Это была любовь

***

Сегодня класс Светланы Анатольевны вышел на субботник: девочки работали на одной половине пришкольного участка, а мальчики — на другой. И чтобы хоть как-то разрядить «рабочую» обстановку, Соня решила поиграть с одноклассницами в игру — «Правда или действие». — Я устала… — вдруг произнесла она и перестала грабить. Все, кроме Вио, остановились и посмотрели на неё. Она, тем временем, не просто грабила листву, а грабила листву под музыку, которая играла в её наушниках. Наверное, ей захотелось побыть сегодня в образе нашего Еновского-младшего. — А давайте сыграем в «Правду или действие». — Я за, — сказала одна из учениц 9 «А». — Мы тоже, — ответили в один голос близняшки. — Ну… можно попробовать, — прибавила Кристина. — Виолетточка, — сказала Быстрова. Серебрянкина остановилась, сняла и повесила наушники на шею. Она посмотрела на неё. — Что тебе нужно? — без эмоций спросила она. Её как будто подменили. — Будешь играть с нами в «Правду или действие»? Вио-Ника, немного подумав, ответила: — Да. — Отлично, тогда начинаем… — произнесла стерва и вновь взглянула на новенькую. — Виолетта, правда или действие? — Действие. — Поцелуй в губы того мальчика, у которого, по твоему мнению, самое редкое имя. — Вообще-то, Сонечка, если ты не знала, у меня парень есть. — Тогда выбирай правду. — Правда… — Как ты думаешь, Ваня тебя по-настоящему любит, или ты для него мимолётное увлечение? Услышав вопрос, Кристина сглотнула, так как вопрос задел не только Серебрянкину, но, в какой-то степени, и её. — Так значит? — спросила Вио. — Ага, — ответила Соня и хитро улыбнулась. — Если на то пошло… Она положила грабли на землю и подошла к парню Быстровой, Арсению, который также занимался, по их мнению, ерундой. — Арс. Сеня перестал грабить и посмотрел на новенькую. Тогда он ещё не знал, что его жизнь сегодня немного изменит направление. — Ч… Но он не успел ничего спросить, так как Вио начала нежно целовать его в губы. Он был в шоке, как и его девушка. — В смысле? — спросила с недовольством Соня и кинула грабли на землю. — Сеня — только мой. — Когда он успел стать «только твоим»? — спросила Крис и усмехнулась. — Вообще-то, мы совсем недавно начали встречаться. — А Толик? — Мы ещё в восьмом классе расстались, — ответила дочь Маши, — причина — Арсений, который переехал в столицу нашей необъятной родины из другой, культурной столицы, и перешёл в нашу школу. И уже тогда я влюбилась в него по уши… только старалась этого не показывать. — Ого! — удивилась дочь Светы Анатольевны. — Я же тебе в Пушкинских горах, кажется, говорила, или ты уже всё забыла? — Видимо, просто не обратила внимания… А тем временем Вио-Ника перестала целовать молодого человека Соньки. Она посмотрела назад и увидела злой взгляд Ивана. Тут в её голове созрел план. — Что… — Ты сегодня свободен? — спросила юная леди и положила руки на плечи Арса. Тот, в свою очередь, покраснел до ушей. — Ну… — Сможешь проводить меня до дома? — Д-да, — неожиданно, заикаясь, ответил Арсений. Она улыбнулась и, убрав руку с одного плеча, положила на него свою голову, хитро улыбнулась и закрыла глаза. — Мне не послышалось?! — воскликнула Быстрова. — Ну… — Я ему… им такое устрою. Она уже хотела подойти к «любовничкам», как вдруг наступила на свои же грабли, получила ими в лоб и грохнулась на сырую от дождя землю. Больно и одновременно мерзко. — Твою мать, — прошипела Сонька. Это заметил Глеб, который весь субботник ходил в наушниках, как и дочь Александра. Он поставил грабли на место, снял, спрятал затычки для ушей в портфель. А после Еновский подошёл к молодой особе и помог ей встать. — Смотри, куда идёшь, — прошептал он. И они посмотрели друг на друга. — Глеб? — Нет, блин, Арсений. Юноша осмотрел её лицо, а точнее всю, с головы до ног, оглядел. Крови и царапин нет. — Голова кружится? — спросил сын Влада. Девушка отрицательно помотала головой. — Значит, тебе повезло, а то я когда-то сотрясение заработал. — Из-за граблей? — Угу… Он посмотрел вперёд. — В детстве я вечно попадал в неприятности — то руку, то ногу сломаю, или сотрясение заработаю, — сказал парень. — «Закон Мёрфи» до десяти лет преследовал меня. И славу Богу, что я остался жив после всего этого. Девушки слушали его очень внимательно. — А расскажешь нам ещё что-нибудь интересное? — в один голос спросили близняшки. — Только если вы очень сильно хотите. — Хотим. — Тогда слушайте. Светлана Анатольевна наблюдала за всем этим со стороны и улыбалась. Только Шмелёв Иван был не рад всему этому.

***

После субботника младшего Еновского окружили со всех сторон. Вернувшись в здание школу, Соня посадила Глеба перед собой, чтобы тот не убежал, и вместе с близняшками начала его мучить, задавая различные вопросы. — Почему ты решил заниматься боксом? Тебя… обижали? — Почему именно классическая музыка тебе нравится? Рок, поп совсем не слушаешь? — Кто сподвиг или что тебя сподвигло пойти заниматься бальными танцами? — И почему именно Кристина стала твоей партнёршей? Ведь в Москве полным-полно других бальниц… Сын Владислава, между тем, закрылся учебником и лёг на парту… На перемене Глеб вырвался из «плена Сони» и убежал в кабинет химии. Там он любил скрываться не только от своих, но и от всех. А Елена Николаевна была не против. Сейчас юноша сидел за партой и изучал новости различных telegram-каналов. Он хотел отвлечься от «невзаимной любви», но все каналы только этим и были заполнены. Каждый второй блогер сегодня хоть как-то поднимал эту тему — расставание, школьная, лагерная и первая любовь. — Ангелина спрашивала… — Завтра, — ответил с недовольством Глеб. — Твоё «завтра» уже неделю длится. Учительница села к Еновскому-младшему, который тем временем откинул телефон от себя и надел обратно на голову наушники. — Ты сам не свой ходишь последнее время. — И вы туда же, Елена Николаевна, я больше не могу это слышать, — произнёс сын Влада, — лучше волкам на съедение отдайте. — Ты до сих пор не можешь принять тот факт, что Виолетта влюблена в твоего одноклассника и встречается с ним? Тот молчал. — Да, Глеб? Неожиданно юноша кивнул. — К психологу ходил? — Так и не дошёл до него, Елена Николаевна. Тут, в кабинет забежала Кристина. Она посмотрела на директрису, а они — на неё. — З-здравствуйте, — поздоровалась, заикаясь, Крис. — Здравствуй, Кристина. — Глеб… — Я больше не вернусь туда, — сказал Глеб и положил голову на парту. А девушка подошла к ним. — Я пришла… не по этому поводу. Они снова посмотрели друг на друга… — Видел, как Виолетточка с нашим Арсом заигрывает? — спросила отличница. Глеб и Кристина, в это время, уже шли по коридору и смотрели по сторонам. — Как же такое не видеть, Кристина, посмотри-ка вперёд. Они остановились, посмотрели вперёд и увидели такую картину: Арсений сидел на полу, Серебрянкина лежала. Её голова лежала на его коленях. Он гладил её по волосам, а она релаксировала. — Что же Вио-Ника задумала? — спросил Глеб Еновский. — Не просто же она так… на чувствах Арсения играет. — Может, Соню позлить? — Мало вероятно. — Почему? — в ответ спросила Крис. — Слишком просто для Серебрянкиной, — ответил младший Еновский, — в этой «провокации» главный герой явно не Соня. Между тем Виолетта продолжала общаться с Сеней. Быстрова наблюдала за ними со стороны и злилась. — Ну он и… — начала она, но резко поменяла свой ход мыслей, — нужно срочно с Ваней Шмелёвым по этому поводу поговорить. Она ушла, а мы перемещаемся к нашей, так называемой, «провокации». — У тебя с Соней всё хорошо? — спросила Серебрянкина. — Да. — Правда? Вдруг около ребят прошла Татьяна. Она остановилась, взглянула на Арсения, а он — на неё. И, не сказав ни слова, девушка ушла. — Честно — нет, — ответил Сеня и взглянул на Виолетту, а она — на него. — Что случилось? — Долгая история, — начал парень, — девушка, которая сейчас около нас проходила и даже останавливалась — это Таня из десятого класса. Я с ней совсем недавно познакомился… — Изменяешь? Пожал плечами. — Она не считает это изменой, а я… — Ясненько, не буду тебя мучить. Она посмотрела вперёд. Увидев недовольное лицо Ивана, юная леди в очередной раз хитро улыбнулась и положила руку на щеку молодого человека Быстровой. Сеня снова покраснел. Он ничего не сказал Серебрянкиной, наверное, всё понял без слов, а вот Шмелёв, чтобы избежать скандала, ушёл.

***

Уроки закончились. Ребята, а именно Марк, Эрика и Арс, стояли около входа в школу и общались на разнообразные темы. — Сеня, нам уже пора бежать — родители ругаться будут. — Ясно, Марк, тогда пока, — попрощался Арсений. — Пока, Эрика. — Пока, Сеня, — попрощалась в ответ Эрика, обнялась с юношей и уже вместе с Афанасьевым убежала за территорию. Тут к Арсу подошла Вио-Ника. Она положила руку на его плечо, и их взгляды встретились. — Всё в силе? — спросил молодой человек. — Знаешь, Сеня, а пошли к тебе. — Ч-чего? — Я тут вспомнила, мама основные ключи забрала с собой на работу, а запасные я забыла на тумбочке, — ответила юная леди. — Поэтому до занятий по фехтованию я должна у кого-то перекантоваться. — Может, у Вани? — У Вани не хочу, — ответила дочь Александра, — там Крис. — А что тебе Кристина сделала? — Это личное. — Понятно, тогда пошли, — заявил Арс, — если другого варианта у тебя нет. Девушка улыбнулась и вместе с парнем пошла в сторону его дома. Соня, между тем, продолжала за ними наблюдать. — Вы просто так от меня не уйдёте… Прошло минут десять. Виолетта с Арсением зашли в квартиру молодого человека. — Добро пожаловать в моё маленькое жилище, — произнёс Сеня, снял с себя куртку и повесил её на крючок, — чувствуй себя, как дома. Молодая особа сняла с себя пальто, протянула его юноше. Он, в свою очередь, также повесил пальто одноклассницы на крючок. — Тебе сделать бутерброд с копчёной колбаской? — Если можно… — ответила дочь Саши. — Тогда иди в мою комнату и жди меня. — А где она? — Комната здесь только одна, — ответил Арсений и пошёл на кухню, — по коридору, налево! — П-поняла. Серебрянкина пришла в комнату… По размеру комнатка была очень маленькой, но очень уютной. Кровать, тумбочка, шкаф, стол со стулом, где молодой человек любил делать уроки и рисовать. На стенах красовались постеры, фотографии и, конечно, его рисунки. Спустя минуты две Сеня пришёл в комнату. Он принёс девушке обещанный бутерброд. — Твой бутерброд с копчёной колбасой готов. Она забрала у него бутерброд и улыбнулась. — Спасибо, Сеня… — Всегда пожалуйста, Виолетта. Он подошёл к окну и посмотрел через него на улицу. Складывалось ощущение, что сейчас пойдёт первый в этом году снег. — А где твои родители? — неожиданно спросила Вио. — Я здесь один живу. — В смысле? — Я сирота, — ответил на вопрос молодой особы Сеня и сел на кровать. — Родители, без моего согласия, уехали в другую страну, оставив записку. Как сейчас помню: «Прости, но мы не могли поступить по-другому… будь умничкой, твои мама и папа». — А другие родственники? — спросила Серебрянкина и села рядом. — Другие родственники в Санкт-Петербурге живут. Я сам когда-то жил в культурной столице, считал её вторым домом, но… — Они хоть тебе чем-нибудь помогают? — Конечно; квартиру оплачивают, деньги дают: на продукты там, канцелярию, бумагу — я же очень люблю рисовать. Вот совсем недавно нарисовал Таню из десятого класса. Он посмотрел на одну из своих последних, семейных фотографий, которая висела на стене, как постер, и загрустил. — Но мне всё это не нужно, — с грустной ноткой в голосе произнёс юноша, — мне нужны чувства, любовь… — Твои родители, в отличии от моих, хотя бы вместе живут. Арсений снова посмотрел на девушку. — И не ссорятся. — Твоя судьба очень похожа на судьбу одной девочки, с которой я давно не общался. Они вновь взглянули друг на друга. — У неё такие же черты лица, как у тебя… — начал молодой человек Быстровой. — У неё такие же глаза, улыбка, как у тебя. У вас даже голос похож. — Сеня, Сеня… ты говорил, что Санкт-Петербург — это твой второй дом? — Ну… можно и так сказать. — Был у меня друг из Питера, — начала размышлять юная леди, — и он, кстати, очень-очень сильно похож на тебя.

***

Некоторое время Арсений жил в пансионе Санкт-Петербурга… Сейчас Сеня сидел на подоконнике и кого-то рисовал. В пансионате он был достаточно молчаливым мальчиком, так как именно туда его отдали совсем недавно родственники родителей, которых даже не мучила совесть. — Кого рисуешь? — спросил один из учеников по имени Егор, который жил в пансионате уже долгое время. Арс не отвечал. — Молчаливый, ты нас слышишь? Слышал он их, просто отвечать не хотел. Вдруг пансионеры забрали у него рисунок и начали его обсуждать. — Смотри, это же его родители, — ответил на вопрос ещё один из учеников по имени Павел. — И где они? Не знаешь? А мы знаем — они бросили тебя и уехали… запомни, здесь ни у кого нет ни мамы, ни папы. Они бросили всех нас. — Егор, Павел. Все посмотрели вперёд и увидели грозную директрису пансионата. И звали её Нина Григорьевна. — Нина Григорьевна… — Отдайте Сене его рисунок. — Хорошо, Нина Григорьевна. Мальчики отдали Арсу рисунок и куда-то убежали. — Сеня, всё хорошо? — спросила Нина Григорьевна. — Тебе нужна какая-нибудь помощь? Пансионер отрицательно помотал головой, и тут к ним подошли взрослый мужчина с маленькой девочкой. — Здравствуйте, Нина Григорьевна. Директриса взглянула на него и улыбнулась. — Александр, здравствуйте, — сказала Нина, — мы рады вас видеть. Александр также улыбнулся. — Привет, Ника, — поздоровалась женщина, смотря на Нику, — как дела? — Здравствуйте, Нина Григорьевна, — поздоровалась она в ответ, — у меня всё хорошо. — Ну и чудненько. Девочка взглянула на отца и произнесла вот такие слова: — Пап, я могу тут побыть, пока ты решаешь деловые вопросы с Ниной Григорьевной? — Конечно, доченька. — Ура! — Может, по кружечке чая? — спросила директриса пансионата. — Только хотел вам предложить, Нина Григорьевна. Александр и Нина Григорьевна ушли, а их ребята посмотрели друг на друга. — Привет, — поздоровалась Ника и улыбнулась, — я Вероника, а тебя как зовут? Тот молчал. — Эй, ты меня слышишь? — спросила Вероника. — Как тебя зовут? — Арсений, — неожиданно ответил мальчик, — можно просто — Сеня. — Я тебя раньше здесь не видела. — Я… совсем недавно здесь поселился. — Ясненько. Вдруг Сеня задумался, и рисунок выпал из его рук. Ника успела поймать лист бумаги и одновременно изучить. — Очень красиво. Она отдала пансионеру рисунок и села рядом. — Ты в художественную школу ходил? — Я… самоучка. — По твоему рисунку так и не скажешь… ты как будто лет пять этим занимаешься, — заявила маленькая девочка. Мальчик улыбнулся. Он посмотрел на кольцо, которое было сделано из чистого серебра, и неожиданно снял его со своего пальца. — Ника. — А? — Возьми моё кольцо. — Зачем, Сеня? — На память. Она забрала кольцо и начала его рассматривать со всех сторон. — Это серебро? — спросила Вероника. — Угу. — Как говорила мне мама: «У Серебрянкиной есть необычный талант. Она умеет притягивать к себе абсолютно все изделия, сделанные из серебра». Пансионер засмеялся, а девочка улыбнулась… Сейчас: — Серебро? — Кольцо? — спросила она и убрала волосы назад. — Серебро! — Кольцо! Тут они крепко-крепко обнялись. Глаза девушки наполнились слёзами счастья. — Я скучала. — Я тоже… — А я тебя говорила, Ваня, что твоя Виолетточка не святая. Это были Иван Шмелёв и Сонька Быстрова, которые только что пришли. Ребята взглянули друг на друга. — Ваня? — спросила Серебрянкина и перестала обнимать друга детства. — Так значит? — спросил в ответ сын Сергея. — Шмелёв, это не то, о чём ты подумал. Но Шмелёв не хотел ничего слушать. Он вышел из комнаты и направился в сторону выхода. — Ваня! Но тот уже её не слышал. Серебрянкина встала и схватила внезапно Соню за руку. — Довольна?! — воскликнула она. — Ты сама первая полезла к моему парню с поцелуем — кстати, Сеня, Виолетта поцеловала тебя, потому что играла с нами в «Правду или действие». — Сеня… — произнесла Вио и взглянула на молодого человека. — Не надо извиняться, Вио, — сказал Арс, — я давно уже всё понял. Вдруг Виолетта отпустила руку Соньки и побежала за своим парнем, а другая, молодая особа хитро улыбнулась. — И как это понимать? — Всё просто, Сеня, — ответила Быстрова и хотела обнять любимого, но он не дал ей это сделать, — любовные интриги никто не отменял. — Быстрова… — Что не так? — Ты… как всегда. И после этих слов Арсений убежал за Серебрянкиной. — Сеня! — воскликнула юная леди, но он уже не слышал её. — Хотела как лучше, а получилось, и вправду, как всегда. Вио выбежала на улицу, но Иван уже ушёл. — Ваня! — крикнула она, и после её голос охрип. Из дома выбежал Арс. Он подбежал к девушке, накинул на её плечи пальто и обнял. — Не надо кричать на всю улицу, Вио. — Почему? — хриплым голосом спросила она. — Ты думаешь, я Ваню не знаю? Они взглянули друг на друга. — Ради него голос терять точно не надо — вернётся и сам ещё извинится. — Сеня, я… тебе верю. Он улыбнулся, а юная леди прижалась к его груди и закрыла глаза…

***

Прошёл час после случившегося. Ваня и Кристина сидели на бортике моста и ели жареный хлеб, как во втором сезоне нашего любимого сериала — «Родком». — А Вио не против, что ты со мной проводишь время, а не с ней? — Эээ… В голове парня сразу всплыли воспоминания. Все события, описанные в видениях, случились после колеса обозрения. « Виолетта вернулась домой. Она ждала Ваню. Тут юная особа услышала стук в дверь. — Иду! Она подбежала к двери, открыла её и пустила юношу к себе. — Привет. — Привет, Ванечка… — И о чём ты хотела со мной поговорить? — спросил Шмелёв и вместе с Серебрянкиной пришёл на кухню. — Сейчас узнаешь, — ответила Вио. И она взяла со стола тарелку… » Тогда Виолетта била посуду и, конечно кричала на Ваню. У сына Сергея Шмелёва от этих воспоминаний по телу пробежали мурашки. Он снова посмотрел на Кристину и ответил: — Не против. Он соврал. — Тогда я спокойна… — Кристина. Их взгляды встретились. — Не уезжай, пожалуйста. — Посмотрим, — сказала Крис, — может, я и передумаю. Иван улыбнулся, и на улице пошёл первый снег. — Первый снег пошёл… — А помнишь, как ты пригласил меня на прогулку после того, как наши родители стали мужем и женой? — Помню конечно, — ответил Шмелёв-младший, — тогда нам было не до прогулок. — Это да… — произнесла молодая особа. — Но эта прогулка помогла мне немного отойти от всей той ситуацией, которая произошла вокруг нашей семьёй. Юноша положил руку на плечо Крис, а она — голову на его и закрыла глаза. — Как жаль, что это больше не повторится. — Угу… Дочь Светланы Анатольевны открыла глаза, и они взглянули друг на друга. — А ты бы хотел вернуть то время? — спросила она. — Когда мы… были счастливы? Когда мы… встречались? Тот не знал, что ответить. — Зря я это спросила, поэтому… Она посмотрела вдаль. — Забудь, что я только что сказала. Девушка закрыла глаза. — Очень бы хотелось… — Как погуляли с Ваней? — спросила Света, услышав, что кто-то вернулся домой. — Это было очень круто, — ответила Кристина и вместе с младшим Шмелёвым зашла на кухню. — И… — И по поводу Питера — я передумала навсегда уезжать. Юноша положил руку на плечо отличницы и улыбнулся. — Поедем только на выходные. — Славу Богу, всё решилось, — произнёс Сергей Шмелёв, который сидел за столом и кушал. — Да. — Есть будете? — Конечно. — Тогда к столу. Действия этого отрывка в данный момент происходили в квартире Арсения. Молодой человек сидел в кресле и что-то активно читал. Неужели это снова книга Серебрянкиной? — Сеня… Это Соня, которая решила не уходить после случившегося. Она подошла к Арсу и села на его колени. — Прости меня. Тот не слышал. — Ну, Сеня… Парень перестал читать, и они посмотрели друг на друга. — Ты расстроился, что я решила поиграть с девочками в «Правду или действие»? — Я расстроился, потому что ты сплетни строишь, по-другому подогреваешь страсти, — ответил Арсений. — У нашего любовного четырёхугольника и так этого хватает. Он закрыл книгу и положил её на столик. — А я не люблю таких девушек — триггер. — Сеня… Быстрова положила руки на его щёки. — Я готова измениться ради тебя. — Даёшь слово? — Да. Он чмокнул в её щёчку. — Если ты нарушишь слово, то я с тобой расстанусь и начну встречаться с… Кристиной — она спокойная и… Молодой человек не договорил, так как девушка начала целовать в губы. Тот ответил на поцелуй. Прошло пятнадцать секунд, и молодые люди отцепились от губ друг друга. — Я тебе обещаю.

***

Пока Ваня гулял, общался с родителями и Кристиной, Виолетта пошла заниматься фехтованием. Сейчас она уже спускалась по лестнице, так как занятия подошли к концу. — Вио-Ника, — вдруг произнёс имя девушки Глеб и снял наушники. А он что здесь забыл? Молодая особа остановилась и посмотрела на младшего Еновского. Он, в свою очередь, слез с подоконника и подошёл к ней. — Глеб? — спросила Серебрянкина. — Что… ты здесь делаешь? — Я знаю, что произошло между тобой и Ваней. — И? — И я пришёл сказать тебе, что ты должна его бросить. — В… смысле? Я… ничего не понимаю. — Вио-Ника, Ваня тебя не любит. Ты… просто для него мимолётное увлечение. — Не говори так. — Почему не говорить, если это так и есть, Вио-Ника? — спросил сын Владислава. — Я видел, как он проводил время с Кристиной, и им, на секундочку, было очень весело. А у вас — одни ссоры. Если и полюбил тебя, то сам не понял как. Вио была в шоке. — Прислушайся к моим словам, — сделал некий вывод молодой человек, — есть человек, который по-настоящему тебя любит, а не как он. — А я не буду прислушиваться к мнению человека, который не ответил ни на одно моё письмо, — произнесла в ответ дочь Александра, и её глаза наполнились слезами. — Я переживала, думала, а ты… Вдруг она дала младшему Еновскому пощёчину. Тот был в шоке. — Пока, Глеб, — попрощалась с ним Вио-Ника, и побежала дальше. А Глеб положил руку на щеку. — Вио-Ника… Еновский-младший шёл домой. В его наушниках очень громко играла музыка. Его состояние с каждой секундой становилось всё хуже и хуже. В любой момент он даже мог потерять сознание. Но неожиданно, на противоположной стороне улицы, Глеб увидел знакомую фигуру. Это была не Ангелина. Это была не Елена Николаевна. Это была его мама. — Мама? — сам у себя спросил одноклассник Кристины и снял наушники. Тут к девушке подошёл мужчина. В костюме. — Варвара Владимировна, вас отвезти домой? — Не надо, Мартынов, — ответила Варя, — я могу сама дойти. — Хорошо, тогда до завтра. — До свидания. Она пошла домой, а Еновский Глеб решил проследить за ней, чтобы узнать, где она теперь живёт, чтобы сказать отцу… Шли они, шли. Женщина шла впереди, а парень хвостом плёлся за ней. Он запоминал каждый поворот, каждый магазин, даже каждый гараж. Прошло минут десять, и Варвара Владимировна подошла к своему подъезду. Сын Владислава, тем временем, стоял за ней и следил за всеми последующими её действиями. Она достала ключ от 45 квартиры, а юноша, поняв, что ему больше никакой информации не нужно, побежал домой.

***

Глеб вернулся домой. Он пришёл в гостиную, лёг на диван и начал снова слушать музыку в своих наушниках. Тут в гостиную зашёл Владислав. В руках мужчина держал сковородку, на которой в данный момент жарился блинчик. Он посмотрел на своего сына. — Как дела, Глеб? — Пап… — А? — Отвези меня, пожалуйста, к маме, — ответил парень и уставил свой взгляд на потолок. — Глеб, ты же… — Да, я знаю, что вы в разводе, но я не могу придумать другой способ для того, чтобы забыть Серебрянкину Виолетту. — Вы поссорились? — Хуже, отец. — Да уж… и где я найду твою маму? Мы уже давно друг с другом не общались. Наверное, она давно умотала за границу вместе со своим депутатом. — Она в Москве сейчас живёт, — дополнил младший Еновский и начал сидеть в телефоне. — Откуда… Юноша посмотрел на отца. — Понял, — произнёс Влад. — Тогда собирай кое-какие свои вещи. Гитару даже взять можешь, так как не поедешь же ты к матери с пустыми руками и без своего любимого музыкального инструмента… Спустя двадцать минут Глеб и Влад подъехали к нужному дому и подъезду. Они поднялись на пятый этаж. Мужчина постучал в дверь сорок пятой квартиры, и она сразу же открылась. Из квартиры выглянула мама Глеба. Взгляды родителей молодого человека встретились. — Влад? — спросила женщина и, увидев своего сына, добавила: «Глеб?» — Привет, Варя, — поздоровался с Варварой Владимировной Владислав. — При…вет. — Глеб может пока пожить у тебя? — В смысле? — спросила Варя. — Глеб, проходи, располагайся, — сказал юрист, — будь как дома. Вместе с рюкзаком вещей и гитарой младший Еновский зашёл в квартиру. А Варвара, наоборот, вышла из неё и закрыла за собой дверь. — Что это с ним? — вновь задала вопрос женщина и взглянула в глаза отца юноши. — Он в депрессию впал из-за невзаимной любви. — Ч-чего? И сколько он ходит в таком состоянии? — Несколько неделей. — Офигеть, — сказала Варвара, — к психологу обращались? — Пытались обратится. — Эээ… — Он не хочет, — ответил Влад. — Готов с ума сойти, с голосами и образами в голове своей пообщаться, но только не к психологу пойти. — Ясно… — Пусть он, и вправду, у тебя какое-то время побудет, а то любовь, которая теперь живёт в нашем доме, будет приносить ему только страдания. — Ладно. — Я могу идти? Варя кивнула. Мужчина уже собирался уходить, как вдруг: — А кто будет отвозить Глеба в школу? У меня машина в ремонте. — Он сам может дойти — тут недолго, всего минут пятнадцать. — Поняла. — Тогда пока. — Пока. Владислав ушёл, а Варвара открыла дверь и зашла в свою квартиру. Закрыв её, она взглянула на своего сына, который стоял и ждал указаний мамы. — Глеб. — Почему ты нас предала? — Сынок, важную роль в нашем мире играют деньги. — Ты обещала рассказать мне правду, когда мне исполнится шестнадцать, но, как и отец, решила уйти от ответа, — произнёс юноша. — Глеб. — Проехали… и где я буду спать? — По коридору, направо. — Спасибо. Она ничего не успела спросить, узнать у сына, так как он быстро зашёл в комнату и захлопнул за собой дверь. — Тяжёлый случай. На часах стукнуло десять часов вечера. Ваня Шмелёв был в своей комнате. Он лежал на кровати и разговорил с Вио по видеосвязи. Но не обычно разговаривали, а на повышенных тонах из-за того, что молодой человек начал слишком много проводить время с дочкой учительницы по литературе. А сегодняшний случай они уже забыть успели. « И долго это будет продолжаться, Ваня?! » — Вио, — начал сын Серёжи, — я обещаю, что после выходных разорву с ней все отношения. « А сейчас не можешь? » — И как ты себе это представляешь?! — громким голосом спросил Иван. — Кристина, нам нужно срочно разорвать все отношения, потому что это мне сказала наша новенькая элита, Виолетта Серебрянкина. « Шмелёв… » — Ладно-ладно, постараюсь, но, если не получится, разорву в понедельник. « Ладно… спокойной ночки » — Сладких снов. Шмелёв нажал отбой и после поставил телефон на зарядку. Тут в комнату зашла Кристина. Их взгляды встретились. — И с кем ты так разговаривал? — Как разговаривал? Девушка подошла к своей постели и села на неё. — На повышенных тонах. — Да так… с Глебом. — И что вы такое обсуждали? — Точнее сказать кого — Серебрянкину. — Вам опять её не поделить? Тот пожал плечами. — Только больше не устраивайте, пожалуйста, драку за её сердце, — произнесла Крис и легла под одеяло. — Не хочется, чтобы Глеб пострадал, как в прошлый раз. Да и ты… после неё другим человеком вернулся. Юноша задумался. — Спокойной ночи, Ваня. — Сладких тебе снов, Крис. Она улыбнулась, закрыла глаза. А Ваня начал размышлять о словах, которые ему сказала юная леди по имени Кристина. Он же и вправду вернулся другим человеком после драки с младшим Еновским. Он начал иначе относится к новенькой. С дочкой учительницы по литературе поругался. Хоть сейчас ситуация изменилась, но в какую сторону? Ваня решил, что поразмышляет над этим вопросом утром, поэтому, как и отличница, укрылся одеялом, закрыл глаза и вскоре уснул крепким сном.

***