Забавы Огонёк. Карлитта

— Ты же помнишь про бал? — снова ворвавшись без стука и огласив своим воплем весь кабинет, спросил Эдвард. Ещё до конца не пришедший в себя Ричард, даже не смог сначала понять: кто это? Но взяв себя в руки, всё же соизволил ответить с поразительным равнодушием: — Какой бал? — В смысле? — удивлённо хлопнув ресницами, сказал Эд. — У нас должен быть бал через три дня, их давно не было, к тому же ты разрешил мне его устроить. — Когда? — напряжённо хмурясь, спросил Ричард. — «Почему я не помню этого?» — продолжил он мысленно. — Где-то с неделю назад, — слегка задумавшись, ответил младший принц. — При каких обстоятельствах? — продолжал хмуриться Рич, теперь ему всё казалось подозрительным. «Опять лицо перекривил» — досадливо подумал Эдвард, но продолжил вслух: — Ты, как обычно, сидел в кабинете и подписывал очередные бумажки. Я пришёл и сказал, что нужно устроить бал, наверняка к тому моменту найдётся что отпраздновать, ты кивнул и сказал: да делай что хочешь, только уйди. Я уже и приглашения приказал разослать. С душераздирающим стоном Ричард несколько раз ударил лбом столешницу. Теперь он вспомнил. Тогда было обострение конфликта с Ди́райскими пещерами, до сих пор нерешённого. Ричарду пришлось буквально жить в кабинете, изредка прерываясь на еду и пару часов для сна. Потому и не вслушивался в гениальные идеи брата, который постоянно зудел над ухом, но даже не пытался взять часть работы на себя. Кто же знал, что сейчас это выйдет боком? Хотя… Он же хотел объявить о начале подготовки к свадьбе? Вот и шанс. — Поздравляю, ты женишься, — бодро сказал кронпринц, резко подняв голову от чего она сразу заболела, а Эдвард вздрогнул от столь резкой перемены настроения брата, он уже готовился к отказу. — Да я, вроде как, и так собирался, — слегка неуверенно отозвался Эд. — Теперь официально, на этом твоём балу и объявим, — воодушевлённо продолжил Ричард. — Хорошо, то есть я могу заняться подготовкой? — пожав плечами, спросил Эдвард. — Никто другой всё равно этим заниматься не будет, так что — вперёд! — поморщившись от столь невпечатляющей перспективы, ответил Рич, стараясь сохранить на лице улыбку и окончательно не перекосить лицо. Очаровательно улыбнувшись, Эдвард, манерным движением руки поправив манжеты на шёлковой рубашке, развернулся и отправился выполнять поручение брата. «Действительно, кто лучше меня справится с подобным?» — задал, как он думал, риторический вопрос Эд. «На этом балу точно будут герцоги Каэрские и те, часть земель которых находятся на территории Дирайских пещер. Отлично. Сразу решу две проблемы» — в это же время размышлял Ричард. *** На Горе-Призраке также шёл разговор о Дирайских алмазах. Ведь, как известно, боги легко меняют людские решения. — Изначально эти шахты всегда принадлежали Шерону, а потому я не вижу смысла в обсуждении данного вопроса, — флегматично рассуждал Исаак, Бог Истины. — Но ныне эти территории принадлежат Тариру, они доказали это, пролив там кровь врагов, — слегка высокопарно отвечал Кирас, пытаясь так перетянуть на свою сторону Аарона, ведь тот любит войны и излишнюю «высоту» речи. Всё портила Карлитта, что восседала по правую руку от монарха и саркастически улыбалась. Аарон же не замечал никого, кроме неё. Стоит отдать должное, здесь Богиня Хаоса не стала перечить древним традициям, как на сорвавшемся собрании, и выглядела просто великолепно в струящемся чёрном шёлковом платье. Но это не отменяло того факта, что в данный момент внимание Бога Солнца должно быть направлено на решение спора Богов, а не на супругу, пускай там и есть на что смотреть. «Какие зануды» — подумала Карлитта, посмеиваясь над их тщетными попытками привлечь внимание Аарона. — Дорогой, — дождавшись, когда мечтательная пелена спадёт с глаз Бога Солнца, Карлитта продолжила: — видимо, без тебя они ни на что не годны, раз не могут решить столь банальную задачу. Аарон, преисполнившись верой в себя, произнёс: — Что за спор? — голос был настолько громовым, что он даже не услышал, как прыснула от смеха Карлитта, прикрыв рот узкой кистью, зато все остальные это видели. А Богиня Тьмы просто начала наслаждаться очередным разворачивающимся спектаклем. — Дирайские алмазные шахты, Ваше Величество, — склонив голову, произнёс Исаак. — А что с ними не так? — нахмурившись, спросил Бог Солнца. — Со стороны истории, они принадлежали Шерону, но во время войн, эти территории стали принадлежать Тариру, ныне же эти два государства спорят, кому они отойдут. Ведь в этих шахтах очень много алмазов. — Хочешь себе украшение из этих алмазов? — вопросительно посмотрел Аарон на супругу. — Зачем мне эти блестящие камни? — пожав точёными плечами, произнесла Карлитта. — Меня больше интересует кому эти земли отойдут. Или оставим это на смертных? — склонив голову и рассыпав воронные кудри по плечам, спросила Карлитта. Заворожённо наблюдающий за их падением Аарон не сразу понял суть вопроса, но потом фыркнул и гордо сказал: — Смертным нельзя ничего доверить, они слишком глупы! — Дозволено ли мне будет внести свой вклад в данный спор? — высокопарно вопросил Вико. Опытный, не раз сопровождал Бога Войны, так что знает как к нему обращаться. После пренебрежительного кивка, Вико продолжил: — Насколько я помню, Кирас всегда в подобных конфликтах вставал на сторону тех, кто дольше этой территорией управлял, так почему же сейчас он хочет отдать предпочтение тем, кто, пусть и с честью, но забрал силой эти шахты? Кроме Карлитты, чью руку так трепетно сжимал Аарон, никто не заметил как Великий Бог Солнца вздрогнул во время последней фразы. Карлитта же внутри саркастически усмехнулась, пытаясь скрыть даже от самой себя обжигающее чувство отчаяния. — Может, у Кираса есть личный интерес в этом вопросе? — подложив кулак под подбородок, насмешливо спросил Дейл. — На что ты намекаешь, звёздный? — рассерженно прошипел Главный Судья. К Богу Ночи обычно обращаются «луноликий» и подобное понижение — где луна, а где звёзды — является оскорблением, потому неудивительно, что для самолюбивого Дейла это стало чуть ли не моральной пощёчиной. Тёмно-фиолетовые глаза сощурились, в них блеснули искры гнева и Бог Луны не стал сдерживать те знания, что смог почерпнуть из всевидящих зеркал Изнанки: — У кого-то просто любовница среди тех дворянок, чьим семьям Дирайские шахты выгодны на территории Тарира. Только вот судья должен быть беспристрастен. Дейл хотел было продолжить, но его остановил лёгкий взмах когтистой ручки. Хотя это не помешало Кирасу и Дейлу обмениваться убийственными взглядами. — Ваше решение, Ваше Величество? — Вико решил напомнить спорщикам о присутствии Короля Богов. — За попытку отказаться от беспристрастности в решение людских конфликтов, Бог Кирас на месяц отправляется в свой храм. А насчёт шахт… Пусть они уходят Тариру, они смогли доказать, что достойны их обладания, пролив кровь врагов! — провозгласил Аарон. И Кирас отправился в свой Храм не слишком разочарованным. *** Ричарду наконец удалось выдохнуть. И своё свободное время он опять решил потратить на бумажки, но уже другие. Клятвы. Через пару муторных часов, кронпринц мог подвести итог. Личные слуги клялись в верности своему господину, в то время как простые — королевству. Значит, исходя из слов клятвы, обойти её можно, если подорвать веру. Что-то должно было убедить слуг, что убийство наследников и невесты одного из них, поможет Тариру. Но что? А ещё ведь Габриэлле нужна личная служанка, взамен убитой, не всё же ей пользоваться камердинером Эдварда. «Стоит написать об этом леди Амалии, матери Габриэллы, пусть привезёт какую-нибудь старую доверенную служанку» — подумал Ричард. Через пару минут письмо было запечатано королевским гербом. Золотой лев держит в зубах цветок амариллиса, символа мужественности, гордости и неприступности. Королевский цветок. Сверху золотая корона, а снизу те цветы, что даруются другим родам за определенные заслуги. И отправлено магической почтой. «То есть, доверять можно только личным слугам», — сделал пускай и печальный, но очевидный вывод Ричард. — «Ещё бы выяснить, что заставило их усомниться в своём королевстве. Надеюсь, эти три дня пройдут спокойно», — устало продолжил тот. Ну, почти.