За тобой: До скорой встречи

___       21 октября. 1996 год. 20:58.       Изнеможденная девушка быстро бежала не разбирая дороги, и чем дальше в лес - тем сильнее сгущались деревья вокруг неё. Казалось бы, что вот-вот и она выйдет к знакомому пригороду, но на встречу ей вылетела лишь та самая красная Волга... За рулем сидит человек, который изуродовал не только тело Саши, но и её душу и нервы. Она остановилась, он заметил её...!        Каверин судорожно вспомнил, что забыл закрыть двери и тут же вдавил педаль газа в пол, несясь по узким проездам дачных массивов прямо на Александру. Саша мгновенно юркнула в кусты и рванула прочь от города, в сторону трассы "Нева М11", ведущей из Москвы в Петербург через попутные маленькие городишки. Она не понимала куда ей мыкаться дальше и что вообще делать, Кудашова просто по-детски спряталась, повернув от погони в тёмный хвойный лес. Машина ещё долго петляла следом, но в конечном счете отбилась от Александры.       — Чёрт! Цветик меня грохнет! Вот же сучка.!       Он громко матерился, не стесняя себя в выражениях, резко и круто вертя руль то в одну сторону, то уже в другую, вслед за длинными, до бёдер, рыжими волосами девушки. Та в свою очередь спрыгнула в что-то, на подобии окопа, и обхватила колени руками. Живот дико крутило, Сашу вырвало. Ей немыслимо хотелось пить, есть и спать. Она не смогла пересилить себя, прямо там потеряв сознание от дикой, просто невыносимой, всепожирающей усталости и боли. ___ То же время. Метелица.       — Вить, все хорошо, он на месте. Не переживай.— Фил тепло сжимал плечо друга.       — Саш, все на месте, можем начинать.       Лысый мужчина быстро подбежал, махнув головой Саше. Тот устремил взгляд в окно, за ширмой которого притаился длинный бледный парень в черном. Напротив Цветаева сидел Сашка из Солнцевских. Парень был в строгом костюме, с аккуратно уложенными на бок светлыми волосами. Он, в который раз, поправил идеально зализанные в право волосы, крепко пожал парню руку.       — Валер, ну что там с девчонкой? — Мужчина в костюме подал голос первым, хитро с ухмылкой глядя на Цветаева.       — Нормально, сейчас с Володей сидит.       — Живая?       — Живая. Только есть подозрения, что — Парень обернулся по сторонам, поманив впереди сидящего ближе к себе.       — Такое ощущение, ну, она того, беременная.       — С чего ты это взял?— Мужчина нервно сглотнул, чуть поежившись в кресле и облокотившись на спинку, тем самым отдалившись от парня.       — Не знаю, просто кажется. Рвёт её постоянно, даже когда мы не трогаем, и, она же не ест, а живот как будто реально растёт...       Цветаев нервно сглотнул вязкую слюну, поджав губы. Он был намерен действовать на Бригадиров через Александру, а не через невинного ребёнка. Не смотря на то, что он был безжалостен, хладнокровен и, даже в какой-то степени, психически нездоров, но все же имел свои моральные принципы, переступать через которые не собирался. Мужчина являлся жестоким убийцей себе подобных, однако никак не насильником и убийцей над детьми.       Белый все это время сидел в наушниках, которые были прикреплены к прослушке на вороте рубашки Сашки Аверы. Самому Аверину было не по-себе от слов Цветика, всё внутри него холодело. Он даже не мог вообразить, что испытывал сейчас Белов и Космос, сидящие в наушниках...       — Сань, ну что там?        Пчёлкин нервно курил, вился вокруг друзей. Увы наушники ему не выдали, опасаясь как бы он разнес всё и всех, и сейчас парни были смутно рады своей "предосторожности".       — Саня! — Громче повторил он, отчего Белов приспустил один наушник, удивленно кинув на друга, пытаясь скрыть боль и ужас осознания мелькнувшее в глазах.       — А?       — Всё нормально, спрашиваю?       — А, да...— Белов ошарашенно проморгался, после чего развернулся к машинному окну, из салона глядя на панорамное окно ресторана.       Сидя на заднем сидении своего Мерседеса, которое когда-то казалось ему удобным, но только не теперь, Саша сильнее стиснул ноутбук, лежащий на его коленях. Единственное, что ещё помогало ему сохранить самообладание — это друзья, сидящие рядом Фил и Космос. Впереди сидели Витя и парень-звукач, настраивающий аппаратуру на нужный лад. — Белый, дай послушать! — Витя потянулся через весь салон обеими руками к гарнитуре на голове друга, но тот ловко увернулся и схватился за них обоими руками.       — Угомонись, насекомое!       Криво изобразив улыбку, Белов в шутку ударил друга по рукам, тот же нехотя вернулся обратно на место, возвращая руки на колени и нервно комкая ткань. Сначала парень бесцельно бродил кистями то по лицу, то по обшивке чехлов на креслах. Изучив каждый шовчик, найдя и выдернув из них все торчащие нити, Виктор нервно начал вертеть головой в разные стороны, пока его не осенила более удачная мысль.       — Так, Дрюня! Ну ка, дай ка сюда!       Пчела потянулся к звукачу и снял с него наушники. Парень не хотел, однако не мог что-то сделать против мужественного и серьезно настроенного Пчёлкина.       — Андрей! Не давай! — Сзади парню одной рукой прилетел подзатыльник от Космоса, а второй он пытался перехватить уже снятые наушники.       — Ну вы и тварь, Цветаев...       Сам Авера не сдержался, схватив бутылку с шампанским, стоящую на их столе не подалеку, разбил её об голову Валерия с чудовищной силой. Могло показаться, будто Сашка не только проломил тому череп, но и убил одним махом. Он, как мужчина, просто не смог сдержать себя в руках. Цветаев, как последняя мразь, пытался действовать на Бригаду через девушку, не знающую абсолютно ничего, так ещё и замешанную в грязные дела лучших друзей.       Единственное чего Белов и Космос не хотели, так это чтобы Витя слышал что-то о беременности Кудашовой, однако сами уже успели догадаться. Особенно, когда Цветик проболтался одному из местных — "рыночных" — крышевальщиков, с которым начинал свой "бизнес".       — Саш, что это? Что там происходит?! Почему он его грохнул раньше времени?! — Витя окончательно сорвался, развернулся к Белову с ужасом и серьезностью, смешанными в голубых глазах-океанах в один коктейль.       — Ну, чего ты молчишь, Саня?! Там люди орут! Посылай Лысого, нужно что-то делать! Ну, что ты сидишь!       Белый про себя обдумывал, как действовать дальше. Возможно, что Цветаев приходил не один. Возможно, люди Каверина были там. Возможно, они всё видели, тогда весь их план накрылся медным тазом.       — Вить, всё хорошо, успокойся.       — Хорошо? Успокойся? Ты издеваешься, Фила?! — Яростно сверкая глазами, выходя из себя, истерическим голосом взбунтовался Виктор, всплескивая руками с сверкнувшими часами на левой руке.       — Успокойся?! Серьёзно?! Там сейчас кого-то грохнули не по плану, не вовремя и при людях! Как мне успокоиться? Что он там вообще творит?! Они же Сашку на ремни порежут!       — Никого они не тронут! Угомонись! И без тебя проблем дохренища!       Белов небрежно скинул гарнитуру, срываясь на крик. Нервы были на пределе у всех, как бы все этого не прятали, не отрицали, все переживали за подругу. Александр зло саданул ладонями по ноутбуку, отчего тот сложился по полам, хрустнул под его натиском, разломавшись почти пополам. Голова разрывалась от одной единственной мысли: Что же делать?       И вправду - куда бежать? К кому кидаться спасать? Где ее теперь искать?       С одной стороны, Саша прекрасно понимал Аверу. Он поступил, как мужик и любой адекватный человек на его месте. Пусть не по плану, но как человек, который уважает честь женщин. Ценит понятия и моральные ценности. Солнцевский не скатился до таких поехавших головорезов, как Цветаев. Он не трогает женщин, а уж тем более женщин с детьми или подавно — беременных. Сашка считал честью и даром божьим — иметь ребёнка.        Если такое счастье случилось и у тебя появилось чадо, то это только благодаря ей, женщине. Она носила его, рожала его, обеспечивала всем, всегда находилась рядом с ним и с тобой. В отличие от тебя. Ты, как мужчина, можешь лишь задержать на работе, пропустить праздник или утренник, первый зубик или первый шаг своего ребёнка, однако она - нет. Никогда. Потому что она - мать. Мать твоих детей. И ты должен любить, ценить и боготворить её. Саша все же придерживался таких же ценностей и принципов, именно поэтому сейчас он громко рыкнул в рацию:       — Живым достать его, привезти в "камешек".       — А Аверу? — Донеслось до него из рации знакомым голосом Лысого.       — А Аверу ко мне.       Через минуту одного тащили под руки два здоровых амбала, которые делали то, что говорили им люди, от которых они зависели. Они, даже будучи только исполнителями, не опускались до дна, где куда рухнул Цветаев. Конечно, ироничная фамилия у человека — безжалостного головореза.       — Вот, Саш.— Перед ним открылась дверь и парень вылез из машины, вслед за пулей вылетевшим жуком.       — Авер, спасибо тебе. Мы все слышали...       — Сань, да такую тварь я б на месте добил! Извини, наша дружба не позволила. Уж очень хочу посмотреть, как он будет чувствовать то, что чувствовала ваша подруга...— Пчёлкин сразу встрепенулся, услышав знакомый позывной. В его глазах мелькнуло нечто, похожее на отчаяние, он не понял, что имел в виду Аверин.       — Авер, с ней всё хорошо.?       Слабо, чуть ли не шепча и с толикой надежды в уставших глазах, Витя смотрел в одну точку в полу перед собой. Его глаза были широко распахнуты, а губы плотно сжаты. Руки плотно сжались в кулаки так, что костяшки на кистях побледнели. Не выдержав Пчела сунул их в карманы, выуживая пачку Camel. Из ресторана с вывеской "Узбекистан", громко визжа, выбегали девушки. Они, видимо, ещё не привыкли к столь злачным местам. Их кавалеры в малиновых пиджаках спешно следовали за ними, спотыкаясь о выступы на гладких ступеньках.       — Вить, я не могу ничего сказать...       — То есть.?       — Спроси у Белого, он, наверное, правильнее расскажет. Я понимаю, что это подруга детства и всё прочее, но я не...       — Она — моя жена! Я имею право, в конце то концов, знать, что с ней и где она?!       Окончательно выйдя из себя Пчёлкин со злостью швырнул в сторону тлеющую сигарету, схватил парня, стоящего перед ним, за воротник рубашки. Хорошенько тряхнув оторванного от земли Сашку Аверина, который значительно уступал Вите в силе, в росте. Нехотя Витя вернул того на землю, однако рук не отпустил, продолжая нервно сжимать ткань до противного треска.       — Жена.? Саша.?       — Жена! Саша! — Яростно и гроздно, смерив ничего непонимающего парня взглядом, крикнул Аверину в лицо Виктор.       — Вить, Вить, Вить! Всё! Брейк!       Белов принялся оттаскивать друга от Солнцевского, попутно ударив локтем в стекло нового чёрного Mercedes Benz, как бы призывая братьев на помощь. Из машины молниеносно выскочили Зоофил на пару с Юпитером, принявшись оттаскивать огромного мужчину от менее амбаловидного парнишки.       — Пчел, я ничего не знаю, правда! Всё, что я знаю, это ни чуть не больше, чем Белый! Он то расскажет тебе всё, просто помягче! Я не знаю, как правильно!       — Значит с ней что-то случилось! Ты сказал бы, если бы это было иначе!       Пчёлкин отшвырнул парня от себя подальше, небрежно сплюнув на асфальт. Внимательно поглядев в глаза Авере, Витя затоптал не успевшую стлеть сигарету. Он лишь зло прыгнул в машину, сложил руки на груди, кидая на парней сверлящие устрашающие взгляды, мол: Если вы прямо сейчас не сядете, и мы не тронемся, я тронусь сам, попутно разнесу здесь всё!       Головой то он тронулся уже давно, а вот тронутся на машине с места Виктор вполне ещё мог. Понимающие Бригадиры хлопнули по спине, ещё раз поблагодарили Аверу, после чего прыгнули. После вся свита, в том числе машина с Цветиком, тронулись с места за Беловым. Они всей дружной компанией направлялись на полигон.       Через пятнадцать минут все уже были на месте, вытаскивая из машины бледного парня в черном, который уже успел окончательно очнуться. Его голова нещадно трещала, но Цветик все же был в сознании. Морщась от дикой головной боли, он ехидно ухмылялся, глядя на Белова с Пчёлкиным.       Опричники бесцеремонно швырнули того на пол, прямиком в лужу переполненную с вязким песком, смешанный с дорожной пылью. Цветаев продолжал холодно смеяться сквозь пронзающую тело боль.       Белый небрежно махнул головой, мол, поднимите его. Лысые амбалы нехотя вернулись к нему. Однако же с присущей им невозмутимостью, которая была возможна в данной ситуации, они подняли морального урода, потащив того в здание.        Из головы Цветаева непрерывно сочилась кровь, липкая жидкость толчками вытекала из огромной раны. Но все же он никак не отключался, хотя очень об этом просил. Белов же наоборот - почти что молился, чтобы эта тварь не отключилась, испытала всё то, что пришлось преодолеть Сашке. Это было в голове Белого, не под самой главной "просьбой". Самым важным являлась задача выпытать у него, где же их Ромашка, что с ней, а уже потом он будет мстить.       — Где она? Тварь, отвечай! — Саша метнулся к нему, схватив одной рукой того за ворот рубашки, крепко тряхнул его с такой силой, что Цветик пошатнулся и влетел в бетонный пол, неловко грохнувшись со стула.       — Хах...Ты знаешь это место...Всё детство там были...       Цветаев тихо рассмеялся, оскалившись и торжествующе поглядывая на Белова исподлобья. Глаза парня были узкими щелками, чёрными, бездушными. Саша не понимал, откуда он знает, где они проводили детство? Пчёлкин не сдержавшись со всей свирепостью вмазал этой мрази в глаз. Вокруг него начало стремительно расползаться огромное сине-фиолетовое пятно.       — Витя, Витя!       Фил кинулся к другу, пытаясь остановить того от преднамеренного убийства. Хотя Валера сам еле держал себя в руках, чтобы не врезать конченному подонку. Филатов схватил Витю за плечи, крепко вцепившись в них, начал пытаться оттащить превосходящего в весе и высоте, Витьку Пчёлкина.        Будто обезумев, Виктор просто без разбора пытался попасть хоть куда. Он безжалостно колотил противнику в лицо, в торс, в ребра, в живот, куда только дотягивался. До тех пор, пока не выдохся и, поддавшись натиску Фила на пару с Космосом, не сдался. Пчела чуть качнулся в сторону, небрежно сплевывая, посмотрел на столько холодными отчужденным взглядом, что по спине прокатилась волна предательских мурашек.       Цветаев тоже сплюнул, только кровью, слегка повел бровью, пытаясь избавиться от острой боли в виске и на переносице. Дышать было затруднительно для него после этой потасовки, носовая перегородка была сломана.       — Смотри, мы найдём её, и я лично задушу тебя. Хотя, нет. Я расправлюсь с тобой способом, как наших пацанов, такие как ты, в Афгане мучили.       Пчела бросил последний брезгливый взгляд в сторону нерусского Цветаева, с вполне милой безобидной фамилией. Чего, увы, нельзя было сказать о его внешности и морали, Пчёлкин круто развернувшись на пятках, вылетел за двери, шумно хлопнув дверью.       Сколько бы раз Белов не брал его с собой на стрелы, Виктор всегда участвовал в них ровно на момент перестрелок, а после, просто уезжал. Не мог выносить их крики. Какими бы нелюдями они не были, Витя всегда оставался человек с высокими моральными качествами, честным, до мозга костей, живущим по воровским понятиям. Сейчас он нервно курил, пытаясь не слушать приглушенные удары и душераздирающие крики...       Саша был другим.       В юности, Белов был совершенно иным. Порой ребята просто не узнавали друга в его нынешней ипостаси. Белый стал холодным, закрытым, безжалостным, вечно грозным. На него смотришь — последнее желание жить улетучивается. Может быть виновата в этом преображении Ленка Елисеева, по которой тот до беспамятства обмирал, а она так растоптала чувства парня. Просто размазала, втоптала в грязь его искреннюю любовь в землю. А возможно, это Сашка, которая неожиданно уехала, забирав с собой половинку души, не оставив в замен половинку себя... До скорой встречи!       И махнула рыжей косой, уезжая в вечно холодный Владивосток... Однако всё изменилось с приходом в его жизнь её - Ольги. Она - тот самый человек, который вдохнул в него новую жизнь вновь, восполняя часть разбитого сердца. Она склеила осколки его изуродованной души, говоря: Я рядом, так будет всегда. Мы вместе, и это навечно.       Саша ни капли в ней не сомневался. Оля была его главной опорой — поддержкой, тем самым надежным тылом, который никогда не придаст, просто не сможет. Она любит его, и он это знает.       Несмотря на всё это, и её долгие уговоры оставить криминал, он не смог. Белый действительно старался ради неё, но на нем сейчас держалось пол страны. Так что единственное, что Белов мог сделать в этом положении дел, это легализовать все дела. Отказать от них до конца он не в силах.       Виктор нервно докуривал уже пятую сигарету подряд, которая была с привкусом ментола, как в той песне. Ментол, лично у него, ассоциировался с Сашей, его Сашей. Она всегда обожала мятные жвачки, ментоловые шампуни, о чем свидетельствовал непривычный для многих запах её волос, и сигареты.       Сигареты с ментолом. Возможно, раньше этого не упоминалось, но наша дорогая Саша была горазда покурить. Её любимые сигареты - с ментолом. Сейчас же Виктор, с перебинтованной сиво — рыжей головой, небрежно сидел на поребрике, докуривая любимую сигарету, и держался за саднящую голову. Космос не смог оставить друга и вышел к нему, осторожно садясь подле парня.       — Вить... — Холмогоров положил свою тонкую аристократичную руку на плечо друга, сминая пиджак своими длинными красивыми пальцами.       — Саша выпутал у Штыка, где Горюшка.       На него тут же поднялись голубые глаза, полные слёз. Зрачки подрагивающие до этого расширились, а длинные пальцы с невероятной силой сжали тонкую сигарету, отчего та напросто переломилась. Правда, та не забыла на последок обжечь его руку. Однако Вите, казалось, не было до этого никакого дела. Он с надеждой теплящейся во взгляде глянул на друга, и тот порывисто прижал его к себе.       — Жук, никогда не видел, что б ты ревел... Ты за три дня столько наморетóчил, что, кажись, МЧС по радио не зря осадки передавало... — Оба весело ухмыльнулись, пока Пчёлкин не вскочил, чуть шмыгая носом.       — Так, всё! Харе нюни распускать! Теряю хватку, ё-моё! В машину и погнали!       Виктор устало провел рукой по глазам, разминая их, после быстро шмыгнул в свою машину. Космосу ничего не оставалось, как прыгнуть следом. Не оставлять же этого сумасшедшего одного, да и, к тому же, Сашка с Филом и без них справятся.        Хотя Космос чертовски любил наблюдать за происходящим после стрел, он, скрепя сердцем, пожертвовал этим преинтереснейшим зрелищем ради брата. Великий и Ужасный был мягким, веселым, взбалмошным, шебутным, но однако, в отличие от остальных, в нём просыпался особый азарт, как у больного, но он был абсолютно здоров. Парень проверялся, правда.       — Гони к нашим дачам.       — А, улица какая?       — Вишневая десять.       Через двадцать минут вжатия педали газа в пол, парни примчались на место назначения. С пистолетами в кобурах закрепленных на поясах, Витя с Космосом двинулись к калитке. Медленно, без лишних и резких телодвижений. Мало ли что.       Подойдя к проходу, им стало понятно, что та была открыта. Внутри никого нет. Вряд ли бы иначе входная дверь была бы распахнута. Уже не церемонясь, друзья ворвались в дом, они начали осматривать скромную кухню с маленькую комнату, в последний обнаружив распахнутый люк.       — Кос, здесь подвал!       Витька громко крикнул и, совершенно не раздумывая, спрыгнул вниз, помчавшись со всей возможной скорость, практически не пользуясь лестницей. За ним следом метнулся Холмогоров. У обоих сердце вылетало из груди от бешенного темпа. Внутри все натянулось до предела, словно струна, но где-то в груди до сих пор теплилась надежда найти её. Вот, Кос заскочил в помещение, чуть опешил увидев болезненное выражение лица друга.       — Космос, её здесь нет...       — Как нет?       Космосила сразу заметил перепачканный сомнительной жидкостью стул и окропленный кровью пол. Рядом валялась перетертая бордовая веревка, а в воздухе будто бы поселился металлический запах. Ни единый луч дневного света не пробирался сквозь это жуткое, мрачное, холодное помещение.       — Я не знаю...       — Ты уверен, что это здесь?       — Да... Может он.?       — Тварь! Обвел нас! — Пчёлкин начинал заводиться, как тут они оба услышали быстрые, от того шумные, звуки наверху.       — Кос, ты слышишь?— Тихо буркнул Пчёлкин, кладя руку на пояс, где находилась кобура.       — Да. Тихо. — Выше названный повторил за другом.       — Сбежала, тварь! Мразь! Эта девчонка вообще не вовремя появилась! А Штык с ума сошел! — Громко топая и сокрушаясь во все услышания, мужчина ещё почему-то возмущался, с до боли знакомым голосом.       — Каверин!       Шепотом крякнул Пчёлкин, попытавшись сорваться с места, но Космос успел жестко схватить друга за плечи сзади и заткнул тому рот рукой. Убедившись, что Пчела пришел в себя, Великий и Ужасный медленно кивнул ему, отпустив успокоившегося, насколько это было возможно, друга. Виктор кое как взял себя в руки, недовольно зыркнув на Холмогорова, и перезарядил свой ТТ-шник. Братья медленно, но верно, начали свой подъем к белому свету.       — Да, где ж ты можешь...быть... О, какие люди! Сам Виктор Палыч, с собственной персоной и, как тебя там. — Володя нервно пошуршал пальцами, пытаясь вспомнить имя Холмогорова.       — О, точно! Юпитер!       — Космос, вообще то. Пчёл, дай я его грохну, а? — Космос забавно скривил лицо в милой рожице, будто упрашивая друга.       — Э-э! Ребят, вы чего! Ваша Кудашова так никогда не.!       Каверин не смог договорить. И больше никогда не сможет. Две пули пущенные Виктором вошли точно в грудь, оставив после себя только мелко—крупные отверстия и бордовые пятнышками—фонтанчиков, из которых нескончаемым потоком хлынула липкая алая кровь.       — Рот свой поганый закрой, тварь. — Пчёлкин присел на одно колено возле ухмыляющегося в судорогах Володи, зло плюнув ему в лицо, на последок всадил оставшиеся пули, потратив весь магазин.       — Пчёл, пошли... — Робко позвал его со спины Космос.       Ему было не по себе от давивших на них тишины, да и от вей ситуации в целом. Это было первое убийство Пчёлкина, которое тот совершил, смотря в глаза жертве. Стоя рядом с ней, вот так близко. Пчелу слегка потряхивало от этого зрелища, к тому же на нем сказался переизбыток адреналина. Витю слегка потряхивало.       Однако оставаться было нельзя, каждая минута была на счёту. Им нужно найти Сашу. Друзья молниеносно выбежали, пристально озираясь по сторонам. В поисках следов подруги. Небрежно распахнув двери, отчего те шумно хлопнув за их спинами. Спустя пару мгновений Пчела с Космическим уже во весь опор мчали по знакомым и родным дорогам дачных массивов.       — Куда дальше, Кос? Чё делать.? Витя вцепился в руль и вжался в кресло, не отрывая напряженного голубого взгляда от дороги. Губы плотно сжаты в полоску на лице, ноги вдавливают педаль джипа - внедорожника в пол, машина несется по раздолбанным дачным дорогам, выбираясь на конец на улицы с элитными особняками и нормальными дорогами. - Я не знаю... Я звоню Белому, скажу, что Каверина "приземлили". Ой он нам вставит... Шумно выдыхая и набирая номер, буркнул Юпитер. - Ало, Сань, нам помощь нужна. Ну да... Мы не могли иначе... Да. Вишневая 10, почистить надо, а мы сейчас... Он огляделся в зеркала и окна, сидя на переднем сидении. - Ше́фера. - Да, точно. По имени Ше́фера 3 мы едем. Ждем. Пчёл, тормози, паркуйся, нам Санька пацанов выделил, ща будем лес чесать и проезды все. Пчёлкин согласно затормозил, тихо устроившись под березой. В этот холодный дождливый день она, белая береза, такая простая и поражающая своей красотой в простом, скромно, но невероятно красиво возвышалась над остальными, дорогими культурами. Она, как Витя, совершенно не вписывается в данный пейзаж. Всё так дорого и красиво, а она так просто, берет и стоит. Захотела - выросла, всё просто. Через 15 минут показался клин из черных тонированных машин, который змеёй тянулся вслед за машиной Виктора. Они остановились и из первой вышел Шмидт. - Вить, Саша сказал, что нам нужно следовать вашим указаниям. Он метнул взгляд в него, затем в Космоса и потом в ребят. - Нам нужно найти Александру Вячеславовну. - Принято. Пацаны! Соболь, до тебя все в лес, остальные на Вишнёвую 10! Скомандовал грозно лысый предводитель и около 10-и машин двинулось в лесополосу, а две развернулись в сторону дач. Пчёлкин и Космос прыгнули в свою машину, затушивая сигареты с ароматными отдушками, и ринулись в след. Приехав к лесу парни схватили автоматы и кинулись в лес. Первым бежал Пчёлкин, на легке. У него с собой не было ничего, кроме бесполезного ТТ-шника и закончившегося магазина. Он просто гнался за неизвестностью и надеялся, что Саша может быть в лесу. Никто не знает о чем та мыслила, она вполне могла поймать маршрутку и уехать, но окровавленную девушку, до такой степени, что даже Витя не смог себе представить, скорее всего никто бы не пустил внутрь салона. Он не мыслил логически, просто прикидывал, что Саша явно не совсем цела, а значит далеко не убежала, значит где то здесь. А где ей прятаться от Каверина и Валеры, кроме как в густом лесу? По этому первое место, куда пал их выбор, был лес. - Пчёл, подожди! Тупое насекомое, вашу мать! Громко ругался Космос, беда со всех ног следом за другом, с пистолетом в руках. Пчёлкин был словно в тумане, он не слышал ничего, кроме собственного сердцебиения и шума крови, текущей по венам. Он, выпучив глаза, просто гнался по опушке, озираясь по сторонам и сметая ветки соседних елей, которые со звонким хлёстом встречались со сморщенной физиономией Космоса. Оба парня были полностью погружены в необъяснимое чувство предвкушения чего то важного, особенного. Оба понимали, что сейчас случится одно из самых главных важный событий в их жизни. Почти что чудо... - Саша... Он резко остановился посреди деревьев. Космос, бегущий позади, врезался в высокого друга, но тот даже не шелохнулся. - Пчёл, ты че? Космос стоял сзади и смотрел на друга через плечо. - Ничего. Я не знаю куда, а смысл просто бежать в никуда? Она не отзывается, Кос. Кос, че делать?.. Он развернулся и схватил друга за ворот рубашки, смотря ему в глаза, полными соли и голубизны... В этих глазах отражалась луна и звезды, всё то, что с самой юности не было видно в его глазах. Ночь покрыла лес своей непроглядной тьмой, верхушки елей укутались в холодный мрак, устремились к последнему источнику света, в небо. - Вить, ты чего? Ты с ума сошёл что ли? Как в "никуда"? Ты бредишь? Мы найдём её, слышишь? Она здесь, я чувствую. Космос обвёл лес взглядом и заприметил небольшой окоп.       — Давай, пока что парни поищут, а мы перекурим? Тебе нужно отдохнуть. Идём. — Парни подошли, в ночной тьме не смогли разглядеть зверька, лежавшего там, свернувшись в клубок.       — Ой, Косматый, тут лиса что ли?       — Может собачка какая? Эй,       Парень присвистнул, чтобы "собачка" подняла голову, и они смогли рассмотреть её. Но "животное" продолжало лежать неподвижно. Будто абсолютно не слышала их.       — Подожди. — Витя небрежно махнул другу рукой.        В этих мальчишках ещё не исчезла людская доброта. И уже никогда не исчезнет. Она останется с ними навсегда, потому что они такими не стали, а родились. Они не пытались освоить в себе это качество, не пытались подражать кому то, не пытались копировать или жить похожими на кого то, они просто были собой. Как в песне. Я хотел бы остаться с тобой. Просто остаться собой.       — Маленькая моя, иди сюда.       Пчёлкин осторожно протянул руку к "собачке", опасаясь как бы та не укусила его. Аккуратно коснувшись "шерсти", Виктор впал в некий ступор, снова слегка провёл вдоль по шелковистым, спутанным кудрям, начав перебирать их. Все ещё не до конца понимая, что это...       — Кос... — Витя шумно сглотнул, его глаза округлились, а голос сильно охрип.       — Это не собачка...       — Че? А кто? — Космосила подошёл ближе, тоже коснувшись рыжей головы.       — Витя...       — Саша! Саша, ты слышишь меня?! Саша! — Он подхватил девушку на руки, она не открывала глаз.       — Братва! Отбой! Нашли... Белому, Белому звоните! Срочно!       Космос начал активно жестикулировать, кричал что-то ещё парням, разбежавшимся по лесу. А после, метнулся обратно к Пчеле с подругой на руках, приложив к голове девушки свою огромную ладонь. Виктор аккуратно держал жену за ноги и под шею, как маленького ребёнка, боясь сделать лишнее движение. Словно дернись он - Саша сломается.        Оба тягостно молчали, лишь беспомощно бегали глазами по лицу, не веря своей удаче. Это было и в правду некое чудо. Из глаз парней потекли слёзы полные облегчения от вида их маленькой девочки...       — Сашенька... Маленькая моя... — Витя слегка подтолкнул её голову, та, перевесив, упала на грудь парня. Девушка слегка приоткрыла глаза, ласково посмотрев на Виктора.       — Мальчики... — Донесся до них слабый женский шёпот.       — Маленькая моя, прости меня... Я, я не хотел, я...       Ромашка слабо улыбнулась, все же закрыв свинцовые веки. Помутневшее сознание начало погружаться в неспокойный сон, зная что сейчас её держат самые надёжные на свете руки. Руки самого тёплого и родного человечка в этом мире. Она полностью отдала Вите себя, всю свою жизнь. Подарила ему своё сердце, жизнь. Подарила Пчёлкину не только веру в собственную любовь, но теперь и в любовь к невероятному - к детям. К их будущим общим детям.       — Саша, открой глаза, я прошу тебя, пожалуйста! Саша!       Торопясь, что есть сил, они почти моментально выбежали из леса с едва живой Александрой на руках. Будто Кудашова совершенно ничего не весила, хотя, по большему счёту, для него это действительно было так. Девушка весившая всего лишь сорок семь килограмм, парень весом под девяносто, ростом с баобаб, а телосложением в мастера спорта.       Через тридцать минут друзья уже были в Клинической больнице номер 1, лучшей в Москве. Витя не отходил от возлюбленной ни на шаг. Только вот, его не пустили в реанимацию, и это были единственные четыре часа, когда он не смог быть рядом с ней. Белов приехал спустя десять минут после остальных ребят. 22 октября. 02:45. ночь       — Ну, чё со Штыком?       — Кто к нам с пером пришёл, от ствола и скопытился. — Невозмутимо отчеканил Саша. Он метнулся к Виктору, который держался за голову и присел поддержку него. - Держись, мы нашли её, а это главное. Она жива, а это тем более самое главное. Виктор посмотрел на друга и слабо улыбнулся. - Я не знаю как смотреть ей в глаза теперь... Я потребовал от неё согласие на то, что она уедет если я попрошу. Она естественно отказалась, но ведь я бы всё равно отправил её куда подальше... Но я даже не попросил её об этом! Саша, я такой дурак... Девчонке 20 лет, она хотела замуж за принца и жить в сказке... А попала в какую то страшилку... - Вить, не вини себя. Мы ничего не знали. Поверь, если б все было так серьёзно, если б я правда знал, что это так и будет, я бы запретил тебе даже подвозить её. Но это всё случилось само. Случайно. Мы не в силах уже что то изменить, мы лишь можем обеспечить ей защиту и теперь уже пути назад нет. Мы будем с ней рядом. А ты, Он ткнул пальцем в грудь друга. - Ты будешь сидеть рядом с ней, с кольцом на пальце и лялькой в руках. Понял меня? Виктор усмехнулся и кивнул. Из реанимации вышел врач. Виктор вскочил и подлетел к нему первым. Халат слетел с плеч парня на пол. - Василий Иваныч, скажите что с ней? Я прошу вас. Специально для Саши, Белов вызвал Багрова, как "семейного врача", теперь то уж он прооперировал всю их отмороженную, бесстрашную "семейку". - Витя, Витя! Ты в курсе, что тебе отдыхать нужно! Ты носишься за девочкой с головой пробитой! Не мальчик уже! Уж тридцаточка на носу. Обязательно сейчас зайди ко мне и смени повязку, понял меня? - Понял, понял, хорошо. Что с Сашей? - Ну, девчонка молодая, выкарабкается. С ней всё будет хорошо это я тебе точно говорю. А вот малыш сейчас пострадал, это да. Столько стресса и на него и на девчонку. Вы чего ж не предупредили, что Сашка ваша, беременная? Виктор опешил. Его глаза медленно направились на Белого, стоящего рядом, парень расплылся в улыбке и с криком кинулся на, ещё ничего не понимающего, Виктора. - Ну поздравляю тебя, молодой папашка! - Подожди... Эт Сашка что ли? - Белый, я ж тебе говорил, что он после комы пеньком стал. Космос стоял рядом с ними, расплывшись в улыбке и радостно корил друга за его тормознутость. Но всё понимали, что сейчас он осознаёт новый этап своей жизни. - Вить, брак и ребёнок - это серьёзно. Я тебе, как отец двоих дочек говорю, что это и впрямь очень всё ответственно. Но я в тебе не сомневаюсь, ты молодец. Поздравляю, папка. Виктор смотрел в пол взглядом, полным смешанных эмоций. Оба друга заглянули в его глаза-океаны и растянулись в улыбках. Они с детства знали, что этот взгляд означающий то, что сейчас его мозг переваривает информации и попутно подбирает подходящие слова, но всегда эти слова и мысли сходятся. Это выражение лица всегда говорит то, что он счастлив. По настоящему счастлив, что не может выразить это словами. Наверное, это и есть то самое "нет слов, одни эмоции". - Пчёлкин, мы знаем этот взгляд. Лукаво улыбаясь, держа Виктора за плечо, проговорил Саша, грозя указательным пальцем перед курносым носом брата. - Аааа! Через несколько мгновений, этаж реанимации разразился громким и радостным криком. Витя сжал руки в кулаки, победно занося над головой. Он всегда мечтал о семье, собственной семье. Что бы была любимая жена, которая любит его, а не его карман. Любит просто за то, что он есть. От которой захочется иметь самых красивых на свете детей, самых умных и самых лучших на свете. Он ждал её 27 лет и вот, Сашка, такая молодая и наивная вошла в его грешную жизнь. Так стремительно и быстро присвоила себе его взгляд, сердце, любовь и тело, растворяясь без остатка. - Тише, тише! Ребята, это реанимация! Попытался успокоить их Багров, но они лишь накинулись на него с радостными возгласами и обвили плечи врача руками. Он спас Сашку, он спас ребёнка Пчёлкина, он спас жизни и души всех, кому Кудашова дорога. Сам Василий Иванович тоже улыбнулся во все оставшиеся зубы, сверкнув парочкой золотых, и слегка хохотнул, обнимая мальчишек, ставших ему почти родными за эти годы. Это был тот самый, один из немногих людей, который не презирал Бригаду лишь за вид деятельности, он смотрел вглубь их существа, в души и сердца до сих пор юных мальчишек.       — А к ней можно?       — Нет.       — Ну? пожалуйста. — Жалобно, почти c мольбой протянул Пчёлкин, делая самый несчастный вид вид, на который только был способен.       — Виктор Павлович, она слаба, тем более, после операции, не стоит её перенапрягать.       — Ну, нам же можно было к нему. — Фил вмешался в диалог, стараясь воззвать к справедливости.       — Ну вы, это вы. А это — девчушка, она...       — Она — моя жена. — Врач грузно выдохнул, опустив голову, махнул на них рукой, медленно удаляясь в сторону своего кабинета.       — Идите, но только вы, один. Остальные позже. Только недолго и тихо, не должно быть никакого стресса у пациентки. Она сейчас спит. А вы, молодой человек, зайдёте потом ко мне на перевязку. Не забудьте!       — Хорошо! — На автомате бросил Пчёлкин, летя на всех крыльях к палате реанимации, куда не пустили никого кроме Вити.       — Сашенька, маленькая моя... (На этом моменте автор рекомендует вам включить песню: Люби меня, люби - Отпетые Мошенники, приятного))       Виктор нежно взял руку Александра в свою. Витя никогда не был в ситуации, где его девушка беременна. До его сознания уже дошла радость от скорого появления наследия, но скорее от того, что он знал как она выглядит, но до его мозга ещё не дошло то, что главным героем этого фильма является он сам, и дальнейшее развитие сюжетной линии зависит исключительно от него. Ему было очень интересно, он неосознанно положил руку на живот девушки и почувствовал тепло и любовь, разливающиеся по телу мощной волной. Сам не понимая что это он лишь тепло улыбнулся. Девушка чуть вздрогнула и аккуратно повела своей ручкой под медвежьей горячей лапой, лежащей поверх.       — Маленькая моя...       Маленькая моя... Это были именно те слова, о которых Саша мечтала эти долгие три дня. Они звучали так сладостно, однако из уст нечеловека, а мученика. Её личного мученика. Александра все это время мечтала, чтобы слова эти вырвались тихими и томными вздохами из уст любимого мужчины, из его алых губ, обжигая своим горячим дыханием её тонкую фарфоровую кожу. - Как ты похудела, Сашка... Он оглядел её с грустью в глазах и лишь сжал руку. Вновь было больно от того, что он не смог защитить её, а эти шрамы навсегда останутся, как память о его ошибке, за которую расплатилась Саша... Девушка поджала губы, закусив одну, что бы не разрыдаться и из её глаз хлынули слезы, огромными ручьями, которые она так сдерживала всё это время. - Не плачь, маленькая моя... Ты же знаешь, когда ты плачешь моё сердце раз... - Разрывается на части... Он до крови прикусила губу, сдала руку мужчины и он тут кинулся на неё, обвивая руками хрупкое бледное тело. Волосы были всё ещё спутанными и грязными, но парень, казалось, не обращает на это никакого внимания абсолютно. Он любит Сашу Кудашову, а не тело или волосы какой то девушки, как делают сейчас многие. - Я люблю тебя Сашка. - Я тоже, я тоже люблю тебя, Витюш... Она царапала его пиджак, втягивая аромат одеколона, а он медленно вдыхал запах, который казалось, впитался в самое существо и уже никогда не вымоется... - Вить, я должна кое что сказать... - Я всё знаю, Горюшка. Шепнул он и закрыв глаза улыбнулся, положив руку на плечо, лёжа почти на девушке, но всё таки контролируя себя, что бы не раздавить хрупкую девчушку. - В смысле?.. - В том, что я наконец то, почти разменяв свой 30-й десяток жизни, обрету собственную семью и ляльку. Он щекотнул своим горячим шёпотом ухо девушки. Из глаз не переставая катились слезы, но она была счастлива. Счастлива, что обрела человека на всю жизнь, счастлива, что обрела семью в лице 4-х ребят, счастлива, что в свои 20 уже имеет ребёнка от любимого человека и знает, чего хочет от жизни, в отличие от своих сверстниц, которым нужны только деньги в наше нелёгкое время. Девушка зарылась пятерней в густую золотистую гриву и слегка сжала волосы на макушке. - Я хочу, что бы он был похож на тебя, что бы тоже был рыжим...       - Вить, а если будет дочка?       - Значит будет маленькая принцесса, с твоими невероятными рыжими кудряхами и моими глубинными глазками.       - С твоим характером уж точно!       Оба рассмеялись, из глаз текли слезы, но никто их не прятал и не старался смахнуть, ведь сейчас они вдвоём были одни, а скрывать друг от друга естественные эмоции было ни к чему.       — С моим замечательным характером! Да и вообще, сына хочу! Вот! Что б солдата мне родила! Поняла?       Он рассмеялся ещё громче, но девушка, похоже, была совершенно не против.       — С твоими глазками и кудряшками.       — С твоими губёшками. — Парень расплылся в улыбке и утянул девушку в поцелуй, полный нежности и любви.       — Ай! — Треснутая губа дала о себе знать, и Витя опомнился. Он виновато обвёл взглядом забинтованное тело Саши, в его глазах вновь заблестела горечь с примесью скопившейся тоски.       — Вить, всё хорошо, слышишь?       — Саш, я всегда буду рядом. Помни, пожалуйста, что никто кроме тебя, хорошо?..       Она неловко махнула рукой, притянула парня ближе к себе, обнимая так крепко, как только могла, и как только ей позволяло её физическое состояние. Девушка ласково потрепала его по голове, начав осторожно перебирать волосы, мягко массируя кожу, чувствуя расслабления любимого.       — Я люблю тебя, насекомое.       — И я люблю тебя, львёнок.