За тобой: До скорой встречи

      Парень с долей растерянности огляделся вокруг себя, неловко стер слезу с щеки, и вернул себе строгость в лице.       — Это полигон. Я часто бываю здесь, когда мне хреново.       — А я думал ты к нам идешь...       Тихо буркнул Фил, опустив голову вниз и сложив руки на груди. Остальные бригадиры с долей удивления обернулись на него, а боксёр, подняв глаза, где плясали смешинки, демонстративно сверкнул улыбкой.       — Зоофила, ну ё-моё! — Белов слегка толкнул второго по длине друга в плечо и тоже неловко улыбнулся.       — Я хотел, чтобы Сашка первая увидела это место... — подавленным голосом откликнулся Виктор.       — Пчёл, пойми, всем тяжело, но мы же держимся. И ты держись.       Витя поднял на Космоса раздраженный и полный скепсиса взглядом, мол: "Спасибо, больше не буду. Теперь я буду только улыбаться, ведь ты открыл мне глаза на этот мир"! По другу было видно, что он старался поддержать его как умел, потому задевать его было бы не совсем честно.       — Кос, я пытаюсь.!       Пчёлкин задушенно выдохнул. Ребята не стали спорить с ним и лишь молча кивнули, у всех присутствующих в глазах таилась одинаковая грусть и тоска по их родному человеку.       — Ты, когда сюда ехал, у тебя цель была конкретная, или ты просто приехал в своё "успокаивающее" место, в лице боевого полигона?       Тут уже сам Пчёлкин не сдержался, слегка заулыбавшись. Усмешка у него вышла усталой, даже немного измученной, будто он выдавливал её из себя, но получалось весьма неудачно. Виктор задумавшись, все же припомнил какого это черта он так сорвался с места.       — Ну, не знаю. Эта дура, которая Светка, сказала, что вы свалили куда-то, потом лезть ко мне начала. Так, я шубу в неё кинул, что б прикрылась, и ушёл.       — Да уж, надо будет что-то с ней решить... Кстати, мы кое-что разузнали. Цветаева знаешь, который на охране стоял, завсегдатай в твоей любимой "Метле"?       — Ни разу не видел. — растерянно покачал головой Витя.       — Может он скрывается?       — Ага, или просто денег на вип не хватает, вот он в общаке и сидит. — Космос прыснул со смеху.       — Ну, и что дальше? Видели его там и что?       — Да, он там сегодня утром появился. Так вот, наши сказали, весь он какой-то взвинченный был, на щеке синячище огромный, а штанина слегка в крови. Либо не заметил, либо не знаю, что предположить.       — Ну так, если его видели, то почему его тогда до сих пор здесь нет?! — Пчёлкин подскочил к Белову, который смотрел на перстень, крутя его за красный камень.       — Он наших не узнал, поэтому пока нужно вести план. Просто так его хватать нельзя, потому что работает явно не один, а на Каверина мы выйти не можем пока. Есть вероятность, что они в одной связке. Если всё так, как мы предполагаем, то Каверин, если Цвет не вернётся, может попросту что-то сделать Сашке. Но пока это всего лишь догадки, слышишь.? Сегодня вечером этот будет там, его позвал Сашка, из Солнцевских, якобы на переговоры.       — Ты думаешь, он — дурак и не догадывается о нашей с "Солнышком" дружбе?       — Вить, ты прав. Цветаев не дурак.       — Да, он — дятел полный! Раз решил давить на нас, через сестру! — Космос не выдержал, влезая в дискуссию между Белым и Пчёлой.       —Кос, тихо. Сегодня вечером они встретятся, Сашка позовёт его в баню, там уже будем мы, потому что Солнышку он верит. Есть шанс, что он приедет один.       — Ой сомневаюсь я, Сашка.       Витя обеспокоенно поджал губы, глаза парня в волнении бегали по лицу друга, будто желая перенять уверенность Белого. Пчёлкин старался держать себя в руках, но это не всегда получалось хорошо. Ладони парня непроизвольно сжались в кулаки, отчего он спрятал их в карманы.        Пытаясь преодолеть не отпускающее его последние несколько дней события, Виктор перевел потухшие глаза на поле, которое простиралось на восток от полигона. Друзья молча посмотрели следом. Увиденное весьма заинтересовало всех: на поле царило огромное разнообразие всевозможных луговых цветов и трав. Вот, к примеру, сквозь пожелтевшую траву пробивается иван-чай, а вон там, под каким-то деревом, растут васильки.       Васильки       Такие же синие, как глаза Виктора, совсем ещё юного душой. Он будто маленький потерянный мальчик в этом огромном мире и казалось, что вот, всё наладилось, ведь появилась она - Александра, однако она исчезла.       Опять       Никакие цветы, как бы они не выгибались от дуновений ветра перед мужчинами, не смогли привлечь их внимание. Кроме ромашек.       Ромашки       Символ Сашки Кудашовой - Ромашки. Всегда так было, и всегда так будет. Однако только для них, для её друзей. Для них она навсегда останется не только принцессой, моей маленькой, куколкой или Беловой Сашенькой, но ещё и Горюшей и Ромашкой.       Горюша       Это смешное погоняло сочинил для неё Валера. Девичья фамилия её матери - Горюшова, а любимый дедушка, который воевал в Афгане, трагически погиб, защищая Родину. Александр Степанович был единственным человеком, родным по крови, которому было не наплевать на неё, он всегда защищал её от пьяниц-родителей, укрывая у себя. Он был знаком с ребятами и очень одобрял их, вместе с ним они ходили в походы и на рыбалку, в театры и музей, что было невероятной редкостью для того времени.        Горюшов искренне любил и ребят, и Сашку, считая их всех родными, как и они его. Когда его призвали защищать родину, он пошел. Александр Степанович был огромным патриотом своей страны и всегда был готов подать руку помощи. Очень веселый и добрый, он погиб на второй год после призыва, в тысяча девятьсот восемьдесят восьмом, после Сашку забрали во Владивосток.       — Ну, теперь вы понимаете почему я хотел, чтобы она увидела это место первой.       — Ага... — Космос своим низким, почти бархатным голосом, таким прокуренным и грубым, но до боли родным, чуть щекотнул слух Виктора.       — Давайте нарвем чуть-чуть?       — Точняк! Вон там, под березой, самые красивые! — Воскликнул Фил, ткнув пальцем в куст крупных белоснежных ромашек, сквозь свой изучающий прищур.       — Нет! Стоять на месте! Никуда не шевелиться! Перестреляю нахрен!       Мальчишки удивленно обернулись, не понимая, что происходит, и глупо растянулись в улыбках, заметив наигранно грозных взгляд Пчелы. Однако на смену наигранным смешкам, он принял действительно серьезный вид.       — Мне был хотелось, чтобы Саша увидела это в первый раз так, как когда-то я. Что б, здесь всё осталось не тронутым.       Друзья понимающе кивнул, и на слова Пчёлкина, они лишь закивали, понимали его нынешнее состояние. Он ходил, как в воду опущенный. Все переживали, это всё таки человек, с которым они знакомы с детства. Они считают её родственницей, и непростой, а одной из самых близких. Парни не стали задаваться вопросом - а кто-то другой не сможет что ли сорвать? Они не думали, что кто-то, кроме них, обязательно сорвёт от сюда какой нибудь милый сердцу цветок.       — Тогда, я предлагаю успокоится и на холодную голову обсудить всё в офисе. — Фил подал голос первым и всё согласно кивнули.       Обратной дорогой они не оставили Пчёлу в машине одного. Представитель класса "Насекомые", в таком состоянии мог натворить многое. Для этого ему даже не понадобится градус. Поэтому сейчас за рулём его машины ехал Космос, которому он верил больше всех, как самому близкому брату. Безусловно, они всё равные друг для друга, однако между этими двумя, между Космическим Чудом и Насекомым, образовалась тонкая грань, например, словно у Сашки с Белым.       В машине играли знакомые и родные песни детства или же современности. Витька обожал Высоцкого так же, как и Браво, а потому специально для него Саша включил "Большой Каретный". Песня напоминала им о былой юности, что была так недавно, но так стремительно и быстро, как и всё в этом мире, прошла...       Следом заиграла песня, которая каждому напомнила о своей женщине - "Я готов целовать песок":

      Мне бы жизнь свою как кинопленку

Прокрутить на десять лет назад

Чтобы стала ты простой девчонкой

Чистой-чистой как весенний сад

Вижу тень наискосок

Рыжий берег с полоской ила

Я готов целовать песок

По которому ты ходила

      Саша, с недавних пор встречающийся с Ольгой, тут же вспомнил о своей девушке, расплываясь в тёплой улыбке. Она ждёт его дома, всегда. Что бы он не натворил, она всегда примет его. Белый влюбился в неё с первого взгляда, только увидев в одном из окон соседних дачных массивов.        Девушка произвела на него несгладимое впечатление голубоглазой остроумной брюнетки, которая наорала на него при первой встрече за громкую музыку и чуть не позвонила в милицию. Он же произвел на неё впечатление обычного дворогого хулиганья, которых в одной только их Москве пруд - пруди в каждом дворе. Но Сашка вцепился за неё и вскоре уже оставался у девушки на ночь. В планах парня, на ближайшее будущее, сделать ей предложение и как можно скорее оставить после себя потомство, потому что в их деле каждый день как последний...       Фил невольно вспомнил о Томе. Она звонила ему часто, так как очень сильно переживала за своего мужа.       Сашка ведь ещё даже не знает о том, что он женился... Без неё...       Это мелькнуло в его о мыслях. Он потускнел, но тёплая улыбка, с домашним уютом в душе, не слетела с его мягких горячих губ. Филатов тяжело вздохнул и глянул на Пчёлкина, сидящего на переднем сидении, с зажатыми губами и натянутыми нервами. Парень устремил взгляд в одну точку. За окном местоположение этой точки изменялось с каждой секундой, но свой взор Витя устремил в неё и не желал что то менять.

А когда весенними ночами

Часто думая, что я влюблен

Я твоими черными очами

Был тогда как птица окрылен

Вижу тень наискосок

Рыжий берег с полоской ила

Я готов целовать песок

По которому ты ходила

      А ведь и вправду, за Сашкиными шагами, их шмель готов был вылизывать этот самый песок, настолько огромной была его любовь именно к этой девушке, и ни к одной другой, а в его жизни девушек было более чем много, не испытывал ничего такого. Наверное, это и есть та самая любовь, о которой он маленьким читал в книжках или видел в фильмах. Именно встретив её он перестал верить в то, что любви не существует.       Витя всегда считал, что любви нет, потому что это всего лишь биохимический процесс в нашей голове. Это всего лишь чувство привязанности и потребность в постоянном контакте с объектом воздыханий, однако кто-нибудь, когда-нибудь задумывался над тем - откуда берется это чувство привязанности? Ведь это все напоминает состояние наркотического опьянения Космо - Чуда.        Человек теряет сон, аппетит, совершает неадекватные поступки, и здесь нет ничего забавного. Всё очень даже печально. Некая своеобразная форма заболевания. Ученые давно всё доказали. Но, как ни странно, любовь, как и любая другая болезнь, рано или поздно заканчивается. А что остается после? Правильно - ломка, а после ломки - пустота. И её тут же заполняет алкоголь. Даже примеры не нужны. А сколько смертей из-за этой болезни? Сколько самоубийств, дуэлей? А воин сколько?.. В общем, с позитивом какая-то полная лажа получается...       А стоило появиться ей - и все это в миг улетучилось... ___       21 октября. 1996 год.       Девушка сидела в дырявых штанах, на которых не осталось ни намека на былую белизну. Они все были кроваво-бордового цвета, в некоторых местах подсохшего темно-коричневого, и больше походили не на свободную больничную пижаму, а лишь на бордовые штаны в обтяжку. Все тело Саши было в глубоких небрежных порезах, из которых продолжала сочиться густая алая кровь. Рыжие кудри, склеенные от бурой жидкости, продолжали падать на лицо и колени, приставая к одежде и оставаясь на ней.       В мрачной, сырой комнате она находилась одна. Приоткрыв с помощью последних сил глаза, Александра приподняла голову, попыталась оглядеться. Слёзы, застывшие в глазах и немой крик в горле, которым Кудашова не позволяла хлынуть с новой силой, терзали её душу изнутри. Было достаточно темно, несмотря на день за окном. Лампа не горела, а Саша не понимала какой сейчас день, сколько она здесь, сколько времени прошло и что там с ребятами... Каждый раз в её голову лезла мысль:       Когда же это всё закончится?..       Но каждый раз, девушка понимала, что сейчас живет для него. Для Вити. Если Саша сдастся и закроет глаза для вечного сна, он не сможет это принять. Никогда. Да, возможно, Виктор найдет девушку, однако это будет не она. Не Александра. Нет, она не может оставить его, Белого, Космоса, Фила, ребёнка.       Девушка чуть дернула рукой и поняла, что что-то упало с неё. Мягкое и легкое. Веревка. Она наконец перетерлась...       Саша вытянула руку и поняла, что та свободно поддалась. Кудашова потерла запястье, из которого медленно вытекала капельками кровь, и острая боль пронзила несчастную конечность. Свежие шрамы ещё не до конца зажили, а из глаз все таки вырвалась предательская слёза боли. Не страха. Именно переизбытка боли. Взглянув на дверь она кое как смогла встать и, ужасно шатаясь, потянулась к ручке. Та оказалась не заперта...       Слишком всё легко происходит...       Саша не теряла здравый смысл, и её хладнокровный мозг, позволяющий действовать не только на эмоциях, как Виктор, но и холодно, стратегически обдумывать происходящее.       Всё таки решившись, Александра потянула ручку вниз, слегка поморщившись от ноющей боли в запястье и ногах. Лишь спустя некоторое время она поймет, что все её тело ломит от щемящей сердце картины происходящего. От её собственного вида девушку будет воротить ещё точно несколько лет. Каверин, по указам Цветаева, резал всё, что попадалось под его лезвие, истошный крик наполнял серый подвал, но их изувеченным умам было всё равно на это. Каверин не трогал лишь лицо Александры, она была невероятно красива в его глазах и, вопреки указаниям, он всё же не трогал лица.       Саша выглянула за дверь и оказалась в другой комнате метр на метр. Подняв голову вверх девушка увидела люк, к которому вела лестница. Ничего не оставалось, кроме как довериться своему фарту, что её редко подводил, и выбраться из этого подземелья. Увидеть наконец-то белый свет, который, как ей казалось, она не видела уже вечность.       Взобравшись по лестнице вверх, Кудашова толкнула люк, но и тот, на удивление, легко поддался и распахнулся, открывая её теплому свету, который так и тянул свои лучики, затягивая девушку в родные объятья. Быстро выпрыгнув, Александра огляделась: небольшая комната и чуть дальше кухня. Обстановка скудная, значит она явно не где-то в городе.        В доме никого не было, что позволило ей осмотреться, однако девушка не задерживалась здесь, после того как убедилась, что никого в доме нет, выскочила из него, перелезла забор и оказавшись на перекрестке дачных массивов была несказанно рада. Не разбирая дороги Саша просто рванула по знакомой табличке Крымская улица. Возле электро - столба свернула на Вишневую и вырвалась на знакомые дома. Это были дачи, где они с пацанами провели всё своё детство. Как только это осознание дошло до девушки, Александра радостно взвизгнула, ударила в ладоши, но вновь поежилась от боли. Вот, Саша бежала к знакомым, голубым панельным домам. ___       Парни дружно обсудили план своих действий на этот вечер. Правда, Пчёлкин почти не участвовал, так как здравомыслящие Белый и Фил прекрасно понимали, что он просто разнесет там всех и всё.       — Пчёл, коксу хочешь?       — Кос, да пошел ты!              — Эх, а я говорил тебе, ну, не тяни ты девчонку с нами на дно. Нет же, я ж у нас самый тупой. Успеет он остановиться... Ага, конечно! Остановился, молодец! — Саша не винил друга, но, похоже, до его сознание только сейчас окончательно дошло, что твориться в их маленьком мире.       — Ну да, давай, теперь обвини во всем меня! Саша, да, я виноват! Но я люблю её, и ты это знаешь! Что было бы с ней, узнай она, что мы могли, но не нашли её!       — Саш, от части, он прав. Пойми, она бы легла обратно...        Фил понимал его, однако обвинять во всем Витю было не разумно. Если виноваты - то все вместе. Так всегда было, есть, и будет. И по другому никак.       — Да, только я же просил его.!       — Саш, не вини себя, ты все сделал правильно, как и Витя. — попытался хоть как-то переубедить того Холмогоров.       — Кос, а если она мертва! А если она уже в...       Прямо в скулу Белому прилетел кулак друга, который откинул зелёную бутылку любимого алкоголя в стену, и та с грохотом разбилась о неё и звонко громыхнулась на офисный паркет.       - Так, так, так! Всё, брейк!       Филатов на пару с Космос кинулись разнимать друзей, которые набросились и начали засыпать друг друга ударами, даже не целясь. Так, куда попал - туда и попал. Они будто бы с цепи сорвались.       — Насекомое, угомонись!       — А, ты Белова вспомни, когда ты Елисееву прошмандовкой назвал!       — Ну так, сейчас никто никого не называл так!       — Ага! Он сейчас её похоронил, можно сказать! — возразил тому боксер, продолжая сдерживать Белого.       — Так, Пчёлкин, хорош. Мне иногда кажется, что это ты "принимаешь", а не Юпитер!       Махавший кулаками перед лицом друга Пчёл, которого Космос держал за один только пиджак, трещавший по швам от натиска, все же успокоился с горем по полам, поднялся с колен и протянул другу руку. Белов, тоже успевший успокоиться, не без посторонней и божьей помощи, пихнул Фила, обозначая, что он уже контролирует себя.       — Белый, прости меня, я не прав.       — Да ладно, я всё понимаю. Сам так же реагировал... Но и ты меня пойми, я не хоронил её, никогда. Просто сейчас мне так же плохо, как и тебе.       Для всех стал неожиданностью резкий стук в дверь. И из-за неё показалась золотистая голова Людочки, новой секретарши, которую Космос устроил к ним вместо Светки, из больницы.       — Александр Николаевич, там Ольга Евгеньевна просит очень к вам. Пустить?       — Да, конечно зови, Людочка.        Саша наскоро стер кровь с губы и уселся в кресло. Ребята последовали его примеру, отряхнулись, приводя смявшуюся одежду в порядок, и расселись по кожаным диванам, сделав вид, что ничего не было, чтобы не волновать пока девушку Саши.       — Сашуль, привет! — Следом за Олей вошла жена Фила - Тамара.       — Привет, мальчики! — Парни подошли к своим девушкам, стискивая их в объятьях.       — Девочки, как вы? Просто так или дело какое?       Девушки знали о прибытии Кудашовой в их жизнь и были невероятно счастливы, что их мужчины вновь засияли жизнью. Ни о какой ревности речи не шло, так как обе знали о ней всё, даже сами были знакомы лично.       Да и, к тому же Витя сразу дал понять, что это его женщина и никому он её не отдаст. Но загвоздка была в том, что бедняжки были не в курсе о похищении подруги, так как парни не хотели впутывать их не только в свою жизнь, однако ещё и в это дело будет очень опасно. Белов и Валера не решились на этот шаг. Может когда-нибудь, только не сейчас.       — Мы вас уже два дня не видели. Что-то настолько важное, что вы даже на ночь к любимым девочкам не приходите?       — Да... Заказ один, сложный больно.       Космос спасал ситуацию как мог, пока Саша и Фил впали в ступор, а Витя опять витал где-то в облаках, глядя в точку на полу, и прибывая в полнейшей прострации. Великий и Ужасный галантно подошел к дамам и, приобняв их за талии, повел к стойке администрации и Людочке за кофем.       — Людочка, завари нам кофе, пожалуйста.       — Конечно, Космос Юрьевич. — Девушка тепло улыбнулась, потянувшись за кофе.       — Ну какой "Космос Юрьевич", Люд. Просто Космос.       Она удивленно обернулась, искрящимися глазами посмотрела на парня, который таким же любвеобильным и весьма громко говорящим видом показывал о чувствах обоих молодых людей.       — Кстати говоря, девочки, знакомьтесь, это — моя девушка — Макарова Людмила Сергеевна. Людочка, это Оля и Тома, жены Саши и Валеры.       — Космос, я пока ещё не жена. — смутилась Оля.       — Ну вот, именно, что "пока". — Он подмигнул им, скрывшись за дверями кабинета с табличкой "Белов Александр Николаевич".       — Ну что, они там? Всё нормально?       — Естественно, только Сань, я представил Ольку, как жену, так что ты давай не затягивай. — Космос усмехнулся и закинул ногу на ногу, садясь на диван, цвета кофе с молоком.        — Скоро, скоро. Сейчас вся эта заваруха кончится, Саньку вытащим, она нам всем вставит, конечно же... И потом, со спокойной душой, женюсь. — Белый горько усмехнулся уголками губ, закинул ногу на ногу и уперся рукой в подбородок.       — Ещё не вечер, успеешь.       Глубоко вздохнув Витя положил тяжелую горячую руку на плечо друга, слабо улыбнулся. Тяжелая атмосфера вновь вернулась в комнату, начав душить своим существом чуть оклемавшихся парней. В кабинет вновь просунулись три женские головы.       — Мальчики, а мы тут с вами посидим, ладно?       Тамара тепло улыбнулась подсаживаясь к улыбающемуся, сквозь боль, Валере. Оля села на колени к Саше, а Люда смущенно присела возле Космоса, который растянулся в усмешке и притянул девушку к себе ближе за талию.       - Ну вообще-то у нас очень важное дело не завершено. Вон, жук наш вообще сидит и в пол втыкает. Обдумывает, мыслитель великий!       Белый усмехнулся, его блестящие и влажные глаза еле сдерживались от накрывавших мыслей. Ему самому было противно от того, что приходится врать Ольге, смеяться над Витей, у которого от безысходности скоро крыша поедет уже. Он старался держать себя в руках, ведь если бы он сейчас сдался, то подставил бы и Сашку, которая отдувается за них всех, и Ольгу и маму.       - Ну, если правда заняты, я вижу по твоему лицу, Сашуль, то мы пойдем. Да, девочки?       - Да-да, конечно.       - Предлагаю к нам!       Ольга оживилась, слегка расцепляя кольцо из рук на шее парня. У них была небольшая съемная квартирка, в которой они жили вместе с Сашей после того, как съехали от бабушки Ольги.       — Вот-вот. Возьми бумажник, купите с девчонками себе что-нибудь, а мы потом с пацанами заценим. Да, мужики?        — Да.       Эхом отскочив от стен, донеслось гулкое совместное согласие мужского пола и девочки, схватив бумажник Белова, спрыгнули с колен парней, не забыв поцеловать их, и, задорно смеясь, вышли из офиса.