Глава 10
16 февраля 2022 г., 07:00
Ужасная ошибка? Да, вроде бы именно так решила назвать свое действие Гермиона, ведь обняла Драко. Почему она это сделала? Никогда не видела более напуганного человека. Малфоя будто бы пытали круциатусом на протяжении века. Где он был? Что случилось? Почему он пришел и попросил объятий? Все настолько плохо? Что-то серьезное? Он… Плачет? Гермиона отстранилась от него и обеспокоено взглянула в лицо. Руки сами потянулись к щекам, смахивая слезинки. Он был напуган. Стоптан. Уничтожен. Перед ней не Драко Люциус Малфой — высокомерный, заносчивый аристократ, а сломленный мальчишка.
— Может быть приляжешь? — неуверенно спросила девушка, непроизвольно сжав ткань пиджака на плечах. — Ты вероятно очень устал… — он ничего не ответил, лишь сел на диван, обхватив руками подушку. Гермиона, подняв упавшую книгу, расположилась чуть на расстоянии от него. Драко через несколько минут молчания лег на её колени, чуть подогнув под себя ноги. Девушка задержала дыхание и аккуратно правой рукой коснулась его волос, не наблюдая никакой резкой реакции, она бережно начала гладить его. — Драко… — нежно прошептала она, смахнув слезинку с его щеки тыльной стороной пальца.
— Отвлеки меня, Грейнджер, — безэмоционально прошептал он.
— Я… — она замялась, пытаясь сообразить что лучше сейчас сделать. — Хочешь я спою тебе…? — неуверенно произнесла первое, что пришло в голову девушка. И замерла ожидая ответа. Блондин повернул на неё голову и недоверчиво осмотрел её. Покрасневшие глаза и бледная кожа — он выглядел не лучше мертвеца. — Когда мне было плохо мама пела и… Я засыпала…
— Давай… — парень обхватил руками её талию и закрыл глаза, вновь положив голову на её ноги. Девушка напряглась от его прикосновений, но всё же вдохнув воздуха начала свою песенку.
Hush-a-bye, don’t you cry, Баю-бай, малыш, не плачь, Go to sleep my little baby. Засыпай, маленький мой. When you wake you shall have Когда ты проснешься, тебе достанутся All the pretty little horses. Все прелестные маленькие лошадки. Black and bays, dapples, grays, Черные и гнедые, пятнистые и серые — All the pretty little horses. Все прелестные маленькие лошадки. Hush-a-bye, don’t you cry, Баю-бай, малыш, не плачь, Go to sleep my little baby. Засыпай, маленький мой. Way down yonder in the meadow Там, далеко на лужайке Poor little baby crying mama Плачет маленький малыш, зовет маму. Birds and the butterflies flutter round his eyes Пчелки и бабочки вьются вокруг него, Poor little baby crying mama Бедный малыш все плачет, зовет маму. Hush-a-bye, don’t you cry, Баю-бай, малыш, не плачь, Go to sleep my little baby. Засыпай, маленький мой. When you wake you shall have Когда ты проснешься, тебе достанутся All the pretty little horses. Все прелестные маленькие лошадки.
Нежный голосок заполнил всю комнату. Гермиона ласково гладила его волосы, чувствуя дыхание у своего живота, и улыбалась его умиротворенному виду. Он заснул. Девушка закончила песню и, положив руку на его щеку, откинулась на спинку дивана, прикрыв глаза. Это казалось таким правильным. Он спит на её ногах… Хотелось, чтобы так было всегда. Что же его так напугало? Видимо что-то в действительности серьезное, раз он пришел к грязнокровке в объятия… Почему ко мне? Как же его невеста…? Они в ссоре? Или он просто не любит? Ага. Ещё скажи, что он в тебя влюбился. Сплошной бред. Его невеста вероятно занята. Да и к тому же ты находишься в башне, где находится его комната. Просто случайно тебя встретил и попросил поддержки. Ничего больше. Не придумывай себе вашу дальнейшую жизнь в огромном замке с детками в сплошной любви… Сон сам настиг её, а когда гриффиндорка открыла глаза, не почувствовала ног. Они затекли из-за долгого нахождения в одной позе, ведь на них лежал Малфой. Грейнджер аккуратно попыталась выскользнуть из-под него, но лишь разбудила парня. Он поморщился и потер ладонями глаза. Убрав руки, он наткнулся на прикусившую губу Гермиону. Блондин, мотнув головой, сел на диване и выдохнул, дав девушке протянуть ноги. С улицы доносилось щебетание птиц. Солнце забиралось лучиками в гостиную. — Грейнджер, — безэмоционально позвал слизеринец. — Дааа… — протянула она, прогнувшись в спине. — Спасибо, — проведя по волосам рукой, сказал он. — Не за что, — кивнула девушка, попытавшись встать с дивана. — Помочь? — протянув свою руку, встав перед ней предложил блондин. Она смущённо кивнула и схватилась за него. Драко прижал её к себе, заключив в объятия, чтобы она не упала. — Да не такая уж моя голова и тяжёлая, Грейнджер. — Для тебя может и нет, но для меня, девушки меньше тебя, очень даже, — пробубнила она в его плечо, борясь с болью. — Могла бы уйти, — прошептал он. — Ты так мирно спал, что я не решилась тебя будить… — решила признаться гриффиндорка. — Любовалась мной? — усмехнулся парень, проведя рукой по её спине. — Точно… Именно так и было, — наконец почувствовав ноги, отстранилась от него Гермиона и завела локон за ухо. Они молча смотрели друг на друга, ища какой-то ответ. — Скоро завтрак. — Верно, Грейнджер, но за это баллы не начисляются, — вложив руки в карманы, кивнул блондин. — А потом собрание… — она сама не понимала к чему клонит, пока случайно не произнесла следующие. — Ты свободен после? — Это приглашение на свидание, Грейнджер? — безэмоционально спросил он. — Я… — девушка открыла рот и попыталась оправдаться. — Нет… Нет… — завела локон за ухо. — Конечно нет. Я просто… Думала… Что… Наверное нужно заполнить бумаги и… На что я надеялась… Он в отношениях… — В два во дворе школы, — улыбнулся он и, склонившись ближе к ней, произнёс. — Учти, сейчас моя очередь принимать душ, поэтому либо иди в Гриффиндорское общежитие, либо опаздывай на завтрак, ещё могу предложить принять его вместе со мной, — оголил идеально ровные зубы в улыбке. — Я… Второй вариант… — поджав губы, кивнула она. Самодовольная ухмылка запечатлелась на его лице, и он, посвистывая, направился в сторону своей комнаты. Живой. Совсем не такой, каким она видела его вчера. Удивительная способность человека менять свои эмоции. Через полчаса Гермиона уже неслась по коридорам в большой зал, где уже многие ученики заканчивали свой утренний прием пищи, разбредаясь по замку. Гриффиндорка села на место и взяла сок. Есть не хотелось. — Помнишь, что после собрания мы собирались пойти к Хагриду? Все в силе? — спросила Джинни. — Что? — в недоумении подняла брови вверх староста. — Миона, мы вчера это обсуждали. Ты забыла? — упрекнул Рон. Забыла. Я могла бы пойти, но у меня назначена встреча с Малфоем… — У тебя все в порядке? — уточнила рыжая. — Я… — она поджала губы, бросив быстрый взгляд на слизеринский стол. — Нет, у меня появились дела… Я не смогу пойти с вами. — И что же это за дела? — поинтересовался Гарри. — Старостат… Бумаги и… Праздник! — наконец подобрав весомую причину, ответила девушка. — Осталось мало времени, нужно торопиться… — Что-то я сомневаюсь, — поправив очки, поджал губы Поттер. — Зачем мне вам врать…? — попыталась звучать убедительно гриффиндорка. — Ты была с нами близка целую неделю впервые за практически полгода. В это время Малфоя не было в Хогвартсе. И вот он вернулся, а ты снова как прежде отдаляешься… Не кажется ли тебе это… странным? — Поттер явно был зол, но пытался держать себя в руках. — Какие глупости… — нервно усмехнулась она. — Глупости? — переспросил Рональд. — Он бросился к тебе одним из первых и потащил на руках в больничное крыло, никому другому не доверяя тебя. — Не хотел получить выговор от профессора, — объяснила девушка. — Вы постоянно сидите в башне… — поддержала мальчиков Джинерва. — Безвылазно. Каждый день. — Хватит… — предупредила девушка. — Что ты скрываешь? Вы вместе? — с явным недовольством спрашивал избранный. — Может быть спите? Что? — Ничего! — воскликнула Грейнджер, что еле сдерживала свои эмоции. Как им в голову вообще могла прийти такая глупость?! —Хватит! Перестаньте! Мерлин всемогущий! Никогда мы не будем вместе! Вы видимо забыли о моем происхождении… — Но ты этого хочешь! — не унимался брюнет. — Поэтому поспешила расстаться с Роном! — Я, по-моему, уже вам не раз объяснила почему так произошло! Ты считаешь меня легкомысленной? — вскипев спросила староста. — Заметь, это не я сказал! — поджав губы, кивнул парень. — А вы согласны с ним? — рыжие опустили взгляд. — Ясно, — она поднялась с места и, окинув их разочарованным взглядом, удалилась. Никто не попытался её остановить. Они лишь дальше, как ни в чем не бывало продолжили разговор. Ну вот. Малфой вернулся. Можно уезжать. Я только что убедилась в том, что никто по мне скучать не будет! И ты останешься одна, когда он в следующий раз вернётся… Да плевать! Мне уже нечего терять! Пустой кабинет охотно впустил девушку внутрь. Тишина помогала прийти в себя, заключая в нежные объятия подобно материнским. Что она чувствовала? Обиду. Это ведь её друзья… Почему они о ней такого мнения? Разве она заслужила это? Сначала отправляют в больницу на два с половиной месяца, потом обвиняют в измене, а после намекают на легкомысленность. Что плохого она сделала? Всегда была рядом с Гарри и Роном. Они видимо забыли, что именно она готовила все зелья, разгадывала тайны крестражей и обеспечивала защитой своих друзей. Никогда не предавала их. Всегда поддерживала их решения. И чем они ей отплатили? Унижением. Болью. Презрением. Старосты подошли в течение десяти минут после её прихода. Теперь все ждали Драко. Но он не приходил. Девушки перешептывались между собой, а парни прожигали взглядом Гермиону, заставляя её чувствовать себя некомфортно. Она взглянула на часы и поднялась с места, поправив юбку. Уже семь минут десятого. — Начнем собрание, — она обошла стол и встала за спинами парней, чтобы избавиться от их назойливых взглядов. — Сегодня нам нужно обсудить… — Извиняюсь, — сзади послышался знакомый голос. Небрежно закатанные рукава и неаккуратно уложенные волосы добавляли живости в его надменный образ. Драко сел напротив двери и нацепил равнодушную маску. Девушки задумчиво его осматривали, пока он не бросил на них ледяной взгляд. — Разрешаю продолжать, Грейнджер, — медленно произнес он, с интересом разглядывая её фигуру. — Сегодня мы обсудим подготовку к предстоящему… — она запнулась, не в силах вспомнить ничего из того, что хотела сказать и замерла, смотря на Малфоя. — Грейнджер, перестань пожирать меня взглядом и сконцентрируйся на предстоящем празднике, — вырвал её из размышлений блондин. — Я не… — попыталась возразить девушка. — Ну да. Как скажешь, — кивнул он, откинувшись на спинку стула. — Малфой! — нахмурившись, позвала его Гермиона в намерении прекратить начинающуюся словесную перепалку. — Наша староста вовсе не может собраться, поэтому начну я… — он перевел взгляд на присутствующих. —Дамы, что у нас там с подготовкой? — Вот… — протянула Кейт. — Мы здесь все написали… Можете ознакомиться и внести корректировки, чтобы мы переходили к исполнению. — Отлично. Грейнджер, я нашел тебе дело на вечер, — он бросил на неё быстрый взгляд и положил бумаги на край. — А вы чем порадуете? — обратился он к мужской части старостата, убрав улыбку с лица. — Вот план, — придвинул записи шестикурсник Когтеврана. — Замечательно… — Драко перелистнул пару страниц, и положив папку на край стола, сложил руки перед собой. Он собирался что-то сказать, но застыл с приоткрытым ртом, в недоумении смотря за спину Грейнджер. Дверь открылась нараспашку, и в кабинет зашел Блейз. — С дороги, Грейнджер! — отодвинул он её в сторону, проходя к месту Малфоя. — Забини, — подняв брови, кивнул парень. — Извинюсь, милые дамы, но я вынужден украсть у вас предмет очарования, — обратился мулат к девушкам с ослепительной улыбкой, хватая друга за плечо. — Это не может подождать? — вырвался блондин. — У меня собрание. — А у меня проедающие мозги три девицы, — сухо ответил слизеринец. — А я здесь причём? — развел руками Драко. — Ну не я же бедную девчонку довел до слез настолько, что она всю ночь тряслась, а на утро отказалась куда-либо идти! — чересчур эмоционально высказался парень. — Что? — в недоумении поднял брови Малфой. — Пошли, придурок! — качнул головой в сторону двери. — Будешь объясняться, что ты такого показал своей женушке! Женат…? Нет… Нет… Нет! Нет! — Забини! — предупредил блондин. — Ещё одно слово и я применяю империо… — сложил руки на груди, опустив голову. — Непростительное? — усмехнулся староста, все ещё находясь на стуле. — Не в первой, — прошипел сквозь зубы Забини. — Ладно, — сдался Драко. — Я пойду, но… — Вот и отлично! — Блейз схватил его за руку и потащил к до сих пор двери, — Грейнджер, с дороги! — прошипел он, после чего скрылся из вида. Некоторое время она слышала недовольство Малфоя, разносящееся громкими отголосками по коридорам, но всё же переключилась на шепчущихся девушек. — Все таки это правда… — начала Эдит. — Он уезжал, чтобы сыграть свадьбу… — Что? У него же нет кольца… — в недоумении подняла брови вверх Кейт. — Ты никогда не была на магических свадьбах? — в ответ Элмерз получила кивок и воодушевлено начала. — Там вместо колец используется… — Продолжим! — прервала их сплетни Гермиона. — У нас остался лишь месяц. На следующем собрании, когда ваши планы будут проверены, мы приступим к делам. Потом останется всего лишь полтора месяца на подготовку к балу. Нужно будет работать сплоченнее. Что у нас с дежурствами? — Нужен новый график? — уточнила Кейт. — Да. Сейчас раздам бланки для заполнения, — девушка оглядела кабинет и не найдя нужной папки мысленно выругалась за отсутствие Малфоя, ведь он всегда запоминал куда и что она положила. Грейнджер использовала поисковое заклинание, но безрезультатно. — Может быть кто-то помнит где бумаги…? — Акцио бланки! — взмахнув палочкой призвала Эдит, и пергаменты вылетели с открытой полки шкафа. — Эти? Почему у меня не получилось их найти…? Что-то с палочкой…? Черт. Как же глупо я сейчас выгляжу. Не удалось простейшее заклинание… Может быть это из-за того, что я не выспалась? Да. Просто не выспалась... Ох как мне это не нравится… — Гермиона…? — позвала Элмерз. — У тебя все в порядке? — Даа… — протянула она. — Спасибо, что помогла найти их… А вы сами сможете заполнить их? — Конечно, — кивнула Кейт. — Ты точно в норме? Ответа не последовало, Грейнджер лишь нервно улыбнулась. На глазах навернулись слезы, и девушка поспешила удалиться. Как же безответственно она относится к своим обязанностям, да и учебе в принципе. Стук каблуков разносился по коридорам, которые слишком быстро сменялись один на другой. Её трясло. Дышать было трудно. Поворот. Лестница. Коридор. Все по-новой. И вот она стоит у двери гостиной. — Лигито, — безэмоциональный голос. — Что случилось, юная леди? — поинтересовался всадник. — Нет. Ничего. Я в порядке, — дрожащим голосом ответила гриффиндорка. Враньё. Она забежала в гостиную и, достав палочку, попыталась призвать учебник. Безрезультатно. Может быть подушку? Она подошла к дивану. Нет. А разжечь огонь? Не выходит. Самое простое заклинание — заставить левитировать предмет. Ну же. Должно получиться. Нет. Агуаменти ведь получится? Почему не выходит?! Спина покрылась мурашками. В комнате резко похолодало. Сумасшедший хохот заполнил все пространство вокруг. Она поняла кто за этим стоит. — Грейнджер… — протянул противный голос прямо возле её уха. Как он здесь оказался? Почему? — Что ты хочешь? — с зажмуренными глазами спросила девушка. — Твоих эмоций… — усмехнулся приспешник. — Кричи. Беги. Бойся! — Верни мне мои силы, — приказала гриффиндорка, пытаясь сообразить как ей спастись. До двери добежать она не успеет, в комнату не безопасно, окно не вариант. В любом случае её ждёт смерть. — Твои силы? — он дико расхохотался. Пугающе. Не по-человечески. — Не смеши меня. У поганых маглов нет магических сил. Считай, что я установил баланс вселенной… — Подонок, зачем я тебе?! — перешла на отчаянный крик Гермиона. — Не выражайся так… — он взмахнув рукой поднял её подбородок. — Иначе пожалеешь, что на свет родилась… — Я тебя не боюсь… — начала она, но были ли эти слова правдой? Нет конечно. — Ты приведение. Мертвый. Труп. Тебя не существует, — глаза щипало от слёз. — Давай украсим твое тело парочкой новых шрамов…? — задумчиво произнес пожиратель. — Как тебе такое предложение? Зажил ли твой предыдущий шрам? — Это сделал ты… — просипела девушка, не имея возможности пошевелиться. Палочка выскользнула из рук, откатившись куда-то по полу. Её будто парализовало. Заклинание империо. Черт. — Нет, не я. Мне помогли… — он по мановению руки оттянул её рукав и провел языком по зубам, жутко скалясь. — У меня хорошее настроение… Может быть в этот раз оставить шрам на твоём поганом личике? — хохот. Злой. Сумасшедший. — И что тебе это даст? — сквозь постоянный поток слез в глазах она не могла четко видеть его выражение лица, но прослеживался контур. — Пытаешься отговорить меня… — усмехнулся сумасшедший. — Я обрету силу… Мне нравится видеть как страдают никчемные грязнокровки… Но смотреть на твои страдания… Это не описать никакими словами… — Почему именно я… — она вся дрожала. — Есть ведь ещё множество волшебников… — Ты ближе к нашей цели, — нетерпеливо прошипел он. — Нет! — когда мужчина вознёс ноготь, чтобы сделать порез, взмолилась Гермиона. — Стой! Пожалуйста… Не нужно… — она знала, что мольбы о пощаде бесполезны, но надеялась на чудо. Её пугала беспомощность. Приспешник лишь засмеялся и провел рукой в воздухе, оставляя на теле девушки кровяной подтек. Но он её не касался. Как у него это выходит? Примененное ранее заклинание империо не давало ей двинуться с места. Лишь адский крик, вырывающийся из её горла, мог дать шанс ей на спасение. Небольшой порез на бедре, ниже края юбки, постепенно под нарастающий крик становился все более глубоким. Кровь стекала по коленке вниз, оставляя чересчур неприятные ощущения. А приспешник смеялся. Невыносимая боль говорила о возможности того, что были задеты мышцы. Мужчина взмахнул рукой, и девушка обессилено упала на пол, тут же схватившись за ногу. Руки сразу же окрасились в красный. Она беспомощно скулила, пытаясь задержать хлещущую кровь. Никто ей не поможет. Она одна. — На сегодня с тебя хватит, но учти что это не значит, что завтра я тебя пощажу. До встречи, моя милая Грейнджер… — коварно улыбнувшись, он отступил назад, постепенно растворяясь в воздухе. Она не знала где её палочка. Не знала способа позвать на помощь. Боль затуманивала разум. Синий ковер, на котором она сидела, пятнами окрасился в бурый. Гермиона доползла до дивана и, схватившись за его край, поднялась с пола. Сил практически не было, но необходимо остановить кровь. До своей комнаты ей не добраться, но можно выйти в коридор, где вероятнее всего есть кто-то из учеников, способных помочь ей. Именно так она и поступила. Взвывая от боли и хромая, Грейнджер доковыляла до двери. На стене остались её кровяные отпечатки кистей, когда она облокотилась на неё в качестве опоры для передышки. Ещё пару шагов. Все получится. Главное не сдаваться. Она открыла дверь и сползла на лестницу перед портретом. В глазах темнело. — Помогите… — тихо проскулила девушка, пытаясь зацепиться за перила, но руки соскальзывали. Почему все это происходит с ней? Чем она это заслужила? Она плохая? Разве? За что ей такие мучения? — Кто-нибудь… Пожалуйста… Она оперлась о перила, немного перевесив торс. Неужели она вот так умрет? От потери крови? Какая глупость. Она почувствовала чьи-то прикосновения к плечам. Через мгновение её в крепкой хватке оттащили от перил. Сквозь слёзы она не сразу смогла определить личность её спасителя, но точно знала, что это парень. Он сжал её бедро руками и что-то обеспокоено лепетал. Она не понимала что именно, ведь уши заложило. — Гермиона… — звал её Гарри. —Что случилось? Как помочь? Заклинание? Что сделать? — бесконечный поток вопросов, которые она не могла переварить. — Нужно… — она вытерла слезы руками, и вдохнув воздух, произнесла. —Остановить… — не договорила из-за ужасного жжения. — Хорошо. Да. Сейчас, — он, сняв с себя мантию, оторвал от неё рукав и, присев на колени перед девушкой, принялся перевязывать ногу чуть ваше раны. Её бы насторожил тот факт, что ему пришлось поднять её юбку, оголив немного бедра, но в её состоянии это ничего не значило. Его руки окрасились её кровью, лоб вспотел, а взгляд был чересчур обеспокоенным. Она поднявшись, приобнял её и повел по лестнице вниз. — Что случилось, Миона? Что произошло? — Я… Случайно поранилась… — соврала она. — Случайно продырявила свое бедро ножом?! — возмутился парень. — Я… Да… — она не могла говорить полноценными предложениями и тяжело дышала. — Это сделал Малфой? — бесцветно спросил Поттер, явно ожидая положительного ответа, чтобы набить ему морду за свою подругу. — Нет… Это я… Сама… — она втянула воздух через зубы и крепко сжала плечо друга. — Не могу идти… — Что делать? — обеспокоено спросил он, поджав губы и сведя брови в переносице. Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но голова закружилась, а в глазах постепенно меркнул свет, оставляя лишь темноту. Слабость разошлась по всему телу. Так выглядит конец...?***
Девушка потерла глаза руками и осмотрелась по сторонам, приподнявшись на месте. Белые стены. Вокруг множество коек. Это совершенно точно больничное крыло. Как она здесь оказалась? Попыталась найти ответ в воспоминаниях. Приспешник. Гостиная. Порез. Черт… Девушка откинула подобие одеяла и обнаружила, что находится в белой сорочке. Кто её переодел? Зачем? Она точно в школе? Отодвинула край одежды и увидела повязку на левом бедре. Чистая, значит смогли остановить кровь. Не все так плохо. Она выдохнула и откинулась обратно на подушку. Сколько прошло времени? Час? Два? Как она себя чувствует? Слабость в теле чувствовалась, но не сильная. Горло пересохло. Нужно найти воды. Она села на кровати и опустила босые ноги на холодный кафель. По телу пробежали мурашки, но девушка все же поднялась, сморщившись от боли. Черт. Слишком ослаблена, чтобы ходить. Нужно лечь обратно. Она так и поступила. Проведя рукой по лицу, она повернулась на правый бок и уставилась на дверь. Сегодня встреча с Малфоем, как я туда пойду, если не могу? Нужно предупредить его. Вот бы хоть кто-то зашёл, чтобы я смогла передать через него информацию. Именно в этот момент, будто прочитав её мысли, в больничное крыло зашёл Рон. Увидев, что девушка пришла в себя, он засиял и ускорил шаг. Гриффиндорка отметила тот факт, что с утра он был вовсе не в школьной форме. Зачем переоделся? И взял сумку… — Привет, Гермиона! — сложив руки на ремешке сумки висящей на плече, воодушевлено произнес рыжий. — Как ты себя чувствуешь? — Есть вода? — прохрипела девушка. — Конечно, сейчас, — он произнес заклинание, направив палочку на стакан, стоящий на тумбочке рядом с койкой. Девушка приподнялась и в два глотка осушила бокал. Парень сел на стул рядом и мельком пробежался взглядом по ней. — Так как ты себя чувствуешь? — В полное себе неплохо… — подогнув ноги на сколько это было возможно, ответила гриффиндорка. —Который час? — Сейчас обед. Ты кстати не голодна? Может быть позвать мадам Помфри? — поинтересовался Уизли. — Не думаю, что мой организм сейчас примет пищу, — она провела руками по лицу и уткнулась в них. Наступило неловкое молчание. Вероятно каждый думал о своем. Гермиона, например, о произошедшем. Почему она оказалась такой слабой? Разве так сложно противостоять одному приспешнику, если совсем недавно сражалась с сотней таких же за раз? — Я хотел бы извиниться, — начал Рональд после достаточного количества времени проведенного в тишине. — Мы тогда не правильно себя повели и… Прости нас, пожалуйста. Просто ты так от нас отдалилась, мы уже не знаем о чем думать… Ты ведь наша подруга. — Ну да… — поджав губы кивнула девушка. — Утром вы были не правы. — Утром…? — себе под нос пробормотал парень. — Я вас хоть и не понимаю, но всё же прощаю. Всех. Можешь так и передать Гарри, — она повернула на него голову и робко улыбнулась. — Стой. Ты сказала «утром», но почему? — нахмурился гриффиндорец, чуть наклонив корпус вперед, словно был готов услышать невероятно секретную информацию. — А что не так? — в непонимании подняла брови вверх девушка. — Утром на завтраке мы повздорили, и потом я ушла на собрание, после Гарри пришел к гостиной, где вероятно помог мне дойти до больничного крыла. Из-за боли я отключилась на пару часиков и теперь бодра и полна сил. Точнее не совсем бодра и полна… — поджав губы, кивнула она, после продолжила. — Но все же чувствую себя получше. — Какой сейчас день недели? — словно разговаривал с умалишённой, поинтересовался молодой человек. — Суббота, Рон. Что-то не так? — она развернула к нему корпус. — Среда, Гермиона. Ты лежала без сознания пять дней, — объяснил рыжий. — Что? — переспросила гриффиндорка. — Мадам Помфри сказала, что это из-за твоего и без того ослабленного состояния. Шок из-за ранения лишь все усугубил, — парень вновь откинулся на спинку стула. — Среда… — белая взглядом по комнате повторила девушка. А как же Драко? Она ведь ничего ему не сказала. Не предупредила… Удивительно, что она так переживала. Это ведь всего лишь встреча… Дружеская так сказать… Один поцелуй ведь ничего не значит? Значит. Не с каждым встречным ведь целоваться. Но у него жена… Черт. Зачем портить их отношения. Они вероятно счастливы вместе, а она… Просто хочет обрести собственное счастье. Да. Именно это ей нужно. Умиротворение. Спокойствие. Уверенность в завтрашнем дне. Просыпаться, зная, что ты не одна в этом мире. И засыпать в объятиях любимого. Речь о Драко? Да. Как она может питать чувства к своему давнему врагу? Разве это правильно? Может быть её друзья были правы, говоря что она легкомысленна? Нет, стоп. Разве Гермиона Грейнджер признанная самой сильной ведьмой столетия не заслуживает счастья? Разве любовь запретный плод? Сердцу ведь не прикажешь… А это любовь? Бред. Просто мимолётное влечение. Только он может заставить улыбаться. Только рядом с ним легко. Только он на неё смотрит так, что на душе становится тепло. Мимолётное влечение. Пусть такое название будет иметь то, что происходит между ними. А происходит? Разве? Когда? В перерывах между пытками этого сумасшедшего приспешника? Прошел всего месяц, неделю из которого Драко отсутствовал в школе, а вторую неделю Гермиона провела в больничном крыле. Когда она смогла стать таким им одержима? В любой момент. Как можно не влюбиться в его невероятно красивые черты лица и оказывается очень даже сносный характер. Его улыбка. Его волосы. Объятия… Он всегда помогал ей. — Ладно, набирайся сил, я пойду, — поднявшись с места через несколько минут молчания, оповестил Рональд. Но Гермиона, будто бы не услышав, продолжила смотреть в одну точку. Сколько она провела в таком состоянии неизвестно, но достаточно, чтобы мадам Помфри, закончив свои дела, вышла в больничное крыло. — Как себя чувствуешь? — поинтересовалась целительница. — А? — оторвалась от своих размышлений девушка. — Да. Чувствую… Как… Слабость и тошнота, а так все в порядке. — Ещё несколько дней побудешь здесь. Голодная? — ласково поинтересовалась женщина. — Проголодалась, — кивнула Гермиона. — Хорошо, сейчас попрошу эльфов приготовить тебе пищу. Выпьешь после еды вот эти зелья. Лежи. Тебе нужно спокойствие и отдых, — мадам Помфри удалилась, оставив девушку одной. Через несколько минут на тумбочке появился обед, который гриффиндорка с удовольствием съела. Никто больше не заходил к ней до вечера, лишь эльфы принесли ужин. Гермиона скучала. Было бы не так одиноко, если бы она имела хоть пару книг для приятного времяпровождения. Когда к ней в следующий раз кто-то придёт, именно это она и попросит.***
Гермиона стояла в прекрасном белом платье, состоящем из корсета до талии и длинной лёгкой юбки. Через пару мгновений наступит решающий момент в её жизни. Свадьба. Через мгновение её отец должен будет проводить её к алтарю. И вот она слышит шаги и чувствует холодное прикосновение к её локтю. Папа… Она не оборачивается на мужчину, ведь уверенна, что не может спутать его ни с кем другим. Они направляются к чудесной арки из цветов, где уже стоит её жених в прекрасном черном костюме. На его лице застыла искренняя улыбка, а на глазах поблескивают слезы, но он не даёт им проступить. Настоящий аристократ. Кто бы мог подумать, что Драко Малфой в серьез предложил Гермионе выйти за него, пойдя наперекор своим родителям. Он протягивает ей руку и, как только ощущает её маленькую ладошку в своей, крепко сжимает её. Он счастлив. Она тоже. Этот день настал. Девушка слушает клятву Драко, после чего произносит свои слова. Они официально женаты. Наконец. Гермиона поворачивается в зал и замирает. На местах, отведенных для гостей, расположились разлагающиеся трупы. Сглотнув ком в горле, она смотрит на отца, стоящего чуть позади неё самой. Сумасшедший оскал. Черные глаза. Чудовище. Это не её отец. Грейнджер смотрит в лицо Драко, но и там вместо него что-то другое. Она не может вырвать руку из его крепкой хватки. Не может убежать. Ноги словно приклеили к земле. Пытается закричать, но бесполезно. Её никто не слышит. Вновь смотрит в зал. Ей удается рассмотреть некоторые лица. Это её друзья… Вон там, во втором ряду Гарри, а чуть дальше, в третьем, Рон рядом с которым Джинни. На задних рядах Невилл, Симус, Дин, Луна… Черт. Она вновь возвращает взгляд к своему теперь уже мужу и видит, что в его руках блеснул нож. Только не это. Он резким движением толкает девушку к стене и возносит руку с острым лезвием. Одно движение и она труп. Отправится к своим друзьям. Черт. Черт. Черт! Его глаза блеснули. Из шеи хлынула кровь. Он открыл рот и впился в шею, пытаясь высосать все из неё. Гермиона открывает глаза, тяжело дыша, и пытается прийти в себя. Это просто сон. Очередной кошмар. Ничего страшного не случилось в реальности. Но что-то не так. Кто-то рядом. Она это чувствует. Аккуратно приподнимается на локтях и встречается глазами с ним. На губах застыла поганая ухмылка, а в глазах отражается лунный свет. Приспешник сидел на её кровати в ногах и видимо долгое время наблюдал за девушкой. Почему он здесь? Вернее зачем? — Я скучал по тебе… — шепчет мужчина, проводя рукой по её ногам сквозь лёгкое одеяло. Ей неприятно. Мерзко. Противно. Не только от его прикосновений, в этот раз реальных, но и от него самого. Стоп. Реальных?! Он действительно её касается? Гермиона поджимает ноги, его рука остаётся в воздухе, но ощущения прикосновения остаются. Магия. Действительно. Как же она раньше не догадалась. — Тебе не нравится, что я так тороплю события? Ну что ты, Грейнджер, я и так достаточно пробегал за тобой. Теперь очередь активных действий. Уж прости, что без цветов. Видишь ли, у меня нет даже могилы, на которую их можно положить, — он горько усмехнулся и сжал кулак. Она почувствовала крепкую хватку на ране и, закрыв рот рукой, чтобы не закричать от боли, плюхнулась на подушку. Могила. Он сказал что у нее её нет. Значит… Он все же мертв… Но почему тогда она его видит? — Что такое? Тебе больно? — он разжал руку, махнув ей, тем самым разрушая действие заклинания. — Именно этого я и хотел… Видеть твою боль… Но ты так слаба, что мне придется отказывать себе в развлечениях. Что ты выберешь подвергаться пыткам каждый день понемножку или позволишь мне выкладываться по полной, например, как в нашу крайнюю встречу? — он выглядел чересчур окрылённым. Это пугало. Гермиона знала, что все приспешники сумасшедшие, которым только и делай, что подавай жертв для пыток, но встретиться с тем, кого на самом деле не существует, было куда ужаснее. И она тряслась, как осиновый лист. Может быть ей сможет кто-нибудь помочь? Нет. Кто будет заходить в больничное крыло ночью? Она снова одна. Пожиратель поднялся с кровати и встал возле её подушки, чуть нависая над ней. Он злился. — Я задал вопрос, грязнокровная шлюха. Отвечай! — но она молчала. И он засмеялся. — Хорошо. Ты сама меня вынуждаешь. — Мужчина взмахнул рукой и выставил в воздухе палец с острым ногтем. Что он будет делать? Убьет? Гермиона с ужасом смотрела на него, ожидая его действий. И он провел пальцем в воздухе. И по телу девушки разнеслась боль. Она зашипела, но не смогла сдержать эмоций и перешла на крик. Он вновь пронзал её бедро. В том же самом месте. Его смех наравне с её криком залил комнату. Девушка выгнулась в спине и схватилась за ногу. Повязка намокла значит вновь открылось кровотечение. Черт. — Спокойной ночи, Грейнджер. Пусть тебе приснится дом… — он оголил зубы в поганой улыбочке и отступил назад, растворяясь в воздухе. — Что случилось? Почему ты кричала? — обеспокоено спросила мадам Помфри, выходя из своей комнатушки. — Нога… — проскулила староста. — Что такое? — женщина подошла ближе и, откинув одеяло, с ужасом посмотрела на повязку. — Как так, деточка? Кровь? Что ты делала? — Спала… Я просто спала… — только сейчас, проводя руками по лицу, она обнаружила, что плачет. Слёзы рекой текли по щекам, оставляя мокрый след. Нога пульсировала и ужасно болела. В глазах темнело. Черт. Вновь кружится голова. Только не это…***
Гермиона открыла глаза и увидела очертание на стуле возле кровати. Потерла глаза и приподнялась на локтях, после чего вновь взглянула на стул и не поверила глазам. Блондин с невероятно глубокими серыми глазами сидел, откинувшись на спинку стула. Он, почувствовав движения, посмотрел на девушку. Не было в его взгляде ни тепла, ни холода. — И давно ты, Грейнджер, записалась в мазохисты? — бесцветно спросил он. Но девушка лишь моргнула, не понимая к чему был этот вопрос. — Кто это сделал? — он бросил взгляд на её ноги и вернулся к глазам. — Сама… — голос прозвучал сипло, поэтому она немного прокашлялась. — Кто? — повторил вопрос слизеринец. — Я случайно порезалась… — соврала девушка, боясь смотреть ему в глаза. — Да что ты! — воскликнул он. —Правда? Случайно вспорола кожу, задев мышцы? Ты, наверное, изучала строение человеческого тела на своем примере. Я прав? Ты же, блять, не знаешь где что находится! Напомни, что у тебя было по анатомии на первом курсе? — он унял свой гнев и вновь бесцветно спросил. — Кто это сделал?! — Драко, это я сама… — начала она, но не закончила, ведь парень резким движением встал со стула и взял её за горло, притянув ближе к своему лицу. Он готов был убить взглядом. — Он угрожает тебе? — спросил Малфой. — Почему ты боишься сказать мне его имя? Кто был в нашей башне? — этот вопрос он озвучил куда более спокойно. — Я его знаю? Говори. Я разберусь. Просто скажи имя. — Драко, я… — прохрипела Гермиона, ухватившись за его предплечье, пытаясь ослабить его хватку. Нет, он не применял силу, пытаясь выбить из неё ответ, всего лишь хотел узнать правду. — Грейнджер… Либо ты говоришь имя, либо я буду действовать по-другому, — убрав руку, прошипел блондин. Он действительно переживает? Ему не все равно? Может быть он что-то чувствует? К кому? К грязнокровке? Бред. Тогда почему пришёл? И она молча смотрела на него, ища ответы на свои вопросы. Не нашла. Парень, решив, что она ничего говорить не собирается, достал палочку. — Молчишь. Хорошо, ты сама меня вынудила, — он направил палочку прямо на неё и произнёс. — Легилименс! Гермиона почувствовала недомогание. Драко проник в её разум. Он просматривал её воспоминания достаточно долгое время. Знала ли она, что именно он видит? Нет, ведь не обладала навыками легилименции, чтобы отражать заклинание, да и к тому же была слаба для этого. Образы из гостиной, сны, встреча в лесу — все это всплывало в её голове, предательски выдавая всю секретную информацию. Гермиона не хотела, чтобы кто-то знал об этом. Думала, что сможет разобраться со всем сама. Действительно ли это было так? Нет. Может быть он ей поможет? Драко… Она почувствовала, что вновь может контролировать разум. Блондин был чрезвычайно зол. Он, сев на стул, сложил руки перед собой, сцепив их в замок, и уставился в одну точку куда-то за её спину. Девушка сморгнула слезы с глаз и обеспокоено бегала глазами по лицу Малфоя, пытаясь распознать его реакцию. Почему он ничего не говорит? Почему просто сидит? Что именно он увидел? Гермиона уже было потянула к нему руку, но слизеринец, резко переведя на неё взгляд, лишь сжал челюсти. Рывком поднявшись с места, он ударил со всей силы кулаком в стену, заставив Грейнджер взвизгнуть и прикрыть рот рукой. Драко, подняв с пола сумку и бросив на гриффиндорку разочарованный взгляд, поспешил к выходу. А она с ужасом смотрела кровяной подтек на белой стене. Почему у него такая реакция? Она попыталась встать с кровати, но нога ужасно болела, не давая ей нормально идти. — Мадам Помфри! — позвала девушка. — Что случилось? — выглянула она из комнатушки. — Можно как-то ускорить процесс заживления? Я не могу больше здесь находиться, — голос дрожал. — Ложись, постараюсь тебе помочь, — женщина подошла к ней и, стянув повязку, принялась обрабатывать рану, после чего шептать какие-то заклинания. Гермиона чувствовала ужасное жжение в бедре, но старалась терпеть боль. Она все решила. Пора уезжать. Буквально через два часа она уже принимала душ в башне старост. Она пропустила целую учебную неделю, и прежняя Гермиона вероятно рвалась бы все наверстать, но не нынешняя. Кончился её оптимизм. Её разбили, уничтожили, погубили. Вероятно где-то она успела получить поцелуй дементора, ведь не чувствовала своей души. И все бы ничего, если бы не видения. Она бы справилась, но не с пытками. Только не с кошмарами. Нет. Приспешника видит лишь она, значит как-то связана с ним. Но как? Почему? Это оставалось загадкой. Девушка вышла из душа и обратила свой взор на собственное тело в зеркале. Постыдная метка на руке, показывающая её происхождение и огромный шрам на бедре, излишняя худоба и небольшие синяки на ногах от его крепкой хватки. Что могло быть хуже? Вероятно ничего. Она, смахнув слезы и завернувшись в полотенце, направилась в свою комнату. В шкафу она отыскала объемный свитер и джинсы, чтобы как можно больше скрыть свое тело от посторонних глаз. Больше никаких юбок и футболок. Она ужасна. Девушка взглянула на кресло и подошла ближе, поджав губы. Синий плюшевый дракон смотрел прямо на неё. Не потому что он создан в волшебном мире, а потому что должен был защищать её. — Где же ты был… — горько усмехнулась девушка, подняв игрушку на руки. Она долго всматривалась в живые глаза, но решив, что пора идти на ужин, положила его на кровать. Взор пал на коричневое древко лежащие на тумбочке. Её волшебная палочка. Может быть попробовать…? Она взяла её в руки и вычертив давно знакомую руну указала на учебник. Получилось. Предмет поднялся в воздухе, послушно покачиваясь вслед за концом палочки. Гермиона облегчённо выдохнула и направилась вниз. Коридоры Хогвартса были полны учениками, направляющимся в основном в Большой Зал. Похрамывая, она все же спустилась с лестницы и вошла внутрь, где уже собралась большая часть учащихся. Она словила взгляд Рона и робко улыбнулась ему. Парень отвернулся и, что-то шепнув друзьям, вместе с ними вскочил с места. Все трое — Джинни, Гарри и Рон — бросились к подруге. Поттер первый добрался до неё и крепко прижал к себе. — Герми… Прости меня… Я вел себя ужасно… Тогда пришел извиниться… Как ты? — бормотал ей на ухо брюнет. — Все хорошо, спасибо, — высвободившись из его объятий, ответила Гермиона, но тут же была заключена в новые, в этот раз Джинни решила поприветствовать подругу. — Привет, Джин… — И меня прости, — пролепетала рыжая. — Не знаю что на меня тогда нашло. — Все в порядке. Я на вас не злюсь, — улыбнулась уголками губ Грейнджер и вновь почувствовала крепкую хватку. Теперь Рон. — Да… И тебе привет… — Что с ногой? — поинтересовался Поттер. — Мадам Помфри помогла ране затянуться и частично восстановила мышцы, но я навсегда останусь со шрамом и буду хромать… — нахмурившись садясь на место ответила гриффиндорка. Её друзья на её реплику лишь сожалеюще кивнули головами и продолжили свой ужин. Гермиона последовала их примеру. Неужели они все же не забыли про неё? На душе стало немного теплее от осознания того, что она хоть кому-то нужна. Про неё не забыли. Её жизнью интересуется. За неё переживают. Девушка, взяв в руки стакан с соком, чтобы запить слишком острую еду, посмотрела на слизеринский стол. Пробежалась взглядом по ученикам и замерла на блондинистой макушке. Он смотрел на неё, и видимо уже давно. Крепко сжатая челюсть и ледяной взгляд явно не могли означать простое любопытство. Он злился или даже приревновал её к друзьям, хотя оба эти варианты были связаны. Гермиона робко улыбнулась ему, а он в ответ лишь поднял бровь вверх, тем самым показывая комичность сложившейся ситуации. Действительно странно — она притворяется будто бы все в порядке, а он тщательно скрывает её секрет. Но почему он так поступает было не ясно. Гриффиндорка была уверена, что он высмеет её за это или разнесет слухи о её психическом состоянии всему Хогвартсу, но он молчал. И это пугало, ведь кто знает этого Малфоя? Он может сотворить что угодно в любую секунду в этом его отличительная черта быть непредсказуемым. И Грейнджер, нахмурившись от его реакции, поспешила отвести взгляд. — Джинни, моя кровать все ещё свободна? — подала голос девушка. — Да… А почему ты спрашиваешь? — растерялась рыжая. — Думала переночевать там, можно ведь? — уточнила староста. — Конечно… — Уизли в непонимании посмотрела сначала на Гарри, потом на Рона и, вернувшись к Гермионе, натянуто улыбнулась. — У тебя что-то случилось, Герми? — неуверенно спросил Поттер. — Да нет, просто решила подольше побыть с вами… Но если вы против, то я, конечно, пойду в башню и… Все в порядке, — она натянуто улыбнулась и отправила в рот кусочек мяса. — Нет, нет! Мы просто удивлены. Конечно оставайся у нас, — заверил Уизли, погладив её по плечу. После ужина они вчетвером дружной компанией отправились в общежитие Гриффиндора. Рон и Гарри играли в шахматы, а Джинни рассказывала обо всем, что Гермиона пропустила находясь в больничном крыле. Никто не пытался выяснить настоящую причину возникновения раны, за что девушка была невероятно благодарна. Возможно они просто понимали, что не добьются ответа, из-за упертости подруги, а возможно пытались найти более подходящую атмосферу. Друзья засиделись в гостиной у камина до самого позднего вечера, когда по идеи у Гермионы должно было начаться дежурство, но она решила пропустить его, оставшись в более предрасполагающей обстановке. Мальчики ушли в свою комнату, а девчонки направились в свою. Джинни предложила гриффиндорке свою пижаму и, крепко обняв подругу, пожелала спокойной ночи. Но ночь таковой не являлась. Грейнджер долго ворочалась на постели, после чего ближе к трем часам все же от безысходности заснула. Ей снилось её назначение на пост министра магии. Множество папарацци с огромными объективами камер лезут прямо в лицо, ослепляя вспышками. Многие ликуют, некоторые стоят отстранённо, показывая всем своим видом равнодушие к девушке. Бывший министр произносит трогательную речь, которую не удосуживаются послушать даже репортёры и все вокруг кажется таким правильным и настоящим, что слов для описания всех эмоций явно не хватит. Но сквозь все эти звуки она услышала совершенно странную фразу слишком знакомого голоса. Про какой сон она говорит? — Гермиона… Просыпайся! Ты проспишь завтрак! — тормошила её за плечи рыжая бестия, но её подруга лишь, сморщившись, перевернулась на другой бок. Уизлетта закатила глаза и, стянув одеяло, крикнули в самое ухо, — Немедленно вставай, Гермиона Джин Грейнджер! Иначе я насильно стащу тебя с кровати и приведу в порядок, после чего не смей жаловаться на свой внешний вид, соня! — она выпрямилась и уткнулась руками в бока, грозно прожигая взглядом её фигуру, ожидая пока девушка поднимется, но она по-прежнему не сдвинулась с места. — Ну все, подружка, ты напросилась! — Стой… — прохныкала Гермиона, когда рыжая ухватилась за щиколотки её ног. — Я сама встану… Но чуть позже… Часиков через пять подойди… — Что?! — возмутилась Уизли. — Да ладно, ладно… — осуждающе взглянув на подружку, гриффиндорка все же приподнялась на локтях. — Встаю… — Сразу бы так! — подняв одеяло с пола шикнула рыжая. Через полчаса они уже шли по коридорам Хогвартса. Гермиона жутко хотела спать, поэтому еле переплетала ногами, а Джинни, обладавшая быстрым шагом, постоянно возвращалась за подругой, подгоняя её, толкая в спину. Но весь её сон прошел, как только они зашли в практически абсолютную тишина Большого Зала. По углам доносились лишь перешептывания, но никто не смел начать разговор вслух. Девушки подошли к столу и сели на места. Гарри выглядел чересчур обеспокоенным, впрочем, как и Рональд. — Что случилось? — начала Джинни. — Почему такая тишина? Что-то серьезное? — но Поттер ничего не ответил, лишь протянул газету своим подругам. Первая ухватила её Гермиона и, пробежавшись глазами по заголовкам, попыталась осознать написанное. Она ничего не понимала и надеялась найти ответы на развороте. Со страниц сразу же раздался противный голос Риты Скитер — самой скандальной женщины репортёра в магической Англии. «ПОБЕГ ИЗ САМОЙ ЗАЩИЩЁННОЙ ТЮРЬМЫ МАГИЧЕСКОГО МИРА — ЛОЖЬ ИЛИ ПРАВДА?» Нам всем всегда говорили о том, что пока существует тюрьма Азкабан, мы в безопасности, ведь из неё невозможно выбраться из-за уровня её защиты. Но что мы видим? Уже не первый раз волшебникам удается выбраться из плена. Вы, вероятно, задаетесь вопросом кому это удалось в этот раз — ответ прост — приговоренным к поцелую дементора верным приспешникам Темного Лорда. Побег был совершен в ночь со второго на третье октября. Министр Магии уверяет, что все беглецы будут найдены, но насколько известно из достоверных источников не был пойман и предыдущий заключённый, напомню, что прошло целых две недели с его бегства. В связи со сложившейся ситуацией просим вас сохранять спокойствие, но всё же быть осторожнее. Если вы знаете о месте нахождения Ярвуда Буш, Теренса Паркинсон, Кантанкеруса Нотта, Торфинна Роули, Селвина Хьюза или Эйвери Батлер — сообщите в министерство. За укрытие преступников вас самих ждёт заточение в Азкабан… Гермиона захлопнула разворот и попыталась выровнять дыхание. В голове появлялись тысяча мыслей одновременно, но одну она никак не допускала — Возвращение Темного Лорда. Они победили, уничтожили все крестражи, значит он не вернётся. Только не в этот раз. Но зачем сбежали приспешники? Вернее как? Кто им помог? В теории им мог помочь… Нет. Он мертв. Теперь он всего лишь видение. — Это ведь не…? — начал Гарри. — Нет. Нет и ещё раз нет. Твой шрам ведь не болит? — спросила Джинни с ноткой беспокойства, Гарри мотнул головой. — Ну вот видишь, значит наши опасения напрасны. Министерство всех поймает, нам ничего не грозит. Мы ведь в Хогвартсе — самом защищённом месте… — Уизли и Поттер удивлённо подняли брови вверх. — Да, вы правы… — кивнула девушка, вспомнив события прошлых лет. Гермиона, не желая выслушивать причитания друзей, встала из-за стола и собиралась уйти из Большого Зала. Через пару шагов она увидела его. Сумасшедшего приспешника стоящего облокотившись на дверь и гадко ухмыляясь. Девушка огляделась по сторонам, пытаясь узнать видит ли его ещё кто-то. Никому нет дела. Черт. Она робко продолжила свой путь. Страх заполонил её грудь. Он ведь ничего не сделает на виду у всех? Верно. Здесь ничего, но в пустых коридорах — что угодно. И она ступала все более неуверенно с каждым шагом. Было бы странно просто остановиться посреди дороги, но направляться прямиком к опасности было ещё более странным. Она почувствовала, как кто-то схватил её за запястье и вытащил мимо него в коридор, не сбавляя шаг ни на секунду. Гермиона проводила приспешника взглядом и заметила его раздражительности. У него явно были планы. Но кто её спас? Она посмотрела на впереди идущую фигуру, и сердце пропустило удар. Ровная осанка, крепкая спина и платиновые волосы — это Малфой… Подойдя к лестницам, он резко сбросил её руку из своей и прижал к стене, грозно нависая сверху. Он явно не был в хорошем расположении духа. — Ты шагу от меня не ступишь, тебе ясно? — бесцветно спросил Драко. — Что…? — в непонимании переспросила гриффиндорка. — Я не шучу, Грейнджер, — слизеринец уменьшил расстояние между их телами, приблизившись к её лицу, от чего думать ни о чем кроме его губ было невозможно. — Чтобы ни на шаг от меня не отходила. Ни на секунду. — Я… Не… — она приоткрыла рот и облизала губы. Он проследил за этим движением, и на мгновение его зрачки увеличились. — Грейнджер, блять… По-моему, ты очень хорошо поняла содержание статейки этой придурковатой Скитер, но видимо не уяснила последние фразы. Сохраняй спокойствие и будь осторожна. Теперь ясно? — он говорил размеренно и безэмоционально, но всё же она уловила нотки беспокойства в его голосе. — Но что подумают…? — отвернув голову в сторону, чтобы предотвратить поцелуй, поинтересовалась староста. — Выбирай о чем они будут думать о том, что ты носишься со мной или о твоём изуродованном трупе, найденном где-то в лесу или на берегу озера. Как думаешь, при каком раскладе у них будут более положительные мысли? — он усмехнулся и отпустил, дав возможность вздохнуть. — Но… — начала было девушка. — Пошли, — он, прервав её вопрос, вновь взял за руку и потащил к подъехавшей лестнице. Отличное начало дня…
