От пяти до двенадцати

Камелия лениво переворачивается с одного бока на другой, недовольно и невнятно что-то мычит, чувствуя дискомфорт от непривычно твердой поверхности. Неужели за ночь её матрас стал настолько твёрдым? Девушка недовольно фыркает, когда щёку щекочет нечто очень мягкое, и подкладывает под голову руку, согнутую в локте, наслаждаясь, вероятнее всего, последними минутами в царстве Морфея. Приятное журчание воды словно у самого уха, птицы, которые щебетали какую-то только им известную песню на своём языке — всё это невероятно расслабляло, и желание спать со временем только усиливалось. Наверняка это Эми позаботилась о том, чтобы её пробудил не громкий голос из-за двери, а такие приятные звуки. Но почему-то ей казалось, что пора вставать. Девушка перевернулась на спину, сладко потягиваясь после прекрасного сна и принимая сидячее положение, дабы поскорее проснуться. Однако резкий шорох совсем неподалёку заставляет её открыть глаза и повернуть голову в сторону шума. Она несколько долгих секунд смотрит пристальным взглядом на парня, которого до этого момента видела только на экране ноутбука. И этим парнем был, мать его, Камило Мадригаль. Собственной персоной. Неужели он теперь ей ещё и сниться стал? С другой стороны, это прекрасная возможность рассмотреть его поближе и пообщаться, хоть и во сне. — Камило! Люби-и-имый! — с улыбкой подрывается с места младшая, в миг оказываясь рядом с юношей, который с интересом в глазах наблюдает за ней. Она осматривает его с ног до головы, откровенно любуясь, а затем тянет к себе за жёлтую ткань руаны и прикладывает к своей щеке, наслаждаясь её мягкостью. Девушка ещё пару секунд стоит так, не двигаясь, после чего отпускает одежду и проходится пальцами по чужому телу до лица, изучая каждый, казалось бы, миллиметр. — Невероятно… Ты как будто настоящий! Она притягивает его ближе к себе и аккуратно касается волос, удостоверяясь в том, что они мягкие как на вид, так и на ощупь. Он вообще, кажется, весь мягкий. — У тебя такие прекрасные волосы! А эти щёчки! А эти веснушки… я не сразу их заметила поначалу, но они тоже прекрасны… Густые брови, тёмные веки… они… кажется… накрашены… Да и пусть! Значит, что ты следишь за собой. И у тебя такой прекрасный носик картошечкой… Я так давно хотела тебя встретить в реальности, поговорить и обнять… Знал бы ты, что я ношу твою маленькую фотографию как амулет на удачу, так счёл бы меня за ненормальную… Под конец своего непрекращающегося монолога, который сопровождался нежными и в какой-то мере робкими прикосновениями девушки, та без лишних слов внезапно крепко обнимает парня за шею. Она стискивает его в объятьях так, будто он был для неё самым дорогим человеком, с которым они уже давно не виделись вживую. Медленно качаясь из стороны в сторону, Камелия была невероятно счастлива такому прекрасному сну. — Кхм… может, ты меня отпустишь уже и скажешь, кто ты такая? — раздаётся голос у самого уха, но младшая не спешит отстраняться, замирая на месте. Юноша щипает ту за бок, вероятно, чтобы отпустила, и он этого добивается: девушка сразу отстраняется, глядя на него взглядом с немым вопросом. — И почему «как будто»? Я настоящий. Или ты ещё не до конца проснулась, что так чудишь? Только сейчас Камелия удосуживается оглянуться по сторонам, замечая, что среди них, мать его, густой лес, а рядом вода. Ей очень знакомо это место, но откуда? Стоп… Она что, попала в мир мультфильма, который посмотрела недавно? И это не сон? Девушка хмурится и снова щипает, но только уже за руку, пытаясь таким образом заставить себя проснуться. Однако ничего не получалось: кроме терпимой боли не происходило абсолютно ни-че-го. Прекрасно. И каким образом она вообще сюда попала? Прокручивая в голове события прошлого вечера, она вспомнила обряд с Эми, посвящённый этой теме, а ещё раньше… желание? Неужели это сработало её желание? А ещё до неё только дошло то, что она бесцеремонно облапала свой объект воздыхания без какого-либо согласия. Уши вмиг загорелись ярко-алым. — Где я? «Лучшая защита — это нападение», — говорили они. — В Энканто, конечно же. — Бруно вернулся? Как давно? — Ну да, года два назад, — с задумчивым видом отвечает Камило. Что ж, значит, она попала не в события мультфильма. Уже хоть какая-то информация. — Что-то необычное происходило? — Эй, стоп-стоп-стоп. Остановись, притормози. Это я должен задавать тебе вопросы, а не ты. Давай поменяемся местами, — Камило за всё это время, наконец, сдвигается с места: делает шаг в сторону девушки, которая, в свою очередь, делает закономерный шаг назад. Он ловит чужой взгляд и всматривается в зелёные глаза, будто пытаясь разгадать какую-то загадку, но каждый раз упускает ответ из виду. — Кто ты? — Девушка… — Я это и сам вижу. Допустим. Как ты здесь оказалась? Ещё шаг. — Не знаю. — Откуда ты? Шаг. Ещё немного, и это было бы похоже на какой-то танец на расстоянии. — Из… — девушка неловко мнется и, не зная что сказать и делая шаг назад, спотыкается об камешек. Она падает назад, вытягивая руки в поисках поддержки. Камило откликается на немой крик о помощи, хватая её и прижимая к себе это ужасно неуклюжее создание. Но, кажется, именно это качество делало её ещё милее. Они стоят в таком положении пару минут, пока Камелия не приходит в себя и не решает отстраниться первой. Кажется, её лицо загорелось ещё сильнее. — Похоже, ответа я не дождусь, — усмехается юноша, наблюдая за тем, как та неловко мнет свою футболку от довольно милой пижамы. — Пошли. — Куда? — К тому, кого ты назвала «Бруно», — пожимает плечами тот. — Я буду твоим проводником, но на большее можешь не рассчитывать. Камило на секунду снова накидывает на себя маску полного безразличия, а после резко перевоплощается в девушку, стоящую напротив, пародируя её действия и мимику. — Не бойся, тебя никто не съест. Если хочешь, могу, как ребёнка, за ручку проводить до Каситы, — подмигивает Камило в образе таинственной, но очаровательной незнакомки, и та даже слегка улыбается, не в силах сдержаться. Она смотрит на себя, будто в зеркало: немного растрёпанные кудрявые волосы, в которых где-то застряли травинки, зелёные глаза, ночнушка, босые ноги… И почему она предстала перед своим объектом обожания именно в таком виде, а не в том прекрасном платье, в котором она встречала гостей в новогоднюю ночь? — Хорошо, но от руки я, пожалуй, откажусь. Спасибо за предложение. «Главное, держать себя в руках, быть прохладной и точной, как лезвие», — как-то читала в книжке она. Парень возвращает настоящий облик и без лишних слов идёт в сторону еле видимой тропинки, заставляя просто шагать за ним хвостиком. Именно этим и занимается Камелия, подрываясь со своего места и подчёркивая для себя то, что она немного его ниже. Она останавливает свой взгляд на спине юноши, рассматривая узоры на жёлтой руане, и её мысли улетают куда-то далеко в облака. Иногда так далеко, что она умудряется отставать от Камило. Чёрт, ну и угораздило же её загадать на Новый год именно такое желание. — Кстати, а как тебя зовут-то хоть? — спустя несколько долгих минут ходьбы по тропинке спрашивает парень, не оборачиваясь. Девушка мысленно улыбается, закусывая губу и подмечая то, что он ею всё-таки заинтересовался. Иначе бы имя не спрашивал, да? — Камелия. — Камило… Девушка кивает, прекрасно понимая, что своё имя он назвал только ради приличия. Она чувствовала одновременно невероятный стыд за свои действия и счастье от того, что смогла в реальности пощупать Камило. Однако на данный момент её мысли были заняты не только этим, но и их дорогой до Бруно. Прокашлявшись, та задаёт вопрос чуть громче: — Зачем мне идти к нему? Почему не к Альме для начала? — Во-первых, слишком много вопросов, ответы на которые ты получишь позже, — бормочет Камило, через секунду продолжая. — Во-вторых, хватит и того, что «во-первых». Камелия никогда бы не подумала, что у Камило такой острый язык. Однако ей это даже нравится. К её глубокому сожалению, на этом их «разговор» заканчивается. Никто из них больше не смеет проронить ни слова до того момента, пока они не приходят в деревню. Девушка смиряется с чужими взглядами, направленными на неё, и почти вслух умиляется с того, как парень здоровается с каждым жителем. Всё-таки он такой дружелюбный и улыбчивый, но… Почему к ней относится достаточно сдержанно? Вероятно, ответ лежал на поверхности: она была странной незнакомкой, появившейся неизвестно откуда. Но почему юноша находился рядом, когда та проснулась? Недовольно фыркая своим мыслям, девушка останавливается на образе Камило, который немного отличается от того, кого увидела в мультфильме. Спустя ещё несколько минут скитаний по деревне они всё-таки подходят к главному дому Мадригаль, который встречает их, открывая двери. Внутри никого, кажется, не было. Или так только казалось. — Касита! Ты не знаешь где дядюшка Бруно? — машет ей в ответ парень, и девушка, конечно, тоже. Он улыбается и оглядывается в поисках Камелии, но, встретившись с её взглядом, возвращает своё внимание обратно к Касите. Сердце младшей сразу же пропускает удар, когда они на секунду встречаются глазами. Прекрасный, прекрасный, прекрасный… В ответ Камило плитка на полу волной покатилась в сторону лестницы, а на втором этаже запрыгал пол рядом с лестницей, которая ведёт в комнату Бруно. — Отли-и-ично, — протянул Камило и, не оборачиваясь назад, поманил рукой девушку за собой. Она в это время с блестящими глазами наблюдала за всем происходящим невероятным волшебством, искренне наслаждаясь проведёнными минутами здесь. — О нет… Мы будем подниматься к нему по той ужасно длинной лестнице? — недовольно бормочет Камелия, медленно идя за кудрявым юношей, который резко останавливается и пристально смотрит на ту. Она что, это вслух сказала? Чёрт. — Откуда ты знаешь какая у дяди Бруно комната? — задаёт он вполне логичный вопрос девушке, которая появилась неизвестно каким образом в их мире на том месте, где зародилась магия. Камелия теряется: глаза непроизвольно начинают бегать по чужому лицу и предметам, избегая взгляда Камило, пальцы сжимают футболку, оттягивая её немного вниз. Жёстко просчиталась. — М-м… может… пойдем? — истерично смеётся та, улыбаясь крайне неловко и зачем-то указывая на комнату пальцем. К её великому облегчению, Камило решает, видимо, оставить этот вопрос на потом и, поворачиваясь обратно, идёт дальше, а у самой двери пропускает вперёд. Вот это джентльмен. Но «спасибо» девушка за то не говорит, только ускоряет шаг к ступеням, которые ведут наверх. Их количество устрашает. — Ну что ж, я тебя провёл, а дальше сама как-нибудь справишься, — подаёт голос парень, наблюдая за тем, как Камелия стремительно отдаляется от него. — Как? Ты не пойдешь со мной? — резко останавливается она и на одних пяточках поворачивается в его сторону с немой просьбой в глазах. Ей бы очень хотелось погулять с ним, пусть даже и в тишине, но… — Нет. Я же говорил, что просто проведу тебя до его комнаты, — вскидывает брови он и ослепительно улыбается. Кажется, девушка была готова упасть прямо здесь и сейчас от этой улыбки, глаз, направленных на неё, и от невероятно обаятельных кудряшек. — А-а-а. Точно, — мнется Камелия, наблюдая за тем, как тот просто поворачивается и спокойно уходит от неё. И она снова остаётся одна. Прекрасно. В этот момент ей хотелось придушить этого чертёнка по имени Камило, и чувство того, что он не соответствует образу, ещё сильнее поглощало её, в пух и прах разбивая все положительные эмоции. Она делает глубокий вдох и выдох, начиная уже такой привычный счёт от пяти до двенадцати, чтобы успокоиться, и возвращается к реальности. К той реальности, где находится в вымышленном мире с вымышленными героями в милой пижаме и босыми ногами. Девушка уверенным шагом идёт к той самой очень длинной лестнице. И почему Бруно досталась именно такая комната? Ему самому что-ли не надоедает подниматься туда-сюда постоянно? Не лестница, а сплошное разочарование. Именно такие мысли овладевают её разумом, пока ноги постепенно несут к берлоге (именно так она назвала «комнату» Бруно) одного из Мадригаль, который обладает даром заглядывать в будущее. И всё-таки она не понимала, зачем туда идёт. Неужели это как-то связано с предсказаниями? Нет, быть такого не может! Спустя несколько долгих минут запыхавшаяся и уставшая, но довольная девушка переходит через довольно шаткий мост и опускается на землю, чтобы передохнуть. Только сейчас головная боль даёт о себе знать, и она опускает голову, прикрывает внезапно тяжёлые веки. Камелия тихо вздыхает, чувствуя усталость (а как иначе после более тысячи ступеней?) и грусть. Неужели она останется здесь навсегда? Или это просто сон? А если нет? Как же её семья? Эми? Мишель? Мама? Конечно, несомненный плюс в нахождении здесь был, и этим плюсом являлся Камило. Иногда кажущийся холодным и сдержанным, но в глубине души милый и прекрасный Камило. Но… она уже скучала по дому. Зачем ей здесь находиться? — Ну здравствуй, я ждал тебя, — неожиданно раздается голос, и Камелия резко поднимает голову и открывает глаза, направляя свой взор на того самого Бруно. Он выглядел прямо как в мультфильме. Только немного лучше и… реалистичнее, что ли. — Вставай, идём быстрее. Девушка тупо смотрит на чужую руку, предлагающую помощь, зависая на несколько секунд в одном положении. Взяв себя в руки, та поднимается сама, и мужчина лишь пожимает плечами, уходя в сторону своей «комнаты». Она послушно идёт за ним в то место, которое до этого видела только на экране ноутбука. Лишь теперь всё выглядит не столь заброшено, как ранее. Вазы, которые в мультфильме лежали на песке, сейчас аккуратно стоят на небольшой каменной возвышенности. Теперь всё не кажется таким… заброшенным. От вида его комнаты больше не веет чувством одиночества. — Для начала я бы… — Вас зовут Бруно. Меня Камелия. И нет, я совершенно не знаю, каким образом сюда попала. Это какая-то глупость… Ничего не понимаю, — её голос стихает к концу внезапно выпаленной речи, и она непроизвольно охватывает себя руками, будто защищая или пытаясь спрятаться от внешнего мира. Мужчина впереди старался держаться более спокойно, открывая круглую дверь в просторное помещение. Ему, как и Камило, было непонятно её резкое появление и то, что она явно знает больше, чем он вообще мог предполагать. — Ты была раньше здесь? — задаёт вполне логичный и ожидаемый вопрос Бруно, прикрывая вход за девушкой. — Нет, я ни разу здесь не была… Тогда откуда я вас знаю? Если вы так хотите услышать ответ на этот вопрос, то вот он: ваш мир является вымышленным, а я из реальности. Вы можете мне не верить, мне всё равно! Накануне я изучила ваш мир достаточно хорошо и… я предполагаю, что попала сюда только из-за того, что своим самым заветным желанием выбрала встретиться с Камило Мадригаль! А когда это сбылось, то вместо того, чтобы радоваться, я чувствую себя не в своей тарелке! — поддаваясь эмоциям и всё это время не поднимая взгляда с песчаного пола, на одном дыхании выдает та. Камелия не хотела смотреть в сторону Бруно: на глаза наворачивались слёзы, голос предательски дрожал. Пальцы впивались ногтями во внутреннюю сторону ладони, в мыслях шёл уже привычный счёт от пяти до двенадцати, чтобы девушка не расплакалась перед ним. Ещё этого не хватало. Она одновременно корила себя за только что сказанные слова и чувствовала, что ему может это сказать. Да и вообще: ей необходимо было кому-то это сказать. — …Ты была в моём видении, — после долгого молчания, наконец, выдаёт Бруно, слегка передёргиваясь всем телом. Может, даже и к лучшему, что он просто проигнорировал её слова?.. — Что?.. — Да-да, в видении. Как-то Камило уговорил меня посмотреть в будущее… Я отпирался, но потом согласился… И… Там была ты, спящая у реки, а рядом с тобой сидел мой племянник… У девушки перехватило дыхание; она, посмотрев на Бруно, который выглядел довольно обеспокоенным, беспомощно хлопала ресницами. Чего? Какое ещё видение? Про неё? Какого чёрта вообще происходит? Возникало множество в голове вопросов, на которые сложно было найти ответы. — Стоп, стоп, стоп и ещё раз стоп. И после того дня вы ждали моего появления? То есть, Камило ходил туда, дожидаясь именно меня? — Ну… да. — Отлично, — вздыхает младшая, запутываясь в происходящем ещё больше. Значит, она всё-таки попала сюда не из-за своего желания, а из-за видения Бруно? Или это как-то связано между собой? Взгляд снова падает на пол, а рука непроизвольно тянется к шее и нащупывает пальцами ту самую пуговичку. — Подождите… Я же здесь и… Вы можете снова взглянуть в будущее? Пожалуйста? — Ну-у-у-у, я не знаю, — неуверенно бормочет Бруно, резким движением руки перекидывая через плечо щепотку соли и нервно смеясь. Девушка наблюдала за мужчиной с неким сожалением: неужели за столько время он ещё не отошёл от состояния, которое было у него в мультфильме? — Ну, пожалуйста! У меня столько вопросов и ни одного ответа… Разве видение не поможет нам узнать, зачем здесь я? Помогите мне, пожалуйста, Бруно! — жалобно просит девушка, подходя к нему ближе. Щенячьи глазки её никогда не подводили, поэтому она строит самое милое (но в то же время жалобное) личико и смотрит на мужчину чуть ли не упор. Пальцами та хватается за его лохмотья. Старший жмется от такого напора. — Хорошо, хорошо. Только дай мне сосредоточиться, — девушка отходит ровно на два шага, а мужчина, как в мультфильме, очерчивает вокруг них круг, насыпает соль и поджигает только ему известно откуда взятые веточки. Всё, как с Мирабель… Он тянет руки, и Камелия без лишних вопросов берёт их в свои, крепко сжимая. Такие тёплые и большие. Всё резко взлетает, мечется по всему пространству, и глаза Бруно загораются одновременно пугающим и завлекающим зелёным огнём. Девушка продолжала ловить дежавю от этой сцены. В это время вокруг них начали появляться сначала непонятные нечёткие силуэты, в которых позже они разглядывают… лошадей? — Смотри внимательно и запоминай! Это может быть разгадкой! Камелия вглядывается усерднее: теперь она видит тройку лошадей, скачущих к деревне, на них всадники с… револьерами? Картинка резко меняется, и теперь девушка отчётливо видит себя и то, как она стоит рядом с двумя обнимающимися людьми? На этом видение обрывается так же резко, как и началось, и всё стихает. Только в руках Бруно появляется изумрудная табличка, слегка светящаяся, и девушка становится рядом с ним, чтобы увидеть то, что на ней изображено. Это невозможно. Должно быть, здесь какая-то ошибка. Абсолютно невозможно. На табличке четко изображена Камелия, а позади трое всадников. — И что это всё значит? — Видимо то, что они вернутся, и только ты сможешь спасти нас от них, — Бруно делает акцент на слове «они», впиваясь взглядом в табличку, будто пытаясь её как-то изменить. Было видно, как он нервно передёргивается из-за упоминания всадников, из-за которых это место и начало существовать. Столько лет они были в безопасности, а теперь эти варвары вернутся и всё разрушат? Да и вообще: каким образом Камелия могла им помочь? — Но... Но я ведь обычная девушка без какого-либо дара! Как я могу вас спасти от этих людей? — задаёт скорее риторический вопрос девушка и отрицательно машет головой, не в силах принять тот факт, что на неё ложится такая ответственность. Спасать чужой мир от каких-то трёх дядек на лошадях? Это что, сюжет второй части Энканто, в которую она случайным образом попала? Угораздило же её настолько вляпаться. — На этот вопрос я тебе ответить не могу, но ты должна остаться здесь. Я верю тебе. Верю, что ты попала к нам из другого мира… Девушка резко поднимает на него свой взгляд. Неужели он и правда ей поверил? Поверил в то, что их мир действительно нереальный, что она загадала такое глупое желание, без какой-либо насмешки над ней? Его наивности можно было позавидовать. Камелия продолжает смотреть на Бруно пустыми стеклянными глазами, пытаясь выстроить в голове целый пазл сложившейся ситуации: новый мир, прекрасный, слегка сдержанный, но неповторимый Камило Мадригаль, который тянет к себе сильнее любого магнита; а ещё спасение Энканто. Немного не так она представляла себе путешествие в этот волшебный мир. — …В любом случае, я не могу тебя заставлять, — после недолгого молчания продолжает мужчина, переводя взгляд с таблички на девушку, которая снова взгляд отводит и растерянно смотрит в одну точку. Видимо, именно сейчас наступил такой момент, от которого нельзя спрятаться нигде. Она должна выбрать: будет ли помогать им справиться или просто оставит их на уничтожение каким-то чудикам на пони, а сама будет искать способы вернуться обратно в свой мир? С одной стороны дом, милый дом, с другой — Камило… и Энканто, конечно же. Вот чёрт. Девушка поднимает взгляд на Бруно, который всё это время не сводил с неё глаз. Она вглядывается в его грустное лицо, будто пытаясь найти в нём ответы на свои вопросы и даже какое-то решение сложившейся ситуации, а после делает пару шагов навстречу и забирает табличку только для того, чтобы положить её на песочный пол. Камелия берет мужчину за руки, улыбнувшись самой теплой улыбкой, которой только могла. В её глазах сияли огоньки. — Я постараюсь помочь вам. Я обещаю, что сделаю всё зависящее от меня, чтобы защитить это волшебное место. Только… как?