Миллион-ноль в твою пользу

Никите было пять, когда он впервые увидел его. Тогда это не стало чем-то особенным... Просто обычная встреча. Хотя нет. Никита врал сам себе. Уже тогда это было сродни новогоднему чуду. Этого человека Никита запомнил надолго. Так надолго, что через пятнадцать лет он сразу его узнал. Но это если забегать вперед. А пока... Пока Никите исполнилось пять. Он тогда многое не понимал. И не знал, почему его отец иногда ведёт себя странно... Почему он иногда так кричит, шатается, почему мама так часто плачет... И начиналось это резко. Вроде все хорошо, спокойно. Никита играл в игрушки, смотрел мультики на телевизоре, а потом с отцом что-то происходило. И Никите становилось страшно-страшно. Папа был другим. И иногда Никите казалось, что это не он. Тогда он прыгал под одеяло и плакал-плакал от страха... Так, чтобы не видела мама. В этот Новый год, когда Никита ждал подарки от Дедушки Мороза, отец опрокинул елку. Игрушки разлетелись в разные стороны, и мама изрезала все руки. Было так много красного... Такого, как кафтан Дедушки Мороза. Но это был плохой красный. Очень плохой. Лицо Никиты опухло от слез, а всхлипы мамы не давали ему спать всю ночь. Наутро чуда не случилось. Папа не прекращал кричать, а елки, под которой должны были лежать подарки, просто не было. Следующий день Никита смотрел в окно на одинокий фонарь и играл своей любимой зелёной машинкой. А утром, второго, Никиту отвели на елку. В садик. Мама его проводила. Настроение Никиты мгновенно поднялось. Он сжимал в руках серебряный пакет с конфетами и смотрел, как девочки-снежинки водят вокруг ели хороводы, а потом, как Дедушка Мороз спасает зверей от злой Бабы-Яги... Он смеялся и держал за руку свою подругу Наташу. Никита боялся Бабы-Яги и прятался от неё за спину воспитательницы. Он был счастлив. А потом, когда все закончилось, и родители стали собирать детей домой, Никита вдруг понял - мамы нет. Наташе помогли надеть розовый комбинезончик, а Никита натягивал куртку и шапочку сам. Страх начал забираться ему под кожу, но он приказал себе не бояться. Мама, наверное, на улице... Ждёт его на крыльце. Но снаружи никого не оказалось. Детей держали за руки, несли, прижимая к груди, везли на санках и ватрушках. А Никита, растерянный и испуганный, стоял на крыльце в полном одиночестве. Мамы не было. Серебряный пакет в руках задрожал. Никиту никогда не возили на санках или ватрушках. Маме было тяжело, а папа... Папа, когда Никита его видел, почти всегда кричал. Ему было не до санок. Конфеты выпали из рук Никиты. Пальцы его стали совсем слабыми. Разноцветные фантики засверкали на снегу, словно драгоценные камни. До новогоднего чуда Никиты оставалось совсем немного. Время до него отбивали куранты. Шестьдесят, тридцать, двенадцать, семь... три, два... Один. Никита смотрел на конфеты, и фантики почему-то расплывались. Он стал видеть очень плохо. Поэтому Никита не сразу заметил, что сладости со снега принялись поспешно собирать... Он удивленно смотрел на длинные, тонкие, бледные пальцы, а потом произошло нечто совсем странное. Никита взмыл вверх, а земля будто отдалилась. Он парил! Только через пару минут, наблюдая за искрящимися хлопьями снега, Никита понял - его подняли на руки. Его подняли на руки! Впервые! Почему-то он снова ничего не видел. - Почему ты плачешь сильнее? Боишься меня? Эй, я не страшный! Я даже собрал твои конфеты! - прозвучал совсем рядом низкий, почти строгий голос, который вдруг опустился до шепота, - Ох, мне никогда не понять женщин и детей! Сколько их не заводи! Никита медленно повернул голову, и его глаза расширились. Его поднял на руки человек. Определенно человек. Кто это мог ещё быть? Вот только... - А вы мужчина или женщина? - непосредственно поинтересовался Никита. Он склонялся к версии, что мужчина. Голос был грубым. Не мелодичным, как у мамы. Но этот человек был очень... Очень красивым? Никита таких мужчин не видел. У человека были глаза, как у лисицы. Хитрые и насмешливые. Большие. И тёмные-тёмные. Почти чёрные. В свете фонарей, казалось, что они отливают красным. У человека были длинные, идеально прямые чёрные волосы. У мужчин таких не бывало. Но в целом... Человек на женщину был не похож. Какой-то весь тёмный и резкий. Он был больше похож на куклу. На фарфоровую. Страшный и красивый одновременно. Никита боялся фарфоровых кукол. Он посмотрел на землю. Спрыгнуть или нет? Человек вдруг рассмеялся, обнажая белоснежные, ровные зубы. И немного заострённые клыки. Никита вздрогнул. На землю захотелось спрыгнуть сильнее. - Я мужчина, - нахохотавшись вдоволь, объяснил человек - мужчина, - Что навело тебя на мысль, что я - женщина? Никита задумался. Интерес зашевелился внутри него, поглощая страх. - Вы красивый, - медленно пояснил он, - И у вас волосы длинные. Мужчина снова рассмеялся. - Ты тоже хорошенький. Как барашек, - улыбнулся ему он и дернул за кудрявую прядь, - А мои волосы... Я просто посчитал, что несправедливо, что только девочки носят такую длину! Что за ущемление прав! Девочки эту прическу не резервировали! Хочу и ношу! Между бровей Никиты пролегла складка. Это была интересная мысль... Что-то в ней ему понравилось. Никита посмотрел на мужчину без прежнего страха и с любопытством спросил: - Почему вы без шапки? Холодно. Мама говорит, что, если ходить без шапки, отвалятся уши... Вряд ли этот мужчина хотел себе такую печальную участь. - Ох, а у меня иммунитет к холоду. И уши у меня держатся слишком хорошо, чтобы отпадать, - легкомысленно пожал плечами мужчина, - А вот тебе все правильно мама говорит. У тебя ушки маленькие. Точно отпадут. Твоя мама - очень мудрая женщина. Где она? Я бы хотел выразить ей признательность за великую мудрость... Глаза Никиты снова наполнились слезами. - Она... Не забрала меня, - тихо-тихо шепнул Никита, - Не пришла. На красивом лице мужчины промелькнуло беспокойство. - Как не пришла? - громко воскликнул он, - А отец? Маленькое тело Никиты затряслось. - Папа никогда не приходил, - прохрипел, заикаясь, Никита и вдруг выпалил, не в силах молчать, - Он... Странный. Он постоянно ругается. И он... Опрокинул елку. Он постоянно шатается... Он... Никита внезапно замолчал. А вдруг его папа был болен? - Хмм... Алкоголизм, да? - обронил непонятную фразу мужчина, - Знакомо. Заметив недоумённый взгляд Никиты, мужчина спокойно пояснил: - Мой отец тоже постоянно шатался. Но он был не агрессивным. Только шатался и спал. Но все равно дико бесил меня... - И он до сих пор шатается? - грустно уточнил Никита. - Нет, - на лице мужчины прорезалась кривая улыбка, - Он дошатался. Все. Дошатался? Что это значило? Тело Никиты сковало ужасом. - Эй, ты чего снова плачешь? - испугался мужчина, - Я же пошутил! Все хорошо! Мама твоя скоро придёт... У тебя в руках вкусные конфеты. Дедушка Мороз надарил тебе много подарков... Никита почти взвыл от горя. - Я был очень-очень плохим мальчиком! - расплакался окончательно он, - Мне дедушка ничего-ничего не принес! Мужчина пару минут пристально смотрел на него, а потом решительно кивнул и торжественно объявил: - Так, отставить плач! Дедушка Мороз не может приносить подарки всем! Не хватает времени, понимаешь? Поэтому он оставил мне твой подарок и попросил меня передать его тебе! Мужчина расстегнул кожаную куртку и вытащил наружу достаточно большого плюшевого медведя. Никита мгновенно замолчал, восторженно разглядывая милую мордочку. А потом он расстроился. - Почему медведь розовый? - озвучил свои сомнения Никита, - Я не девочка. - А с чего ты решил, что розовый - девчачий цвет? - искренне возмутился мужчина, - Я обожаю розовый! А я - настоящий мужчина, чтоб ты знал! - Но вы весь в черном! - недоверчиво пробормотал Никита. - Зато у меня пижама розовая! - не растерялся мужчина, - И обои розовые, и ванная розовая, и туалет... Никиту передернуло. Розовый туалет - это слишком. Но медведя он к груди прижал, словно величайшую драгоценностью. - Ёнко! - внезапно раздался высокий, злой голос, и Никита снова вздрогнул. Прямо рядом с ними возникла красивая женщина с кудрявыми, светлыми волосами. Шуба ее была почти воинственно распахнута. Мама говорила с тяжелым, тоскливым вздохом, что это норка. Никита знал. Знал, потому что эту женщину он видел не в первый раз. Это была мама Наташки. Его подруги Наташки. Наташка ему нравилась. Она была доброй. Всегда делились своими игрушками... - Ёнко! Почему ты снаружи?! - продолжала кричать мама Наташки, - Почему у тебя на руках чужой ребёнок?! Снова не твой! Для чужих ты - все, для своего - ничего? Как так можно?! Где игрушка для Натальи?! Глаза мужчины вспыхнули тьмой, а его губы плотно сжались. - Я куплю подарок по пути домой. Не переживай. Я никогда своего ребёнка не обижу, - сквозь зубы прошипел он, - Просто мальчик стоял один на улице и плакал. Я не мог не подойти. - Ты за Никиту не переживай! - мама Наташки чуть сбавила обороты, - У него отличная мама. А папа, хоть и пьяница, но уж получше тебя, старого бля... Никите вдруг зажали уши. Он сам не понял, как оказался в помещении. На скамеечке, напротив гардероба. - Сиди тут и никуда не уходи, Никки. Мама придёт за тобой, обещаю, - поспешно начал говорить мужчина, - Но если вдруг задержится... Смело иди к воспитательнице. Я не могу оставаться с тобой. Иначе орлица точно выклюет мне печень. А она мне ещё нужна. Никита испугался. Он не хотел, чтобы этому красивому мужчине выклевали печень! - Идите быстрее! - схватил в ужасе его за руки Никита. - Ты прелесть! - рассмеялся мужчина, а потом погладил его по голове и добавил, - Запомни, Никки... Если какая-то женщина попытается затащить тебя под венец, беги от неё подальше! От женщин одни проблемы! - Я не собираюсь жениться! - упрямо заявил Никита. Интересно, почему мужчина его так странно называл? Он Никита, а не Никки! Мужчина вдруг расхохотался сильнее. - Ох, кого мы с тобой обманываем, Никки? - покачал он головой, - Женщины - такие красивые. - Вы - красивее любой женщины, - со всей искренностью заявил Никита. Мужчина почти задохнулся от смеха. - Ладно-ладно, вырастешь - поймёшь, насколько был не прав, - мужчина снял с него шапку и пригладил смятые кудри. Забегая вперед, - Никита не понял. Этот мужчина оказался самым красивым человеком, которого он видел. Ничего не изменилось. Мужчина улыбнулся ему на прощание и ласково произнес: - Пока-пока, Никки... Жди маму. И никуда не уходи. Мужчина исчез. Никита даже не успел поднять руку, чтобы помахать ему на прощание. Мама пришла, когда в помещении почти никого не осталось. Она молча взяла Никиту за руку и увела. Никита ничего не спрашивал у неё. Молчал. Потому что у мамы под глазом все было красным и опухшим... Горло Никиты болело, словно он кричал. Только дома мама заметила, что в руках у сына незнакомый, розовый медведь. - Кто тебе его дал? - устало произнесла она. - Красивый мужчина, - сказал чистую правду Никита. Мама будто испугалась. - Что за красивый мужчина? - нервно произнесла она, - Знакомый? Не знакомый. Но... - С ним ругалась мама Наташки, - вспомнил Никита. Кажется, она даже обзывала его. Плохая тётенька! Мама задумалась, а потом пробормотала себе под нос: - Значит, это отец... Тот самый. И чего ругается? Подумаешь, гуляет... Нашла проблему! Нагуляется и остепенится! Такие мужчины всегда гуляют... Станет старше - поймёт. Никита едва заметно кивнул. Он тоже гулял! И ничего-ничего плохого в этом не было! Такого хорошего человека ругали из-за ужасных пустяков! Никита почти расплакался из-за несправедливости. А вскоре он разревелся окончательно. Папа снова кричал. И Никиту заперли в комнате. Никита слышал шум, удары и плач. Ему было страшно-страшно. Он сжимал в руках розового медведя и плакал. Но утром тьма рассеялась. Мама открыла дверь, и Никита, утопая в ее объятиях, немного успокоился. Каникулы прошли спокойно, папа не ругался, и Никита почти почувствовал себя счастливым. Единственное, что его беспокоило, - это тот мужчина... Отец Наташи. Никита хотел увидеть его ещё раз. Чтобы сказать «спасибо». Или просто увидеть... Вдруг Дедушка Мороз что-то ещё передал Никите через него? Этот мужчина точно был волшебным. Именно после его визита все наладилось... Но после каникул Наташка заболела. А когда она пришла в детсад, и Никита задал ей вопрос про папу, то та вдруг расплакалась и ничего не ответила. Больше ничего от неё Никита не добился. А вечером за Наташей пришёл полненький мужчина в очках. Наташка назвала его папой. Этот мужчина потом часто приходил за ней, и Никита ничего не понимал. Его держал на руках совсем другой мужчина... Никита долго думал, даже спросил у Наташи про папу снова, но подруга молчала, и тогда Никита понял - тот мужчина, с длинными, чёрными волосами, не был человеком. Это был настоящий Дед Мороз. Тот самый, из сказок... Другого объяснения Никита найти не мог. И пусть его Дед Мороз был странным - не таким, как показывают в мультиках, он все равно был лучшим. Потому что сотворил настоящее чудо. Однако, волшебства хватило ровно до следующего Нового года. Дед Мороз Никиты больше не появился, и чудеса закончились. Отца не стало. Ещё через год мама нашла новую семью, и места Никите в ней не было. Никиту отправили к бабушке. В первый класс он пошёл в чужом, незнакомом, огромном городе... Свое новогоднее чудо Никита увидел второй раз через пятнадцать лет после первой встречи.