Любовь по имени Ди

Какой-то громкий стук, раздавшийся совсем неподалёку, внезапно вырвал Хэви из плена приятного сна, о котором он забыл в ту же самую минуту. От неожиданности мальчик распахнул сонные глаза и некоторое время просто смотрел в темноту, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце. Он сел на кровати, почесал спутанные волосы и решил выяснить, в чём же дело. Не включая свет, он пошёл на ощупь, изредка задевая босыми ногами собственные вещи, раскиданные по полу. Хэви уже полностью отошёл ото сна, но сердце его так и не успокоилось; теперь его тяготило неприятное предчувствие. Непонятный звук, разбудивший мальчика, раздался в комнате Ди, поэтому он незамедлительно пошёл туда. Хэви осторожно приоткрыл дверь в комнату брата. — Ди? Но ему ответила лишь тишина. Рыжик горестно вздохнул, будто и не ожидал другого ответа на свой вопрос. Он зашёл в комнату Ди и тут же нашёл источник шума. Открытое окно. Его распахнул порыв сильного холодного ветра, теперь обдувающего Хэви с головы до пят. Мальчик невольно поёжился, но не столько от физического холода, сколько от душевного. Он как зачарованный стоял и смотрел на красотку-луну, озаряющую комнату Ди мягким светом. Наверное, сейчас его брат смотрел на ту же луну, только совсем в другом месте… Хэви облокотился на подоконник и почти высунулся в окно, будто пытаясь найти Ди в ночной тьме. На его глазах заблестели слёзы, и увы, они были не ледяного ветра, а от ледяного взгляда Ди. Ты снова сбежал. Снова сбежал к ней. Снова бросил нас… Меня. Теперь на глаза рыжика навернулись злые слёзы, которые он и не думал вытирать с покрасневшего лица. Он почти до крови, сильно прикусил нижнюю губу, чтобы хоть как-то заглушить дикую ревность, терзающую его душу голодным зверем. Ничего не изменилось. Только вкус во рту стал солоноватым. Я знаю, ты сейчас с ней. Вы вместе с этого чёртового квеста, гори он синим пламенем. Я её ненавижу! Ненавижу так, что убил бы. А потом себя, за то что причинил тебе боль. Ты сейчас с ней. Ты уже давно с ней. Я же прекрасно видел её засосы, её собственнические метки, которые она оставляет на твоей шее. Ты пытаешься спрятать их за тоналкой и чокером, но я-то всё вижу! Я вижу, как сияют твои голубые глаза, когда ты думаешь о ней. Потому что ты влюблён. У меня тоже есть любовь. Любовь по имени Ди. Хэви сильно ударил рукой по окну и тут же зашипел от боли. Сейчас он снова переживал всё это как в первый раз и хотел умереть на месте, чтобы больше не мучиться от проклятых чувств, так давно поселившихся в его бедном сердце. О, сколько раз я пытался тебе рассказать, Ди. Сколько чёртовых раз, заебёшься считать! И каждый раз я снова и снова глотал эти слова на завтрак, обед и ужин. Ах, если бы ты знал, Ди. Если бы ты видел… Может и видишь, да только принимать не хочешь. Ты и сам так же смотришь, только на неё. Ты спросишь, как так получилось? Нет, не спросишь, потому что не узнаешь. Ладно, просто предположим. Ди, ты хоть понимаешь, что я почувствовал тогда? Когда осознал, что влюбился в собственного грёбаного брата? Нет, Ди, тебе не понять, ты ведь нормальный. Как же так случилось? Я и сам не знаю. Наверное, виноваты эти чёртовы стереотипы, а точнее, их отсутствие. Да, Ди, ты возьми нашу семью. Мама, всё время пахнущая машинным маслом и вечно таскающая отца на руках. Папа, весело насвистывающий какую-то песенку, во время приготовления еды для всех нас. И ты, Ди. Умный, рассудительный, циничный, спокойный, любимец всех учителей, и… С ахуенным мейкапом, маникюром и колечками в ушах. И я, влюблённый в своего старшего брата. Неплохая компашка. Хэви невесело хмыкнул своим мыслям и, пытаясь успокоиться, подставил волосы под поток воздуха. Ладонь его сильно ныла, наверно будет синяк. Но лучше бы он весь покрылся синяками, но не чувствовал той боли, что приносил ему Ди, сам не ведая или ведая того. Нет, Ди, ты никогда не узнаешь об этом. Я тебе клянусь. И себе клянусь тоже. Мы с тобой как лёд и пламя. А ведь правильно говорят, что противоположности притягиваются. Мне так хочется растопить твой лёд. Но я просто этого не переживу. Если ты узнаешь о моих ёбаных чувствах, ты не возненавидишь меня, нет. Ты сделаешь ещё хуже. Я просто перестану существовать для тебя, я стану пустым местом. А этого я точно не переживу. А может ты сделаешь по-другому. Соберёшь свои немногочисленные вещи и свалишь к той, с кем ты сейчас. Я не смогу этого вынести. Лучше я буду видеть тебя каждый день. Такого холодного, колючего, запретного. Но главное — рядом, тут, с собой. Поэтому каждую чёртову ночь я буду приходить к твоему распахнутому окну, чтобы не потерять тебя навсегда.