Ошибка юного Архонта, сблизившая музыканта и поэта

      Глубокий вечер. Лампы освещают улицы, дороги. Вывески магазинов сияют яркими огоньками. Трасса была переполнена машинами, проезжавшие с огромной скоростью, однако среди них есть и те, что спокойно не спеша едут, пропуская людей, переходящих дорогу. Сотни горожан спешат поскорее вернуться домой после долгой, утомительной, но такой нужной для нормальной жизни работы. Хочется сесть в кресло, заварить себе чай с ароматной мятой или жёлтым свежим лимоном, что делает чай ещё вкуснее, и просто ничего не делать, провести время спокойно, без забот. Кто-то любит отдыхать за чтением интересной ему книги; а кто-то, приходя домой, сразу валиться на кровать лицом в подушку и моментально же засыпает.       Отчётливый, звонкий и быстрый стук маленьких каблуков по тротуару, за ним слышно совсем тихое, но ещё более быстрое касание подошвы кроссовок. Частое дыхание, жадное заглатывание воздуха, развивающиеся средней длины волосы и хриплый голос, просящий бежать чуть медленней. Лёгкое отталкивание одной властной дамы, что несла в руках торт и в итоге споткнулась и упала в нескольких сантиметрах от проезжей части. Извинения и просьба пропустить вперёд, трудное прохождение мимо толпы, которая практически не слышит ничего, ведь кто-то разговаривает по телефону, а есть и те, что просто замечтались или спят на ходу. С трудом удаётся протиснуться сквозь небольшие щёлки между людьми, к счастью, почти никто не сбит с ног.       И наконец бег постепенно переходит на быстрый шаг, а потом и вовсе, у почтового отделения, превратился в обычный прогулочный — нужно восстановить дыхание и силы. Так продолжается не очень долго. Плавным движением руки девушка достаёт из кармана юбки телефон и также элегантно пытается провести по цифрам на экране, чтобы понять, который час. Понимание того, что нужно бежать снова, чтобы не опоздать и быть на нужном месте вовремя, охватывает юную деву. Та повернула голову в сторону мужского, совсем ещё молодого, низкого, силуэта. Этот жест Он[?] сразу понимает и берёт её хрупкую руку своей, покрытой мозолями от струн музыкального инструмента, рукой и не спеша начинает ускорять шаги, превращая их постепенно в бег, чтобы Она[?] успевала за ним. Теперь их роли сменились, если до этого впереди была юная леди, а парень шёл за ней, то теперь всё совсем иначе. Перед глазами мелькают фонари, дома, квартал за кварталом, множество крутых поворотов и переулков. Но их дорога лежит только вперёд, если только это верное направление, и эти два силуэта не забыли, какой путь у их цели пребывания. Асфальт в некоторых местах становится похожим на щебёнку, ведь даже самая качественная работа ремонтника дорог и тротуаров не может быть вечной. У всего есть своё время. Несколько камней попадает в обувь; стопы пронзает несильная, но неприятная боль. Но нашим героям некогда останавливаться и обращать внимание на такие мелочи, сейчас им важна каждая секунда драгоценного времени, которого у них так мало. Если бы они уследили за ним в нужный момент, то сейчас бы не бежали сломя голову, изредка чудом не врезаясь в фонарные столбы.       Юной деве приходит идея, что путь можно срезать через один давно забытый, требующий ремонта район. И как будто тот, что ведёт её, уже уставшую от бега, с красным, пылающим личиком прочёл её мысли. Словно в замедленной съёмке (именно так это выглядело со стороны, если бы мы сейчас стояли и наблюдали за этими двумя), мужской силуэт не спеша заворачивает за одну из многоэтажек, которых они повстречали на своём пути довольно много. В этом большом мегаполисе все многоэтажные здания были одинаковыми. Такой приказ строителям издало правительство. Удивляет, как только люди не путают свои квартирные дома. Что ж, видимо, им в этом помогает их долгое жительство в этих местах и опыт.       Падение с крыш коричневой черепицы издаёт громкий звук, что разносится по всей улице огромной волной, закладывающей уши. Вой и рычание собак; напряжение, что проходит по всем проводам, подающим электричество; неприятный треск потухшей лампочки фонаря, что сгорела от перенапряжения. Всё это наводит ужас, хочется вернуться назад и начинает казаться, что идея была не самой лучшей. Но отступать некуда, они уже не могут вернуться назад, ведь тогда потратят ещё больше времени, им нельзя допустить, чтобы их так и не дождались. Ещё немного, и они наконец-то покинут этот мрачный район.       Гитара в футляре за спиной парня бешено прыгает, кажется, будто ещё немного и всё свалиться на землю, инструмент разобьётся и на нём больше нельзя будет играть. И всё же свободная рука держит за ремень чехла, чтобы хоть как-нибудь удержать этот груз, с которым уже становиться тяжело бежать. Никто из них не может понять, где их знакомая, родная улица. Ноги перестают слушаться, дрожат, вот-вот и оба потеряют равновесие и упадут на жёсткий асфальт. Фонарей нигде не видно. Постепенно темнота поглощает, на небе появляются первые звёзды, которые совсем не дают света. Лишь молодой месяц освещает всё вокруг, помогая идти дальше. Девушка пытается понять, что это за место, в её памяти появляется проблеск. Она подбадривает уже отчаявшегося парня, что они на правильном пути, просто из-за того, что местность практически невозможно разглядеть, сложно сосредоточиться. Ему ничего не остаётся, как доверять ей и слушать её указания, куда бежать и сворачивать.       Вот наконец-то долгожданный дом, что им нужен, к которому они бежали столько времени, практически без остановок, столько километров. Парень и девушка сели на ступеньки на пороге возле дверей: им нужно полноценно отдохнуть, прежде чем зайти в дом.       Вот долгожданные гости на празднике, которых ждут с нетерпением, переживают, уже готовые идти на их поиски, те, которые заставляют сердце бешено стучаться от тревоги — Сяо и Вале́риана.