Слишком навязчивый.

Ольга безумно нервничала, сейчас сидя в машине, она то и дело поправляла идеально сидящее на ней платье. Она всё ещё не могла собраться духом и выйти к фанатам. Руки уже привычно задрожали. — Оленька, ну успокойся, всё будет хорошо, — проговорил Илья, осторожно сжимая её ладони. — Всё будет хорошо, слышишь? Ты сейчас войдёшь туда и возьмёшь своё? Она только кивнула и нервно сглотнула. — Всё, маленькая, всё будет хорошо, — он крепко обнял её и погладил по спине. Ольга только кивнула и улыбнувшись, вышла из машины, даря свою улыбку и радость фанатам. Потом долгие поздравления гостей. Её улыбка уже больше напоминают нервную. Довольно напряжённую обстановку ещё больше напрягают эти срывы Влада. Она только кусает себя за щёку, кажется она уже сама сейчас сорвётся. Пусть он наконец-то успокоится и они начнут! Появляется Башаров, даже поймала на себя на мысли, что рада его появлению. Поднимаются в зал. Чувствует, как сердце громко отбивает удары. На лице всё жа привычная улыбка. — Итак, победителем двадцать второго сезона «Битвы Экстрасенсов» становится… Ольга Якубович! Ольга улыбается, пытаясь скрыть свой внутренний шок. Берёт свою синюю руку, что-то говорит про то, что благодарна фанатам, кажется она даже не помнила, что говорила. Выходит из зала, высоко держа «руку». В дикой суматохе не может найти Илью, привычно тянется к телефону, который громко пиликает. — Предлагаю свидание на крыши. Приходи, соседний дом, — оглядывается вокруг, словно пытается найти Илью глазами. Из головы вылетает, что сейчас будут последние кадры. Она лишь оглядывается, все слишком увлечены делами, если что их исчезновения никто не заметит. Она осторожно поднимается на крышу на своих шпильках в длинном платье, это мягко говоря неудобно. На крыши темно, и она ничего толком не видит. Щурится, пытается рассмотреть хоть какую-то знакомую фигуру. Делает завершающие шаги и осторожно ступает по скользкой крыши. Никакого. Хотя… Стоп. Она видит одинокую фигуру, которая смотрит вниз. — Илья? — говорит он дрогнувшим голосом, в котором чётко угадывается страх. — Думаю мы обойдёмся без него, — слышится какой-то даже зловещий голос Башарова. Она испуганно отступает, но тут же подскальзывается и в следующую секунду, она уже сидит на крыши. — Бежать некуда, — говорит он. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Как она не почувствовала, что это просто обыкновенная ловушка. Теперь находясь здесь она всё понимала. Опрометчиво забытый телефон Ильи, сообщение от его номера. Никто же не знает, что они здесь. Даже, когда поймут, что их нет. Будет поздно, никто не кинется их искать на крышу. Кажется теперь её самые страшные кошмары воплощались в реальность. Даже бежать было некуда, нога жутко болела и ныла. И казалось, даже сделать один несчастный шаг было невозможно. Самые жуткие мысли заползли в голову. Какого чёрта именно она?! Неужели так сильно понравилась? Так, сколько раз она ему отказывала и откровенно отшивала все его попытки ухаживания, но кажется до него не доходило. А, даже, если и доходило, то с осознанием дикой, просто животной яростью на неё. Наверно в его мире никто не мог отказывать самому Марату Башарову. А она рискнула! Потому что его навязчивость откровенно бесила её. Он ей просто не нравился, было мерзко и противно. А ещё было легко прочесть его. И понять, что все его жены не так просто от него уходили. А тут ещё и с ней начал пытаться завести более близкие отношения. Всё это напрягало. Если сравнить его с Ильё, то это было просто небо и земля. По крайней мере с Ильёй у них всё было обоюдно. И он был очень осторожен и тактичен в общении. Он не спешил. Он не давил на неё. Он был очень терпелив и это подкупало. Он не торопил события, по крайней мере он не торопил её с выбором. И она чувствовала, что его эмоции были не простой похотью. Эта была ещё и платоническая любовь. Когда и без секса была любовь и чувства. И если от постоянного внимания Марата её тошнило, то те мимолётные знаки внимания, что оказывал ей Илья на испытаниях были очень приятны. Но сейчас находясь на этой крыши, она успела мысленно попрощаться с жизнью. Мозг уже понимал, чего хотел Марат, и она лишь закусив губу, осторожно отступала назад. — Олечка, ну куда ты? Мне кажется мы никуда не торопимся, — он только надвигался на неё. Она не успела даже вскрикнуть, как он резко схватил её за платье и потащил к краю крыши. Она задрожала всем телом, когда поняла, что буквально висит на волоске, в прямом смысле этого слова. Башаров крепко держал её одной рукой за платье, а она словно безвольная кукла болталась над пропастью, единственное, что её удерживало, это его крепкая рука. Из глаз кажется привычно хлынули слёзы, когда она почувствовала, как он стягивает с неё тонкие колготки. Бесполезно, она сможет его оттолкнуть все бесполезно! Она услышала какой-то тихий шорох, что произошло дальше, она понимала откровенно смутно. Кажется Марата скрутил Максим Левин, а её которая вмиг потеряла опору, схватил Илья, крепко прижимая к себе. Потом кажется они спускались вниз, люди вокруг них суетились. — Что произошло? — она услышала чётки вопрос продюсера на своим ухом. — Это всё Марат, — прошептала она. — Он затащил меня на крышу, а дальше, — она лишь в очередной раз громко всхлипнула и прижалась к Илье, но тут уже и без поясней всё было понятно, что была несостоявшаяся попытка изнасилования. — Он будет уволен, — сказал кто-то. Дальше машина, она видит свой кубок. Более менее она смогла отвечать на вопросы, только, когда они оказались у неё дома. Потом горячая ванна, Катя лишь услышав короткую пересказ того, что произошло. Сказала, что всем будет лучше, если Сэм эту ночь проведёт у неё. Сейчас ей было главное хоть немного прийти в себя. — Спасибо, — шепчет она, уже в кровати, укутанная в одеяло. — За, что, Оленька? Это же моя вина, чёрт, если бы я не оставил телефон. — Это я пришла на крышу, значит я… — Олюш, нет, ты не в чём виновата, слышишь? — Я не почувствовала. — Маленькая, экстрасенсы это не всесильные супер-герои, сегодня был финал, ты была на нервах, конечно ты не поняла. Ты не виновата, слышишь? Она только кивает головой и крепко жмётся к нему. — Всё, малыш, всё закончилось, засыпай, солнышко. Засыпай, всё, всё уже хорошо. Я люблю тебя, Оленька, — говорит он, ласково целуя её. — И я тебе, — она отвечает поцелуй и положив голову ему на грудь, проваливается в спокойный сон.