Замерзшие

Long ago wisemen were Walking through a desert over there. They were running away from this world. Long ago wisemen truly found That indeed our planet is round, And there's no way to run away And they turned into stones Silent observers of the world. (C)

Тяжелые снежные тучи нависли над долиной и грозили вот-вот разродиться редкой по силе метелью. Ледяной ветер трепал волосы, забирался под тонкий плащ, противными мурашками расползался по коже. Зябко. Широкая проселочная дорога тянулась меж бесконечных белых полей и терялась где-то в седеющих холмах. Перепаханная колесами повозок грязь застыла и покрылась настом, который ломался и хрустел с каждым шагом, вызывая в голове странные ассоциации с вафлями или печеньем. «Должно быть, рассудок совсем помутился» - лениво думала Сакура. Питательные пилюли закончились два дня назад. Хочется есть. Уже несколько часов пути она практически не чувствовала пальцев ног. Тонкие кожаные ботинки шиноби, явно непредназначенные для такой погоды, совсем не спасали от холода. Надо было взять с собой хотя бы шерстяные носки, но на миссию собирались впопыхах. Да никто и не ожидал мороза в конце сентября, или не рассчитывал, что Страна Земли обладает настолько ужасным климатом. От усталости сводило все тело, а мозг отказывался нормально работать, периодически балансируя на грани сна и бодрствования. В такие моменты Сакура неотрывно смотрела в точку, где дорога окончательно уходила за горизонт, и ни о чем не думала. Хочется спать. Зачем они здесь? Почему никого не послали навстречу спустя неделю? Почему радиоволна в портативном приемнике ни разу не ожила за эти семь дней? Почему Коноха молчит? Хочется с кем-нибудь поговорить. - Какаши-сенсей, - вяло окликнула она своего партнера по миссии. Учитель не обернулся, только помахал забинтованной рукой, мол, не до разговоров. Они брели по этой бесконечной дороге в поисках любой, хоть сколь-нибудь трепыхающейся, жизни. Затерянной деревеньки, походного домика, пограничной заставы, да хотя бы встречной повозки с людьми. Но дорога была мертва, долина была мертва, вся эта страна была мертва или хотела такой казаться. - Какаши-сенсей, - Сакура повысила голос, - мне необходимо осмотреть вашу руку. - Потом, - бросил Хатаке, все также не удостоив куноичи взглядом, - нам нужно найти укрытие до вечера. Надвигается буря. - Сама вижу, - буркнула Сакура и плотнее укуталась в плащ. Замерзать в компании крайне неразговорчивого учителя было еще печальнее. Раньше они никогда не отправлялись на миссию вдвоем. Всегда был кто-то еще. Кто-то, кто мог заполнить неловкую тишину, рассказав шутку или заведя необязательную беседу. На фоне компании Какаши казался, хоть и слегка отстраненным, но в основном приятным слушателем. Он улыбался, не перебивал, изредка вставлял короткие реплики. Теперь же Сакура в полной мере осознала всю глубину нелюдимости своего бывшего сенсея. За последние дни он едва ли произнес с десяток фраз. В основном по делу. Один раз спросил: «Тебе холодно?» Хотя это даже на вопрос было не похоже, больше на констатацию факта. «Не удивительно, что он всю жизнь прожил одиночкой, с таким-то характером» - порой думалось Сакуре. Но и характер мог быть следствием, а не причиной. В сущности, так ли много она знала о Какаши-сенсее? Практически ничего. Где его семья? Была ли у него любимая девушка или настоящие друзья? Во время войны им довелось лицом к лицу столкнуться с одним таким другом. Помнится, тот собирался ни много, ни мало, уничтожить и перестроить существующий мир. Сакура поежилась. Наверно, ей одного этого хватило бы, чтобы расхотеть заводить дружбу до конца своих дней. Хотя, вспоминая команду номер семь… чем Саске был лучше Обито? - Да ничем, - с обидой в голосе буркнула Сакура. - Что? – Какаши растерянно посмотрел на девушку. - Н-ничего, Какаши-сенсей, з-задумалась… очень холодно. Давайте свернем с дороги. Там под холмом какой-то перелесок. От ветра укроет, - она дрожащей рукой указала вперед. Холод деморализовал не хуже сильного соперника. Но если в честной схватке можно победить, бороться со стихией бессмысленно и глупо. Какаши скептически оглядел трясущуюся ученицу и скупо кивнул: - Да, ты права. Идем. *** Уже на подходе к чахлой рощице, которая издали казалась внушительней, чем была на самом деле, Сакура ощутила, как на волосы ложатся первые снежинки. Вьюга начиналась обманчиво спокойно и тихо, как слабый и безветренный снегопад. Но шиноби привыкли доверять инстинктам, и ни на минуту не поверили шепчущей погоде. Они сгорбленно брели меж редких покосившихся деревьев, пряча лица в складках плащей. Под ногами теперь хрустел прошлогодний полусгнивший валежник, изредка цепляя ботинки острыми обледенелыми прутьями. У подножья холма, там, где перелесок собирался и морщился зарослями кустарника, Какаши, наконец, остановился. - Дальше идти нет смысла, - констатировал он, бросая походный рюкзак на землю, - ставим лагерь. С этими словами он вытащил из подсумка небольшой свиток и, примостив тот между высоких кустов, гулко хлопнул ладонью по печати. На месте вмиг истлевшей бумаги выросла потрепанная двухместная палатка. Сакура отметила на брезенте пару неаккуратных латок, да и каркас немного покосился. - Сюда бы капитана Ямато с его чудесными строительными техниками, - задумчиво протянула она, но, уловив, как учитель нахмурился, тут же добавила, - замечательная палатка, Какаши-сан! Он не ответил, только невесело кивнул и первым полез внутрь, таща за собой рюкзак. Сакура нырнула следом, неловко присела на корточки, чуть задев лбом спину сенсея. В палатке оказалось тесно и темно. Куноичи сняла с плеча сумку и закопалась в поисках фонарика. Маленький пластиковый пенал для боевых пилюль с узором розовых двухвостых биджуу выпал из бокового кармана. Какаши тихо хмыкнул. - После войны продают везде… в сувенирных лавочках. У него секции удобные, и места мало занимает, - зачем-то оправдалась Сакура. Реакции на эту реплику опять не последовало. В самом деле, был ли в Конохе еще хоть один настолько же молчаливый шиноби? Может быть, Шино? Ибики? Или какой-нибудь особенно скрытный АНБУ? Как бы в подтверждение её мыслям Какаши, ничего не объясняя, вытащил и активировал еще один свиток. В ореоле желтоватого свечения на брезенте материализовалась странного вида лампа в виде собачьей головы. В палатке разом стало значительно светлее и теплее. - Что это? – удивилась куноичи. - Подарок от нинкен на день рождения, голова Инугами*. - Полезная штука. Снова замолчали. Палатка постепенно прогревалась, поэтому Сакура скинула плащ и поудобнее устроилась на нем, скрестив ноги. Хатаке прилег рядом, подложил рюкзак под голову и ожидаемо уткнулся в книгу. Минуты тишины потянулись медленно и лениво. Первое время крыша палатки громко хлопала под порывами ветра, но вскоре потяжелела и чуть прогнулась. Их постепенно заметало снегом. Сакуру одолевали неприятные сумрачные мысли. По регламенту, после сообщения об удачном завершении миссии, в течение двух дней должен был прийти ответ из деревни. Команда к возвращению. Они ждали неделю. Сидели в забытой богом гостинице у самой границы Страны Земли, по очереди караулили чертов приемник, меняли волну. Тишина. Когда закончились деньги, пришлось выступать домой без приказа. А что им оставалось делать? Потянувшись к сумке, Сакура выудила оттуда рацию и бездумно клацнула по кнопке. В динамике зашуршали помехи. Клац. Снова помехи. Клац. Снова… - Сакура, - Какаши поднял на нее усталый взгляд. - Я просто проверяю, - тихо проговорила девушка, откладывая приемник в сторону. Теперь ей что же, и звуков никаких не издавать? Обратиться в камень и застыть в этой чертовой долине навечно? Куноичи почти сердито откинулась на пол и, завернувшись в плащ, легла спиной к учителю. Обидеться она не успела. Веки быстро отяжелели, и Сакура провалилась в уютную сонную черноту.