Маска

      Рейна совсем, абсолютно не была рада происходящему. Но иного выхода, кроме как молчать, в ситуации девушка не видела, потому и оставалась безмолвной вплоть до того, как они зашли в Каситу. Этот дом был самым уникальным из тех, что Гонсалес вообще видела в своей жизни, но восхищения на лице она постаралась не показывать. Маску пока что лучше не снимать — тогда и присмотра особого за ней не будет.       — Тереза, Мигель! Мы очень рады вас сегодня видеть, — поприветствовала гостей Альма. — Рейна, просто замечательно выглядишь! Я очень рада, что семьи Мадригаль и Гонсалес объединятся, надеюсь, союз будет плодотворным! — Рейна лишь кивнула с неизменной улыбкой. — Чего же мы ждём! Давайте-ка пройдём к столу, — предложила пожилая женщина, и гости проследовали за ней.       Ужин протекал мирно и ненапряжно, на первый взгляд. Взрослые вели беседы о грядущей свадьбе — её должны были сыграть тогда, когда Рейне наконец исполнилось бы шестнадцать лет. Но вышеупомянутая девушка вела себя крайне странно. Ещё с самого начала она выбрала самый близкий к выходу из помещения стул и молча сидела там, совсем не пытаясь обратить внимание на себя и смотря в тарелку.       Камило чисто из интереса, когда ему наскучили разговоры взрослых, поискал её глазами, и увидел кое-что необычное. Кое-что, что ему не доводилось видеть ни разу в жизни.       С лица Рейны сошла улыбка. Вместо этого она сначала смотрела в тарелку — Мадригаль мог поклясться, что она не съела ни кусочка за всю трапезу, — а затем оглядела настороженным взглядом всю комнату, видимо, ощутив, что за ней кто-то наблюдает. Камило тут же отвернулся, а когда повернулся, то девушки на месте не обнаружил. Ну, ушла, и что с того? Есть вещи гораздо поинтереснее, например, еда в тарелке.       Однако всё оказалось не так-то просто, ведь невеста не возвращалась гораздо дольше, чем следовало бы. Когда её отсутствие заметили и родители девушки, неожиданно для себя Камило заявил:       — Она, наверное, просто вышла и немного заблудилась в Касите. Я пойду за ней, приведу её, — заверил он взрослых. Те радостно произнесли что-то о том, что им следует побольше проводить времени вместе, но Мадригаль уже не слушал — вместо этого он решил подняться на второй этаж дома, ведь уборная была именно там.       Слишком поздно он осознал, что гостья не знала, где уборная. И, судя по всему, идти за ней не стоило. Неожиданно чья-то рука крепко схватила парня и утащила в нишу.       — Передай Долорес, чтобы ни слова о Рейне Гонсалес и о том, где она, — произнесли шёпотом ему на ухо. Резко обернувшись, Камило встретился глазами как раз с той, о ком просили умолчать.       Парень уже было открыл рот, чтобы задать вопрос о том, почему же это нужно передать Долорес или подколоть, — точно он сам не знал, но ему девушка это помешала сделать, кладя ладонь на губы — такого жеста не достаточно, чтобы причинить сильный дискомфорт, но достаточно, чтобы предостеречь. Лишь сейчас он заметил, насколько сильно преобразилась девушка — обычно уложенные в изящную причёску волосы сейчас были собраны в хвост, а нарядное платье сменил совсем не женственный наряд в виде рубашки, заправленной в штаны и сапог, совсем не свойственных для Энканто и его климата. Видя изумлённый взгляд парня, направленный на её обувь, Рейна всё же посчитала нужным сообщить:       — По горам не будет удобно лезть в сандалях. Порвутся ещё, вдруг упаду, а за пределами Энканто такой выпечки, как у твоей тёти, нет, — усмехнулась она. — Я убираю ладонь, а ты ведёшь себя тихо. Хорошо? — всё же решила Рейна сжалиться над женихом — вдруг он и сам не особо рад перспективе их свадьбы? Тот кивнул головой, и Гонсалес выполнила своё обещание.       — Передашь родителям, что свадьбы не будет — если спросят, конечно, а так молчи. Думаю, ты и сам не рад был перспективе получить в жёны Фарфоровую Рейну, так ведь? — немного насмешливо спросила обладательница этой самой клички, уже было собираясь уходить, но ей помешали. Камило схватил её за руку — слишком другой она была, слишком странной и вызывала слишком много вопросов.       — Откуда ты знаешь? — первым делом задал он вопрос насчёт того, откуда она узнала про кличку — кроме него никто так не решался называть девушку.       — Мадригаль, если я постоянно ношу маску вежливой послушной девочки, это не делает меня глухой, — устало вздохнула совсем не похожая на прежнюю себя Рейна. — А лишь глухие не услышат, как ты меня называл.       — Маска? — удивлённо переспросил Камило. — Какая ещё маска? — скрестил он руки на груди. Он абсолютно не понимал, кто эта девушка и куда дела безэмоциональную Рейну Гонсалес. Столько лет он видел её, принимающую всё с улыбкой — и теперь совсем не узнавал девушку, смотрящую на него горящим взглядом. Однако такая Рейна нравилась ему намного больше, чем прошлая.       — Повторюсь: послушной девочки, — потёрла переносицу девушка. — Так от тебя не ожидают ничего плохого, теряют бдительность и перестают следить. Можешь сотворить, что угодно, если заслужишь доверие, — хмыкнула она, улыбаясь — только вот улыбка была совсем иной, широкой, промелькнувшей ненадолго, зато искренней.       — Так зачем говоришь мне? — удивился Мадригаль. — Моё доверие ты тем, что показываешь… настоящую себя? — парню самому стало не по себе от того, насколько неуверенным тоном это прозвучало, но виду он не подал, — наоборот, подрываешь. Где логика?       — Ты же мой будущий супруг, как-никак, а муж и жена должны всё рассказывать друг другу — саркастически проговорила Рейна, показывая одновременно при высказывании кавычки. Дурачащаяся Куколка? Если бы кто сказал Камило о том, что он увидит подобное зрелище, пару часов назад, то Мадригаль счел бы его так себе шутником и уж точно не поверил. Но вот она — стоит, язвит. Вздохнув, девушка продолжила:       — А если честно? Да я и сама не знаю. Только с подругами могла быть собой, а тебе решила показать, наверное, просто, чтобы за глаза фарфоровой не звал. Или устала слишком долго улыбку корчить… Без понятия. Всё равно ты меня больше не увидишь. Я и так уже задержалась, с тобой, видишь ли, болтаю — хотя думала, что ты последний человек, с которым я это буду делать. Пока! — помахала Гонсалес ручкой, одним махом запрыгнула на крышу, затем спрыгнула с неё и исчезла из виду. Приличия ради Камило забрался на крышу тоже, и, не обнаружив там Рейны, понял, что ничего она себе не сломала. Спустившись оттуда, он направился в столовую, в глубине души надеясь, что старшие члены семейства давно уже покинули её. Как бы не так.       Семьи Мадригаль и Гонсалес сидели практически в полном составе, ожидая возвращения Камило и Рейны, и когда первый вошёл в комнату, все взгляды были обращены на него.       — Камило, дорогой мой, наконец ты вернулся, — облегчённо произнесла Альма. — А где Рейна? — поинтересовалась она. — Кстати, о ней — мы решили, что вам уже пора жить в одной комнате. Родители Рейны принесли вещи, не возражаешь?       — Рейне стало нехорошо, я как раз отвёл её к себе в комнату, — соврал Камило, прежде чем вообще успел что-то обдумать. — Вещи? Нет, не возражаю, — запоздало добавил он. Как говорится — сказал А, говори и Б. Если откажется — заподозрят.       — О, хорошо. Пусть отдыхает, — благодушно ответила абуэла. — Луиза, отнеси вещи Рейны в комнату Камило, — поручила она задание средней дочери Джульетты, а семья Гонсалес в то время начала собираться домой. Та уже с готовностью поднялась, но лицедей подошёл к ней и тихо проговорил:       — Я сам отнесу, — не хотелось, чтобы Луиза увидела пустую комнату. Та лишь удивлённо кивнула и удалилась. Касита и её жители готовились ко сну.       В итоге сумки он смог дотащить в свою комнату, лишь приняв облик Мариано, попутно тихонько проклиная девушку на чём свет стоит. Зато теперь у него наконец было время обдумать сегодняшние события.       Подумать только — влип в неприятности из-за Фарфоровой Рейны! Почему он вообще решил её покрывать? Камило сам не мог понять, в чём причина такого героического порыва. Чего ему не сиделось? Сказал бы правду — сбежала девчонка. И пусть бы выхватила по полной программе, может, даже их женитьбу отменили бы, ведь вскрылся бы её настоящий характер. Но почему-то не хотелось. Определённо, Гонсалес была гораздо интереснее, когда проявляла свой настоящий характер. Было всё, чего не хватало ей раньше — и горящий взгляд, и искренняя улыбка, и авантюризм с жаждой приключений. Она говорила, кажется, что только подруги знают её настоящую… Но ведь Долорес всё слышит — может, она расскажет больше?       Но всё-таки Камило не понимал своей логики. Всего раз стоило ей повести себя не как кукле, и он сам себя уже не узнавал. Врать семье… Это же ужасный поступок! Но можно ли было сказать, что он соврал во благо? Да, наверное. Всё-таки с Рейной придётся провести оставшуюся жизнь. Когда их поженят — и Камило тут же поправил себя. Если. Если их поженят, потому что девушка свинтила в неизвестном направлении. Что ему, в самом деле, захотелось свадьбы? Ещё не совсем из ума вышел.       Отчего-то появилось внутри странное беспокойство, когда он услышал звуки дождя на улице. Сначала стук капель об поверхность был еле слышен, но потом стал гораздо сильнее и громче. Ему-то хорошо, он в комнате, в безопасности, а вот некоторые сбежавшие — точно нет. Теперь, если не найдёт укрытие, насквозь промокнет — и Камило злорадно хмыкнул. А нечего сбегать! Как он обьяснит завтра всей семье отсутствие его невесты, которая, вообще-то, должна быть у него в комнате?       Но начать придумывать обьяснительную речь ему помешал стук в дверь. Тихий, еле слышный, но всё же стук точно был. Неохотно поднявшись с кровати, кудрявый парень приоткрыл дверь.       Да, теперь ему не нужно было на следующий обьясняться, потому что на пороге стояла насквозь промокшая Рейна.       — В дождь в горах очень скользко и холодно, а тебе, насколько я знаю, должны были принести мои вещи. Можно переодеться? Я потом сразу уйду, — пообещала она зачем-то.       — Нет уж, сиди тут, — возразил парень, пропуская девушку в комнату и закрывая за ней дверь. — Я не хочу потом объясняться перед всей семьёй, куда ты подевалась.       — Ах да, не подумала, как же сложится судьбинушка моего несчастного жениха, — съязвила Гонсалес. — Отвернуться не хочешь? — поинтересовалась она, приподняв одну бровь.       Демонстративно фыркнув, Камило всё же повернулся к девушке спиной. Судя по всему, ночка их ждала очень весёлая.