Comeback home

      В общем-то, ни один из друзей Субина не смог выделить на него времени.       — Тэхен собирается с девушкой к родителям, решил делать предложение, — Чхве рассказывает обо всем с каким-то раздражением. Телефон зажат между его плечом и ухом, а сам мужчина копается в своих старых вещах, которые остались брошенными в Сеуле ещё год назад.       — А остальные? Как зовут того парня с жутким характером, который всегда вредничает и мило улыбается при этом? — голос Хюнина в трубке немного уставший, немного грустный. Субин ещё не интересовался, что там случилось, поэтому до конца не понимает, что происходит с парнем на том конце мира.       — Бомгю? О, с ним вообще очень интересная история приключилась. Этот великий гений, как и всегда, нашёл приключений себе на задницу. Решил поехать покататься на лыжах и сломал ногу. Теперь он в другой стране с переломом и кучей проблем со страховкой, — Субин то ли фыркает, то ли вздыхает. Кай тихо смеётся, наверняка, представляя себе этого парня с гипсом и кучей проблем.       — Ты один получается? Больше никого нет?       Бин задумывается на несколько секунд, если честно. Он даже и не помнит, кто ещё был в его окружении тогда, до его дебюта и успеха в Америке. Мужчина помнит, что их всегда было четверо. Они вместе все собирались перевернуть мир, решить все проблемы разом, но в итоге их пути разошлись. Тэхен вот-вот женится, но Субин об этом узнал чисто случайно, когда позвонил ему вчера. Бомгю стал больше путешествовать, бывал даже в Нью-Йорке, но номер Бина так и не набрал. Чхве помнит много всего, при этом почти ничего не может представить в своей голове четко. Словно все эти люди — призраки. Словно они не провели все своё детство вместе, не давали друг другу глупых детских обещаний, которые редко когда в итоге исполняют. Вот и они не исполнили.       Субин ещё пару минут разговаривает с Каем, рассказывает ему о том, что ходил в милое кафе, выпил кофе.       — Хоть завтракал? — Хюнин отлично помнит ужасную привычку своего начальника — он ненавидит утренние приёмы пищи, хоть и отчаянно нуждается в них. Кажется, как и в присмотре за ним Кая.       Чхве сразу честно признаётся, что не ел, за что мгновенно получает нагоняй, сотню слов, из которых следует, что он эгоист, который помрет от гастрита. Кай порою очень эмоциональный и к тому же совсем не умеет и не хочет в такие моменты сдерживаться. Субин привык за время работы с ним к таким проявлениям агрессивной заботы. В Сеуле таких людей никогда не было, это даже забавно, как сильно отличается культура двух стран.       Разговор заканчивается примерно минут через сорок. Они даже успевают решить пару важных срочных вопросов, касающихся работы.       — Би, а ты разговаривал со старшим братом? Вы не виделись после той ссоры?       Ужасное прозвище режет слух, но Субин молчит, потому что вопрос сейчас куда важнее обращения.       Енджун. О нем Субин и забыл. Проблемы с братом так и не решились, даже спустя целый год. Когда Чхве уезжал из Сеула, Джун выступал категорически против:       — Ты снова бросаешь все на меня? Серьезно? Даже не посоветуешься? Просто уедешь и все?       Джун был в бешенстве. После смерти отца он и так вёл все дела семьи, много работал и в итоге потерял ещё и невесту, которой просто надоело ждать его после рабочего дня. Девушка не понимала, что фирма отца сделает ее будущего мужа миллионером. А Субин не понимал, на что обрекает своим отъездом старшего брата. Все усугубилось после ухода Соры. Мир в глазах Енджуна рухнул, накрывая обломками жизнь мужчины.       — Думаешь, стоит сейчас к нему сходить? — Чхве неожиданно для себя действительно задумался о том, что брат достоин его извинений. Джун вообще многого достоин и сейчас самое время об этом подумать. Рабочие вопросы можно отложить ещё на несколько дней, Кай полностью контролирует всю ситуацию в Нью-Йорке, поэтому сейчас впервые мужчина может перестать прикрываться своей студией, перестать искать поводы и отговорки и, наконец, взяться за свои личные вопросы. Конечно, разговор с братом будет одним из самых сложных разговоров, которые были в жизни Субина за все двадцать восемь лет, но…       Субин ещё полчаса сидит, рассматривая старые фото с братом. Долго думает о том, что Джун мог бы уже быть отцом сына или дочери, если бы ни его глупый младший брат. Старший всегда думал обо всех, а Бин только и мечтал, чтобы сбежать из дома и жить своей жизнью. Все закончилось куда печальнее, чем казалось на первый взгляд.       — Да? — голос Джуна звучит слегка удивлённо. Субин меньше всего ожидал, что брат так быстро ответит на звонок, поэтому тоже ненадолго теряется, забывая уже подготовленную речь. В трубке с минуту висит молчание, после чего Чхве младший начинает говорить:       — Я знаю, что для извинений уже поздновато, прошло много времени, но… — Чхве теряет весь запал и затихает. В трубке слышится только тяжелое дыхание Енджуна. Кажется, помириться не получится, но Субин хотя бы сделал этот важный для себя шаг.       — Ты как? В Нью-Йорке холодно? Когда ждать тебя в гости? — старший шумно выдыхает, резко меняя интонацию в голосе, его слова неожиданно становятся более мягкими, а удивление пропадает.       Субин теряется от такой простоты своего брата, отвечает немного невпопад, фыркает забавно, когда Джун вспоминает старые прозвища и хохочет в трубку совсем как до ссоры. Словно между ними не было тысячи резких слов, обид и расстояния. Словно они виделись буквально вчера, а уже жутко соскучились.       — И каково тебе сюда вернуться? Соскучился? — Джун улыбается, это Чхве младший чувствует сразу по его голосу, который становится мягче, заботливее.       — Страшно было. Но мой помощник, как всегда, настоял, чтобы я отдохнул от работы. А я решил, что можно и с тобой поговорить. Пора нам снова стать братьями.       Енджун смеётся, а после рассказывает о том, как долгое время уже думал и сам позвонить, но был уверен, что занятой братик просто не возьмёт трубку. И вот разговор, наконец, состоялся. Джун рассказывает о том, что за это год женился, сейчас его жена беременна. В голосе старшего брата слышно счастье, которое не с чем не сравнимо. От этого внутри у Субина становится невероятно тепло и камень, который много лет висел на шее, резко исчезает.       — Ждём твоего племянника, обещай, что найдёшь время познакомиться с ним до того, как ему стукнет двадцать один.       Субин смеётся, но даёт честное обещание. Сейчас брат в горах, отдыхает в домике среди снега с прекрасной ёлочкой в самом углу гостиной. Чхве хотел бы сесть рядом, но жизнь сегодня распорядилась иначе. Может быть, именно так и должно быть?..       «Мы поговорили, спасибо тебе».       «Рад за вас, надеюсь, что вы скоро увидитесь. Доброй ночи, Би».       Чхве ложится спать, а в голове неожиданно поднимается одинокий образ Кая, который допоздна теперь сидит в офисе в полном одиночестве. У него нет родных и близких, друзей из-за работы тоже не осталось… так это Субин обрёк его на это новогоднее одиночество?..