На войне все средства хороши

Остановить нас можем только мы сами. Саката Гинтоки, «Gintama»

Хиджиката закрыл дверь своей квартиры и снял обувь. Окита недоверчиво смотрел на него, ожидая подвоха. Всю дорогу до дома Хиджикаты они шли молча. За все время заместитель не проронил ни единого слова. Сого тоже молчал - потому что не понимал его и даже не мог придумать, что сказать и как сказать. Неужели Хиджиката не придумал ни одной шутки о пароле на телефоне Сого, названном его именем? Как-то это подозрительно. Окита поставил такой пароль не намеренно, просто в момент покупки телефона он посмеивался над распластанным на земле Хиджикатой, и других мыслей у него в голове в это время не было. Поэтому он поставил на пароль первое слово, которое пришло ему в голову, и этим первым (и единственным) словом было имя заместителя командующего Шинсенгуми. Окита не чувствовал неловкости из-за этого, скорее ему было весело, однако он терпеливо ждал, когда Хиджиката наконец съязвит что-нибудь на эту тему. Он даже заранее продумал три варианта реплики заместителя и ответы на них. - Я никогда не забуду твое лицо в тот момент, когда кудрявый упырь назвал пароль, это было слишком эпично. - Хиджиката-сан, Вам придется забыть мое выражение лица точно так же, как Вы забываете каждый день быть адекватным человеком. - Сого, я и не знал, что ты так сильно меня любишь. - Хиджиката-сан, это вместо оберега. Ваше имя на пароле будет отгонять от меня всех злых и противных духов, так как Вы в разы злее и противнее любого из них. - Ну что, ненавидящий меня Сого, твое подсознание сыграло с тобой злую шутку? - Хиджиката-сан, моему подсознанию не переплюнуть ту шутку, которую сыграла с Вами жизнь. Хиджиката молчал всю дорогу до дома, и Сого ждал, что теперь в его адрес наконец вырвутся накопившиеся колкости. Но заместитель по-прежнему не издавал ни звука, и Сого даже немного забеспокоился, что надо будет придумывать четвертый ответ. И он не ошибся. Однако ответ сразу придумать не смог. - Иди сюда, - сказал Хиджиката, протягивая к нему руки. Окита подошел, по-прежнему ожидая подвоха, но его не последовало. Зам.командующего заключил капитана в объятия и положил подбородок ему на макушку. - Что это с Вами, Хиджиката-сан? - спросил прижатый и немного смущенный Окита. Он был смущен не из-за объятий заместителя, а из-за того, что по-прежнему ждал подставы, а ее никак не происходило. Хотя усыплять бдительность, а потом вонзать нож в спину было прерогативой Окиты, Хиджиката тоже вполне мог бы отомстить ему, вызвав доверие, а потом сказав какую-нибудь колкость. - Ничего, - ответил Тоширо, зарываясь носом капитану в волосы и глубоко вдыхая, - я просто рад, что этот безумный день наконец закончился. Подозрительно добрый ублюдок Хиджиката. Так и хочется испортить ему настроение. И, кстати говоря, почему Сого вообще в доме Хиджикаты? - Я уже привык к Вашей квартире больше, чем к своей собственной, - сказал Сого, не шевелясь и не обнимая Хиджикату в ответ. - И мне это совсем не нравится. Если это продолжится, то я буду так же мерзко вонять сигаретами, как Вы. Хиджиката отстранил капитана от себя и посмотрел ему в лицо. Глаза Дьявольского зама смеялись. В них не было ни единого намека на злобу или маломальское раздражение. - Какой язвительный, - ответил Хиджиката. - Проверим, надолго ли хватит твоей язвительности. У Окиты засосало под ложечкой. Хиджиката выглядел в тот момент максимально расслаблено и добродушно, и его слова совсем не вязались с выражением лица. - Учтите, Хиджиката-сан, если будете домогаться - я вызову полицию. - Полиция уже к твоим услугам. Окита отвел глаза и увидел заклеенную скотчем коробку, стоящую при входе. - Это еще что такое? - О, - обрадовался Хиджиката, отпуская его и подходя к коробке, - наконец-то они пришли, я уже и не надеялся дождаться. - Они? - уточнил Сого, наблюдая за тем, как заместитель распечатывает посылку. - Хиджиката-сан, если там блоки сигарет или бутылки майонеза с другой планеты, то я... - Вот они, - удовлетворенно сказал Тоширо, доставая из коробки новенькие блестящие наручники. - Теперь дела пойдут лучше. Капитан медленно склонил голову набок, не уверенный в том, что его зрение стопроцентное. - Я и не знал о Ваших наклонностях, Хиджиката-сан. - Что? - Хиджиката удивился настолько искренне, что Оките захотелось дать ему пощечину. - О чем ты, какие наклонности? Он сказал это и тут же нахмурился, глядя Оките в глаза. - Как тебе не стыдно за такие мысли, Сого? Если ты забыл, мы полицейские. Мои старые наручники были уже совсем поломанные - один не закрывался вообще, а второй часто заедал, и это доставляло массу неудобств. Тоширо был искренним, и Сого верил ему, но наручники притягивали его взгляд своим блеском. Он подошел к Хиджикате, взял их, осмотрел со всех сторон. Нездоровый румянец постепенно выступил на бледном лице. Глаза сверкнули кровавым блеском. Лицо озарила садисткая ухмылка. - Хиджиката-сан... Охотник почуял жертву. Окита посмотрел на заместителя безумными красными глазами и опасно ухмыльнулся. Кажется, Хиджиката недавно назвал его милым? Что ж, сейчас он на практике поймет, насколько был неправ.

***

- Как тебе не стыдно за такие мысли, Сого? - нахмурившись, очень честно сказал Хиджиката. - Если ты забыл, мы полицейские. Мои старые наручники были уже совсем поломанные - один не закрывался вообще, а второй часто заедал, и это доставляло массу неудобств. Сого подошел к нему, взял их, осмотрел со всех сторон. Лицо капитана слегка порозовело, он облизнул губы. Глаза расширились и заблестели - было ощущение, что сейчас Сого превратится в радужную кошку из известной игры. Он широко, счастливо улыбнулся. - Хиджиката-сан... Окита посмотрел на заместителя сияющими от счастья красными глазами, засмеялся, подошел к нему, и... - Хиджиката-сан, наручники! - радовался Окита, прыгая с ними вокруг заместителя. - Спасибо, я так рад! Тоширо молча наблюдал за его телодвижениями. Счастливо обнимающий наручники Окита был похож на ребенка, которому дали конфетку. - Наручники, наручники! Он совсем не выглядел опасным, и Хиджиката прекратил его брачные танцы, схватив за запястье. - Не вмешивай меня в свои больные фантазии, это для работы. Окита обиженно посмотрел на него и отвернулся к стене. - Не слушайте дядю, мы вас приютим... - Ты еще и разговариваешь с ними?!

***

- Ты еще и разговариваешь с ними?! Боже, какой же ребенок... - услышал Окита и резко повернулся. - Я не жеребенок, Хиджиката-сан, - сказал он, подходя к заместителю вплотную. - Или вы еще и зоофил? Он понял, что Хиджиката совсем его не испугался. Неужели Окита выглядел недостаточно суровым? Хотя это неважно, он все равно в скором времени поймет, что ошибался. Сого поднял голову и уставился на Хиджикату. - Хиджиката-сан, если Ваши предыдущие наручники даже не закрывались, как Вы можете быть уверены, что новые не бракованные? К тому же, Вы наверняка купили их по какой-нибудь скидке, они вполне могут оказаться барахлом. - Я проверю это в скором времени, - пообещал ему Хиджиката, - сразу, как придется кого-то ловить. Если что, у меня есть чек, и я смогу их вернуть. Окита достал чек из коробки и безэмоционально разорвал его. - Теперь не сможете. - Ты что творишь?! - напустился на него Тоширо, мгновенно теряя контроль. - А если они и правда окажутся бракованными? - Хиджиката-сан, - спокойно ответил Сого, - раз такое дело, я предлагаю Вам не тянуть и проверить их работоспособность прямо сейчас. Хиджиката приподнял брови. - Если ты так просишь, Сого, я могу проверить их на тебе. - На мне? - захлопал глазами Окита. - Нет, что Вы, я плохой подопытный. У меня рука в три раза тоньше Вашей, и она может просто-напросто выскользнуть. Давайте проверим наручники на Вас? - Отказываюсь, - перебил его Тоширо. - Знаю я эти твои шуточки. Привяжешь меня и уйдешь, а я даже в туалет сходить не смогу. - Между прочим, Вы только что подали мне идею! Окита разочаровано вздохнул. А в следующую секунду резко бросился к заместителю, щелкая наручниками. Заместитель увернулся и схватил его за горло. - Даже не пытайся, - процедил он. - Ой, я споткнулся и чуть не упал, - объяснил Сого. - Спасибо, что поймали меня, Хиджиката-сан. В следующий раз постарайтесь сделать это не за горло. Оките стало определенно веселее, чем было несколько минут назад. Ублюдский Хиджиката отбросил свою доброту и снова был взбешен, а что может быть лучше? Вот теперь можно было начинать его успокаивать. - Ну, Хиджиката-са-а-ан, - протянул Сого, убирая его руку от своего горла и перекладывая себе на макушку, - ну пожа-а-алуйста. Он, как кот, потерся головой о руку заместителя и преданно заглянул ему в глаза. - Ну, пожалуйста, можно я Вас свяжу? - Нельзя, - ответил Тоширо, но голос его уже не звучал так уверенно: было видно, что он начинает сдаваться под ласковым давлением Окиты. - Ну пожа-а-а-алуйста, - продолжал ныть Окита, с удовольствием наблюдая, как на лице Дьявольского зама одна эмоция сменяет другую. - Я не уйду, когда привяжу Вас, обещаю. Было видно, что Хиджиката сомневается. Он знал, что от мелкого пакостника можно ждать чего угодно, но как отказать Сого, когда он так просит? - Ну, - сказал он, пытаясь держаться до последнего, - если честно... Хиджиката замолчал, и Окита почувствовал садисткую радость, видя, как заместитель краснеет. - Я немного... волнуюсь, - признался он. Окита вскинул брови. Вот и приехали! В смысле волнуется? - Я... - Тоширо откашлялся. - Единственный раз, когда я был прикован, это когда тебе вздумалось поиграть в идиотскую игру с маньяком и параллельно делать вид, что ты умираешь. - Но согласитесь, классно было придумано, - вставил Сого. - Нет, не классно! - рявкнул Тоширо. - У меня теперь благодаря тебе плохие ассоциации с подобным! - А то до этого они были прям хорошие! Ну, Хиджиката-сан, - Сого потерся о руку заместителя щекой, - ну ради меня, давайте попробуем еще раз. - Ну не знаю... - было видно, что Хиджиката на девяносто девять процентов сдался. - Я не причиню Вам вреда, - кинул Окита свой последний козырь, и Тоширо махнул рукой. - Черт с тобой, Сого. Только быстро. Но если ты врешь, тебе придется сделать сеппуку. - Вполне справедливо, - согласился капитан. Он не врал. Наклонности Окиты, совершенно точно, требовали от него изощренно мучать Хиджикату, но каким способом? Сого задумался. Что именно он хочет получить? Какую реакцию он хочет видеть у Хиджикаты? Чего он хочет добиться? Полумертвый окровавленный Хиджиката, забитый плеткой? Нет, не то. Втоптанный в грязь Хиджиката со страдальческим выражением не лице? Тоже не то. Плачущий Хиджиката, умоляющий прекратить? И снова не то. Что же он хотел от Хиджикаты? Почему мысль о том, что заместитель будет выглядеть, как любая другая из его потенциальных жертв, не приносила Сого удовлетворения? Сого знал, что все эти ситуации невозможны в реальной жизни. Хиджиката никогда не заплачет и не будет умолять прекратить, у него не будет страдальческого выражения на лице, он не позволит избить себя до полусмерти. И именно это в нем было интересно для Сого. Добиться от Хиджикаты повиновения было гораздо сложнее, чем от любого из его знакомых именно в силу характера Дьявольского зама. Когда жертва сдавалась слишком быстро, Оките было скучно. Радости ему такие действия не приносили, оставляя лишь неприятный осадок и ощущение налета на зубах. Если Хиджиката сдастся, Сого перестанет его уважать. А Сого не хотел переставать уважать Хиджикату. Поэтому такой расклад был ему неприятен даже гипотетически. Сого не хотел тупого подчинения, он хотел, чтобы Хиджиката всецело зависел от него. Чтобы его настроение зависело от Сого, его лицо зависело от Сого, его успешность на миссиях зависела от Сого. И чтобы Хиджиката ни к одной твари в мире не чувствовал то, что чувствует к Сого. Сого обещал Хиджикате, что не причинит ему вреда, и это было правдой. Сого хотел, чтобы Хиджикате понравилось. Понравилось зависеть от него. Он хотел довести его до бессознательного состояния, когда единственное, что останется у заместителя в голове – имя Сого, как было у него самого, когда он ставил на телефон чертов пароль «Хиджиката». - Хиджиката-сан, раз Вы такой сговорчивый, - сказал Сого, - так и быть, я разрешу Вам самому выбрать место, к которому Вас приковать. - Да ты само великодушие, - отозвался Хиджиката. - Как насчет батареи? - Нет. - Ручка двери? - Нет. - Ограждение на балконе? - Нет. - Крышка унитаза? - Нет. - Хм… Флагшток штаба Шинсенгуми? - НЕТ. Окита нахмурился. - Я даже не знаю, какой вариант может Вас устроить, Хиджиката-сан. - Ну… - ответил Тоширо, и было видно, что слова давались ему с трудом. – Можно что-нибудь более… Мягкое? Типа кровати там. - Фу, как скучно, - покачал головой капитан. – Эх, Хиджиката-сан, нет в Вас чувства экстремизма. - Экстремизм - это другое, Сого! Сого подошел к заместителю и подтолкнул его из коридора в сторону спальни. - Ладно, так и быть, я сегодня добрый. Но не надейтесь, что Вам еще когда-нибудь так повезет. Они зашли с комнату, и заместитель нервно обернулся. - И что дальше? – спросил он. Сого фыркнул. - Ну Вы прямо как маленький. Давайте руки. Пару секунд взгляд Тоширо боролся со взглядом Сого, а потом заместитель сдался и протянул запястья ему на растерзание. Окита кинул взгляд на кровать и увидел, что она смята, ведь с утра ее так никто и не заправил. Одеяло упало и лежало на полу, простыня была скомкана где-то в углу, из большой подушки в некоторых местах торчали перья. Сого прекратил сковывать Хиджикату. - Чуть не забыл. Сначала снимите рубашку. Оките было смешно. Было смешно смотреть, как Тоширо ворчит что-то себе под нос, неуклюже раздевается, бросает верхнюю одежду ему в лицо и садится на кровать. - Так-то лучше. Теперь давайте руки, - Сого увидел недовольное лицо заместителя и добавил: - Или Вы струсили? Как он и ожидал, этот прием подействовал безотказно. - Кто струсил, я?! – набросился на него Тоширо и пихнул руки капитану чуть ли не в лицо. – Давай, проверяй. - Хорошо, - легко согласился Сого, сел Хиджикате на колени, заставив его отклониться и лечь на матрас, а сам надел на него наручники и как можно более аккуратно приковал к спинке кровати. Затем Сого отдалился, оглядел свое творение и облизнулся. Жар проходил по телу, мысли потихоньку куда-то утекали, сердце учащало темп. Хиджиката лежал под ним – по пояс голый, скованный наручниками, весь красный, но по-прежнему с горделивым и надменным выражением лица. Восхитительное сочетание. Окита довольно потер руки, наклонился, провел волосами Хиджикате по лицу. - Все, проверил? – буркнул Хиджиката, лицо которого вместе с ушами превзошло по насыщенности все оттенки бордового. – Они работают, можешь меня отпускать. Сого изобразил святую невинность. - Вы и правда думали, что я просто проверю их и отпущу Вас? Тоширо задергался, и было видно, что он начинает паниковать. - Уговора не было! Быстро отпусти меня! - Уговор был, - зверски улыбаясь, ответил Сого. – И я обещал, что не причиню Вам вреда. Зам.командующего устало опустился на подушку. - Лучше бы ты застрелил меня из базуки.

***

Окита оглядел лежащее перед ним тело. Если бы он не был Окитой, то вполне мог бы признать, что оно идеально. Не зря Шинпачи оценил мышцы Хиджикаты и тем более не зря чувствовал себя рядом с ним ущербным. Если бы Окита не был Окитой, то он бы тоже мог почувствовать себя ущербным. Но нет. Сого снова наклонился к Хиджикате, с интересом разглядывая его лицо. На нем было столько эмоций сразу, что оторваться от просмотра было невозможно. Оно было одновременно злым и очень добрым, недовольным и счастливым, растерянным и гордым. Капитан протянул руку и легко погладил Хиджикату по щеке – почти невесомо. Тот смотрел на него недовольным, хмурым взглядом. Но Сого знал, что таким образом Дьявольский зам просто пытается скрыть смущение. Сого скинул с себя пиджак и расстегнул верхние пуговицы рубашки: в комнате становилось жарко. Затем он невесомо прикоснулся к подбородку Хиджикаты губами, потом так же аккуратно спустился к шее, затем к груди и к месту между ключицами. Хиджиката по-прежнему недовольно буравил его взглядом. Обижен, что Окита не отпустил его? Капитан медленно провел обеими ладонями ему от груди до низа живота и обратно, сильно надавливая. Потом повторил то же самое, но не ладонями, а подушечками пальцев, наблюдая при этом из-под челки за реакцией Тоширо. Пока что реакции было ровно ноль. Окита еще раз невесомо провел пальцами сверху вниз, а потом сделал то же самое короткими ногтями - едва касаясь - и заметил, как заместитель напрягся, хотя и не издал ни звука. Ногти были сильно стриженные и до боли расцарапать ими ребра Хиджикаты Сого не смог бы. А вот вызвать ощущение жгучей щекотки – вполне. Окита не был уверен, что Тоширо боится щекотки, но когда он лежит весь напряженный, хмурый и ожидающий подставы, то это должно подействовать. И Сого оказался прав. Хиджиката сжал губы и слегка отстранился назад – настолько, насколько это вообще было возможно. Окита, сидя на его коленях, легонько провел ногтями заместителю вдоль ребер и заметил, как тот изо всех сил вжался в кровать. Сого надавил ногтями под ребра сильнее и услышал долгожданный громкий выдох. - Что такое? – спросил он. – Вам не нравится, Хиджиката-сан? Хиджиката не ответил, и Окита потянулся к подушке. - Ты все-таки решил меня придушить? – оказывается, у Хиджикаты еще остались силы шутить. - Нет, - прошептал капитан, - лучше. И вынул из подушки и так сильно торчащее белое перо. Тоширо, увидевший это, стал непонятного цвета – что-то среднее между нежно-салатовым и кроваво-красным. Сого, делая вид, что не видит этого, принялся легонько водить пером по телу Хиджикаты, с блаженством слушая сдавленное шипение сквозь зубы. Он обвел им вокруг пупка, потом провел прямую линию снизу вверх вдоль правого бока, задержавшись у подмышки и быстро сделав там пару движений вверх-вниз, отчего Хиджиката нервно втянул воздух и зажмурился. Затем Сого легонько задел пером его сосок - несколько раз - и проделал те же махинации с левым боком. Через несколько секунд он убрал перо и ткнул пальцами заместителю под ребра, словно стараясь вытащить их из тела, отчего тот охнул и снова попытался отползти назад, но ползти было некуда. - С-сого, - позвал он срывающимся голосом. - Что? – участливо спросил Сого. – Как ощущения? - Странно, - не стал врать Хиджиката. – Первый раз ощущаю, что не могу остановить щекотку не потому что терплю, а потому что реально физически не могу. Окита радостно закивал. - И как Вам? Заместитель пробурчал что-то непонятное, Окита, пожав плечами, расстегнул ему брюки и стянул их, хоть и не без труда. - Хиджиката-сан, Вам точно нужна диета, Вы уже не влезаете в свою собственную форму, - сказал он. – Все же следующим подарком на день рождения будет диетический майонез. Он сел Хиджикате на пах и медленно поерзал, проводя в это время подушечками пальцев ему по животу. - Забавно, Хиджиката-сан. Значит, Вас возбуждает не только чихание и мои подставы, но и щекотка? Не слишком ли много фетишей для одного человека? - С-Сого, - прерывающимся голосом ответил Тоширо, вздрогнув, когда Окита прижался к нему бедрами, - а ты не думаешь, ха, что они все связаны? - Связаны? – с интересом переспросил капитан, засовывая ладони ему под резинку трусов и проводя ими вдоль бедер – аккуратно по краям, не задевая самое чувствительное место. – Это что Вы имеете в виду? Хиджиката хотел ответить, но резко замолчал, чтобы лишний раз не издать никакого звука, когда рука Окиты легла ему на член и тут же убралась, словно Окита положил ее туда по ошибке. - Я имею в виду, - с расстановкой сказал Хиджиката, - что у всех этих, как ты называешь, фетишей есть что-то общее. - Что же? – удивился капитан, продолжая поддразнивать его, слегка касаясь ногтями внутренней стороны бедра – слабо, чтобы Хиджиката не был на сто процентов уверен в прикосновениях, чтобы додумывал их себе сам и оттого был максимально напряжен. Дьявольский зам выглядел беззащитным с прикованными руками. Беззащитным и прекрасным. Сого знал, что если бы не наручники, он бы уже давно был придавлен телом Тоширо, получил бы подзатыльник, вылетел бы в окно или сам бы был привязан. В глазах Хиджикаты читалось столько страсти и ярости, что так просто Окита бы точно не отделался. Но сейчас Хиджиката был беззащитен перед ним. И это было восхитительно. - А может, не что же, а кто же, - выдавил заместитель сквозь зубы и промычал что-то невнятное, когда Сого снова надавил ему на пах. - Не что же, а кто же? – переспросил Сого и остановился. – Хотите сказать, что я – Ваш персональный фетиш? - Возможно, - ответил Хиджиката и воспользовался временной передышкой, чтобы попытаться откусить ему пальцы. Капитан несколько секунд осмысливал услышанное и понял к своему стыду, что тоже начинает краснеть. Это было внезапно и абсолютно неуместно, а сердце, которое до этого билось быстрее, чем обычно, от жара и адреналина, совсем уж понеслось, словно на марафоне. Как бы то ни было, Оките никогда не говорили, что он чей-то персональный фетиш. Тем более - никто не разделял его садистских убеждений, их наоборот всегда боялись. Что не так с этим чертовым Хиджикатой? Делаешь ему гадость – он называет тебя милым, издеваешься над ним – ему это нравится. Хиджиката был непреклонен, горд, измучан и возбужден - Сого хорошо чувствовал это даже через несколько слоев ткани. Персональный фетиш. Сого перестал царапать Хиджикату, резко наклонился и прикоснулся к его губам своими. Тот ответил с такой дикой страстью, как будто хотел не поцеловать Сого, а сожрать его. Наручники жалобно звякнули об изголовье кровати. Зам.командующего, видимо, пытался вырвать их вместе с несчастной спинкой. Если бы не наручники, он бы схватил Окиту, сжал бы его в объятиях так сильно, словно хочет выдавить из него все внутренности, перевернул бы, прижал к кровати. Но наручники были, и Сого был просто вне себя от радости от того, что являлся хозяином положения. - Сними их, - прохрипел Хиджиката. - Что снять, это? – не менее хрипло спросил Сого, стягивая с него трусы. – Да Вы извращенец, Хиджиката-сан. - Наручники!!! – рявкнул Тоширо таким страшным и громким голосом, что у капитана чуть не заложило уши. – Сними с меня эти ебаные наручники, или я запихаю их тебе в задницу! - Лучше не надо, - возразил Сого, - иначе рейтинг будет уже не R*. Еще придется ставить в предупреждения «секс с использованием посторонних предметов», а мне это не очень импонирует. - Просто сними с меня чертовы наручники, - прошипел Тоширо, и Сого, картинно вздохнув, решил его послушать. - Вы должны сказать мне спасибо, Хиджиката-сан, что я не ушел, когда приковал Вас, хотя мог бы. И виноваты в этом тоже были бы Вы – подали мне такую прекрасную идею. Окита осмотрелся и взглянул на Хиджикату с недоумением. - Кстати, а где ключ? - Какой ключ? – одними губами прошептал Хиджиката. - Ну, ключ от наручников, - терпеливо объяснил Сого. – Это хорошо, что они все же работают и нормально закрываются, но в коробке не было ключа. Как я их открою? - И ты знал об этом с самого начала?! – заорал Тоширо, шокированно уставившись на него. - Ну да, - развел руками капитан, - я думал, их можно будет открыть как-то иначе, но оказалось, что нет. - Что ж, - он встал с кровати и отряхнулся, - сочувствую, Хиджиката-сан. Я пошел. - А ну стоять, садистская рожа! То ли заместителю в голову ударил адреналин, то ли его кровать была куплена по акции вместе с наручниками, но от нового рывка изголовье кровати погнулось, а от следующего и вовсе сломалось. Хиджиката одним прыжком нагнал Окиту и не только сбил его с ног, но и случайно огрел по голове отломанным куском спинки кровати, оставив на затылке шишку. - Окита Сого, - загробным голосом произнес заместитель, черной тенью нависая над ним, - тебе давно пора было встретиться с Дьяволом.

***

Хиджиката, накрывшись одеялом, лежал на матрасе и смотрел в потолок. Под боком у него сопел довольный Окита. Механизм наручников удалось открыть с помощью катаны, и теперь садист из садистов сладко спал, нежно прижимая их к себе. Иногда он вздрагивал во сне и обнимал наручники сильнее. В эти моменты на его спящем лице появлялась улыбка. «Дети тупые, - вспомнил Хиджиката слова Окиты, - они ведутся на все подряд».