Миллион-ноль в твою пользу

Домой добирались молча. Евгений Андреевич даже музыку выключил. Тишина была какой-то напряженной. С чего бы? Из-за поцелуя? Никита нахмурился. Надо было целовать Евгения Андреевича и целовать! Меньше бы думал. Или думал бы, но не о том... Ладно, приедут домой - Никита не будет терять время. Займёт мысли Евгения Андреевича чем-нибудь другим. Никита, кажется, стал жадным. Очень жадным. Наверное, в этом была вся суть людей. Когда они получают одно, им хочется и второе. Больше и больше... Ещё недавно Никита рассуждал о том, что ему хватит и того, что он просто будет рядом с Евгением Андреевичем. А сейчас Никита стал таким прожорливым. Ему и поцелуя мало. Забавно. И в то же время... Не очень. Надежда - это самое опасное в мире чувство. Но Никита полагал, что в его случае она была оправдана. Но дома закончить начатое - предаться страсти, не удалось. Евгений Андреевич умчался в душ с такой скоростью, что у Никиты отвисла челюсть. - Надеюсь, он не топиться пошёл, - тяжело вздохнула Наташа. Никиту передернуло. Впрочем, он был уверен, что Евгений Андреевич ничего не будет с собой делать. Правда, Никита зачем-то терся у ванной комнаты полчаса, прислушиваясь к звукам, пока Евгений Андреевич не вышел за халатом, удивленно приподнимая брови. Никита притворился, что он просто «мимокрокодил», и унёсся на костылях так быстро, как только мог. На кухне копошилась Наташа. Делала себе бутерброд. Очень кривой, кособокий и неаппетитно выглядящий. Никита тяжело вздохнул, ковыляя к холодильнику. Семейство Тайбери пора было спасать. А от умрут от голода. - Наташ, что ты хочешь поесть? - оглядывая полки холодильника, мягко проговорил Никита, - Могу что-нибудь сделать. Только не очень сложное. Наташа мгновенно воодушевилась. Но заказ озвучить не успела. Евгений Андреевич захлопнул холодильник прямо перед носом Никиты. - Никки ничего делать не будет. Наш Никки пойдет отдыхать, - сурово произнес Евгений Андреевич, - С голоду не умрем. Закажем доставку. Никки, что ты хочешь? - Давай ему устрицы, - с лёгким ехидством буркнула себе под нос Наташа, - Говорят, они повышают мужскую силу... - Тогда это мне надо, - съязвил ей в ответ Евгений Андреевич, - У Никки явно с этим все прекрасно. А вот я - дряхлый, старый пень. Не стоит, как говорится. - Фу, папа! - мгновенно завизжала Наташа, - Не хочу это знать! - Не хочешь, тогда молчала бы! - строго произнес Евгений Андреевич, - Следи за тем, что ты говоришь! И кому ты это говоришь! - Может, я все же что-нибудь приготовлю? - с тяжелым вздохом прервал их спор Никита. Только ругани им и не хватало. Никита бросил взгляд на Евгения Андреевича, повернувшись, и мгновенно потерял дар речи. Евгений Андреевич выглядел немного иначе. В коротком халате на голое тело. С большим вырезом. С влажными волосами, собранными в низкий хвост, чтобы не мешались. Правда, некоторые пряди выбивались у него из хвоста, прилипая к его лбу и скулам. Глаза Евгения Андреевича были тёмными и в свете ламп кухни казались почти вишневыми, очень насыщенными. Действительно как спелая черешня... Во рту стало сухо. Особенно, когда Никита опустил взгляд и сосредоточил все свое внимание на чуть влажной груди. Да так и замер. Потому что это была очень красивая грудь. Чисто мужская. Не рельефная и не накаченная, а очень естественная. Золотая середина. Идеал. Захотелось уткнуться в неё носом и дышать, дышать... Никита тяжело вздохнул и с трудом поднял взгляд, вздрогнув. Оказывается, Евгений Андреевич смотрел на него. И взгляд его был тяжёлым, почти физически ощутимым... Дышать стало сложнее. Чтобы прервать долгую, невыносимую паузу, Никита ляпнул первое, что пришло ему в голову: - Вы решили отращивать волосы? Евгений Андреевич едва заметно порозовел. - Ммм... - не сразу ответил он, растерявшись, а потом взял себя в руки и произнес, - Да? Просто в молодости у меня были длинные волосы. И... На меня обращали внимание больше. Хотя это не из-за волос, наверное... Просто когда мы впервые встретились, у меня были они длинными, и... О Господи, просто забудь, ладно? Когда мы впервые встретились, тебе было пять лет. Я несу какую-то чепуху, не слушай меня. Никита слабо улыбнулся. О, так он это ради него? - Вы совсем меня не жалеете, - тяжело вздохнул Никита. Евгений Андреевич в непонимании посмотрел на него. - Я устану отгонять от вас поклонников, - спокойно объяснил Никита, покачав головой, - Так вы будете обращать на себя ещё больше внимания. Я же умру от ревности, Евгений Андреевич! - Не стоит меня ревновать, - едва слышно проговорил Евгений Андреевич. Не стоит. И почему? Их глаза встретились. И чёрные - те, которые были напротив, буквально затянули Никиту. Почти поработили. В животе ухнуло, а по коже пробежали настоящие мурашки. Глухой шорох сбоку еле привёл Никиту в чувства. С трудом он вспомнил о Наташе. Та в полном шоке смотрела на них круглыми глазами и ела шоколад, шурша оберткой. Никита тяжело вздохнул. Снова начали не в том месте и не в то время. Евгений Андреевич тоже заметил Наташу и мгновенно подорвался с места, на ходу буркнув что-то про доставку... Наташа закашлялась, подавившись шоколадом. - Прости, - еле просипела она, - Я снова помешала. Но это... Вы... Наташа замолчала, не зная, как продолжить фразу. - Да понял я. Не при тебе, - поспешил успокоить ее Никита. - А вообще, папа уже готовенький. Поплыл, - губы Наташи растянулись в довольном в оскале, - Осталось только дожать. Он постоянно срывается. С совестью, видимо, не может договориться... И чего вдруг о ней вспомнил? Ладно, шучу... Просто ты реально ему очень нравишься, я думаю. Ага, и как дожать? Не ловить же и к стенкам прижимать! Хотя... - У меня есть идея. Очень хорошая, - внезапно сбила ход мыслей Никиты Наташа. Глаза ее горели чёрным пламенем. - Заставим батю ревновать! - подытожила Наташа, сжимая воинственно кулаки, - Пусть думает, что, если он будет клювом щёлкать, то тебя могут увести! И уведут очень быстро! Потому что ты реально у нас красавец! И умница! Никита закатил глаза. Снова дурацкие идеи Наташи? Может, не надо? - Не думаю, что я хочу так поступать с твоим отцом, - Никита открестился от гениальной идеи Наташи, - Да и как ты хочешь ревновать его заставить? Опять найдёшь какого-то несчастного парня, который даже не подозревает о своей истинной ориентации, и спустишь на него собак в виде своего отца? - Да не! - махнула рукой Наташа, - Никто не пострадает! Никого припрягать не будем! Так справимся. У меня реально гениальный план! Сейчас только Иосе напишу, чтобы подыграл.... Введу его в курс дела! Она действительно начала что-то лихорадочно набирать на телефоне. Ага, то есть его в курс дела необязательно вводить? Ну да... Зачем? - Наташ, я не думаю, что хочу заставлять Евгения Андреевича ревновать, - пробурчал устало Никита, - Если любит, то любит... Не надо его подталкивать. Пусть сам все решит и даст мне уверенный ответ... К чему эти принуждения? Наташа его не слышала. На ее лице расплылась акулья улыбка. Поругаться с ней не удалось. На кухню вернулся Евгений Андреевич. И что-то Никита начинал нервничать. Идеи Наташки обычно не заканчивались хорошо...