BF5 и прочие неприятности

Громкая музыка била по ушам, заставляя кривиться от непривычной атмосферы, а снующие туда-сюда разгоряченные от танцев и алкоголя люди, вынуждали недовольно морщиться и изо всех сил сдерживать себя от желания развернуться и уйти отсюда как можно скорее. Джейкоб не привык к таким местам, отчего чувствовал себя здесь неуверенно и скованно. Несмотря на частые тусовки с друзьями, парень не был любителем клубов и громкой музыки. И уж тем более, никогда раньше он не ходил один в гей-клубы. Да и не один ходил только единственный раз, когда повелся на уговоры Ли. И поэтому теперь, ловя на себе открытые и заинтересованные взгляды, парень чувствовал себя отвратительно. Будто бы он кусок мяса, на который сейчас активно охотились. За час, который Джейк провел в этом клубе, к нему подошли уже пятеро. Один попытался завести непринужденную беседу, но пялился так похотливо и откровенно, что Джейкобу не оставалось ничего другого, кроме как более-менее вежливо, но прямо его послать. Трое других подсаживались и заказывали ему какие-то сладкие мерзкие коктейли. Видимо здесь это считалось нормой. Таких парень просто игнорировал, демонстративно заказывая себе виски со льдом. Последний же решил не ходить вокруг да около и просто предложил уединиться и потрахаться. В туалете. Все это было настолько дико и непривычно, что у Джейкоба уже не осталось даже страха, смущения и сомнений от нахождения в этом месте. Только отвращение. И не к людям, которые в отличие от него пришли сюда с простыми и понятными целями, а от себя самого. Он чувствовал себя ничтожным и жалким. А еще отчего-то ощущал чувство вины, что казалось по-настоящему глупым и смешным. Почему он чувствует себя виноватым? Потому что говорил, что любит одного человека, но сам забил на все принципы и пришел сюда? Для чего? Чтобы попробовать хоть с кем-то? С любым. Чтобы понять почему уже месяц его колбасит и не отпускает. Каждый гребаный день… Каждый час. Каждую минуту. Еще не было ни одного дня, чтобы он не думал о человеке, который уже давно все для себя решил. О человеке, который сначала привязал к себе невидимыми прочными нитями, а потом выбросил за ненадобностью. Наверняка за этот месяц в своей чертовой Франции Дилан перетрахал всех милых и красивых мальчиков. Этот человек никогда не ограничивался одним партнером и не скрывал своих собственных желаний. Так почему же он сам так не мог? Почему не мог найти себе кого-то на ночь, хорошо повеселиться и забыть об этом человеке уже на утро? Почему он всегда в первую очередь думал о чувствах? Зачем они вообще нужны? Джейкоб тяжело вздохнул и устало потер лицо руками, стараясь не зацикливаться на том, что давно было пора отпустить и забыть. Какой смысл теперь постоянно вспоминать Дилана и думать о том, как он там развлекается? Джейкоб сам поставил точку, сам отпустил его, решив закончить раз и навсегда. Он искренне верил в то, что теперь будет куда легче, чем цепляться за человека, который смог бы его разрушить. Однако реальность оказалась куда страшнее… Ему было больно. Постоянно. Будто бы Дилан прокрутил его тело через мясорубку, но он почему-то не умер, а оставался живым – разрезанным, израненным, разорванным на куски, но живым. И за это Джейкоб ненавидел Дилана еще сильнее. Изо дня в день ему приходилось изображать, что все прекрасно. Улыбаться родителям, разговаривая с ними по видеосвязи, весело общаться с одногруппниками и, в привычной для себя манере деликатно отшивать настойчивых поклонниц, которых почему-то только прибавилось. О том, как он чувствует себя на самом деле, знали пожалуй только друзья, которые теперь частенько зависали у него в квартире, поддерживая его и, тем самым, не давая оставаться одному. Это раздражало и радовало одновременно. Его немного бесило, что эти люди возятся с ним как с маленьким и жалеют его только потому, что ему разбили сердце. Но, с другой стороны, Джейкоб чувствовал, что друзья искренне переживают и волнуются за него, а потому изо всех сил держался, терпел их сюсюканье и набеги на его квартиру, понимая, что эти парни в его состоянии точно не виноваты. Но выдыхал и становился самим собой он только тогда, когда оставался наедине. В своей холодной, пустой и одинокой квартире. С мыслями о человеке, который морально уничтожал его и, от которого он сам избавился. Джейкоб по-прежнему был уверен в том, что поступил правильно. Однако в те самые минуты, когда он в одиночестве лежал на своей кровати и бездумно пялился в потолок, он не мог думать ни о чем, кроме чужой улыбки, которая всегда заставляла его сердце биться чаще. Он просто не мог забыть о чужих темных, затягивающих будто в омут глазах, и о том самом красивом, немного хриплом голосе, который всегда воздействовал на него гипнотически, заставляя отключаться и не думать ни о чем, кроме этой уверенности, надменности и стали, которые отчетливо слышались в чужом тоне. - Вау, не ожидал встретить здесь Джейкоба Хилла! – раздался звонкий голос, отчего Джейк вздрогнул и резко повернулся, сталкиваясь взглядом с незнакомым темноволосым парнем, который смотрел на него с нескрываемым любопытством. – Ты заблудился? - Мы знакомы? – недоуменно выгнул бровь Джейкоб, не понимая, что это вообще за парень и что ему от него нужно. Джейкоб сразу подумал о том, что это очередной придурок, который решил посоревноваться с ним в сарказме и постараться унизить. После того как Джей пошел на поводу у Дилана и позволил тому держать себя за руку и целоваться на вечеринках, на которые Дилан таскал его каждый раз, таких вот мудаков, которые желали в подробностях узнать у него, когда он успел стать геем, было не мало. Но посылать их Джей давно научился. И, наверное, он бы без лишних разговоров отбрил от себя и этого любопытного придурка. Но подвох был в другом – они находились в гей-клубе. - Три года назад ты в наглую увел у меня лучшего и единственного друга, - театрально вздохнул парень, а после как-то странно улыбнулся, протянул руку и добавил: - я Брэндон, мы какое-то время ходили вместе в клуб фотографии. Но ты вряд ли меня помнишь. - Ты… - начал было Джейкоб, почувствовав неприятный ком в горле, который вызвало осознание того, кто именно перед ним. Почему даже здесь парень был вынужден сталкиваться с тем, кто был связан с человеком, забыть которого хотелось неимоверно сильно? – Ты бывший приятель Дилана, верно? Джейкоб ни разу не общался с этим парнем, но помнил, что три года назад Дилан дружил с каким-то Брэндоном, постоянно ходил с ним вместе и буквально не отлипал от него. На тот момент Джейкоб еще не общался с Диланом, но знал об этом просто потому, что украдкой наблюдал за ним, когда тот вместе со своим другом зависал в их клубе фотографии. Подумать страшно, но даже уже тогда он заметил его. Хотя Дилана было трудно не заменить… Но отпустить его оказалось еще труднее, к сожалению. - Он самый, - с усмешкой кивнул Брэндон, награждая Джейкоба очередным оценивающим взглядом, - Дилан довел тебя до того, что после его отъезда ты открыл в себе тягу к посещению гей-клубов? - В чужом голосе открыто читалось веселье, но не было насмешки или презрения. И на этом спасибо. - Чего ты приебался? – раздраженно рыкнул Джейкоб, потому что чужие слова задели за живое. Дилан в действительности довел его. Довел до отчаяния и точки кипения, довел до того, что жить без него как раньше уже не получалось, ка как бы он не пытался. - Какой же Дилан удачливый сукин сын! – не унимался Брэндон, наплевав на недружелюбие, которое явно сквозило от сидевшего рядом Джейкоба. – Такого шикарного парня себе отхватил, свалил и заставил тебя убиваться по нему. Вот как он это делает, а? Ты в курсе, что по тебе почти вся наша академия сохнет? Парни в том числе. Даже здесь пока ты сидишь и буравишь меня недовольным взглядом, тебя мысленно раздевает половина гей-клуба. Вторая половина, кстати, в своих грязных фантазиях наверняка уже под тобой стонет. А ты в это время выглядишь так будто бы Дилан разбил тебе сердечко. - Ты подсел, чтобы поглумиться надо мной? – раздраженно выплюнул Джейкоб, резко поднимаясь со своего места с явным намерением уйти. Однако Брэндон не позволил ему этого сделать – резко схватил его за руку, тем самым остановив, и жестом приказал сесть обратно. Как ни странно, но Джейкоб послушался. Возможно, у него больше не осталось сил, чтобы с кем-то спорить, а, может быть, он просто в действительности хотел провести время с кем-то, кто был связан с человеком, которого не получалось забыть. - Мы виделись с Диланом буквально за пару дней до его отъезда, - внезапно произнес Брэндон, заставив Джейкоба вздрогнуть и настороженно посмотреть на него, - ты повел себя как дерьмо, решив узнать о диагнозе Дилана от младшей сестры. - Он успел тебе нажаловаться? – усмехнулся Джейкоб, вновь начиная закипать. - Забавно, но даже в этой ситуации Дилан постарался изо всех сил обелить себя. Знаешь, что он сказал мне в нашу последнюю встречу? Что я только и делал, что выставлял себя жертвой. А еще, что именно я разбил ему сердце. Он фактически свел меня с ума своими выходками и вынудил узнавать обо всем у ее младшей сестры. Но виноват все равно остался я. - Я рад, что вы расстались, - внезапно произнес Брэндон, заставляя Джейкоба нахмуриться от осознания того, сколько неприятных эмоций принесли ему сейчас чужие слова. - Неужели ты был в него влюблен? – усмехнулся Джейкоб, при этом ощущая непонятно откуда взявшуюся злость к этому человеку, которую приходилось сдерживать изо всех сил и, которая дала ему понять одно – он ревнует. По-прежнему злится от осознания того, что Дилан мог нравиться и принадлежать кому-то еще. Не ему. - Нет, Бог меня уберег от этого кошмара, - хрипло рассмеялся Брэндон, - да и вряд ли бы я решился войти в одну реку дважды. - О чем ты? - Когда-то давно я встречался с парнем с таким же диагнозом, как у Дилана, - беззаботно ответил ему Брэндон, однако в чужих глазах Джейкоб успел уловить боль и отчаяние, которые этот парень все-таки не сумел спрятать за беспечной улыбкой. - И как все закончилось? – осторожно спросил Джейкоб, которого в действительности заинтересовал этот разговор. Сейчас он не думал о том, где находится и не чувствовал того давления, которое оказывало на него это место несколько минут назад. Разговор с Брэндоном в действительности заинтересовал его хотя бы потому, что этот парень знал Дилана куда дольше, чем сам Джейкоб. И поэтому уйти вот так просто он отсюда уже не мог, стараясь при этом не думать о том, что закапывает себя еще сильнее, хватаясь за людей, которые были когда-то связаны с Диланом и, которые могли бы помочь ему узнать этого человека лучше. - Он чуть не убил меня, а потом его зарезали, - криво ухмыльнулся Брэндон, а поймав испуганный взгляд Джейкоба, добавил: - но Дилан по сравнению с моим бывшим лапочка. Хотя и он кусается больно, не спорю. Этот придурок сильно тебя обидел, да? - Почему вы прекратили общаться? – невпопад спросил Джейкоб, намеренно игнорируя последний вопрос. - Мы оба трусливые дураки, - искренне рассмеялся Брэндон, тем самым вызвав у Джейкоба недоумение и непонимание, - после той истории с бывшим я знаю о нарциссическом расстройстве буквально все, а потому фактически сразу понял, что с Диланом что-то не так. Сначала я испугался, боялся, что этот человек захочет также разрушить меня, сделает мне больно и намеренно унизит меня. Но Дилану все это было ненужно. Да, безусловно, он своего рода питался за мой счет. Ему были нужны мои эмоции и моя эмпатия. Но я не чувствовал от него угрозу. Его нарциссизм бил больше по нему самому. И я это понял в тот день, когда мы поссорились. Я сам сглупил и решил поговорить с ним об этом. Напрямую спросил о его диагнозе. Дилан ответил спокойно, а после вычеркнул меня из своей жизни. Именно тогда я понял, что его диагноз – это не опасность для остальных людей, как было с моим бывшим, а его личный крест. За всем этим обаянием, харизмой и высокомерием, которыми он пропитан, зияет огромное дыра внутри. И эту дыру он пытается закрыть всеми своими одноразовыми связями, тусовками, ненужными ему людьми. Настоящим я видел его только со мной когда-то. И с тобой тоже. Но ты видимо не можешь или не хочешь понимать его. Поэтому я и рад, что вы расстались. Он причиняет тебе боль, потому что он такой и ты не можешь с ним ничего сделать. А ты причиняешь ему боль, потому что видимо даже не пытаешься его понять. Поэтому так лучше для вас обоих. Правда. Они замолчали. Вылив на Джейкоба всю эту тираду Брэндон будто бы потерял к нему интерес и тут же обратился к бармену, заказывая у того какой-то коктейль. Джейкоб же просто молча сидел рядом стараясь переварить чужие слова и еле сдерживая себя, чтобы не сорваться на крик и не набить этому придурку его самодовольную морду. Потому что заебало. Даже сейчас его снова тыкают в то, что он сделал что-то неправильно. Будто бы он должен был входить в чужое положение, будто бы должен был терпеть его заскоки и унижение только потому, что бедный-несчастный Дилан страдал от какого-то расстройства. Этот эгоистичный высокомерный мудак всю душу ему выжрал, заставив сначала сходить с ума от осознания собственной тяги к парню, а потом выть от боли, которую этот самый парень ему причинял. И теперь что? Оказывается, что Дилан всего лишь невинная жертва своей болезни, а Джейкоб получается зло во плоти, потому что посмел выбрать себя и послать этого манипулятора на хрен? - Почему ты его жалеешь сейчас? – раздраженно произнес Джейкоб. – Если ты сталкивался с этим дерьмом, то почему ты по-прежнему защищаешь его? Он перестал общаться с тобой только потому, что ты посмел прямо спросить о том, что с ним происходит. Это ненормально. Ты святой, да? - Забавно, что Дилан в нашу последнюю встречу спросил у меня то же самое, - искренне рассмеялся Брэндон, заставив Джейкоба нахмуриться, - знаешь, что я ответил ему тогда? - И что же? – с усмешкой поинтересовался Джейкоб, достав из кармана джинс телефон и открывая приложение такси. Общаться и дальше с этим парнем не хотелось совершенно. Сейчас ему даже казалось, что они с Диланом сговорились, чтобы добить Джейкоба окончательно и сделать так, чтобы он сорвался. Снова. Чтобы снова переживал, чтобы пытался дозвониться Дилану, чтобы создал фейковый аккаунт и как сумасшедший сталкер следил за ним. Чтобы снова был безумно привязан к человеку, которого так отчаянно хотел забыть. - Что я тупой, а не святой, - продолжал веселиться Брэндон, - а еще, что я вижу его настоящего. Я действительно знаю этого человека насквозь. И, наверное, я единственный, кто смог бы быть с ним и построить с ним прочные отношения. Может быть, кто-то другой бы тоже справился, но не ты точно. - Он тебе нравится? – хмуро спросил Джейкоб, вновь с недовольством ощущая то самое чувство ревности, которое вынуждало злиться и на этого придурка, и на себя одновременно. - Да, - кивнул Брэндон, а после, заметив убийственное выражение лица Джейкоба, улыбнулся и тут же добавил: - как человек. Он действительно слишком необычная и незаурядная личность. Поэтому я очень рад, что он сам сделал первый шаг и мы снова начали с ним общаться. - Вы поддерживаете связь до сих пор? – дрогнувшим голосом спросил Джейкоб, чувствуя злость и детскую обиду просто потому, что Дилан всегда говорил, что именно Джейкоб самый близкий для него человек. Теперь же он заблокировал его во всех социальных сетях и внес его номер в черный список, а с этим вот Брэндоном начал общаться. Так легко заменил одного человека на другого… В общем-то ничего удивительного, но легче от этого не становилось. - Ага, созваниваемся иногда, - кивнул Брэндон, продолжая беззаботно улыбаться. - Очень за вас рад, - скривился Джейкоб, вызывая такси. Желание продолжать общение с этим человеком испарилось окончательно. - Ты ему действительно нравишься, - внезапно произнес Брэндон, заставив Джейкоба нахмуриться и посмотреть на него с явным недоумением во взгляде, - иначе бы он не отпустил тебя так легко. А еще у него на письменном столе в рамочке стоит ваша с ним фотка. Это что-то да значит, Хилл. - Откуда ты знаешь? – хрипло произнес Джейкоб, ощущая как покалывает пальцы от волнения и той самой слабости, которую он вновь почувствовал от этих дурацких мыслей о том, что может быть все еще дорог этому человеку. - Мы созваниваемся с ним по видеосвязи иногда, - пожал плечами Брэндон, - я не слепой. - Если я так ему дорог, то почему… - Джейк нервно выдохнул и осекся, не зная как продолжить все то, что не давало ему покоя и стоило ли вообще говорить об этом с незнакомым человеком, который к тому же оказался приятелем Дилана. - Почему он делает тебе больно? – произнес Брэндон, будто бы прочитав его мысли. – Я не хочу отвечать за него, но возможно он чувствует себя уязвимым рядом с тобой. Точно также было и со мной когда-то. Мы с тобой похожи в этом плане, только я давно осознал, что не злюсь на него, а для тебя Дилан по-прежнему кто-то вроде Сатаны. - И в чем это мы похожи? – усмехнулся Джейкоб, злясь на самого себя от того, что чужие слова задевают его за живое и, что он сейчас даже не может найти в себе силы, чтобы встать и уйти отсюда, сесть в такси, которое уже подъехало, и навсегда забыть и о Дилане, и Брэндоне, и об этом ужасном разговоре. - Мы оба не дали ему возможности раскрыться самостоятельно, - грустно улыбнулся парень, - когда мы почувствовали, что с ним что-то не так, мы не поддержали его, а надавили, тем самым еще больше заставляя его прятаться в свой панцирь. Поверь мне, я знаю, каким ужасным может быть Дилан. Но он становится таким не от желания уничтожить тебя и точно не от того, что ты для него ничего не знаешь. Он слишком нестабилен и хрупок внутри. Он не умеет защищать себя. Несмотря на все напускное высокомерие и самолюбие он каждый день чувствует себя жалким и никому ненужным. Его таким сделала его мать, я это знаю. А еще я знаю, каким он бывает, когда чувствует, что его любят. Разве ты не замечал этого? Разве не было моментов, когда он делал что-то для тебя? Разве он не отдавался тебе и не заставлял чувствовать себя счастливым? - Ты пытаешься надавить мне на жалость? – криво усмехнулся Джейкоб, чувствуя как сильно ранят его сейчас чужие слова. - Слушай, я совсем тебя не знаю и не имею никакого права лезть тебе в душу, но если ты сидишь здесь и говоришь со мной вместо того, чтобы развлекаться с парнями, которые прямо сейчас пожирают тебя голодными взглядами, значит он по-прежнему дорог тебе. А если это так, то вы оба можете еще сделать друг друга счастливыми. Просто тем, что не закроетесь друг от друга. Даже если ты найдешь себе кого-то другого, ты все равно останешься для него самым близким. Я это вижу. - Такси приехало, - резко произнес Джейкоб, не находя в себе силы слушать его и дальше, - мне пора. Пока. Как ни странно, но Брэндон его не остановил. Только лишь усмехнулся, махнул рукой, а после полностью переключился на разговор с барменом будто бы забыв о том, что еще совсем недавно рядом с ним сидел Джейкоб. Парень не знал, о чем после его ухода думал сам Брэндон, но лично для него этот разговор оказался тяжелым и выматывающим… Джейкоб чувствовал себя раздавленным, уставшим и совершенно разбитым. И не только от понимания того, что в глазах Брэндона он избалованный и изнеженный мальчик, который испугался серьезных испытаний и послал Дилана куда подальше, а от понимания того, что все в действительности так и было. Он ведь и в самом деле испугался. Джейкоб привык, что его все любят, холят и лелеет. Он прекрасно понимал, как выглядит и всегда этим умело пользовался. Его обожали девчонки, они были готовы пойти ради него буквально на все и исполняли всего желания. С Диланом же было иначе. Под него нужно было подстраиваться, его нужно было чувствовать, понимать и уметь замечать перемены в его настроении. Джейкоб банально не мог с этим справиться, а еще очень боялся. Боялся, что в борьбе за эти отношения он потеряет себя самого. Поэтому и решил прекратить и отпустить. И он в действительности до последнего верил в то, что поступил правильно. На кой черт появился этот самый Брэндон? Зачем перевернул его мир с ног и на голову и самое главное, зачем заставил чувствовать себя виноватым перед Диланом? Совершенно некстати Джейкоб вспомнил свое поведение осенью. Вспомнил, как летом окончательно осознал, что влюбился в своего близкого друга. Вспомнил, как пытался заглушить эти чувства алкоголем и ничего не значащими связями с девчонками. А еще он вспомнил, как запутавшись в себе окончательно, оттолкнул от себя Дилана и сделал ему очень больно, уничтожив все те фотографии, которые парень делал для его проекта, тратя на это свое личное время и ресурсы. Если бы Дилану было на него плевать, разве он бы согласился ему помогать? И разве бы он так сильно расстроился из-за того, что сделал Джейкоб? Скорее всего, он бы просто унизил его, может быть, даже бы с ним подрался, а после бы вычеркнул его из своей жизни. Но Дилан был с ним рядом даже после этого. Дилан простил его и постоянно делал шаги к нему на встречу… Только сейчас пришло осознание того, что в случившемся виноваты они оба. Дилан виноват, потому что молчал, не рассказывал правду и пытался держать всю ситуацию под контролем даже тогда, когда откровенно не справлялся. Джейкоб же виноват, потому что считал себя жертвой и все это время только и делал, что упивался своими страданиями. Наверное, Брэндон в действительности оказался прав. Хорошо, что они расстались. Жаль только, что вышло все так убого, нелепо и глупо… *** Приехав из клуба первым делом Джейкоб принял душ, решив смыть с себя не только неприятный запах алкоголя и сигарет, но и воспоминания от разговора с Брэндоном. Казалось он сам будто бы пропах всем тем, о чем говорил этот парень. Пропах отчаянием, сожалением и чувствами… Чувствами, которые очень сильно хотелось искоренить и уничтожить, но которые изо дня в день прорастали в нем все сильнее и сильнее. Как сорняки – и сделать с этим Джейкоб ничего не мог. Еще месяц назад он был уверен, что справится со всем этим. Но сейчас, лежа в своей постели и смотря в потолок, он понимал, что не получается. Абсолютно ничего. Дилан проник глубоко под кожу, отравил его кровь и заставил думать только о себе. Он привязал Джейкоба к себе настолько сильно, что избавиться от него так просто не получалось. Но и жить со всеми этими воспоминаниями и мыслями о нем было уже невозможно. Именно поэтому Джейкоб не придумал ничего лучше, как в субботу утром позвонить родителям и предупредить их, что он соскучился по дому, а потому приедет к ним на выходные. Увидев его, родители сразу же заподозрили неладное, а потому после долгих разговоров об учебе и их работе, Джейкоба ждал не только вкусный ужин, но и волна энтузиазма от мамы, которая посчитала, что ее сын явился домой не потому, что в действительности соскучился, а потому что нуждался в родительской психологической помощи, как она это называла. Джейкобу было неловко и странно начинать этот разговор с собственной матерью, хотя он и понимал, что нуждается в нем как никогда раньше. Мама в действительности была его главным другом и личным психологом. Именно ей Джейкоб доверял все свои даже самые страшные тайны и именно она первой узнала о том, что он влюбился в своего близкого друга. Она была тем самым человеком, который поддерживал его во всех начинаниях и, который всегда его понимал. В целом от отца парень также чувствовал поддержку и любовь, но рассказывать ему о своих чувствах и переживаниях было неловко, смущающе и странно. С мамой было проще. Она была непосредственной и открытой, а еще она первая заметила то, какими глазами Джейкоб смотрел на Дилана. Она всегда и все замечала… Поэтому скрывать о нее собственные переживания парень не хотел хотя бы потому, что понимал, что именно мама может помочь ему разобраться во всем, что гложило и душило на протяжении этого месяца жизни без Дилана. - Скучаешь по нему? – осторожно спросила Меган, взяв сына за руку и ободряюще ему улыбаясь. Джейкоб кивнул и неловко улыбнулся в ответ, осознавая, что мама давно прокачала скилл понимать его без слов. - Я тебе не рассказывал, но мы с ним встречались, - негромко произнес Джейкоб, чувствуя себя при этом неловко и стыдно. - Я рада это слышать, - тепло улыбнулась женщина, крепче сжав его руку, - мне даже обидно, что ты так долго держал все в тайне от меня, но… Главное, что ты перестал загоняться и принял свои чувства к нему. Ты же знаешь, что для нас с отцом это самое главное. А еще ты знаешь, что мы обожаем Дилана. Если у вас завяжутся серьезные отношения, ты сможешь уговорить его работать в нашем агентстве? - Боже, мама прекрати! – застонал Джейкоб, осознавая, что ее навязчивая влюбленность в необычную внешность Дилана и желание сделать его моделью в их с отцом агентстве до сих пор живы. – Максимум, что ты сможешь от него добиться – он станет вашим фотографом, когда закончит учебу во Франции. Но решай все эти вопросы без меня. - Почему я не могу продавить Дилана через его парня? – подмигнула ему женщина, от чего Джейкоб в очередной раз поймал себя на мысли, что рядом с ним сидит не сорокалетняя Меган Хилл – его мать, а лучшая взбалмошная подружка, которую он безумно любит и ценит. Наверное, он в действительности выиграл в лотерею, как говорили ему многие, касательно его внешности. Только эта самая лотерея относилась не к смазливой мордашке, а к самым лучшим на свете родителям. - Мы с ним уже расстались, поэтому прекрати, - недовольно произнес Джейкоб, после слов которого Меган тут же прекратила улыбаться и наградила его серьезным, задумчивым взглядом. - Какая насыщенная у тебя жизнь, Джейки! Жаль, что мы с отцом в нее не посвящены, – ехидно поддела его женщина, заставив парня чувствовать себя виноваты. - Извини, - искренне произнес Джейкоб, нервно закусив губу, - я не хотел вас расстраивать, знаю ведь насколько сильно ты любишь Дилана. А я по сути не только отношения с ним построить не смог, но и дружбу нашу просрал окончательно. - Ты дурачок? – произнесла Меган, посмотрев на сына как на маленького и глупого ребенка. – Ты единственный, кого мы с отцом безумно и сильно любим. Нам дороги все твои друзья, но неужели ты думаешь, что мы будем ругать тебя за то, что ваши пути разошлись? Ты поэтому не приезжал к нам так долго, ссылаясь на дела и диплом? - Ага, - кивнул Джейкоб, пряча взгляд от матери, потому что вмиг стало неуютно и стыдно, - знал ведь, что ты по моему лицу все прочитаешь и выведешь меня на разговор. Я боялся этого, но сейчас… Сейчас я устал настолько, что не могу больше держать все в себе. - Что произошло? – осторожно спросила женщина, пододвигаясь ближе к нему и аккуратно обнимая за плечи. – Если ты не готов сейчас рассказать, то я подожду. - У него нарциссическое расстройство личности, - едва слышно произнес Джейкоб, ощущая необходимости поговорить об этом именно с мамой, - это когда… - Я знаю, что это такое, не зря ведь я училась на психолога когда-то, - прервала его объяснения Меган, - в принципе мы с отцом догадывались о чем-то подобном. В его поведении было много тревожных звоночков. Я рада, если он нашел в себе силы признаться в этом тебе. Но если вы расстались… Он оттолкнул тебя из-за страха? Или же ты испугался? - Нет, вернее… Не совсем. - Сбивчиво произнес Джейкоб, не понимая, как вообще рассказать о том, что произошло между ними. - Ты сейчас будешь мной недовольна. - И что ты натворил? – укоризненно поинтересовалась женщина. - Он последнее время вел себя очень неадекватно, - честно признался парень, - я пытался до него достучаться, но он не шел на контакт и не помогал мне понять, что происходит. Тогда я написал его младший сестре и она рассказала мне о диагнозе… - Боже, Джейкоб! – всплеснула руками Меган, награждая парня осуждающим взглядом. – Ты понимаешь, что твой поступок очень сильно по нему ударил? - Я знаю, но… Я не мог иначе, мам. Я с ума сходил от всего того дерьма, что он творил. Мы с ним постоянно ссорились. Он делал больно нашим друзьям, мог пропасть на неделю, а потом объявится будто бы так и надо. Я не знал, как воспринимать его поведение и его диагноз. Я в действительности понял, что совсем не знаю его. И осознал, что боюсь его узнавать. Он делал мне больно. Изо дня в день. Делал это намеренно и осознанно. Поэтому я решил прекратить наши отношения. Мы с ним не очень хорошо поговорили в последний раз, потом он уехал и я… Я правда старался его забыть. Но у меня не получается. Как бы я не пытался. Я скучаю по нему, но при этом я боюсь снова довериться ему. Боюсь повестить на его манипуляции. За эти две недели я столько дерьма начитался про людей с этим расстройством. Единственные советы, что дают на форумах про людей с НРЛ – бегите от них. И я бы хотел сбежать, но я не могу… - Почему ты догадался почитать советы людей с какого-то форума, а поговорить со мной или хотя бы записаться на консультацию к психологу ты не додумался? – ехидно поинтересовалась женщина. - Мне стыдно и страшно было говорить с тобой о подобном, - честно признался Джейкоб, тяжело вздыхая, - по сути, я просто отказался от него из-за его диагноза. Я не знаю как с ним общаться и не понимаю, как будучи в отношениях с ним сохранить себя самого. И теперь я разрываюсь между здоровой любовью к себе самому и нездоровыми чувствами к нему. - Не думал, что следует позвонить ему и поговорить обо всем об этом? – осторожно предложила Меган. – Как бы там ни было, но в любых ситуациях стоит оставаться человеком и прямо решать все проблемы, даже несмотря на то, что страшно. Ты не страус, чтобы прятать голову в песок и таким образом убегать в свой домик, прячась от проблем. Множество людей вступают в отношения с людьми, которые имеют ментальные расстройства. Да, кому-то не везет, но очень многие счастливы с этими людьми. Или ты думаешь, что здоровые отношения измеряются отсутствием у партнера расстройств или каких-то физических особенностей? Ты в каком волшебном мире живешь, Джейки? Посмотри вокруг. Куча людей любой ориентации с любыми ментальным и физическим здоровьем могут быть безумно счастливы и несчастливы в отношениях друг с другом. Все зависит от них. От них обоих, Джейкоб. Отношения всегда строят двое людей. Я никогда не идеализировала Дилана и я никогда не идеализировала тебя. Я знаю, какими невыносимыми и упрямыми вы оба можете быть, но при этом я вижу насколько вы близки друг другу. Не позволяй своим страхам и сомнениям это все испортить. - Толкаешь меня на встречу к абьюзеру? – цыкнул языком Джейкоб. – Хочешь поскорее от меня избавиться? - Ты сам куда больший абьюзер, чем Дилан, - фыркнула женщина, толкнув его плечом, - я не уговариваю тебя быть с ним и не толкаю тебя к человеку, с которым тебе действительно плохо. Я говорю о том, чтобы ты перестал отталкивать от себя людей, которых ты не понимаешь и, которые не похожи на тебя. - Но мы с ним постоянно ссорились… - Возможно, вам в действительности стоит закончить все как есть, - кивнула женщина, а после строго и внимательно посмотрев на сына, все-таки добавила: - но возможно, вам стоит научиться понимать друг друга. В любом случае, отношения – очень тяжелая и сложная штука, вне зависимости от того есть у твоего партнера какое-то расстройство личности или нет. Да, в случае с расстройством вам обоим предстоит куда больше работы, чем у обычных пар. Но отношения – это всегда работа, просто тебе придется быть чуть усерднее, чем остальным. - А что делать, если я буду чувствовать, что он душит меня и манипулирует мной? – тихо спросил Джейкоб. – Я очень привязан и зависим от него. Даже сейчас. Боюсь представить, что будет, если я полностью доверюсь ему. - Ты должен научиться «читать» его, - спокойно ответила женщина, - думаю, такие моменты следует обсуждать вам вдвоем у семейного психотерапевта. Но в любом случае, тебе следует понять и запомнить одно – в приоритете для тебя ты и твои чувства. Либо вы оба и ваши чувства. Его эмоции, желания и мечты не должны преобладать над тобой. У вас должны быть четкие границы и договоренности, чтобы он знал, за какую грань ему переступать нельзя, понимаешь? Запомни, что ты не сможешь его изменить. Да, вы можете работать с психотерапевтом, который научит вас обоих взаимодействовать друг с другом, но он не станет чутким, милым и заботливым, если вдруг ты хочешь видеть его таким. Ты просто должен принять его сильные и слабые стороны и воспринимать их как обыденную часть отношений. И, самое главное, ты должен ценить себя. Если вдруг ты чувствуешь, что ваши отношения деструктивны и построены на унижении, ты не должен цепляться за него. Именно поэтому сейчас тебе важно понимать, сможешь ли ты его отпустить или нет. И сможешь ли ты справиться со всем этим. Отношения с таким человеком – это работа не над ним, а работа над собой. - Я уже забыл, что первоначально ты получила диплом психолога, - улыбнулся Джейкоб, почувствовав как после слов матери ему в действительности стало спокойнее и легче, - почему решила открыть модельное агентство? Ты умеешь хорошо вправлять людям мозги. - Я училась лишь для того, чтобы стать вашим с отцом личным психологом, - тепло улыбнулась женщина, потрепав сына по волосам, - и не нужно быть специалистом в области психологии, чтобы понимать все то, что я тебе сказала. В любых отношениях важна работа обоих партнеров. В вашем случае эта работа просто умножается в несколько раз. Ничего сложного, Джейки. - И что мне теперь делать? – осторожно спросил парень, тяжело вздохнув. Он находился в полном раздрае еще со вчерашнего дня после того самого разговора с Брэндоном. И теперь, наконец излив свою душу матери, Джейкоб чувствовал не только облегчение, но и отчаяние, которое затопило его с головой. - Я не знаю, - пожала плечами женщина, - это должен решать только ты сам. Но единственное о чем прошу тебя – не принимай спонтанных решений. Думаю, в последующем это может навредить вам обоим. - Спасибо, мам, - улыбнулся Джейкоб, тепло обняв женщину за плечи, - и кстати, оставишь мне свой телефон на десять минут? - Надеюсь, не для того, чтобы смотреть порно-сайты? – ехидно поинтересовалась женщина. - Фу, мам! – скривился Джейкоб, улыбаясь. – Ты же понимаешь зачем. Не вынуждай меня объясняться. - Он тебя везде заблокировал? – уже серьезным тоном поинтересовалась она. – Так похоже на Дилана… Больше говорить что-либо еще Меган не стала, вместо этого она протянула телефон Джейкобу, кивнула ему и вышла за дверь, оставив парня один на один со своими мыслями, страхами и сомнениями. Разговор с матерью безусловно произвел на него сильное впечатление, заставив парня снова обдумать их отношения. От начала до конца. И если еще совсем недавно он был уверен в том, что лучше страдать по Дилану, чем просто слышать его голос, то теперь эта уверенность серьезно пошатнулась. Джейкоб сделал глубокий вдох-выдох, быстро зашел в контакты и, найдя там номер Дилана, позвонил. Не хотелось больше думать и сомневаться. Не хотелось жалеть себя и злиться от того, что снова поддался и пошел на поводу у своей слабости. Пускай мама и просила не действовать импульсивно, но конкретно в этой ситуации взвешивать все «за» и «против» Джейкоб не мог, потому что послушав голос разума он бы наверняка передумал и не сделал то, чего сейчас так отчаянно хотелось. - Здравствуйте, миссис Хилл, - раздался наконец удивленный, но явно заинтригованный голос Дилана, - рад Вас слышать. Надеюсь, ничего не случилось? Не ожидал Вашего звонка. - Привет, Ди, - тихо-тихо произнес Джейкоб, непроизвольно улыбаясь. На той стороне повисла оглушающая тишина. Джейкоб слышал как у Дилана что-то упало, слышал его громкое тяжелое дыхание и будто бы ощущал все то отчаяние и метания, которые наверняка сейчас чувствовал этот парень. Джейкоб даже подумал о том, что Дилан сейчас банально бросит трубку и прекратит этот бессмысленный разговор. Наверное, в глубине души Джейкоб в действительности мечтал об этом. Однако Дилан снова удивил его. Вместо того, чтобы прекратить этот разговор или ответить насмешливо и язвительно, он заговорил с ним. Но не так как обычно. Его тон был мягким, теплым и немного усталым. Таким как когда-то давно, когда они вместе работали над каким-нибудь фотопроектом, который отнимал у Дилана все силы, но вызывал при этом ничем неприкрытую улыбку на губах. Или же когда они целую ночь играли в видеоигры, слушая маты Эрика, который в паре с Ёнсу снова им безбожно продувал и злился из-за этого, обвиняя парней во всех смертных грехах. Как же Джейкоб любил такие беззаботные моменты. И как же сильно он скучал по ним и по той самой вымученной, но искренней улыбке Дилана, когда тот вскидывал вверх руку, победно сжимая кулак и называя Эрика жалким неудачником, чем выводил того из себя еще сильнее. Как они могли так безбожно проебать все это? - Привет, Джей, - послышался спокойный голос Дилана, - не знал, что ты стал таким манипулятором и решил использовать свою маму, чтобы поговорить со мной. От меня понабрался нехороших приемчиков? - Я не виноват, что ты внес мой номер в черный список, - усмехнулся Джейкоб, чувствуя как же странно сейчас вот так спокойно разговаривать с этим человеком по телефону. – Извини, желание поговорить с тобой оказалось очень сильным и спонтанным. Тем более, в Лос-Анджелесе сейчас уже десять вечера. У меня не было времени купить новую сим-карту. Да и я помню, что ты не принимаешь звонки с незнакомых номеров. Гребаный параноик. - Так мило, что ты до сих пор это помнишь, - хрипло рассмеялся Дилан, заставив Джейкоба болезненно выдохнуть от того, как неприятно защемило сердце лишь от одного этого смеха. Как же ужасно он по нему скучал… - Кстати, извини, что я не посылаю тебя сразу и не заставляю тебя чувствовать себя последним мудаком, как делал обычно. У меня сейчас семь часов утра и твой звонок застал меня немного врасплох. - Черт, я разбудил тебя, да? – нервно выдохнул Джейкоб, закусив губу от волнения. – Извини, я не хотел. - Забей, - отмахнулся от него парень, - ты чего-то хотел? - Я… Просто… - Джейкоб в действительности не знал, что сказать ему. В эту самую минуту он чувствовал себя гребаной собакой на сене. Он сам оттолкнул Дилана в их последнюю встречу. Он сам поставил точку в их отношениях и сам окончательно решил прекратить с ним не просто встречаться или дружить, а вообще общаться. Так зачем же позвонил ему сейчас? Потому что банально соскучился? Потому что оказалось, что он настолько от него зависим? Потому что без него теперь еще дерьмовее, чем с ним? - Извини за Брэндона, - внезапно произнес Дилан, заставив Джейкоба недоуменно замереть, - он рассказал мне о вашем вчерашнем разговоре. Не воспринимай его слова всерьез. Послей той истории, что с ним случилась, Брэнд считает, что имеет полное право душнить и лечить всех своими нравоучениями. - Я был удивлен, что вы с ним общаетесь, - честно признался Джейкоб, стараясь звучать спокойно и ровно, чтобы его голос не был пропитан злостью и совершенно ненужной для них обоих ревностью, - но я рад, что ты поддерживаешь с ним связь. Значит есть люди, которые тебе дороги. - Снова выставляешь меня монстром? – поинтересовался Дилан, в голосе которого читалась ничем неприкрытая насмешка. - Нет, я просто… - Забей, мне все равно, - отмахнулся от его попытки извиниться Дилан, - я в действительности рад, что мы с ним смогли помириться. Алан говорит, что общение с ним и с Риком идет мне на пользу. - С Эриком? – удивленно выгнул бровь Джейкоб. – Вы с ним поддерживаете связь? - Черт! - выругался Дилан. – Не знал, что он сделал из этого тайну. Наверное, ему стыдно признаться вам, но да, мы иногда с ним созваниваемся. Он ноет мне о том, как Ванесса разбила его сердечко. - Он ноет об этом всем, - негромко рассмеялся Джейкоб, а после, уловив истинный смысл чужих слов, все же решился добавить: - возможно, остальные парни в курсе, что вы общаетесь. Я не думаю, что Рик скрывал это потому, что ему стыдно. Эрик и стыд вообще несовместимые вещи, тебе ли не знать. - И почему же тогда? - Наверное, он бережет мои чувства, - предположил Джейкоб, а услышав чужой смешок, добавил: - они и в самом деле считают тебя злым демоном, который меня морально уничтожил и разбил мне сердце. Даже пытались пару раз свести меня с девчонками. - Но ты предпочел посетить гей-клуб? – издевательским тоном поинтересовался Дилан. – Как успехи? - Понял, что это не мое, - честно признался Джейкоб. - Поздравляю! Тебя и твоих девчонок. К счастью, гей-помутнение у тебя было только со мной. Теперь ты снова свободен и открыт для них! – Громко произнес парень, в голосе которого звучала такая привычная и очень заметная фальшь. Почему раньше Джейкоб никогда не считывал за этим самым тоном искренние эмоции Дилана? Тот ведь был весьма очевиден. - Ревнуешь меня? - Теперь это не имеет никакого значения, Джей, - холодно ответил ему Дилан. – Зачем ты позвонил мне? - Я не знаю, - честно признался парень, нервно закусив губу, - просто захотел услышать твой голос, - извини, если разбудил тебя и если свои звонком заставил тебя чувствовать злость или раздражение. Или даже ревность. - Заткнись, Джей, бесит твое нытье! – фыркнул на него Дилан, заставив парня невольно улыбнуться. – Я разблокирую твой номер, окей? Можешь звонить мне пока тебя не отпустит. Надеюсь, ты переживешь это очень быстро, встретишь милую девчонку и будешь счастлив. - А ты? - Что я? - Ты встретишь кого-нибудь и тоже будешь счастлив? – осторожно спросил Джейкоб, чувствуя как у него потеют ладошки от волнения и глупого желания получить ответ, который он сам бы хотел услышать. - Брэндон сказал, что я по итогу попытаюсь покончить с собой, стану постояльцем БСДМ-клуба или заведу себе сорок кошек, - хрипло рассмеялся Дилан, - но с учетом того, что у меня аллергия на кошек и я не люблю боль, первый вариант мне кажется куда более правдоподобным. - Ты думал об этом? – осторожно спросил Джейкоб, внезапно осознавая, что он совершенно не знает ничего о Дилане. О настоящем Дилане. О том самом, с которым попытался познакомить его Брэндон вчера в ходе их странного, но такого нужного разговора. - Постоянно, - спокойно ответил парень, тон которого звучал так будто бы они говорили о погоде, - но я пока не настолько отчаялся, чтобы ненависть к себе поборола мой эгоизм и желание жить всем назло. Возможно, к сорока годам, когда у тебя родятся трое прекрасных детишек, я как раз созрею. - С чего ты решил, что у меня будет трое детей? – усмехнулся Джейкоб, думая о том, как ужасно звучат мысли Дилана. Он в подобном тоне говорил с ним практически всегда. Почему раньше Джейкоб не замечал всех этих звоночков? Или же банально не хотел замечать, раз за разом жалея такого бедного-несчастного себя. - Не знаю, - послышался задумчивый голос Дилан, - могу представить в своей голове такую картину. - Если я не заведу троих детей, ты не будешь думать о суициде? – в шутливой манере, но при этом совершенно серьезным тоном спросил Джейкоб. - Так и быть, - таким же тоном ответил ему Дилан, - уговорил, не буду. - Как у тебя дела, Ди? – осторожно спросил Джейк, решив перевести этот странный разговор в более безопасное русло. – Как Франция? Как учеба? - Все прекрасно! – радостно и абсолютно искренне ответил Дилан. – Я наконец снова почувствовал себя живым. Ты не представляешь, как здесь круто. Никогда не думал о том, что заниматься любимым делом и быть собой – это все то, что делает меня счастливым. Даже мать с ее истериками и криками из-за того, что я идиот, который бросил архитектурный на последнем курсе, не смогла убить мое прекрасное настроение. Ты тоже не сможешь, кстати. - Я и не собирался, - усмехнулся Джейкоб, думая о том, каково Дилану жить с осознанием того, какой он ничтожный и пустой для собственной матери. Раньше Джейк никогда о подобном не задумывался. Он даже представить не мог, что такое бывает. Его родители были потрясающими людьми, которые постоянно о нем заботились и действительно искренне любили его. Они были лучшими друзьями, им можно было рассказать обо всем на свете, не боясь осуждения или гнева. А потому, когда Джейкоб впервые столкнулся с матерью Эрика, он был в шоке, что такие люди вообще плодятся. Теперь же, осознавая, что в семье у Дилана не все так радостно, как он обычно рассказывал, парень вновь поймал себя на мысли, что он совершенно не знает этого человека. Не знает настоящего Дилана. - Слушай, Ди, - осторожно начал Джейкоб, понимая, как странно и нелепо сейчас прозвучат его слова после всего того, что произошло между ними, - можно я иногда буду звонить тебе? Когда сильно соскучусь и буду нуждаться в твоем голосе. Знаю, что это звучит эгоистично, но… Мне действительно тяжело без тебя. - У нас ничего не будет как раньше, Джей, - серьезным и холодным тоном ответил ему Дилан, - не цепляйся за то, что умерло и больше не воскреснет. - Я понимаю, но… - Как я и сказал до этого, я разблокирую твой номер, - все тем же спокойным тоном ответил парень, - звони, когда захочешь, но желательно все-таки смотри на время. У нас разница с тобой в девять часов. Надеюсь, в следующий раз ты это учтешь. - Да, конечно, - кивнул ему Джейкоб, а после внезапно осознал, что снова попался на крючок манипуляторских способностей Дилана. Однако, как ни странно, это вызвало в нем улыбку, а не раздражение, - ты сейчас специально надавил на мою совесть? - Нет, мне просто обидно, что ты даже не удосужился погуглить разницу во времени между нами, - холодно ответил ему Дилан, - но да, я сделал это специально. Очередная дерьмовая черта моего характера. - Ты раньше всегда читал мне такие нотации, - усмехнулся Джейкоб, - но я только сейчас понял, что таким образом ты показывал, что мое поведение задевало тебя за живое. Извини, что не понял сразу. - Забей. - Тогда спокойной ночи? – с улыбкой на губах спросил Джейкоб, чувствуя облегчение после этого странного разговора. – Спасибо, что поговорил со мной. - Тебе спокойной ночи, а мне спокойного утра. Теперь не засну из-за тебя… - Не будь таким говнюком, - усмехнулся Джейкоб, заставив Дилана хрипло рассмеяться, - и прости за мою невнимательность. Я не проверил разницу во времени не потому, что мне наплевать на тебя, а потому что очень сильно хотел услышать твой голос. Впредь я учту свои проебы и буду о тебе заботиться. - Обо мне ненужно заботиться, Джейкоб, - ровным тоном произнес Дилан, голос которого снова стал безэмоциональным и холодным, - на данный момент ты делаешь себе только хуже. Сам все усложняешь. Если ты решил вычеркнуть меня из своей жизни, делай это сразу. Раз и все. Не нужно хвататься как утопающий за соломинку. Прекрати это. - Я не могу, понимаешь? – честно признался Джейкоб, чувствуя в своем голосе усталость и отчаяние. – Я целый месяц пытался. Но не могу. Я не хочу заставлять себя тебя ненавидеть. У меня не получается. - Мы больше не будем с тобой вместе. Даже не сможем быть друзьями. Прекрати себя мучить. - Я знаю, - горько улыбнулся Джейкоб, - знаю, что наши с тобой отношения уже никогда не будут прежними. Я просто хочу, чтобы ты был у меня. Хочу иметь возможность звонить тебе, хочу узнавать как у тебя дела. Хочу разговаривать с тобой. Даже если мы больше никогда не встретимся, мне это нужно. Я нуждаюсь в тебе. Возможно, я переболею тобой и смогу отпустить. Но пока что это сильнее меня. - И кто из нас после этого эгоист? - Мы оба, - не раздумывая заявил Джейкоб, а услышав ответный смешок, добавил: - Ты позволишь мне? - А если я не разрешу, что ты сделаешь? – снова усмехнулся Дилан, заставив Джейкоба нервно выдохнуть. - Оставлю тебя в покое, если ты в действительности этого хочешь. - Если хочешь закапывать себя еще глубже, звони, мне плевать, - спокойно произнес Дилан, в голосе которого Джейкоб отчетливо прочувствовал фальшь, - но потом не делай из меня монстра, когда я снова скажу или сделаю что-то не так. Договорились? - Договорились. - Спокойной ночи, Джей, - спокойно произнес Дилан, а после этого тут же сбросил вызов, не дав Джейкобу и слова вставить. Отбросив телефон в сторону Джейкоб упал головой на подушки и негромко рассмеялся от осознания того, что Дилан снова оставил последнее слова за собой. И дело тут явно было вовсе не в его расстройстве, а в доминантном характере и в желании всегда оставаться первым и правым. Подумать страшно, какую все-таки власть Дилан имел над ним, если даже после всего того, что он наговорил и сделал, Джейкоб по-прежнему не мог отпустить его. Может быть, этот парень приворожил его? Иначе как объяснить свою безумную тягу к нему и непонятно откуда появившееся желание бороться за их отношения, которых нет, не было и не будет. Джейкоб не знал, почему именно по-прежнему цеплялся за этого человека. Но одно он осознал точно – он в действительности незнаком с настоящим Диланом. И отчего-то именно сейчас ему отчаянно хотелось узнать его, потому что тот самый настоящий Дилан казался именно его человеком. Тем, кого Джейкоб не мог отпустить и тем, кого хотелось из Дилана, которым он был на протяжении трех лет их знакомства, вытащить наружу. *** - Ты сломал ему нос, Уильямс. Это было первым, что сказала ему Ванесса на следующий день после драки с Чарли. Она сама подкараулила его у входа в клуб фотографии, схватила за руку и, отведя чуть в сторону, оповестила его о сломанном носе этого придурка. Честно говоря, было немного обидно просто потому, что сам Эрик тоже выглядел весьма помятым – с разбитой губой и синяком на скуле. Но Ванессу это видимо не беспокоило совершенно, да и пришла она не поговорить, а прочитать очередную нотацию, которыми он и так был сыт по горло. Весь вчерашний вечер Джейк и Льюис выносили ему мозг тем фактом, что подобное поведение по итогу может негативно отразиться на окончании обучения, если вдруг его мать узнает о драке и предпримет какие-нибудь меры. Например, решит окончательно прекратить оплачивать его учебу. Или же и вовсе вынудит его забрать документы и вернуться в Нью-Йорк. Эрик понимал причину их опасений – его мать была способна и не на такое. Но в тот момент, когда он увидел рожу Чарли и услышал его «Привет» на глаза будто бы напала красная пелена. Эрик не думал о последствиях. Единственное, что хотелось сделать – поставить этого мудака на место. А потому сожаления не было до сих пор. Даже после того, как Эрик узнал, что в действительности сломал этому рыжему клоуну нос. Это было равной оплатой за ту боль, которую Чарли причинил Льюису своим поведением. По крайней мере, так считал сам Эрик, переубедить которого не удалось даже Льюи и Джейку с их нравоучениями. И неужели сейчас Ванесса думала, что он в действительности раскается за то, что сделал и побежит извиняться перед Чарли только для того, чтобы она была спокойна и снова снизошла до общения с ним? Как бы там ни было, но дружба с Льюи и его благополучие были куда важнее бесполезной беготни за девчонкой, которая вряд ли когда-нибудь подпустит его к себе ближе, чем на три метра… После произошедшего вчера Эрик долго думал о Ванессе, их общении и всех тех чувствах, которые он испытывал и, которые могла испытывать она. Выводы, которые он сформировал, обдумав всю ситуацию, оказались неутешительными. Вспомнив их разговор после драки, Эрик снова поймал себя на мысли, что его попытки бессмысленные и жалкие. Зачем он за ней бегает? Просто потому, что давно в нее влюблен. Но разве это хоть что-то для нее значит? Видимо нет, раз она даже не удосужилась понять его поведение вчера и все равно решила выяснять отношения, хотя видела его состояние. Да и сейчас. Ей было абсолютно наплевать, что в этой драке пострадал и сам Эрик. Единственное, что ее беспокоило – его поведение и сломанный нос мудака Чарли. Наверное, Ванесса вчера оказалась права. Ему в действительности ненужно подходить к ней. Потому что так куда легче существовать и жить прошлой жизнью, не думая о том, какой он неадекватный, эгоистичный, глупый и кого-то там недостойный. - Ты пришла сюда сообщить мне об этом? – холодно поинтересовался Эрик, пряча собственные мысли и переживания за ледяным тоном. Вчера он действительно вспылил, сорвался на нее и испортил все окончательно. А потому сейчас максимально не хотелось истерить, кричать и пытаться ей что-то доказать. Эрик прекрасно понимал, что Ванесса давно сформировала в своей голове его образ. Эрик наверняка представлялся ей этаким монстром без души и сердца, который мог просто так избить человека лишь от собственной вседозволенности и осознания, что ему за это ничего не будет. Вспомнив ее вчерашний осуждающий взгляд, сомнений в том, что девушка думает именно так, у парня не осталось. А потому какой смысл ее переубеждать? Зачем тратить нервы и силы на то, чтобы объяснить причины своего поведения, если исход в итоге будет один? - Ты понимаешь, что мог бы убить его из-за собственной неконтролируемой ярости? – продолжала Ванесса, тем самым вынудив парня крепко сжать руки в кулаки. Их разговор сейчас казался бессмысленным и тупиковым – просто завершение того скандала, который Ванесса пыталась устроить ему вчера. Слушать все это не хотелось совершенно. Однако Эрик прекрасно понимал, что Ванесса не успокоится пока не выльет на него все свое раздражение и злобу, которые были вызваны переживаниями… Но не за него и за его душевное состояние, а за бедного-несчастного Чарли, которому сломали нос. - Но я же не убил его, - оскалился Эрик в ответ, - какие претензии? Ты остановила меня для того, чтобы снова сказать, какой я неадекватный и невыносимый? Спасибо, я понял это еще вчера. Я не глухой и не тупой, объяснять мне по сто раз ничего не надо. - Послушай, Уильямс, - тяжело вздохнула Ванесса, наградив его каким-то осуждающе-жалостливым взглядом, которым обычно смотрят на умственно отсталых, коим Эрик наверняка и представлялся в ее глазах, - я не считаю тебя неадекватным. Ты невыносим, это факт, но я остановила тебя не для того, чтобы сказать об этом. - И зачем же тогда? – усмехнулся Эрик, нервно закусив губу, и по-прежнему не видя в этом разговоре никакого смысла. – Хотела сообщить о том, что я сломал ему нос? И что дальше? Мне раскаяться, извиниться, принести ему апельсинов и пожелать скорейшего выздоровления? - Ты можешь не паясничать, а разговаривать нормально? – раздраженно спросила девушка, награждая парня очередным осуждающим взглядом. - Разговаривать о чем? – выгнул бровь Эрик. - И не ты ли вчера сказала, чтобы я исчез из твоей жизни? Тогда зачем ты появляешься в моей? После его слов они замолчали. Ванесса просто смотрела на него – долго, странно и холодно, так, как будто бы разочаровалась окончательно и будто бы ей было противно просто стоять рядом с ним. Но она по-прежнему стояла. Не влепила ему пощечину, не назвала идиотом как обычно и даже не убежала. Просто смотрела на него. И от этого разочарованного взгляда становилось только хуже. - Мы вчера поговорили с Чарли, - негромко произнесла Ванесса, - он рассказал мне о том, что произошло между ним и Льюисом. Чарли искренне раскаивается, и он хотел просто по-человечески перед ним извиниться за все, что сделал. Но вместо этого ты сломал ему нос. - Мне похуй на его нос, понимаешь? – высокомерно усмехнулся Эрик, злясь и на себя за собственное поведение и на Ванессу одновременно просто потому, что она до сих пор не уходила. – Если бы была возможность, я бы сделал это еще раз. А лучше бы сломал ему ноги, чтобы он не смог играть в свой сраный футбол. - Наверное, не имеет смысла говорить тебе о том, что избивать людей и ломать им что-то нельзя, - грустно улыбнулась Ванесса, - думаю, даже если бы ты убил его, ты бы считал, что все равно прав. - Я умею рассчитывать силу, блять, - начал выходить из себя Эрик, раздраженно смотря на девушку, - и я не собирался его убивать. Но и прощать его я тоже не собирался. - Это неправильно, Эрик! – не унималась девушка. – Ты бы мог поговорить с ним. Или хотя бы дать Чарли возможность высказаться, а не бросаться на него с кулаками, как только увидел в поле своего зрения! - Ты закончила свои пафосные, нравоучительные речи? – расплылся в ядовитой улыбке Эрик, а получив сухой кивок в ответ, тут же добавил: - Тогда можно я разобью твои розовые очки и окуну тебя в реальность? А знаешь в чем эта реальность заключается? В том, что слова ничего не решают. Совсем. Можно говорить и обещать, что угодно, а потом творить полную дичь. Этим миром правит физическая сила, деньги и власть. Поэтому да, ты права, я не мог с ним поговорить, потому что сломанный нос этот рыжий уебок запомнит куда сильнее, чем нравоучения типа тех, которые ты на меня сейчас изливаешь. - Знаешь, мой брат тоже хотел избить тебя три года назад, - усмехнулась Ванесса, - но я его остановила. Сказала, что ты этого не стоишь. И видимо я была права. Не стоит тратить на тебя время, силы и даже злость. Было глупо думать, что ты в действительности изменился. - Рад, что ты поняла это сейчас, - холодно кивнул ей Эрик, резко переходя на шаг и удаляясь прочь от клуба фотографии. Уже было наплевать на то, что он договорился пообедать там с парнями. Самое главное было сбежать оттуда как можно скорее, чтобы больше не видеть и не слышать Ванессу, не ловить на себе ее осуждающий взгляд и не осознавать, что она права. Во всем. Он действительно пустой и не стоит ничего. Даже чужой злости и ненависти. Об этом всегда говорила его мать, бывшие девушки и Ванесса – единственный человек (кроме друзей), которого он бы готов был впустить в свою душу. И единственный человек, слова которого его сейчас если не уничтожили, то сделали очень больно. Но если она не могла простить ему драку, то лучше уж так, чем продолжать за ней бегать, на что-то надеяться, а потом разбиться окончательно от осознания того, что он до нее не дотягивает. И никогда не дотянется… *** После последнего разговора с Ванессой прошло больше месяца. Все это время Эрик буквально заставлял себя не следить за ней, не звонить ей и не писать. Даже запретил себе смотреть ее профиль в социальных сетях, не высматривал ее в коридорах и старался внушить себе то, что сейчас все как прежде. Что Ванесса просто снова уехала, исчезла из его жизни и больше никогда в ней не появится. К счастью, учились они в разных кампусах, а потом весь этот месяц Эрик ее не видел и строго-настрого запретил Ёнсу, строившему планы о том, как их помирить, приглашать Ванессу к ним домой готовиться к последней сессии, которая была уже не за горами. Хотя вряд ли бы она пришла после всего того, что они друг другу наговорили. Чтобы не думать о том, что он окончательно все испортил, Эрик даже послушал совет Джейка и взялся за ум, то есть за написание своего диплома, который нужно было сдать уже через пару месяцев. Еще он начал посещать спортзал в два раза чаще и увеличил количество тренировок по боксу. Все это нужно было для того, чтобы у него почти не оставалось времени на мысли. Только учеба и сон. Ничего лишнего. Такой ритм жизни действительности помог. У Эрика не оставалось сил не только на мысли о Ванессе, но даже на то, чтобы нормально есть и тусоваться с друзьями. В итоге это не привело ни к чему кроме усталости, пяти сброшенных килограмм, которые и без того не были лишними, и ощущения, что он окончательно заебался делать вид, что все прекрасно. Видя его ментальное состояние, друзья пытались изо всех сил вернуть его к привычной жизни. Ёнсу и Алекс постоянно лечили его тем, что после ссоры отношения не заканчиваются и единственное, что ему нужно сделать – перешагнуть через свою гордость и просто поговорить с Ванессой. Их Эрик послал сразу же, потому что разговаривать с ней больше не видел никакого смысла. Да и зачем? Чтобы сделать себе еще больнее? Нет уж, спасибо. Льюис не далеко ушел от предыдущих влюбленных придурков и после того, как его нравоучения не сработали, назвал Эрика маленьким ребенком и даже под тупым предлогом затащил его на какой-то тренинг о том, как нужно строить отношения с противоположным полом. За это Эрику очень сильно захотелось убить друга хотя бы потому, что прознавший об этом позоре Ёнсу, стебал его еще неделю. Единственным человеком, который смог его понять, оказался Джейкоб. Друг не пытался читать ему нотации, не старался научить его общаться с девушками и не уговаривал помириться с Ванессой. Он просто затащил его к себе в квартиру, сказал, чтобы Эрик перестал страдать хуйней и гробить себя, а после достал из своей драгоценной коллекции три бутылки дорогого вина и предложил напиться. После этого в действительности полегчало, потому что Эрик наконец-то смог выговориться и даже позорно порыдал на плече друга, прекрасно зная, что Джейк его поймет и не будет напоминать ему об этой слабости. В конечном итоге их вечер закончился грандиозной дружеской пьянкой, потому что приехали остальные ребята, крепко обняли его и снова заставили Эрика почувствовать, что несмотря на все дерьмо с родителями, у него все-таки есть семья. И она здесь, рядом с ним. Несмотря ни на что. Та ночь вместе с Джейком, его вином и позже с приехавшими к ним друзьями, в действительности помогла ему. Эрик перестал нагружать себя спортом и учебой по максимуму, осознав, что так он только угробит свое здоровье, как физическое, так и ментальное. В тот день, когда они с Джейком сидели прямо на полу у него в гостиной, друг сказал ему слова, которые до сих пор не выходили у парня из головы и, которые в действительности заставили его переосмыслить многое. Джейк сказал ему тогда, что он имеет право чувствовать. Он может чувствовать боль, гнев, обиду, страх потери. Все что угодно. Он может быть наполнен не только положительными, но и негативными эмоциями, потому что они часть жизни любого человека. А еще Джей сказал ему о том, что любая история должна быть законченной. Даже если конец уже предрешен. Наверное, именно поэтому Эрик нашел в себе силы прийти сегодня на вечеринку, точно зная, что здесь будет Ванесса. И, наверное, поэтому он решился послать на хер свою гордость, чтобы еще раз с ней поговорить. Даже если этот раз станет для них последним… *** Эрику удалось поймать Ванессу спустя два часа после начала вечеринки. Да, он увидел ее практически сразу, только вот подойти к ней никак не мог. Банально не хватало смелости. Внутренний голос то и дело шептал, что ничего хорошего из этого не выйдет, а эгоизм вторил ему, уверяя парня, что разговор с ней – это очередной плевок ему же в душу. И, наверное, пару месяцев назад Эрик бы действительно сдался, нашел бы себе очередную Хлою и делал бы вид, что все прекрасно. Но сейчас он не хотел быть трусом и мудаком. Даже если она его пошлет, поговорить им стоило. Эрик банально устал по ней скучать, устал себя мучить и грызть за то, что наговорил ей кучу дерьма месяц назад. Честно говоря, ему просто хотелось, чтобы она наконец окончательно послала его. Чтобы сказала, что он ей противен и неинтересен. Мазохизм? Возможно. Но так он хотя бы в действительности поймет, что ни единого шанса на взаимность не было, и прекратит себя мучить. Именно поэтому, когда Эрик увидел, что девушка вышла из общей комнаты, где проходила тусовка и пошла в сторону туалетов, парень резко поднялся следом, вышел за ней и схватил девушку за руку, потащив ее к ближайшей комнате, которая, как он надеялся, должна была быть свободной. - Уильямс, ты что творишь?! – шикнула на него Ванесса, пытаясь вырвать руку из чужого захвата. – Отпусти меня! Однако на ее слова Эрик реагировать не собирался, поэтому молча повел девушку в след за собой, затащил ее в первую попавшуюся комнату, мысленно радуясь тому, что ему повезло и здесь не трахалась парочка. Эрик улыбнулся своим мыслям и тут же закрыл дверь на защелку, с усмешкой отмечая тот факт, как после его действий занервничала Ванесса. Испугалась? Видимо он и в самом деле казался ей неадекватным и отбитым. Ну что ж, это Эрика давно уже не удивляло. Даже не расстраивало. Скорее всего он банально смирился с тем фактом, что Ванесса – это не его уровень и, что ему следует искать себе кого-то по типу Хлои. - Ты в курсе, что это фактически похищение, Уильямс? – усмехнулась Ванесса, насторожено смотря на ухмыляющегося Эрика, который после ее слов расплылся в широкой, наигранной улыбке и уселся прямо на компьютерный стол, что стоял в комнате, вальяжно расставив ноги в стороны. - Ну значит ты у меня в заложницах, - усмехнулся парень, внимательно наблюдая за сменой эмоций на ее красивом лице, - будешь привычно для себя истерить и кричать, или же мы все-таки спокойно поговорим? - Истерить и кричать, серьезно? – выгнула бровь Ванесса. – Я всегда старалась быть максимально благоразумной рядом с тобой, но… - Но я слишком неуправляем, агрессивен, неадекватен и бла-бла-бла, - закивал Эрик, насмешливо смотря на начинающую закипать девушку, - я все это про себя знаю, можешь не повторяться. - Ты для этого затащил меня сюда, Уильямс? – холодно спросила девушка, сократив расстояние между ними и встав между его разведенных в стороны ног, смотря на ухмыляющегося парня теперь сверху вниз с явным вызовом в глазах. Это существенно подорвало уверенность Эрика и дало ему хорошо под дых просто от того, что Ванесса сейчас была непозволительно близко, смотрела на него с явным укором в голубых глазах и заставляла парня осознавать только одно – он придурок. Придурок просто потому, что так быстро сдался, потому что скучал безумно, но все равно запретил себе к ней подходить. Снова решил все за них обоих, не дав ни себе, ни ей прояснить все то, что происходило между ними. - Вообще-то я хотел с тобой поговорить, - сделав глубокий вдох произнес Эрик, решив не ходить вокруг да около, - поговорить нормально. Я устал от этого всего. - Отчего ты устал? – выгнула бровь Ванесса, насмешливо смотря на сидящего на столе парня. – Устал быть идиотом? - Вот от этого и устал, - усмехнулся Эрик, резко поднимаясь со своего места и теперь нависая над вздрогнувшей от резкой смены ролей Ванессы, - от того, что для тебя я конченый идиот, придурок, дебил и далее по списку. При этом ты меня не отталкиваешь. Даже когда у тебя задержали рейс, а телефон разрядился, ты пришла к кинотеатру с чемоданом, потому что я тебя ждал. Если бы ты меня ненавидела или бы тебе было на меня наплевать, ты бы так не поступила. Это значит, что я тоже тебе нравлюсь. И поэтому я затащил тебя сюда, чтобы все прояснить. Я устал играть в эти игры, Ванесса. Либо мои чувства к тебе взаимны, и мы что-то с этим делаем. Либо ты просто меня отшиваешь, и я больше тебя не побеспокою. Я заебался терзать себя сомнениями, злиться из-за того, что тогда не сдержался и поссорился с тобой из-за этого рыжего долбаеба… - Уильямс! – тут же осадила его Ванесса, вызвав на губах лишь злую усмешку. - И мне надоело по тебе скучать, - честно признался Эрик, чувствуя себя под ее долгим взглядом уязвимым и открытым. Очень сильно хотелось спрятаться от ее прямого взгляда. Хотелось прикрыться за привычной для себя ухмылкой и сарказмом. Но Эрик старался изо всех сил сдержать себя хотя бы для того, чтобы в очередной раз все не испортить. Как бы там ни было, но он в действительности сказал ей правду. Он устал. Устал чувствовать себя виноватым в том, в чем виноват не был. Устал сомневаться в себе самом, устал по ней скучать и постоянно думать о том, получилось бы у них, если бы он тогда не полез в драку с Чарли и все не испортил. Возможно, Ванесса для себя уже все давно решила и его слова не значили для нее ровным счетом ничего. Но Эрик уже не был тем высокомерным, эгоистичным и злобным придурком. Он бы смог отпустить ее. Даже думать об этом было больно, но при всем при этом в глубине души парень понимал, что да, действительно бы смог. Наверное, впервые в жизни он действительно осознал, что повзрослел и изменился. Это осознание пришло вместе с пониманием простого факта, что пора заканчивать. Ему в действительности нравилась Ванесса. Очень сильно. А потому он и в самом деле хотел, чтобы она была счастлива. Даже если не с ним. И вряд ли это счастье девушка могла достигнуть, если он наплюет на все границы и продолжит снова за ней бегать. - Ты сам виноват в этом, Эрик! – с вызовом в голосе произнесла девушка, задрав голову вверх и раздраженно смотря на стоящего напротив парня. – Ты сломал ему нос! Ты не пытался с ним поговорить, не дал возможности Чарли объясниться и как-то исправить ситуацию. Ты просто сразу на него набросился! И я должна была адекватно на это реагировать?! - Ты очень странная, Ванесса, - рассмеялся Эрик, изо всех сил пытаясь не выплескивать на девушку свое раздражение и злость. Несмотря на то, что с момента их драки прошел уже месяц, Эрик по-прежнему не мог успокоиться и отпустить эту ситуацию, даже несмотря на слова Льюи, который заверял, что все уже давно в порядке. Каждый раз, когда Эрик видел Чарли, ему очень хотелось подойти к нему и снова с силой ему врезать, а еще лучше – начать угрожать ему, чтобы просто свалил отсюда куда-нибудь в другой универ и даже не отсвечивал своей рыжей бесячей башкой. Эрик мог на многое пойти ради спокойствия и благополучия своих друзей, а потому Ванесса, которая теперь знала всю ситуацию, но продолжала защищать этого кретина, также бесила до невозможности. Да, Эрик прекрасно понимал, что она отчасти права и был согласен с тем, что он в тот день сорвался и повел себя так, как не должен был. Но единственное, о чем до сих пор жалел парень – это о том, что их драку частично видела Ванесса. Куда лучше бы было, если бы он сам в одиночку выловил этого Чарли и без свидетелей сломал ему этот гребаный нос. - И в чем же заключается моя странность? - Твой друг из-за собственной трусости и страха унизил Льюи, который вообще был не причастен к тому дерьму, в которое Чарли окунули, - холодно произнес Эрик, вновь усаживаясь обратно на стол, - но рыжий мудак не стал разбираться и что-то выяснять. Он повел себя как последнее мудло, еще и стал шантажировать Льюи, заставляя того уйти из команды. Почему же он не поговорил с ним и не попытался во всем разобраться? Я вот не пойму. Ты только насилие не одобряешь, да? Такие вот поступки для тебя норма? - Вспомни свой поступок на первом курсе, Уильям, - усмехнулась девушка, намеренно задев за живое, - и подумай одобряю я это или нет. - Возможно, если бы меня кто-то тогда избил, то мозги бы быстрее на место встали, - оскалился в ответ Эрик, - так что считай, что я помог твоему рыжему ушлепку. - Ты невыносим, - сдавленно застонала Ванесса, - ты придурок, Уильям. Неисправимый. - Ты высказалась? – усмехнулся Эрик. – Теперь ответишь на мой вопрос, наконец? - На какой вопрос? - Когда мы прекратим играть в эти игры? Ты либо признаешь наконец, что я тебе нравлюсь и я буду стараться изо всех сил, чтобы превратиться в пай-мальчика, который тебя видимо устроит. Либо ты просто говоришь, чтобы я прекратил за тобой бегать, и мы на этом расходимся, – спокойно спросил Эрик, не желая показывать ей тот ураган эмоций, что творился сейчас в душе на самом деле. Ему было страшно. Очень. Несмотря на все слова друзей и их уверенность в том, что Ванесса также испытывает что-то к нему, Эрик до последнего не был уверен, что сейчас эта встреча не станет для них последней. Да, за все время с момента возвращения Ванессы в США она ни разу не послала его открыто и всегда шла на контакт в ответ. Но Эрик не был уверен в том, что она это делала не потому, что жалела его и не потому, что ей было приятно, что человек, который когда-то очень сильно ее обидел, теперь таскался за ней как брошенный хозяином пес. Именно поэтому он и хотел определенности. Даже если эта самая определенность принесет лишь боль и разочарование, лучше уж так, чем думать о том, что он для нее недостаточно хорош. - Как ты вообще можешь кому-то нравиться? – усмехнулась Ванесса, одной своей фразой уничтожив надежду, которую весь этот месяц Эрик лелеял у себя в душе. – Ты постоянно ведешь себя как придурок, что тогда на первом курсе, что сейчас. Тебе наплевать на рамки, нормы и морали, ты все равно берешь и делаешь то, что хочешь. Ты эгоистичный и самовлюбленный болван, Уильямс! Даже сейчас ты не спросил моего мнения о том, а хочу ли я с тобой вообще разговаривать и есть ли у меня на это время. Ты просто схватил меня за руку, затащил сюда, еще и дверь закрыл! Неужели ты в действительности считаешь, что мне хватит дурости сказать тебе «да»? Слышать ее слова было неприятно и больно. И пускай сейчас Эрик сидел напротив стоящей девушки с надменной и привычной для него ухмылкой на губах, на самом деле в эту самую минуту он чувствовал себя так, будто бы по нему проехался автобус. В принципе слова Ванессы были предсказуемы и ожидаемы. Когда парень шел сюда с четким желанием поговорить с ней и наконец прояснить все между ними, он ждал такого исхода событий. Но одно дело предполагать и совсем другое – слышать все это и осознавать, что все. Больше не помогут даже попытки заговорить с ней. Больше не будет глупых переписок, его тупых шуток и прогулок в парке с ее собакой. От осознания того, что Ванесса не дала ему ни единого шанса доказать, что он и в самом деле способен ценить, оберегать и любить ее, было больно. Однако доказывать ей что-то, умолять или еще хуже угрожать Эрик не собирался. Он в действительности сделал все, что мог. Он правда пытался исправить все то дерьмо, которое натворил на первом курсе. Но если для нее его попытка защитить близкого друга кажется деструктивной и аморальной настолько, что они неспособны это преодолеть, то лучше закончить все как есть. Иначе дальше будет еще хуже. Эрик прекрасно понимал, что он не мальчик-одуванчик и не сможет полностью перекроить себя, даже пытаться не будет. Да, ради нее он способен работать со своим раздражением, гневом и цинизмом, но лепить из себя правильного и милого мальчика, которого видимо в нем хочет видеть Ванесса не имело никакого смысла. Он прекрасно знал себя и понимал, что долго за этой маской скрываться не получиться, а потому лучше уж сразу все обрезать и прекратить. - Я тебя понял, - кивнул Эрик, поднимаясь со своего места и быстрым шагом направляясь к двери, - извини, что отнял твое время. Больше я тебя не побеспокою. - И даже высказывать мне не будешь все то, что у тебя сейчас в голове? – донесся до него громкий голос Ванессы, которая быстро нагнала его, закрыв дверь собой и тем самым, не позволяя Эрику наконец уйти отсюда, чтобы в дальнейшем напиться или же разбить кулаки о ближайшую стену от собственного бессилия. - А что мне нужно говорить? – усмехнулся блондин, вопросительно выгнув бровь. – Я не собираюсь убеждать тебя в том, что я обязательно стану таким, каким ты хочешь и, что больше никогда ни с кем не подерусь, чтобы защитить своих друзей. Поэтому для избежания дальнейших ссор и недопонимания, думаю, мне лучше просто уйти. Разве ты не этого хотела? - Эрик, - тяжело вздохнула Ванесса, наградив парня каким-то странным взглядом, - мне кажется, что в тот раз мы оба с тобой погорячились. - Ты стебешься надо мной? – с недоумением спросил Эрик, не понимая, к чему она сейчас говорит все это, если минуту назад своими словами поставила точку в их отношениях, которых никогда не было и теперь уж точно не будет. - Я видела в каком ты состоянии, но все равно пошла за тобой, чтобы высказать свое «фи», - поясняла девушка, нервно закусив губу, - я понимаю, что ты хотел защитить своего друга, но и я в ту самую минуту хотела защитить и оправдать Чарли. Я по-прежнему считаю, что насилие неспособно решить проблемы между людьми, но я могу понять и принять твое желание вступиться за Льюи. - И? К чему ты говоришь мне все это? – Осторожно спросил Эрик, стараясь не обнадеживать себя и не думать о том, к чему она клонит. - В следующий раз, прежде чем срываться на меня или прежде чем рваться снова в драку, прошу подумать о последствиях, хорошо? – спокойно произнесла девушка, наградив Эрика внимательным и чутким взглядом, от которого он вновь почувствовал себя перед ней открытым, оголенным и незащищенным. – И самое главное – прошу говорить со мной. Это не так сложно, как тебе кажется. - В следующий раз? – все-таки нашел в себе силы произнести парень. – То есть спустя месяц ты все-таки решила, что терпеть меня можно и дальше, несмотря на то, что такой как я вообще не может никому нравиться? И зачем тебе все это? Стало скучно без своей зверюшки? - Эрик, ты дурак? – усмехнулась Ванесса. – Ты сам попросил прекратить играть в эту игру. Я прекратила и лишь попросила тебя в следующий раз думать, прежде чем делать. Но ты… Неисправимый тормоз. Во всех отношениях. - Ты снова пытаешься выставить меня идиотом? - Открой дверь, Патрик, - закатила глаза Ванесса, с нескрываемой насмешкой во взгляде смотря на застывшего напротив парня, который в эту самую секунду замер только сейчас осознавая истинный смысл ее слов. - То есть я тебе все-таки нравлюсь? – стараясь говорить как можно спокойнее, произнес Эрик, а поймав на себе насмешливый взгляд Ванессы, добавил: - Иначе бы тебя здесь не было. - Я здесь только потому, что ты не открываешь дверь, - стояла на своем Ванесса, во взгляде которой больше не было злости, обиды или раздражения. И это не могло не радовать. - А если я открою, уйдешь? – с усмешкой спросил Эрик, в действительности щелкая затвором замка и тут же разворачиваясь к девушке. – Неужели уйдешь просто так? - А как мне следует уйти? – поинтересовалась Ванесса, уже не скрывая своей лукавой улыбки. – Могу еще раз напомнить тебе, что ты маленький капризный ребенок, который не может контролировать свои эмоции. - Давай обойдемся без напоминаний, окей? – усмехнулся Эрик, копируя ее улыбку. – Вместо этого ты могла бы, например, предложить мне погулять вместе с тобой сегодня в парке. Можем сходить в кино. Или же ты можешь наконец прекратить этот цирк, признать, что я тебе нравлюсь и согласиться со мной встречаться. Как тебе такое предложение? - Ты такой самоуверенный, Патрик, - цокнула языком Ванесса, щеки которой при этом немного покраснели. Неужели и в самом деле смущается? - Слушай, - тяжело вздохнул Эрик, решаясь наконец высказать все то, что так долго его душило, заставляя изо дня в день сомневаться в себе и в том, что он вообще может быть достоин девушки, которая сейчас стояла перед ним, - я прекрасно понимаю, что я не подарок. И я могу понять, почему ты не спешишь отвечать мне взаимностью. Три года назад я сделал все, чтобы ты меня возненавидела. Но ты оказалась намного лучше меня, простила и не держишь на меня зла. Более того, ты сейчас стоишь здесь, а это не просто так, Ванесса. Я правда устал от всего этого. Я дал тебе целый месяц. Разве этого времени тебе не хватило на то, чтобы ты приняла для себя решение о том, хочешь ли ты меня видеть рядом или нет? Если ты боишься, что после отказа я снова отравлю тебе жизнь, то обещаю, что подобного больше никогда не случится. Я правда отойду в сторону и позволю тебе быть счастливой. Просто прекрати меня мучить и скажи, что ты чувствуешь, хорошо? Ванесса ему не ответила. Просто посмотрела каким-то странным, долгим и тяжелым взглядом, а после подошла к двери и потянулась к ручке. Это простое движение заставило Эрика поморщиться от душевной боли, которую он тут же почувствовал лишь от одного осознания о том, что на этот раз его слова или поступки стали фатальными. Однако Ванесса, к его собственному удивлению, не открыла дверь, не оттолкнула его и не ушла. Вместо этого она сделала то, что заставило парня окончательно впасть в ступор и осознать, что он, кажется, в действительности идиот, но счастливый. Иначе как объяснить тот факт, что вместо того, чтобы уйти, она закрыла дверь обратно на защелку, а после прижалась к нему со спины, сцепив руки в замок у парня на торсе и аккуратно положив свою голову ему на плечо. От неожиданности парень вздрогнул, ощущая как на секунду замирает сердце от подобного, а после по телу разливается приятное тепло от осознания, что она не ушла, а решилась обнять его, пускай и со спины. - Я надеюсь, что перед тем, как бить кому-то морду, ты подумаешь о том, что потом скажу тебе я, - прошептала ему в самое ухо Ванесса, заставив парня вздрогнуть, а после резко расцепить ее руки, но лишь для того, чтобы развернуться и внимательно посмотреть в чужие глаза, чтобы увидеть там ответ, который он так давно ждал. - Я готов спрашивать у тебя кого можно бить, а кого нет, согласна? – расплылся в улыбке Эрик, голос которого при этом был напряжен и немного растерян, как и его взгляд, блуждающий по лицу Ванессы и до сих пор не верящий в то, что она способна ответить ему взаимностью, а не просто его послать. - Ты невыносим, - в очередной раз закатила глаза Ванесса, - но я постараюсь верить в тебя и дальше, - добавила девушка, после чего пододвинулась к нему ближе и быстро чмокнула в губы, заставив Эрика нервно выдохнуть и тут же потянуться вслед за ее лицом, чтобы продолжить этот детский поцелуй уже по его правилам… Чтобы касаться ее губ спокойно, нежно, но при этом требовательно. Чтобы прижимать ее к себе и не думать о том, что это сон или его больная фантазия. Чтобы переплести их пальцы, а вторую руку запустить в ее кудрявые волосы, наконец ощутив их мягкость. Чтобы вдыхать сладкий запах ее духов, чувствовать, как она прижимается к нему все сильнее и наконец по-настоящему осознавать, что между ними все взаимно. Эрик первым разорвал поцелуй, осторожно отодвинул от себя девушку и внимательно посмотрел ей в глаза, отмечая немного поплывший взгляд, покрасневшие щеки и опухшие от долгого поцелуя губы. Эти самые губы снова с отчаянной силой захотелось поцеловать, но Эрик сдержался, прекрасно понимая, что он не хочет торопить Ванессу, давить на нее и показывать ей свое нетерпение. Он ждал три года, неужели не подождет еще немного? - Пойдешь со мной на свидание? – осторожно спросил парень по-прежнему не отпуская руку девушку и нервно ожидая ее ответа. - Если ты обещаешь никого не бить, - нравоучительным тоном произнесла Ванесса, которую при этом выдавала теплая и искренняя улыбка. - Буду стараться изо всех сил, - искренне пообещал ей Эрик, - и спасибо, что дала мне шанс. Я больше не разочарую тебя. - Не бросайся громкими словами, Эрик, - строго сказала девушка, при этом руку из его ладони не вырвала, а наоборот переплела их пальцы. - Как скажешь, - кивнул Эрик, неосознанно облизывая губы, которые до сих пор помнили теплоту и сладость ее губ, - тебе удобно будет завтра в восемь? - Что завтра в восемь? – прищурилась Ванесса, не переставая улыбаться. - Свидание. Со мной. - Разве я соглашалась? - А разве нет? – прищурился Эрик, резко притянув к себе девушку за талию и теперь нагло ее обнимая, при этом не ощущая совершенно никакого сопротивления. – Я страдал и скучал целый месяц. Ты не можешь мне отказать, Ванесса. - Ты ужасный манипулятор, Патрик, - закатила глаза девушка, - открывай дверь, наконец. - Пока не ответишь, не открою, - покачал головой Эрик, внимательно смотря на пытающуюся казаться серьезной Ванессу, - ну так что? - Завтра в восемь, - кивнула Ванесса, выпутываясь из его объятий и отнимая у парня такое долгожданное и важное тепло, - но у тебя испытательный срок. Помни об этом, когда снова решишь разбить лицо Чарли. Он, кстати, звонил мне, собирается прийти на эту вечеринку чуть позже. - Ты серьезно? – тут же нахмурился Эрик, думая о том, что ему срочно необходимо отправить Льюиса обратно в общагу или отвезти к ним с Ёнсу домой, чтобы он не столкнулся с этим рыжим мудилой. – Тогда пойдем. - Так не терпится сломать ему ноги или что там у тебя теперь по списку? – ехидно поинтересовалась Ванесса, открывая дверь. - Тебе не надоело постоянно упрекать меня? – тяжело вздохнул Эрик, резко схватив девушку за руку и тем самым останавливая ее от желания покинуть эту комнату. – Ты постоянно вспоминаешь мне то, что я сделал три года назад. Теперь еще и Чарли. Так нравится окунать меня во все это дерьмо? Или тебе хочется, чтобы я постоянно чувствовал себя виноватым перед тобой? - Эй, успокойся, я не это имела ввиду! – немного растерянно произнесла Ванесса, награждая парня удивленным, но внимательным и напряженным взглядом. – Я не буду больше говорить про твои промахи. Но я искренне надеюсь, что и ты сейчас выйдешь отсюда не для того, чтобы снова с ним подраться. - Я не буду больше с ним драться, - заверил ее Эрик, а после наградил девушку внимательным долгим взглядом и добавил: - но за это ты должна держать меня за руку весь вечер. Еще можешь снова меня поцеловать и наконец согласиться со мной встречаться. - Пошел к черту, Патрик, - фыркнула в ответ Ванесса, после чего снова потянула на себя дверь. Но не ушла сразу. Вместо этого она обернулась через плечо, наградила Эрика очередным внимательным взглядом, а после в действительности взяла его за руку и повела за собой прочь из комнаты. Такой жест заставил Эрика совершенно глупо улыбаться и чуть ли не пищать от восторга и осознания того, что он, кажется, теперь самый счастливый на этой планете. *** Честно говоря, Льюис не понимал, что он делает на этой вечеринке. Настроения куда-то идти, тусоваться, натянуто улыбаться всем вокруг и носить привычную для себя маску открытого и беззаботного парня не было совершенно. За этот месяц блондин достаточно сильно изменился, по крайней мере в плане восприятия себя и собственных эмоций. Раньше даже в самые тяжелые и черные дни он старался оставаться открытым и жизнерадостным, поддерживал ребят в минуты их личных трагедий и промахов, уверяя, что все будет хорошо. Он привык улыбаться даже сквозь боль и слезы. Только вот теперь вести себя как раньше не получалось совершенно. Улыбка на губах казалась неестественной и нелепой, а дыра в душе, возникшая после ухода из команды, не заклеивалась ни новыми увлечениями, ни друзьями, которые искренне пытались вытащить его из этого состояния. Но, как ни странно, это самое состояние Льюису нравилось. Он наконец смог освободиться от образа чистого и светлого мальчика, в который, кажется, и сам успел поверить. Он чувствовал опустошение, разочарование и злость, а потому был искренне рад, что его сознание наконец перестало купировать все эти чувства, позволяя ему самостоятельно их пережить. Людям такие перемены не нравились и за этот месяц он даже успел потерять несколько хороших знакомых, которые за годы их общения привыкли к вечному желающему всем помочь Льюи, который не умел отказывать и готов был вписаться за любого человека, часто даже в ущерб себе. Теперь же таких желаний и ненужного альтруизма у парня не было, а потому люди, увидевшие в нем все эти перемены, уже не имели нужды как-то с ним контактировать. Это казалось забавным… И грустным одновременно. Однако, если уж совсем откровенно, то потеря хороших знакомых его вообще никак не тронула. Он никогда не был наивным и глупым, а потому понимал для себя, что все люди рядом – это в большей степени лишь одна мелкая деталь в его пазле. И единственные, кто по-настоящему всегда будет с ним и за него – это друзья, которые и в самом деле его поддерживали весь этот месяц, несмотря на дерьмовое настроение и нежелание с кем-либо контактировать. Как бы странно не звучало, но за эти четыре недели он невероятно сильно сблизился с Джейком. Наверное, сильнее, чем за три года их общения. Возможно, это было связано с тем, что остальные ребята были слишком заняты: Ёнсу Алексом, а Эрик своей драмой, которую он изо дня в день разыгрывал после ссоры с Ванессой. Джейк, вечно тусующийся с Диланом и Ёнсу, стал еще больше отрешенным и одиноким, а сам Льюис, фактически лишившийся постоянного хвостика, коим за эти годы стал для него Эрик, чувствовал это же самое одиночество, которое подтолкнуло его зависать с Джеем вдвоем в клубе фотографии, даже когда ребята туда не приходили, обедать с ним в кафе на перерыве и даже прогуливаться вдвоем по побережью после пар. Льюис не мог сказать, что он открыл для себя этого человека заново, ведь они и до этого неплохо общались, знали друг о друге, если не все, то многое. Но при этом раньше у Льюиса возникало ощущение, что он чужой. По крайней мере, для Джейкоба и Дилана, ведь именно с этими парнями он общался меньше всего. Даже несмотря на существованиеBF5 Льюису иногда казалось, что парни дружат с ним просто потому, что его везде таскал за собой Эрик. Теперь же после отъезда Дилана и этой убогой истории с Чарли, он наконец-то в действительности чувствовал себя не просто частью их компании, а полноценным другом для каждого из них. Кроме Дилана, конечно же. Но даже факт того, что человек, которого когда-то Льюис считал своим другом заблокировал его, как и остальных, совершенно не задевал его. В конце концов, Льюис пытался до него достучаться и даже писал ему после отъезда, но улетел в черный список, а потому не имело никакого смысла пытаться достучаться до того, кому ты нахер не сдался. Как жаль, что Льюис понял это только сейчас. Возможно, если бы прозрение накатило на него раньше, не пришлось бы переживать весь этот пиздец с Чарли. Вспоминать о бывшем капитане уже бывшей для него команды Льюису было еще противнее, чем о Дилане. И если о бывшем друге остались хоть какие-то хорошие воспоминания, то Чарли из человека, который когда-то нравился Льюису, превратился в того, кого блондин теперь искренне презирал. Он мог понять и простить многое. Мог понять чувства Чарльза, его страхи, даже его трусость. Льюис прекрасно знал, как сильно Чарли горит футболом, он слышал от ребят, что парень многим пожертвовал, чтобы получить спортивную стипендию и играть в их команде, также он был осведомлен, что их капитаном интересовались скауты профессиональных команд. Но все это никак не оправдывало его подлость. Именно подлость Льюис не смог простить ни Дилану, ни Чарльзу. И, наверное, именно поэтому он и ушел из команды. Не из-за угроз, не из-за жуткой боли и обиды на Чарли, а просто потому, что стало безумно противно смотреть на человека, который когда-то был капитаном, то есть был лицом их команды. Если уж такой человек был самым перспективным среди них, то Льюису там точно больше делать нечего. - Смотри, - веселым голосом произнес Джейкоб, толкнув сидящего рядом Льюиса в плечо и пальцем указав куда-то в сторону. Блондин выплыл из своих мыслей и взглядом проследил за тем, куда указал Джейкоб. Возникшая перед глазами картина удивила и одновременно обрадовала. Эрик шел прямо по направлению к ним, но был он не один, а с Ванессой, которую крепко и уверенно держал за руку. От увиденного Льюис не смог сдержать искреннюю счастливую улыбку, радуясь тому, что разговор, на который Эрик наконец-то решился спустя месяц, увенчался успехом. - Ничего не говорите! – громко произнес Эрик, поравнявшись с парнями и внимательно смотря на смутившуюся от их пристального взгляда Ванессу. - О чем ты сейчас? – с усмешкой поинтересовался Льюис, отмечая, как у Эрика покраснели кончики ушей. Видимо смущалась сейчас не только Ванесса и это казалось не только забавным, зная характер Эрика, но и милым. - Ванесса, если тебя держат в плену, моргни два раза, хорошо? – не удержался от шутки Джейкоб, из-за чего был вознагражден убийственно тяжелым и недовольным взглядом Эрика и улыбкой от девушки. - Вот этим! – громко фыркнул блондин. – Никаких шуток про нас в моем присутствии, Ванессу это напрягает. - Я вполне комфортно себя чувствую, Эрик, - закатила глаза девушка, а после осторожно произнесла, указав на место рядом с Джейкобом: - можно присесть? - Нет, мы сейчас уходим, - ответил за Джейкоба блондин, заставив парней недоуменно переглянуться, - и ты Льюи, тоже сваливаешь, кстати. У нас в квартире наверняка сейчас Ли зависает с Алексом, не пущу тебя туда, мало ли увидишь их трахающимися. Это зрелище не для слабонервных. Поэтому можешь прогуляться с нами или поехать в общагу. А еще лучше, если тебя к себе заберет Джей. - Эрик, ты головой ударился пока с Ванессой разговаривал? – выгнул бровь Льюис, не понимая, с какой стати друга так несет. - Сошел с ума от счастья после примирения? – ухмыльнулся Джейк. – Ванесса, что с ним? - Я сказала Эрику, что на вечеринку скоро придет Чарли, думаю поэтому он хочет поскорее увести отсюда тебя, Льюи, - немного виновато произнесла девушка, при этом настороженно и с опаской смотря на вмиг помрачневшего Эрика. Льюис резко перестал улыбаться, чувствуя, как все то черное и липкое, состоящее из разочарования, презрения и боли, снова проникает к нему в душу. С Чарли он не общался ровно месяц. Несмотря на все переживания блондина о том, что рыжеволосый после их последнего разговора будет не давать ему прохода, бывший капитан их футбольной команды в действительности от него отстал. К счастью, учились они в разных кампусах и фактически не пересекались друг с другом. За все это время Льюи увидел его только один раз – несколько дней назад в студенческом кафе. Тогда он отметил для себя, что синяки после драки с Эриком у Чарли практически сошли на нет, а на носу появилась небольшая, но характерная после перелома горбинка. А еще Чарли заметно похудел и осунулся, да и в целом выглядел не так высокомерно, как обычно. Открытый взгляд сменился на какой-то уставший, а еще появился неизменный капюшон на голове, которым парень будто бы закрывался от внешнего мира. Льюис злился на самого себя, но именно в этот самый момент ему снова стало жалко Чарли. Он видел взгляды других студентов, слышал их перешептывания и смешки, а потому прекрасно понимал, как дерьмово себя сейчас чувствовал Чарли, который спустя столько времени по-прежнему оставался главной сплетней для большинства студентов их академии. Собственная доброта и сочувствие безумно бесили. По крайней мере, в данном случае. Льюис не должен был переживать за этого человека, не должен был вздрагивать при упоминании его имени, и уже тем более не должен был париться из-за того, что этот мудак похудел. Но он в действительности по-прежнему хотел оберегать этого человека и хотел помочь ему, даже несмотря на презрение и разочарование, которые к нему ощущал. И это было очень, очень хреново, потому что Льюис прекрасно понимал – если Чарли захочет все исправить, то он сдастся. Но не потому, что глупый и слабый, а потому что слишком добрый. На свою голову. Но Чарли не хотел, однако это не радовало, а наоборот раздражало и злило. Льюис снова чувствовал себя обманутым и жалким, потому что несмотря на все свои мысли о том, что он переболел своими чувствами к Чарли и не желает иметь с ним ничего общего, он все равно беспокоился за него. А это не сулило ничего хорошего. И вот теперь, услышав слова Эрика о том, что Чарли решил заявиться на эту вечеринку, Льюис поймал себя на мысли, что он паникует. В эту самую минуту ему очень сильно захотелось согласиться с идиотскими доводами Эрика, схватить Джейка за руку и поехать к нему, чтобы укрыться пледом, пить дорогое вино из коллекции Джея и ни о чем не думать. Однако другая его часть очень сильно хотела остаться, чтобы убедить в первую очередь самого себя, что уже давно наплевать. - Рик, я взрослый мальчик, - все же нашел в себе силы ответить Льюис, внимательно смотря на хмурого друга, - я не хочу сбегать с тусовки просто потому, что сюда придет этот человек. Мне все равно. - Не пытайся меня наебать, - покачал головой Эрик, - тебя только от одного упоминания имени этого рыжего утырка трясет. Я не хочу, чтобы ты снова после разговора с ним ходил сам не свой. - Эрик, - тяжело вздохнул Льюис, стараясь говорить как можно спокойнее и мягче, - не имеет никакого смысла бегать от него. Если он захочет поговорить, мы поговорим. Ничего не изменится от этого разговора. Я не хочу трястись теперь от его взгляда или просто существования. Это глупо. - Выключи режим мамочки, Рик, - вступил в разговор Джейкоб, - не знаю, зачем этот придурок сюда собирается, но я буду рядом с Льюи и не дам его в обиду. А вот тебе, как мне кажется, лучшей уйти. Думаю, Ванесса не переживет, если ты сломаешь ему нос еще раз. - Я просила Чарли не приходить сюда, но… - девушка нервно выдохнула, внимательно посмотрела на Эрика, а после все-таки продолжила: - он сказал, что устал прятаться. Однако я согласна с Джейком, нам, наверное, лучше уйти. Может прогуляемся по побережью, Эрик? Ты, кажется, просил о свидании? - Вау, мой мальчик встал взрослым, его наконец позвали на свидание! – не смог промолчать Джейкоб, за что был вознагражден презрительным взглядом от Эрика. – Вам дать ключи от моей квартиры? - Отъебись, Хилл, - фыркнул Эрик, показав другу средний палец, – пойдем, погуляем, - кивнул блондин, обращаясь теперь к Ванессе, - иначе я правда могу не сдержаться. Джей, на тебе Льюи. Если случится какой-то пиздец, то пострадает и твой нос. - Ты не посмеешь тронуть мое прекрасное лицо, девчонки тебе этого не простят, - театрально произнес Джейкоб, заставив Эрика закатить глаза и презрительно фыркнуть, - не переживай, все будет в лучшем виде. - Если что звоните, - хмуро добавил Эрик, после чего наградил друзей тяжелым, внимательным взглядом, а после еще крепче сжал руку Ванессы, помахал друзьям на прощание и ушел. - У Ванессы должно быть вагон терпения, раз она согласилась вывозить Эрика после всех его выкрутасов, - усмехнулся Джейкоб, смотря вслед ушедшему другу. - Ты не рад что ли? – недоуменно спросил Льюис, внимательно наблюдая за сменой эмоций на чужом лице. - Рад, конечно же, - улыбнулся Джей, который выглядел немного задумчивым и напряженным, - просто надеюсь, что Рик и в самом деле вырос и не проебет этот шанс. Ванесса классная девчонка. Даже немного ему завидую. - Только не говори, что ты тоже на нее заглядывался. - Нет, конечно! – громко рассмеялся Джейкоб. – Просто… Эрик везучий сукин сын! После стольких выкрутасов и косяков он все равно смог ее завоевать. Где моя принцесса ходит, не пойму. - Принцесса? – выгнул бровь Льюис, стараясь спрашивать как можно тактичнее. – Разве ты не ждешь своего принца из Франции? - Дилан остался в прошлом, - отмахнулся Джейкоб, тяжело вздохнув, - он сам так решил, а я больше не могу позволять себе унижаться еще сильнее. - Между вами снова что-то произошло? – осторожно спросил Льюис, видя, как сильно помрачнел друг. - Помнишь, я ездил к родителям на прошлой неделе? – произнес Джейкоб, а получив утвердительный кивок, продолжил: - Там меня снова накрыло, я решился на разговор с мамой, рассказал ей о нас с Диланом, а потом не выдержал и позвонил ему с ее телефона, так как я у него в черном списке. - И что он сказал? – нервно закусил губу Льюис, прекрасно понимая, что разговор с этим парнем не мог закончиться ничем хорошим. - Он сказал, что я бегаю по кругу и загоняю себя в яму, - усмехнулся Джейкоб, - заявил, что, между нами, больше ничего не может быть. Даже дружбы. Я должен был сбросить звонок и послать его, но я… Я пиздец как соскучился, а потому снова начал унижаться, даже попросил его разблокировать меня, чтобы я иногда ему звонил. Он согласился. - Но не разблокировал? – усмехнулся Льюис, прекрасно понимая, что такой поступок вполне в духе Дилана. - Ага, - невесело улыбнулся Джейкоб, - на следующий день я снова несколько раз звонил ему с телефона мамы, но он не брал трубку. И знаешь, я в тот момент такое отвращение почувствовал. Но не к нему, а к себе. Он выбросил меня из своей жизни, вычеркнул всех нас. А я по-прежнему унижаюсь и цепляюсь за него. Это мерзко. - Ты просто слишком его любишь, - тяжело вздохнул Льюис, осторожно погладив лежащую на диване ладонь друга, - именно поэтому не можешь его отпустить. - Я заебался, Льюи, - снова вздохнул Джейкоб, устало прикрывая глаза, - заебался любить того, кому это на хрен не сдалось. Именно поэтому я и решил отпустить его и двигаться дальше. Сейчас я наконец почувствовал, что действительно к этому готов. После его слов они ненадолго замолчали. Льюис чувствовал состояние друга, а потому решил, что лучшая поддержка – это просто присутствие рядом, а не громкие, но ничего не значащие слова. Как бы там ни было, но блондин прекрасно понимал, что Джей наконец поступил правильно. И пускай он последние несколько месяцев выглядел как парень, которому разбили сердце, но за последнее время друг в действительности начал оживать, отчего Льюис искренне надеялся на то, что совсем скоро ему станет легче. - Ты знал, что они с Эриком иногда переписываются и созваниваются? – нарушил тишину Джейкоб, внимательно смотря на застывшего от удивления блондина. – Вот и я не знал, - усмехнулся парень, - но даже благодарен Рику за то, что он не сказал об этом. Иначе бы мне было вдвойне больнее понимать, что Ди общается с кем угодно, кроме меня. Но при нашем последнем звонке это самое понимание заставило меня остановиться и понять, что помимо чувств к Дилану я еще люблю себя. И эта самая любовь к себе заставила меня перестать унижаться. Короче… Я его заблокировал. Знаю, что по-детски, но для меня это серьезный шаг. Буду учиться жить без него. - Ты серьезно?! – радостно произнес Льюис, улыбаясь краешком губ. – Как ты сам сказал Эрику: «Мой мальчик вырос». Поздравляю! – добавил парень, после чего полез обниматься, к смеющемуся с его действий другу. - Все, отвали! – громко рассмеялся Джейкоб, отпихивая от себя друга. – Думаю, вот даже найти себе девчонку. - Не парня? – подмигнул ему Льюис. – Знаешь, у меня в группе есть несколько красавцев, помимо меня, конечно же. - Отвали, Льюи! – отмахнулся от него Джейкоб, в шутку пихая друга в плечо. – Я не знаю, каким ахуенным должен быть парень, чтобы он меня зацепил. - Если объективно, то Дилан не такой и красавчик, - цокнул языком Льюис, отмечая улыбку на губах Джея и радуясь тому, что ему удалось немного, но растормошить этого парня, - так что если мы найдем красавчика с бешеной харизмой, то он обязательно попадет прямо тебе в сердечко. - Таких людей не существует, - отмахнулся от него Джейкоб, взгляд которого пускай и оставался немного задумчивым, но больше не был наполнен морем из грусти и отчаяния, что не могло не радовать. - А как же я? – театрально вздохнул Льюис. - Выключи режим Ёнсу, пожалуйста, - негромко рассмеялся Джейкоб, - и прекрати меня сватать, я могу сам справиться. - Как я понимаю, тебе нравятся брюнеты и брюнетки, да? – не унимался Льюис, цепляясь за возможность отвлечь от неприятных мыслей не только Джейкоба, но и себя. - Очень наблюдательно с учетом того, что все, с кем я встречался, были темноволосыми, - усмехнулся Джейкоб, - но я не исключаю того, что мог бы влюбиться и в блондинку, или в рыжую. Цвет волос и цвет кожи не играют роли в этом вопросе. - Раз ты настолько прогрессивен, давай поищем тут не только симпатичного брюнета, но и блондина. - Льюи, угомонись! – закатил глаза Джейкоб, искренне смеясь. – Это тупо. - Но весело, - ухмыльнулся парень в ответ, - как тебе этот? – добавил он, указав на сидящего на противоположном диване симпатичного темноволосого парня, который активно жестикулировал и громко смеялся над шуткой сидящей рядом с ним девушкой. - Ты серьезно не успокоишься? – обреченно простонал Джейкоб. – Ладно, я поддамся, будем считать, что ты мой брачный агент. - Вот и славно, - улыбнулся Льюис, победно потирая ладони, - так как тебе этот парень? - Слишком простой, - отмахнулся Джей, - нет никакой изюминки. - Какие мы привередливые, однако, - цокнул языком Льюис, сканируя внимательным взглядом находящихся в комнате парней, - а этот? – указал блондин на очередного парня. - Мы ходили с ним на бокс какое-то время, - усмехнулся Джейкоб, - он стопроцентный натурал, еще и придурок. С ним пару раз дрался Эрик. - Ладно, - недовольно фыркнул Льюис, - но я все равно не теряю надежды, слышишь! Не отчаивайся, мы его найдем. - Буду верить и надеяться изо всех сил, - ухмыльнулся Джейкоб, - но пока давай пустим поиск на самотек и доверимся воле случая. - Вау, смотри! – расплылся в улыбке Льюис, указывая на высокого русоволосого парня, стоявшего в комнате у дальней стены и сканирующего всех надменным, но при этом скучающим взглядом. – Что за тип? Не видел его раньше. - О ком ты? – с любопытством спросил Джейкоб, вертя головой в поисках человека, о которым говорил Льюис. - Про него, - усмехнулся Льюис, еще раз указав на парня, за которого зацепился взгляд. Тот в действительности был симпатичным, даже не так. Он был красивым. Темно-русые волосы, небрежно зачесанные назад, холодный и явно скучающий взгляд, острые скулы, немного пухлые, красивые губы, растянутые в какой-то презрительной ухмылке. Парень даже немного напомнил Эрика, но не типажом, а повадками и этим высокомерным взглядом, в котором отчетливо читалось открытое превосходство над другими людьми. - Ну ничего, да, - неожиданно для Льюиса ответил Джейкоб, - но это если судить чисто внешне. А так у него на лице написано все, что он из себя представляет. - Ты тоже не святой, Джей! – негромко рассмеялся Льюис. – Не суди людей по обложке. Может быть, у него плохое настроение или ему просто скучно. - Поспорим? – ухмыльнулся Джейкоб, явно входя в азарт. – Даже несмотря на то, что ты в действительности изменился и повзрослел за это время, ты все равно все такой доверчивый и милый, Льюи. Ты прав, я не святой, именно поэтому чувствую людей с первого взгляда. К тому же, я с детства дружу с Эриком, у меня глаз наметан на «плохих мальчиков». - На что спорить будем? – ухмыльнулся Льюис. Он бы соврал, если бы сказал, что в этот самый момент у него проснулся азарт и желание в действительности что-то доказать Джейкобу. Здесь было другое – он видел, как этот немного глупый разговор смог взбодрить друга, а потому не хотел упускать шанс отвлечь парня от явно тяжелых мыслей о Дилане и их неудавшихся отношениях. - Напишешь за меня реферат по английской литературе, - ухмыльнулся Джейкоб, - я сейчас занят дипломом и совершенно нет времени на эту фигню. - Принимается, - кивнул Льюис, - в таком случае ты в ближайшее время сходишь на свидание с каким-нибудь парнем. Если повезет, даже с этим. - Льюис! – закатил глаза Джейкоб. – Ты слишком рьяно беспокоишься о моей жизни. Я же тебе говорю, меня не привлекают другие парни, - после сказанного Джейкоб резко помрачнел, заставив Льюиса нахмуриться. Несложно было догадаться, о чем, а вернее о ком в эту самую минуту снова думал друг. - Так, пойдем! – решил взять ситуацию в свои руки Льюис, резко потащив Джейкоба за собой. - Ты сейчас снова разочаруешься в людях, мой милый друг, - театрально вздохнул Джейкоб, - а еще вместо тусовок будешь писать скучный реферат по литературе. - Я люблю английскую прозу, - отмахнулся от него Льюис, - но думаю, ты ошибаешься. Так что начинай думать о том, в чем пойдешь на свидание с этим красавчиком. - Тебя точно Ёнсу не кусал? – громко фыркнул Джейкоб, улыбаясь. – Слишком много энтузиазма. - Привет! – проигнорировал его слова Льюис, здороваясь с тем самым парнем, который смотрел на них с нескрываемым недоумением, однако во взгляде также читалась неприкрытая насмешка, отчего Льюис, не привыкший к подобным перфомансам, почувствовал себя немного неловко. Раньше они с парнями спорили на все что угодно (в пределах разумного, конечно же), и творить всякие глупости ради веселья не было ничем страшным или нелепым. Но сейчас, смотря в чужие холодные, как оказалось, голубые глаза, Льюис осознал, что его шутка зашла слишком далеко хотя бы потому, что его желание вытащить Джейка из этого состояния могло быть чревато. Например, они оба могли получить по лицу от этого парня. Но в то же время риск мог стоить этих самых минут неловкости. И не только потому, что незнакомец мог повестись на них и в действительности пойти с Джейком на свидание (что маловероятно), а потому что из взгляда друга наконец исчезли тоска и грусть. И это было самым главным, ради этого Льюис готов был творить еще большие глупости. - Чего надо? – совершенно недружелюбно спросил парень, награждая их обоих напряженным взглядом. - Мы тебя не видели раньше, - с улыбкой произнес Льюис, стараясь казаться как можно более дружелюбным, - ты новенький? - Я учусь на последнем курсе, - усмехнулся парень, наградив их обоих очередным презрительным взглядом, - на научном, наш кампус достаточно далеко отсюда. Поэтому я почти не знаком с людьми, устраивающими постоянные тусовки. Да и не любитель подобного, сегодня вот друзья затащили. Несмотря на внешнее равнодушие и высокомерие, которым был пропитан чужой взгляд, парень оказался достаточно разговорчивым и открытым к общению, отчего Льюис на секунду подумал о том, что у него наконец-то получится выиграть спор. Однако все испортил Джейкоб, явно решивший, что Льюис просто обязан написать ему этот злосчастный реферат. - По тебе не скажешь, что ты задрот и ботан, - ухмыльнулся Джейкоб, окидывая незнакомца привычным для себя насмешливым и критичным взглядом. - Зато по тебе заметно, что ты кретин, - с ухмылкой ответил тот, отчего Льюис сдавленно поругал сам себя за эту идиотскую идею, заметив, как сильно напрягся Джейкоб после чужих слов. Возможно, парень подумал о том, что подраться и выплеснуть пар – это неплохая идея, только вот его желаний Льюис совершенно не разделял. - Так, стоп, мы пришли с миром! – вмешался в назревающий конфликт Льюис, сложив руки в примирительном жесте. – Мы тут с Джеем сидели, болтали и мой взгляд зацепился за тебя, - начал блондин, решив сразу зайти с козырей и стараясь не обращать никакого внимания на раздраженный взгляд Джейка, - я считаю, что ты красавчик, без шуток, - после этих слов блондин поймал на себе ироничный взгляд незнакомца и продолжил: - Джей подтвердил этот факт, но решил, что ты высокомерный мудак. Мы с ним поспорили, что… - Поспорили и поэтому подошли, - закатил глаза незнакомец, взгляд которого стал еще более презрительным и колким, - кто бы сомневался.BF5 и их извечные споры на других людей. Самим не противно? - Так ты о нас наслышан? – ехидно поинтересовался Джейкоб, с вызовом смотря в ледяные голубые глаза. – Именно поэтому строишь из себя пиздец какого холодного и крутого парня? Мы никого не заставляем участвовать в том, что делаем. Все всегда честно и открыто. Даже сейчас Льюи сразу открыл тебе все карты. - Я о вас наслышан, потому что в нашей шараге больше нет таких зазнавшихся ушлепков, безнаказанность которых растет в геометрической прогрессии, - ухмыльнулся в ответ парень, смело выдерживая чужой взгляд, - а еще я был именно тем, кто успокаивал свою лучшую подругу, с которой один из вас переспал, а потом ее бросил. Просто, потому что вы на нее поспорили. - О ком ты? – нахмурился Льюис, не понимая, о чем говорит этот парень и когда такое было. Да, их споры иногда были достаточно жестокими, но никто из них не позволял себе играть с чувствами других людей. А если с кем-то что-то и было, то все условия обговаривались на берегу. Льюис не любил секс без обязательств, но прекрасно знал, что этим грешили все остальные парни. Однако спать с кем-то на спор? Ни о чем подобном он раньше не слышал и, честно говоря, это самое открытие совершенно ему не нравилось. - Какая теперь разница? – ухмыльнулся в ответ незнакомец. – Это было слишком давно и уже почти забыто, к вашему счастью. Иначе бы я сломал ноги вам обоим. - Какие мы грозные! – цокнул языком Джейкоб, явно начиная заводиться. – Я понятия не имею, о ком ты там говоришь и, кто именно твоя подружка, но не пытайся таким образом привлечь к себе наше внимание. Ты слишком отстой, чтобы действительно заинтересовать кого-то из нас. - Не обольщайся. Я не настолько туп, чтобы повести на мажора, перетрахавшего половину девчонок нашего универа и решившего переключиться на парней, - не унимался незнакомец, заставляя Льюиса действительно занервничать и пожалеть о своем желании отвлечь Джейкоба таким образом. Очевидно, что назревала драка, а друг никак не реагировал на подергивания от Льюиса, который начал активно дергать его за руку, желая поскорее увести отсюда. - Ты таким образом себя утешаешь что ли? – насмешливо спросил Джейкоб, сбрасывая руку. - Так, сожалею, что мы подошли, - решил вмешаться блондин, - Джей, пойдем выпьем. Реферат тебе я проиграл, так и быть. К счастью, Джейкоб его услышал. Сначала он наградил незнакомого парня долгим презрительным парнем, но после нехотя кивнул, отчего Льюис облегченно выдохнул. - Пойдем, общество этого убого меня утомило, - развернулся Джейкоб, переходя на шаг. Слова друга заставили Льюиса непроизвольно скривиться, ведь совсем недавно убогим он называл Алекса, стараясь задеть того за живое. Отношения с Алексом, к счастью, наладились, но теперь из-за ненужного энтузиазма Льюиса, Джейкоб будто бы нашел для себя новую жертву, на которую можно было выливать весь свой негатив, Единственное, что радовало – этот парень учился в самом далеком кампусе, а значит не должен был часто мелькать у них перед глазами. По крайней мере за три года обучения, Льюис увидел его впервые и очень сильно надеялся на то, что больше они не пересекутся. - Думаешь, что ты такой неотразимый? Но, может быть, убогий здесь именно ты? Не поэтому ли твой драгоценный Дилан сбежал из страны? Неужели он настолько сильно заебался терпеть твое общество? Даже смазливая мордашка не спасла, да? – раздался громкий голос им вслед, отчего Джейкоб резко остановился, а Льюис мысленно застонал, думая о том, что драки видимо не избежать. - Что ты там квакнул?! – тут же ощетинился Джейкоб, возвращаясь к стоящему у стены парню и резко хватая его за белую футболку, тем самым притягивая ближе к себе. – Ничего не попутал? Ты хоть знаешь на кого рот раскрываешь? - Джей, успокойся! – постарался привести друга в чувства Льюис, замечая, как на них начали пялиться стоящие рядом ребята. Только не хватало снова попасть на какое-нибудь видео, которое наверняка завирусится в интернете и дойдет до преподов. И если Джей мог отмазаться благодаря своим родителям, то Льюису это сделать было в разы сложнее, а потому после той разборки на пляже, когда они повздорили с первокурсниками из-за Хлои, блондин решил в подобные истории не ввязываться. К тому же, шантажа Чарли вполне хватило, чтобы пробудить осторожность. - И что же ты мне сделаешь? – расплылся в ядовитой улыбке парень. – Заплатишь денег, чтобы меня отчислили? Или наймешь кого-нибудь, чтобы избили? - Зачем же нанимать? – выгнул бровь Джей, недобро улыбаясь. – С последним я и сам вполне могу справиться. - Джей, прекрати, пожалуйста! – снова вмешался Льюис, заметив, как друг сжал ладони в кулаки. – Не трогай его, пойдем. - У вас какие-то проблемы? – раздался позади знакомый голос, слышать который было неприятно и больно. Однако его присутствие на долю секунды принесло облегчение, по крайней мере, дало возможность Джею переключиться. - Вот ты просто съебись отсюда, - зло выплюнул парень, наградив застывшего позади них Чарли злым и презрительным взглядом. - Помоги мне увести его подальше, - наплевав на все свои обиды, попросил Льюис, на просьбу которого рыжеволосый уверенно кивнул, а после схватил Джейкоба за руку, в то время как сам Льюис крепко обнял его за плечи, стараясь утащить друга к выходу, подальше от этого парня. - Сдай своего неуравновешенного дружка в больничку, пусть ему менталку подлечат, - послышалось им в след, отчего желание ударить этого парня теперь появилось и у самого Льюиса. - Не дергайся! – тут же рыкнул Чарли, крепко держа Джейкоба за руку и послушно следуя за Льюисом. - Льюи, что ты творишь?! – раздраженно фыркнул Джейкоб, когда они вышли на свежий воздух. Парень остановился и резко сбросил с себя руку рыжеволосого, но при этом по-прежнему позволял Льюису крепко его удерживать. - Драка – это последнее, чем следовало завершить этот вечер, - стараясь говорить как можно спокойнее, произнес Льюис, - к тому же этот парень того не стоит. Он специально старался задеть тебя за живое, а ты повелся как глупый мальчишка. - Я же говорил тебе, что он кретин, - зло оскалился Джейкоб, освобождаясь от чужих объятий. - Ты прав, - недовольно признал свое поражение Льюис, - но я рад, что смог утащить тебя оттуда. И я обещаю, что реферат по английской литературе будет подготовлен мной на высший бал. - Какого хрена ты все еще здесь? – невпопад спросил Джейкоб, обращаясь при этом к застывшему рядом с ними Чарли, который неловко переминался с ноги на ногу, явно чувствуя себя третьим лишним, но по-прежнему не спеша уходить. - Мы можем поговорить? – осторожно спросил Чарльз, обращаясь к Льюису. После его слов блондин застыл, чувствуя, что все те эмоции, которые он ощущал после их последнего разговора появились снова. Он так сильно мечтал избавиться от своей непонятно откуда взявшейся тяги к этому придурку, но все еще был готов поговорить с ним и выслушать его, прекрасно видя, как сильно этого парня корежит. Ну вот как он мог по-прежнему оставаться таким наивным и глупым? И самое главное, почему он при этом не чувствовал того самого унижения, которое ощущал Джейкоб, пытаясь достучаться до Дилана? - Ты, блять, издеваешься?! – тут же оскалился Джейкоб, недобро улыбаясь. – Наговорились уже. Съебись по-хорошему. - Джей, остынь! – осадил друга Льюис, осторожно прикасаясь к чужой ладони. – Вызови для нас такси, поедем к тебе рубиться в приставку. Мы отойдем с ним в сторону буквально на пару минут. Все хорошо. - Ты уверен? – осторожно спросил Джейкоб, голос которого по-прежнему сквозил неприкрытой злобой и презрением. Но Льюису он доверял, что не могло не радовать. - Уверен, - кивнул Льюис, после чего схватил опешившего парня за руку, отвел его в сторону от внимательно следившего за ними Джейкоба, и стараясь говорить как можно спокойнее, добавил: - у тебя две минуты. - Слушай, я… - неловко начал Чарли, нервно облизывая губы, - я правда старался держаться от тебя подальше, как и обещал. Но я не могу. Мне пиздец как плохо от того, что я сделал. Я знаю, что очень сильно тебя обидел и у тебя есть причины меня ненавидеть, но я не могу смириться с тем, что у меня нет ни единого шанса все изменить. - Зачем тебе что-то менять? – искренне удивился Льюис, действительно не понимая, чего именно добивается этот парень. – Если тебя мучает совесть, то спи спокойно. У меня нет ненависти к тебе. Я давно пережил и отпустил эту ситуацию. Если тебе будет легче, то я простил тебя, Чарли. Что было, то было. Просто успокойся и живи дальше. - Но я не могу, - помотал головой рыжеволосый, взгляд которого снова стал таким же болезненным, жалким и отчаянным, как и месяц назад, - я не могу перестать думать о тебе и о том, что я сделал. Если ты хочешь, я могу доказать тебе, что никогда не поступлю так больше. Только дай мне шанс. Льюис скривился. В их последний разговор ему многого стоило перебороть свое извечное желание кому-то помочь и кого-то пожалеть. Тогда он был сильно разбит и расстроен поступком Чарли, отчего чувствовал ненависть и злобу по отношению к этому парню. Теперь же эмоции немного поутихли, но единственное, что теперь ощущал Льюис – жалость и сочувствие. Несмотря на все то дерьмо, что сделал ему Чарли его по-человечески было жалко, просто потому что этот парень так отчаянно цеплялся за свое место под солнцем, год из года следуя за своей мечтой, а по итогу все потерял. И как оказалось из-за своего лучшего друга. Конечно же, в такой ситуации легче всего было обвинить в случившемся парня, которого ты когда-то отверг, чем самого близкого для тебя человека. Только вот понимание всех этих вещей абсолютно ничего не меняло для Льюиса. Он не хотел давать кому бы то ни было очередных шансов. Он видел, как сильно корежило Джейкоба, который был готов переступить через все свои принципы ради общения с Диланом, и не хотел точно также. Не хотел настолько увязнуть в человеке, чтобы потерять самого себя. Как бы странно не звучало, но за все это время настоящим Джей был именно сейчас, когда чуть не подрался с этим придурком с научного факультета. Джей стал наглядным примером того, как вера и чувства не к тому человеку могут сломать даже самого сильного. И его пример был очень поучительным, а потому учиться на своих собственных ошибках и давать кому-то очередной шанс Льюис не собирался. Даже если очень хотелось. - Какой шанс, Чарли? – усмехнулся Льюис, стараясь говорить как можно спокойнее и не показывать своих настоящих чувств. – И самое главное, шанс на что? На прощение? Я же сказал, что не держу на тебя зла. Или ты про шанс на какое-то дальнейшее общение между нами? Прекрати думать об этих глупостях. - Почему это глупости? – немного нервно спросил рыжеволосый. – Я понимаю, что обидел тебя. И не один раз. Но я правда все переосмыслил и готов… - А я не готов, Чарльз, - резко перебил его Льюис, смотря на парня серьезным и холодным взглядом, - не готов впустить тебя в свою жизнь и снова довериться тебе. Я не хочу заботиться о тебе, не хочу за тебя беспокоиться и не хочу выслушивать твое нытье из-за сложившейся ситуации. В том, что случилось виноват только ты сам. И если теперь ты проебал всех друзей и шанс стать профессиональным футболистом, не ищи жилетку в лице меня. Не цепляйся как утопающий за соломинку, спаси себя сам. Может быть, тогда ты перестанешь быть таким жалким в моих глазах. Говорить что-либо еще Льюис не стал. Вместо этого он резко перешел на шаг и бегом направился к ждавшему его Джейкобу, чувствуя, как внутри все буквально горит от желания вернуться назад и крепко обнять этого человека, чтобы защитить его от собственных мыслей, сплетен и шепотков за спиной. Но Льюис слишком долго был защитником и заботился о других, пришла пора позаботиться о самом себе. Он понимал, что после этого разговора Чарли не подойдет к нему, потому что несмотря на все случившееся, бывший капитан их футбольной команды, был слишком гордым и не смог бы терпеть, когда об него вытирают ноги. Льюис прекрасно об этом знал, а потому и давил на больное, стараясь задеть посильнее, но задевая в первую очередь самого себя. - Ты в порядке? – осторожно спросил Джейкоб, внимательно смотрела на блондина, на котором после разговора с рыжеволосым не было лица. - Вызывай такси, поехали, - отмахнулся от его беспокойства Льюис, с тяжелым сердцем наблюдая за сгорбившимся будто бы от груза собственных ошибок Чарли, который отчего-то пошел не обратно в дом, где проходила тусовка, а побрел куда-то прямо, невольно заставляя чувствовать беспокойство и грусть. Однако Льюис очень сильно надеялся, что это пройдет. Рано или поздно все проходит…