Принц Гримм

A/N: Вкусный девственный секс.

-x-X-x-

      Пока Пенни и Руби продолжают сосать его член, Жон принимает решение о том, где он собирается лишить их девственности. Но он вовсе не хочет нарушать ход событий или что-то в этом роде. Особенно учитывая энтузиазм, который проявляет экстатический дуэт девственниц, стоящих сейчас перед ним на коленях.       Хотя есть энтузиазм… а есть то, что, черт возьми, сделала Салем, когда ввела Пенни в «сексуальный режим». Пока Руби изо всех сил старается не отставать от своей подруги-робота, посасывая и причмокивая с одной стороны его члена, а Пенни — с другой, невозможно отрицать, что Пенни Полендина ведет себя как самая настоящая отъявленная шлюха. Как человек, изнывающий от жажды после того, как заблудился в пустыне, или голодающий после того, как несколько недель подряд оставался без еды, она сходит с ума на его члене.       Пенни не знает, что делать со своими руками, даже когда она агрессивно облизывает, слюнявит и сосет его член. В конце концов, девушка-робот все же догадалась, похоже, инстинктивно: ее руки бегают вверх и вниз по ее собственному телу совершенно по собственной воле, и в конце концов находят ее грудь.       Пока Пенни беззаботно играет с собственными сиськами, с энтузиазмом потирая ладонями соски, ее энергичное сосание становится все более агрессивным, пока она совсем не отталкивает Руби от его члена. Жон даже не уверен, что Пенни осознает, что делает это. Их щеки сталкиваются друг с другом, как пара бамперов, и Пенни выигрывает каждый обмен, пока Руби полностью не отталкивается от его члена и не откидывается назад, удивленно моргая, а затем нахмурившись.       … Это определенно вина Салем. Он не должен был удивляться; его Королева была абсолютной угрозой даже в лучшие времена. Очевидно, она что-то сделала со ртом и языком Пенни, чтобы они стали невероятно чувствительными при соприкосновении с мужским членом. Зная Салем, она, скорее всего, именно так и поступала, когда соприкасалась с членом Жона.       О боже… Королева Гримм… она ведь сделала Пенни киску-рот, не так ли?       На секунду Жон становится похожим на робота, его мозг замыкается от собственных мыслей. Как дошло до того, что он думает о таких пошлых и грубых вещах? Как он вообще допустил, что все дошло до такого?       Тем не менее, он достаточно быстро приходит в себя… как раз вовремя, чтобы Пенни заметила, что Руби перестала сосать свою часть его члена. Вместо того чтобы задаться вопросом, почему, очарованная девушка-робот берет его член целиком в рот и заглатывает, проводя языком по нижней части его ствола и издавая при этом сладострастные стоны. И тут, как бы в довершение всего… ее горло начинает вибрировать.       Жон застонал от удовольствия, откинув голову назад в экстазе… но даже при этом он не забыл о Руби. Пенни Полендина, возможно, и создана для того, чтобы превзойти все его ожидания в сексе, но это не значит, что он собирается полностью игнорировать дочь Саммер. К счастью, пока Пенни монополизирует весь его вал, с энтузиазмом покачиваясь вверх-вниз, пока ее глаза трепещут, а пальцы обрабатывают соски, она оставила одну позицию… открытой.       Протянув руку к Руби, Жон подзывает ее поближе, и через мгновение она снова замирает. Затем, тепло улыбнувшись, Гримифицированный человек берет Руби за волосы и осторожно опускает ее под покачивающуюся голову Пенни, туда, где ее ожидает его мешочек с шариками.       К ее чести, серебристоглазая девушка оказывается довольно приспособленной. Она без вопросов берет яйца Жона в рот и начинает с энтузиазмом сосать их. По скорости она не сравнится с Пенни, как это ни парадоксально, учитывая проявление Руби, но все же удовольствие она приносит немалое.       Жон застонал, опустив руку на голову Пенни, и обе девушки принялись обрабатывать его член и яйца. Пенни скользит вверх и вниз по его стволу, словно создана для глубокого горлового всасывания, а Руби, не стесняясь, слюнявит все его вздыбленные яйца. Пока наконец… он не может больше сдерживаться. — Вот оно, Пенни!       Запоздало он понимает, что она не знает, что он имеет в виду под «этим». Но к тому времени уже слишком поздно. Пенни растерянно смотрит на него, и тут же из его члена в ее новое горло вытекает поток семени Жона. К счастью, Салем была достаточно «добра» в помощи, которую она оказала при воссоздании девушки-робота, чтобы Пенни не нуждалась в воздухе, не имела рвотного рефлекса или чего-то подобного. Невозможно также, чтобы что-то пошло «не по той трубе», так сказать.       Вместо этого его семя беспрепятственно заполняет ее, и Пенни выпивает каждую каплю, прежде чем оторваться от его члена и задыхаться от восторга. Ее глаза буквально сияют, когда она смотрит на него в благоговении. — С-Сенсационно…       Руби, тем временем, отрывается от его яиц и с негодованием смотрит на Пенни. — Пенни! Ты не должна была заставлять его кончать! Мы должны были сделать его хорошим и твердым для нас, чтобы он мог лишить нас девственности! А теперь мы должны вай…!       Когда Руби начинает разглагольствовать со своей сбитой с толку подругой-роботом, Жон вздыхает и протягивает руку, осторожно поворачивая голову сереброглазой девушки к своему члену. Она обрывает себя, когда видит, что его пульсирующий член все еще тверд и готов к действию, его мачта выпрямлена и полностью готова лишить их обеих девственности прямо здесь и сейчас. — О-Ох… э-э-э… н-неважно, прости.       Засмеявшись над извинениями Руби, Жон улыбается ей и Пенни… а затем окидывает библиотеку последним взглядом. — Девочки, я тоже люблю книги, как и все остальные… но это не то место, где кто-то должен проводить свой первый раз. Пойдемте искать нормальную кровать, хорошо?       Нет нужды говорить, что, как бы им ни хотелось приступить к делу, ни одна из них не желает спорить с ним по поводу того, где что происходит.

-x-X-x-

— Т-Тебе не обязательно… д-делать со мной первой. Я могу… п-подождать…       Конечно, как только они оказываются в одной из многочисленных спален дворца и приступают к делу, Руби Роуз решает возразить. Теперь, лежа на спине, с его членом, прижатым к ее капающей щели, она, кажется, чувствует себя неловко из-за того, что была первой. Но, как уже объяснил Жон… — Нет, ты будешь первой, потому что Пенни забрала мой член во время прелюдии, Руби. И поскольку ей очень стыдно за это, она будет ждать своей очереди, как хорошая девочка, не так ли, Пенни?       Поморщившись рядом с Руби, Пенни кивает, одной рукой поглаживая себя, а другой играя с соском. Девушка-робот была потрясена, когда Жон объяснил, что грудь — не единственный способ мастурбации, который есть в ее распоряжении. С тех пор как он предложил ей использовать пальцы на своей новой девственной киске, девушка-робот с энтузиазмом вводила и выводила из себя пальцы. — Мм, да, Ваше Величество. Прости, что была такой невнимательной, Подруга Руби! Пожалуйста, сделай свой первый раз передо мной! Это правильно, что ты первая, учитывая все, что ты для меня сделала, и дружбу, которую мы разделили!       Перед лицом искренности Пенни Руби мало что может сделать, так как ее и без того красное лицо становится еще краснее. Наконец, она просто вздохнула и кивнула. — Х-Хорошо… Думаю, если ты уверена…       Жон фыркнул, потому что даже когда Руби говорит, что колеблется, ее глаза прикованы к его члену, а язык ее тела выдает ее предвкушение. Как будто она давно ждала этого или что-то в этом роде, хотя, насколько Жон знает, толчком к этому послужил сегодняшний день.       Так или иначе, он начинает медленно входить в Руби, проталкивая свой член вперед в ее влажную, но в то же время тугую девственную пизду дюйм за дюймом. Руби стонет, Пенни стонет рядом с ней, с лазерной фокусировкой наблюдая за их соединением, в то время как член входит и выходит из ее собственной половой щели.       Гиноид, Гримм и Охотница заходят в бар. Наверное, тут можно пошутить, думает про себя Жон, когда приближается к девственной плеве Руби… и проталкивает ее насквозь, прежде чем она успевает об этом подумать. На мгновение она задыхается от дискомфорта, но этот дискомфорт длится гораздо дольше, пока Жон не проникает в нее все глубже и глубже, пока не достигает шейки матки.       Руби вздрагивает, глядя на то место, где они теперь сошлись, как пара кусочков пазла. Ее серебряные глаза моргают, а с губ срывается стон искреннего удовольствия. — Т-Такой… большой… так… х-хорошо…       Жон ухмыляется и начинает двигаться в ней, правильно поняв, что она готова к тому, чтобы он начал трахать ее как следует. Стоны Руби становятся все громче, когда он подносит руки к ее груди и выжимает из нее все возможное. Его пальцы искусно и умело играют с ее маленькими сиськами, а его член каждый раз входит и выходит под другим углом, доводя ее до дикого исступления на его члене.       Он опытный любовник, поэтому для него не стало неожиданностью, когда Руби вскоре задрожала под ним, а ее глаза затрепетали, словно грозясь вывалиться обратно в голову. Проходит совсем немного времени, и бывшая девственница вскрикивает, стонет все громче, впервые кончая на его члене.       Но даже тогда Жон не останавливается. Он продолжает трахать Руби, доводя ее до оргазма за оргазмом, давая ей хороший, жесткий член, как она и хотела. Ее тело содрогается и бьется в спазмах от каждого его толчка, и она кричит и кончает для него раз за разом. Он не слишком милосерден с ней, и, возможно, это нехорошо с его стороны. Может быть, ему следует действовать медленнее, может быть, он должен быть мягче, чтобы у нее не было нереальных ожиданий на будущее.       … Но теперь уже поздно. Он трахает Руби так же жестко, как трахал Саммер, так же жестко, как трахал Янг. Он трахает Руби, пока она кончает в экстазе и блаженстве. И когда наконец приходит время, он вырывается в последнюю секунду, кончая по всему ее телу и покрывая ее своим семенем. Руби радостно вскрикивает, когда он делает это, ее руки поднимаются, чтобы втереть его сперму в свою бледную плоть. — Ох! Подруга Руби, можно я вылижу тебя дочиста?       Конечно, как только Пенни увидела всю эту восхитительную сперму, она захотела порцию. Глаза Руби приоткрыты, она пьяно хихикает, глядя на Пенни. — Можно… но только если тебя будут трахать~       Пенни на мгновение задумывается над этим, а затем обращается к Жону. — Ваше Величество! Пожалуйста, оттрахайте меня так, чтобы я могла вылизать тело Подруги Руби!       И вот так Жон лишает Пенни девственности в стиле доггистайл, после того как женщина-робот так искренне умоляет его сделать это. Стоя на коленях над распростертым телом Руби, Пенни Полендина стонет, когда Жон впервые проникает в нее сзади. В отличие от Руби, здесь нет девственной плевы, которую он мог бы предъявить в качестве доказательства своей чистоты, но Жона это не беспокоит.       Вместо этого он беззвучно проклинает и одновременно благодарит Салем, даже когда стонет от удовольствия, когда Пенни обхватывает его пульсирующую мачту. Пока гиноид опускает рот к телу своей человеческой подруги, чтобы начать слизывать его сперму с плоти Руби, Жон занят тем, что имеет дело с самой приятной пиздой, в которую он когда-либо засовывал свой член.       А потом она начинает вибрировать, как и ее горло! Наедине с собой Жон обещает заставить Салем заплатить за это. Или вознаградить ее. Одно из двух, а может, и то, и другое. В любом случае, он начинает как следует трахать Пенни сзади, и она отстраняется от тела Руби, чтобы, конечно же, прокомментировать это. — О-Ох! Это даже лучше, чем орально! Пожалуйста, не останавливайтесь, Ваше Величество! Я-ммф!       Внизу, Руби мило рычит охрипшим голосом после того, как ее хорошенько оттрахали. — Кто сказал, что ты можешь перестать лизать, Пенни?       Девушка-робот возвращается к своему заданию — чистить Руби языком, а Жон продолжает ее трахать. Как и Руби, Пенни вскоре начинает кончать. В отличие от Руби, кончающая на его члене Пенни, похоже, не испытывает недостатка в выносливости. На самом деле… Глаза Жона сужаются по мере того, как продолжается трах.       Внизу, Пенни заканчивает очищать Руби, только для того, чтобы серебряноглазая девушка схватила Пенни и потянула ее на сеанс поцелуев. Но и это продолжается, кажется, целую вечность, пока гиноид продолжает насаживаться на его бедра, а Жон трахает ее без остановки.       Может ли это быть? Неужели Салем действительно зашла так далеко? Конечно, нет, верно?       Жон на секунду задумывается об этом, а затем насмешливо фыркает. О чем он только думал? Конечно, она готова зайти так далеко. И все же ему требуется время, чтобы принять правду… Пенни Полендина неистощима. По крайней мере, в том, что касается секса. Судя по ощущениям, которые он испытывает от того, как он заваливает гиноида на спину, секс действительно увеличивает ее энергетические запасы и наполняет ауру, а не утомляет ее.       Даже Руби, которую трахнули всего один раз, и которая сейчас находится под Пенни и в основном наслаждается зрелищем, с трудом поспевает за Жоном и девушкой-роботом.       Конечно. Жон — Гриммифицированный Человек с Разблокированной Аурой. Он — продукт двух миллионов Гримм, собранных в одном человеческом теле. Он — бесконечная сила, обретшая форму. У Пенни не должно быть шансов превзойти его. Не должно быть и речи о том, чтобы она могла его победить. Он никогда не встречал женщину, над которой не мог бы доминировать и трахать до оцепенения. Он никогда не встречал женщину, которая не оказывалась бы на его члене в виде оттраханного глупого месива.       Жон сузил глаза, продолжая сношать Пенни в доггистайле. Салем пыталась что-то доказать или что-то еще? Пыталась ли она преподать ему урок? Или она просто издевалась над ним и смотрела, как далеко он зайдет?       Но на самом деле вопрос не имел никакого отношения к Салем и был связан с Жоном. А именно… КАК далеко он готов зайти?