Надежда умирает последней...

Шёл третий день, после пропажи Лололошки. Все уже давно отчаялись, но Лефтарион каждый день летает к воротам Арнира. Он единственный кто не теряет надежды. Я...Я хочу ему верить. Я хочу верить, что Лололошка жив. Но зная Варнера, как никто другой, наша надежда с большим треском проваливается в бездну. Аномалии вышли на новый уровень. Но есть и одна хорошая новость! (хоть какая-то за последнее время). МЫ НАШЛИ СПОСОБ ПРЕДОТВРАТИТЬ ПОГИБАНИЕ МИРОВ! Для этого нам пона… — Блэк! — голос бывшего учителя оторвал Иссушаюшего волшебника от письма. — Гектор? Что-то случилось? — Случилось! Да и не «что-то», а настоящая катастрофа! В некоторых мирах стали пропадать не просто блоки, а чанки! И если мы хотим спасти миры, то нужно торопиться! А не то… Голос Гектора прервал звон колокольчика. В лаборатории появился Лефтарион: — КОЛЛЕГИ! Хух… бывший дракон вздохнул, — Я разузнал очень важную информацию! К аномалиям Варнер и вправду не имеет никакого отношения! Но имеет Печать Тьмы. — Неужели, он, создал свою печать?.. — Да! И с каждым днём записывает в неё всё больше энергии! Это может привести к ещё более серьёзным аномалиям. Но самое главное, что мне удалось разузнать — к Печати Тьмы имеют доступ только два человека. Насколько мне удалось разобраться это Варнер, и его правая рука. — Но его правой рукой была Верона! — Блек вспомнил, что когда все они были в тронном зале справа от Варнера на пьедестале была волшебница. — Да. Но теперь на её месте первоклассный воин. И это может помешать в нашем плане спасения миров. Всё-таки «походы» Лефтариона к вратам Арнира приносили плоды. Только удавалось разузнавать не совсем ту информацию которая нужна была дракону. А на вопрос «Жив ли Лололошка» видимо никто не мог мог дать ответ… <i>Над землёй царила мёртвая тишина. Ночь заглушила всю жизнь, совсем недавно цветущую во всей красе. Лавки и кузницы закрывались. Пение птиц затихало с каждой секундой. Весь город засыпал. Густой туман окутывал землю пуховым одеялом. Величественный город сливался с темнотой... - Арнир...<i> Блек подорвался с кровати. Один и тот же сон снится ему уже несколько дней. Перед глазами встают ворота Арнира... Раздумье мага прервал шум снаружи лаборатории. Лефтарион прилетел в столь поздний час? Так он же теперь не такой огромный дракон, а вполне себе обычный человек. Такой шум он издавать не может. Гектор? Нет. Шум переходил в скрежет, скрежет в шорох, шорох в шёпот: - Арнир... Варнер... Печать... Блек пытался прислушаться, но не слышал ничего кроме этих повторяющихся слов. Что это? Новая аномалия концентрирующаяся на последних мыслях? Маг пытался уснуть. Всё равно утро вечера мудренее. Рано утром Доктор Блек ждал прихода Гектора. Вот зазвенел колокольчик, в лабораторию зашёл лозовой волшебник: - Здравствуй, Блек. Зачем такая срочность? Что-то произошло? - Здравствуй, да, случилось. Слушай, вчера ночью ты ничего не слышал? - Нет. - Точно? - Нет. Блек, скажи точнее, что я должен был слышать ночью? - Этой ночью я слышал странный шёпот. Он повторял слова: Арнир, Вагнер, Печать. Я думал это очередная аномалия, которая фокусирует последнии мысли в шёпот. - Если бы это была аномалия, то это было бы у всех. - Вот в этом и дело! Тогда что это было? - Не знаю. А Лефтарион ещё не возвращался? - Нет, - ответил Блек, - но может быть его очередной дозор принесёт какие-нибудь пояснения...