой и тем самым обжигающей жёлтой нитью, я поняла, что трюк с репетиторством не сработал и пришлось ему прибегнуть к запасному плану. Поздоровавшись и извинившись за то, что у меня дела, что мне нужно сделать домашнюю работу, представилась и убежала в свою комнату.       Тихо выругавшись, быстро переоделась и начала делать домашку. Но когда я сделала всю домашку и только встала из-за стола, как послышался голос ребёнка, отчего я отшатнулась и задев стул свалилась вместе с ним на пол. Прошипев в его сторону пару ласковых, которые подслушала у хулиганов, я злобно уставилась на него, по крайней мере, я посмотрела на него. Хотя это было сложно из-за слепящего света. Поэтому приходилось щуриться. – Странная Тсуна, ты что слепая? Впрочем, это я ещё успею выяснить, а пока. Я – репетитор-киллер Реборн и я приехал сюда, чтобы сделать из тебя Десятую Донну Вонголы! – внутренний голос говорил, что лучше никому пока не знать о том, что я вижу нити, хотя сложно такое неоновое нечто назвать нитью, но да ладно. Стоп, что он там сказал? Резко вскочив, я возмущённо посмотрела в его сторону. Ну или постаралась, надо будет увеличить своё умение игнорировать нити до максимального уровня, думаю, мне это пригодится. – Чего? Какой ещё донной? Да ещё и десятой, куда всех остальных подевали? Да и к тому же, других наследников что нет? Не-не-не, я на это не подписывалась, так что давай забудем про всё это... АЙ! – этот... этот Реборн ударил меня по коленке, ками-сама как же больно. – Странная Тсуна молчать. А насчёт всего остального я расскажу позже, там маман зовёт есть. Давай поживее, иначе я твою порцию съем. – И что это сейчас было? Что за фигня тут творится? Хорошо, что я могу себе приготовить, даже если он съест мою порцию. Нужно для себя приглушить сияние его нить, хотя бы на половину, иначе будет трудно. А каждый раз щурится для того, чтобы его разглядеть будет тупо.       Посидев пару минут и с помощью внутреннего голоса пытаясь привыкнуть к нити Реборна, я всё же встала и подняла стул. Убрав учебники и тетради в стол, а также подготовив всё к завтрашнему дню, решила спускаться вниз. Внизу была ка-сан, которая заканчивала сервировать стол и Реборн, сидевший за ним. На столе уже стояло несколько тарелок, а также кружки с чаем. Когда я спустилась Реборн пытался убедить ка-сан налить ему кофе, но та перевела стрелки на меня.       В какой-то степени понимаю почему она это сделала, но радости мне это не принесло. Был один момент, когда мне понадобилось сидеть почти целую ночь, а потому я довольно быстро научилась варить кофе и довольно вкусный на мой взгляд. Встретившись взглядом с Реборном, я отказала, сказав, что могу максимум с утра приготовить, когда встану. Тот нехотя согласился, потому что иначе пришлось бы покупать кофе, так как варить никто не собирался. А покупные кофе всегда гадость, есть, конечно, хорошие, но в Намимори они редко встречаются. Почему-то мне кажется, что вмешивать в это ка-сан не посмеют и только поэтому Реборн не угрожает мне пистолетом или что там есть у киллеров, работающих репетиром? Аж фыркнуть от смеха захотелось, но сдержалась.       Я ела медленно, поэтому Реборн спокойно у меня отбирал еду, пока я не сказала, что могу себе приготовить ещё, так что могу ему и тарелку отдать. После этого Реборн только посмотрел на меня и всё же перестал воровать из тарелки. Сомневаюсь, что он поверил, но мне всё равно. Из-за его нити я впала в какое-то состояние апатии и безразличия, впрочем, скоро это пройдёт. Как только я привыкну окончательно к яркости нити, то снова буду той Странной Тсуной, как меня называют.       После ужина я поднялась в комнату, пожелав ка-сан спокойных снов перед этим и застала Реборна в своей комнате. Приподняв бровь и чуть наклонив голову, я смотрела на Реборна, устроившегося в гамаке. Стоп, а откуда в комнате такой маленький гамак, да ещё и зелёный... И моргающий?! Закрыв глаза, пару раз вдохнула и выдохнула, а потом просто пошла в ванную переодеваться. Всё же Реборн парень, пусть и ребёнок, очень странный ребёнок. Переодевшись, я всё же решилась задать вопрос насчёт мафии и того, что он здесь делает. – Реборн-сан, позвольте задать несколько вопросов. Во-первых, наиболее насущный, вы здесь собрались спать? У нас насколько я помню есть гостевая, а я девушка, так что прошу вас на выход. А, во-вторых, что там с мафией? Я так и не услышала ответов на свои вопросы, да и к тому же как в это всё оказалась ввязана я? – Реборн свесился с гамака и посмотрел на меня, чуть хмыкнул и кивнул. Судя по всему, моя просьба услышана, но не факт, что будет исполнена. Может попробовать дёрнуть его нить в гостевой? Не факт, что сработает, но хоть какая-то месть. – Так и быть Странная Тсуна, расскажу страшную сказку на ночь, а потом уйду. Вот твоя родословная, – из ниоткуда он раскатал большой рулон и показал, где я. Стоп, это что отец?! Но когда я открыла рот мне не дали сказать и слова. – Я продолжу, все вопросы потом. В Вонголе первым боссом являлся – Джотто Примо Вонгола, взявший имя Иэясу Савада после того, как прибыл в Японию. Я не буду углубляться во всё это, у нас для этого будет время. Помимо тебя было трое наследников, родных сыновей Девятого, и приёмный сын. Троих убили, а четвёртый отбывает наказание. Поэтому у Девятого осталась только ты. Предвосхищая твой вопрос, Емицу не подходит, у него не то пламя. – Пламя? Что ещё за пламя? – Возможно это те нити, что я вижу? Если так и есть, то вполне возможно, что я смогу понять, как ими управлять. – Об этом потом, Странная Тсуна, а пока спать. Надеюсь, у тебя есть о чём сожалеть. – Ч-что? Посмотрев на него, увидела, как Реборн убрал рулон, а гамак превратился в хамелеона(что?!), а сам Реборн ушёл из комнаты, оставив меня в растерянности. Выключив свет и рухнув на кровать, попыталась уложить в голове то, что сказал Реборн.       Смотря в разноцветный потолок, прислушивалась к мерному гудению нитей, размышляла о сказанном и думала обо всём. О том, что из всех наследников осталась только я, да непонятный четвёртый, который где-то отбывает наказание. И не факт, что после этого наказания будет в состоянии встать во главе мафии, чтобы я могла со спокойной душой уйти от этого всего. Помимо этого, я сомневаюсь, что даже в случае разрешение ситуации в сторону четвёртого меня оставят в покое. Ценная кровь, так что ещё неизвестно, что лучше. Тяжело вздохнув, решила всё-таки уснуть, всё равно завтра рано вставать в ДК, да ещё надо кофе Реборну сварить.