Игрушка Милохина |D&J

— Подъем! — меня разбудила пощечина.   Я мгновенно открыла глаза. Надо мной стоял Даниил. Руки скрещены на груди, на лице ноль эмоций — не предвещало это ничего хорошего.   В комнате уже темно — вечер. Интересно, сколько я проспала? У окна стоял светильник, который освещал лишь контуры интерьера.   — Что? — полусонно спросила я.   Парень не посчитал нужным ответить на мой вопрос.   — Я хочу развлечься, — усмехнулся он и подорвал меня с кровати.   Я поняла, о чем он говорит.   — А я не хочу, — угрожающе зашипела я и отошла.   Я обрадовалась, обнаружив, что голова больше не болит, но живот все еще давал о себе знать. Отходя от него, я понимала, что бежать некуда. Он, улыбаясь, не спеша приближался. Сердце ушло в пятки, когда я спиной прислонилась к стене. Он оказался слишком близко.   — Я не спрашивал, — вымолвил он и коснулся моих губ. Меня начало трясти. Я еще не отошла от вчерашнего.   — Пожалуйста, не надо, — взмолилась я.   Но было поздно. Руки парня крепко сжали мои бедра и притянули к себе. Он впивался в мои губы так страстно, так неистово, что на миг я даже забылась. Но, когда он начал стягивать с меня ночную рубашку, я уперлась руками в его грудь, отталкивая.   — Не мешай, — рявкнул парень и, схватив меня за запястья, заломил руки за спину.   — Больно же, придурок, — крикнула я.   Но он меня не отпустил.   — Потерпишь! — и снова грубые поцелуи. Одна его рука крепко держала мои за спиной, а вторая быстро снимала с меня одежду. Горячие губы целовали грудь, покусывая кожу, и вызывая во мне ураган непонятных ощущений. Внизу живота странно потянуло. Я закрыла глаза, пытаясь заставить себя успокоиться. Когда Даня прикусил сосок, я выгнулась всем телом. То ли от боли, то ли от…   — Я знаю, что тебе это нравится, — хрипло прошептал он и отпустил, наконец, мои руки.   Он схватил меня за волосы и притянул к себе. Играя языком в моем рту, рукой он забрался ко мне в трусики. По моему телу прокатилась волна дрожи.   — Не н-надо, — я замерла.   Я не знала, что именно сейчас испытываю. Хотелось оттолкнуть его, ударить, убежать. Но резко его палец вошел в меня, и я застонала. Руками я обвила его шею и зажмурилась. Было приятно и больно одновременно. Чертова физиология.   — Смотри на меня, — приказал ровный голос, и я подчинилась.   Его лицо, такое спокойное, ничем не выдавало того, что он творил во мне. Он вглядывался в мои глаза, а я беспомощно хлопала ресницами и глубоко дышала.   Он подло усмехнулся и вдруг вынул палец.   — На сегодня с тебя хватит, — бросил, уходя. — Поешь нормально, а то еще сдохнешь.   Я стояла у стены и никак не могла прийти в себя. Что это, черт подери, было?   — Конченый! — выкрикнула я, надеясь, что он услышит.   Я подняла с пола ночную рубашку, одела ее и запрыгнула в кровать. «Первый день пережила. Что же дальше? Чего ему от меня надо? Что со мной будет?» — мелькали в голове вопросы, ответа на которые, я не знала. Укутавшись одеялом, через пару минут я уснула.