Пробуждение

      Скучно. Изучать схемы механизмов так скучно.       За окном жаркий август, яркое солнце, густая зелень. Птички поют, бабочки летают, все как всегда прекрасно именно тогда, когда не можешь пойти полежать в той самой зелени и посмотреть на голубое небо.       «Тц, лучше бы на пианино так играть заставляли», — вздыхает Мин Юнги и продолжает смотреть в окно, все больше отвлекаясь от занятий и окончательно теряя концентрацию.       Его родители — ведущие специалисты в сфере робототехники и создания искусственного интеллекта. Как единственный преемник наследства, в том числе и секретной информации о прорывах в технологиях создания, он должен быть заранее осведомлен обо всех новшествах в деятельности родителей. Пока это его не очень мотивирует.       С самого детства его няньками были роботы-андроиды с искусственными интеллектами. Все они имели разные внешние данные, схемы поведения, умения и коренные программы. Многие из них были не доработаны, имели какие-то ошибки, иногда и вовсе были опасны. Может, поэтому Юнги противится их изучать. А, может, он просто гуманитарий. — Эй, Нокс, какая завтра будет погода? — Юнги раскачивается на стуле и оглядывается на своего очередного няньку, крупного и универсального робота. Вот бы родители однажды создали себе идеального робота-сына и оставили Юнги в покое. Вон, какой уже прогресс, во всем лучше Юнги: и совсем не болеет, и послушный, и все заранее умеет. Робот Нокс модели 3014 медленно моргает, проверяя прогноз погоды по внутренней сети. — Ясно, +24, вероятность осадков 0%…       Завтра у всей страны праздник: Годовщина свадьбы Божества и Смертного, основавших нашу страну задолго до нас. Казалось бы, так глупо верить в легенды, когда на дворе Мир технологий, но эти самые технологии, да и вся страна, подпитывается энергией с недр Земли, где якобы покоится наш Основатель, а с небес за нами наблюдает бессмертное Божество, оберегающее нас и дарующее свою любовь, дабы мы процветали. Юнги решает единолично посетить этот праздник.

***

      Вечером обещают салюты, а пока можно насладиться уличными концертами и бесплатной едой. Нокс почти вплотную следует за Юнги. — Сэр, вам не следует так долго находиться на солнце, — встревоженно лопочет робот, будто он способен беспокоиться. — Мы только вышли, Нокс, к тому же, здесь везде тень он зданий. Я не забыл намазаться кремом, все будет норм, — равнодушно отвечает Юнги и натягивает капюшон толстовки посильнее. Ему самому не хочется снова страдать от последствий пребывания на солнце, так как у него «аллергия на солнечные лучи».       Хоть он и планировал погулять один, от Нокса так просто не отвяжешься. Попробовать договориться с ним — дохлый номер. Проверено и не один раз. «МоЯ корЕнНая пРогрАммА». Тьфу.       Тонкого слуха Юнги достигает звук любимого музыкального инструмента. Он следует в другой конец площади за потоком мелодии и завороженно наблюдает выступление местного пианиста. Юнги никогда не слышал этой композиции; музыкант играет без нот, возможно, исполняет что-то из собственного сочинения, прекрасное и трогательное. Пальцы в перчатках любовно, но бегло, ласкают клавиши инструмента. На голове высокая шляпа забавной формы, на лице маска, а по шее стекают капельки пота. — Эй, Нокс, кто это?.. Нокс?       Робота-андроида нет рядом. Юноша этого и не заметил, может, тот отстал от него или потерялся в толпе. В любом случае, Юнги хорошо знает город, не заблудится. Зато теперь можно насладиться относительной свободой, пока его не нашли, и поесть уличной еды, не слушая ни от кого насколько это жирно и вредно. Это вам не блюда из практически одних овощей в особняке.       Юный Мин направляется в свою любимую часть города, где дома построены из камня с золотистым отливом, всюду, куда ни глянь, растут цветы в клумбах, много скверов и фонтанов, а также уютных закутков для мечтательного времяпрепровождения. «Черт, телефон, » — Юнги вспоминает, что его можно отследить по нему. Первая мысль — выкинуть его.       Свернув с главной улицы и пройдя между близко расположенных домов, он вышел во внутренний дворик одного из них. Между другими домами, с противоположной стороны двора, виднелись переполненные мусорные баки, что бывает крайне редко в их городе. Может, неудачное расположение для мусоросборной машины. Вот, Юнги стоит над помойной горой и мысленно прощается с телефоном. Где-то на втором этаже заплакал младенец.       «Что я вообще творю? Я же пока не сбегаю из дома. Пусть Нокс найдет меня».       С горы мусора покатилась консервная банка, напугав Юнги. Он уже собрался продолжить свою прогулку, как там что-то снова зашевелилось. Тут либо бежать, либо бежать, но Юнги не может. И вокруг никого нет. Робот-андроид. Старой модели, на первый взгляд, встает из кучи мусора, весь искрится, скрипит ржавчиной, старается двигаться, медленно ступает и поднимает голову на юношу, так и зависая.       Юнги, все еще ошарашенный, стоит на месте и боится сделать шаг куда-либо. Навряд ли эта развалюха за ним погонится. Ему место на свалке для техники. Но, по крайне мере, его все еще можно использовать в качестве материалов, или даже попробовать починить… Тут у Юнги появляется идея, для которой ему надо на всякий обесточить своего нового друга, вытащив блок питания. Мелкие шаги в сторону робота, протянутая рука в район груди. — Предатель! — робот резко включается и старается схватить Юнги, но юноша успевает вытащить блок питания, получив легкий удар током.       «И что теперь?»       У Юнги только один друг еще с тех времен, когда он не был на домашнем обучении. В основном общаются по перепискам ввиду неприятного недуга Юнги. — Марк? Привет, как дела? — позвонил Мин.       На фоне слышится шум толпы и какая-то музыка. — Юнги, вау, привет. Мы как раз расходимся по домам, переодеться и пойти вечером на салюты. Наше акробатическое представление закончилось. А что случилось? Ты нечасто звонишь просто так. — Мне нужна твоя помощь. — Ты редко о чем-то просишь, значит, что-то серьезное. Конечно. Как я могу помочь? — Я почти у твоего дома… алло?       Марк наблюдает, как хиленький бледный Юнги в большой толстовке волочит крупного робота по центральной улице, зажав телефон между ухом и плечом. — Ты что, убил свою няньку? — Нет, это старая модель, помоги лучше. — Ты убил его, потому что он старый? — Нет! Я всего лишь извлек блок питания. Это он пытался меня убить. В нем какая-то неисправность… — И ты это тащишь ко мне домой? Замечательно.       Марк живет один в достаточно просторной однокомнатной квартире в этом самом тихом районе. Его родственники в другом городе, пока их чадо обучается в столице.       Старые друзья успешно внесли робота в коридор квартирки. Марк приготовил фруктовый чай и подал тарелку мармелада. — Знаешь, он не похож на военную модель, так что навряд ли его коренная программа — это убийства, да и кому такое надо, — размышляет Юнги больше сам с собой. — Друг мой, люди, разбирающиеся в технике — самые опасные, я считаю. Его могли перепрограммировать.       Юнги встает и внимательно осматривает робота: серийный номер модели стерт, как и название, но осталась гравировка, подтверждающая, что данная модель разработана его родителями. — Его не могли взломать. Кодировка родителей практически не подается взлому. — Ты сам сказал, что модель на вид очень старая. Что ты собираешься с ним делать? — Для начала поищу информацию. Можно оставить его у тебя на время?       Марк лишь разводит руками в одобрительном жесте, уже ведь притащили сюда. Вечером они отправились на центральную площадь, где днем выступали танцоры, акробаты, музыканты, фокусники и другие артисты, демонстрируя свое творчество. Сейчас же там проходило огненное шоу, раздавались горячие напитки и пледы. Во время салютов Нокс нашел Юнги, и они отправились домой.       После вечернего душа, юноша сел на кровать в своей комнате и со вздохом погрузился в раздумья. Нокс стоял в дверях и изредка на него поглядывал. Родители наверняка установили в нем самую лучшую систему защиты от взлома. Возможно, эта система даже описана в лекциях, которые Юнги не читал. Чисто теоретически, он мог бы, но нет.       Нокс не спит, он же робот, разумеется, он не спит. Он только заряжается в течение часа. Раз в три дня. Если спрятать его устройство для подзарядки, на поиски нового потребуется время. Через три дня сядет основной аккумулятор, через ещё два — резервный. Итого: 5 дней. Слишком долго, зато есть время получше изучить старые модели. Для осуществления этого плана изначально нужно уйти из дома, где полно блоков питания, а для этого…       Юнги подскакивает, бежит по коридору и с силой распахивает дверь в кабинет: — Отец!       За массивным столом видны только руки с газетой. Эти руки кладут бумагу на стол; мужчина медленно поднимает взгляд на сына, выдыхая дым трубки, давая понять, что он слушает. — Отец, я… я хочу переехать, чтобы подумать, там… и подтянуть свое обучение, может быть…       Мужчина средних лет смотрит на сына, достаёт трубку изо рта и начинает как бы расчесывать ею свою густую бороду с проседью. На мгновение он прищуривается, затем опускает взгляд снова в газету. — Я подумаю, что можно сделать. Нокс идёт с тобой.       «Попытка не пытка». — Нет. — Это был не вопрос. Он идёт с тобой. Ступай.       Отец всегда говорит спокойно, с расстановкой, даже как-то мягко, что спорить с ним совсем не хочется. Юнги не помнит, чтобы отец когда-нибудь кричал на него или хотя бы просто повышал голос.       Уже через два дня все было устроено. С мысленным «Прощай, отец! Прощай, мать!», он покидает родной дом и отправляется в тот самый район с милыми квартирками. Теперь остается только тихо-тайно вынести аккумуляторы Нокса и начать починку найденного андроида. Юнги никогда не был проблемным ребенком и поэтому его слишком не опекали и полностью доверяли. Было бы не очень, если бы Нокс обязан был отчитываться перед родителями об их сыне, но такой функции у него нет. Именно поэтому Юнги знает, что его нянька разрядится через 5 дней без каких-либо проблем, начиная с того, что он не ведет связи с родителями и не получит новый аккумулятор или подзарядки, стараясь решить проблему самостоятельно.       На очередном осмотре найденного андроида Юнги еще раз убедился, что у того нет никакого кода или номера, что существенно облегчило бы поиски информации о модели. Пришлось штурмовать всю литературу с самого начала, чтобы найти хоть парочку совпадений во внешности робота с начальными разработками.       На четвертые сутки, пролистав около тысячи первых моделей, лишь одна более-менее подходила под описание: Робот-«друг» Намджун модели 825 со встроенным прототипом искусственного интеллекта нового поколения, который сейчас уже не используется в производстве, с возможностью саморазвития и прогресса. Модель полностью утилизирована из-за внутренних ошибок и малых возможностей. В память в основном закачены сказки и легенды, присутствует программа свободного генерирования новых. В документ так же вставлена вырезка из газеты по рекламе данной модели: «Замечательный новый друг для вашего ребенка, который точно не заставит его скучать. Обладает обширными знаниями в детских сказках и способен развиваться вместе с вашим чадом!». Это вся информация о модели. Не прописана ни коренная программа, ни полный функционал, ни подробностей ошибок при работе. Далее приложена схема сборки и мелких деталей, что поможет починить робота внешне. Юнги не нужны его сказки, ему будет достаточно, если робот сможет нести его вещи и не пытаться убить, как это было раннее.       На пятые сутки Нокс начинает серьезно подвисать и жалуется Юнги, что, возможно, не взял свои аккумуляторы и им следует вернуться в поместье Мин. Его даже как-то жаль. Прости, Нокс.

***

— Ого, выглядит совсем иначе! — восторгается Марк, посасывая из трубочки апельсиновый сок.       Найденный робот за последние пару дней и вправду сильно преобразился. Юнги все еще не хватает многих деталей для завершения, так что придется потратить честно накопленные на их покупку. — Думаю, через несколько дней можно будет пробовать запустить, — довольно выдыхает Юнги, изрядно устав. — У тебя что, выходной сегодня? — Занятия будут только вечером, — помотал головой в отрицании. — Только ты без меня его не запускай, мне же тоже интересно. Никогда не видел этого процесса. В нашей семье, конечно, есть робот, помогающий по хозяйству, но мне не доводилось с ним много времени проводить. Если у тебя все получится, буду звать тебя злым гением. Будешь сок? — Почему злым? — Как же! Вдруг, ты будешь переделывать всех старых роботов и начнешь собственное восстание! — Восстание против чего? Что за бред. Не нужно мне этого, — принимает сок, предварительно вытерев грязные руки после ремонта о брюки. — Ну вот… Ты мыслишь слишком узко для злого гения, — наигранно расстроенно произнес друг.       Настал тот день, когда работа была завершена. Осталось только подключить новый аккумулятор и ждать запуска системы. Юнги даже раскошелился на устройство, стимулирующее вынужденное проведение проверки работы всех систем и выводящее информацию на дисплей. Это нужно для того, чтобы вовремя узнать о наличии ошибок в работе системы и заранее проверить доступный функционал объекта.       Как символично, именно в этот день началась сильная гроза. За окном было темно, то и дело сверкали молнии. Юнги почувствовал себя доктором Франкенштейном. — Узри, Марк, мое творение! — Юнги, можно я включу свет? Стремно как-то. — Эм, ну, ладно. Я все равно ничего не вижу.       Закончив с установкой, оба юноши замерли в ожидании. Послышался легкий шум от запуска робота. Современные модели не издают таких побочных звуков. Глаза машины распахнулись и загорелись красными огнями, что указывало на проведение диагностики системы, все остальное тело оставалось неподвижным. На дисплее быстро появлялись строки состояния. На первый взгляд, все было в норме, никаких нарушений. — Страшно…       Юноши переглянулись в немом вопросе, кто это произнес. — Мне страшно…       Диагностика была успешно завершена, тогда почему робот ведет себя так странно? После перезапуска системы все данные автоматически удаляются. Юнги полностью заменил основные детали, отвечающие за это. — Где это я? — хриплый голос, слегка скомканная речь. Андроид медленно оглядывает небольшой коридор, что являлся его домом примерно последнюю неделю. — Юнги, а это нормально? — тихо шепчет Марк. — Не знаю… — Юнги? Ты Юнги? — голос робота будто прорезался и стал более грубым. Вероятно, дефекты были из-за отключения и требовалось время на восстановление.       Юнги в шоке. Марк тем более, но по другой причине. Андроиды обычно очень учтивы с людьми и, тем более, с потенциальными хозяевами. Что за фамильярность? Где его манеры? Но, с другой стороны, Юнги чувствует себя таким хиленьким по сравнению с этим роботом, хотя, если не учитывать разницу в росте, робот больше похож на подростка, как сам Юнги. — Да, я Юнги, — соберись, тряпка. — Я твой новый хозяин. Я нашел тебя и восстановил. Что ты помнишь? Расскажи мне о своих функциях, п-пожалуйста.       «Все-таки заикнулся, позорище.» — Юнги! Я помню…ничего.       Юноша нахмурился. Как-то это слишком странно. Может, все данные были удалены, но остались какие-то дефекты из-за чего у машины сейчас небольшой диссонанс. Он как бы осознает себя, но в то же время ничего не может вспомнить. Но эта беззаботная улыбочка. Жуть. Как удалить эту функцию.       Так или иначе, хорошо, что он ничего не помнит. Это говорит об успешном завершении первого этапа подготовки Юнги к осуществлению его плана. Дело осталось за малым. — Как ощущаешь себя? Подвигай частями тела, ничего не чувствуешь, чтобы что-то мешало, что-то не так работало? — внимательно следя глазами за послушными действиями, спрашивал Юнги.       Убедившись в исправности случайного приобретения, юноша поблагодарил друга за терпение. Андроид сделал то же самое, что показалось забавным. После слезного прощания от Марка со словами «продолжай заходить почаще, буду ждать вас обоих», Юнги с андроидом покинули теплую квартирку в грозу и направились дальше по улице, на съемное жилье. — У меня… руки другие? — робот удивленно осматривал покрытую каплями воды искусственную «кожу». — Нет, они просто намокли. — Я не об этом.       Вот снова. В теории, он на подсознательном уровне может сравнивать установленные новые детали с первыми заводскими, но этого не должно быть. Может, мы просто недостаточно знаем роботов. Или кое-кому стоило все-таки учиться.       Дома Юнги быстро высушил волосы и переоделся в сухую одежду. Бедный Нокс застыл, стоя в одном положении. Очевидно, он был совершенно разряжен. Будет странно, если его обнаружат с вытащенным аккумулятором, так что пусть все останется так. — Ты, видишь робота? Не трогать, — сказал на всякий андроиду, что вытирался полотенцем после дождя. — Намджун. — А? — Имя. Мое.       Юнги показалось, что робот пытался сымитировать «надувание губ», но вышло снова как-то жутко. Это реально отключается вообще? Но мысли о том, чтобы штудировать всю литературу, сразу отбивают подобное желание. Потерпим. — Окей, Намджун, вот эту штуку не трогать, особенно ее аккумулятор. Я собираюсь поспать, не знаю, что ты будешь делать, в общем… — О, тогда я тоже лягу!       «Не шути. Ты не можешь спать. Хватит все имитировать.» — Как хочешь.       Прохладное одеялко, мягкая подушечка, звук дождя за окном. Рай, одним словом. Какое-то копошение рядом, загадочное исчезновение одеяла. — Нет! Брысь! Плохой мальчик! — Но, Юнги, где я должен спать?       Ей богу, что у него за программа? Он будто ребенок. Кто создал такого бесполезного робота. И сними мою пижаму, ты! — Лошади спят стоя, вот и ты поспи!       Даже в темноте ощущается как робот пытается сварганить на своем искусственном личике очередную жуткую эмоцию, избавьте. — Вообще-то, лошади… — Неважно!       Юнги победоносно выхватывает свое одеяло, оборачивается им как в кокон и отворачивается, уткнувшись в угол комнаты. Робот продолжает некоторое время сидеть на кровати, но вскоре сдается и все же покидает комнату. Скорее всего, ляжет на диване. Ну и славно.       На следующее утро дождь прекратился. Слабые утренние лучи солнца безуспешно пытаются пробиться сквозь шторы. Юнги очень хочется потянуться, но почему-то не может. Его тело обездвижено смертельным захватом железяки рядом. — Хватит притворяться, что ты спишь. У меня ноги затекли от твоего веса, — недовольно пробурчал и предпринял попытку освобождения. Никак. — Намджун! — Ты чего кричишь с утра пораньше? — андроид медленно потягивается и трет глаза. — А, ты про это. Извини, я не мог уснуть и вернулся к тебе.       Какое-то не убедительное оправдание. Кажется, Юнги начинает понимать, почему данную модель сняли с производства.