Replacement Therapy

Даже спустя две недели своеобразной заместительной терапии кадет Колчек сомневался в том, что с ним происходит. Уже как шестнадцать дней он исправно приходил по вечерам в медпункт. Исправно его встречала только доктор Харпер. Если в медпункте ошивался кто-либо еще, док ловко находила предлог, чтобы спровадить посторонних. За эти шестнадцать дней ему восемь раз ставили одни и те же капельницы, давали те же малые дозы бупренорфина и проводили постоянные «беседы». Так, наверное, их можно назвать. Наркотик нехило развязывал Колчеку язык. Когда типично-серьезный кадет впервые почувствовал острый прилив желания поговорить с девушкой, он с трудом контролировал собственные мысли – лишь бы не обронить какое откровение из прошлой паршивой жизни. Доктор же будто специально задавала вопросы, натравливая его на ответ. Но кадет не разговаривал, и ей пришлось поделиться: - Мне нужно, чтобы ты не молчал. Это единственной способ, как я могу оценить твой приход. Смешно. Будто его тяжелого дыхания, расширенных зрачков, дергающихся рук и дикого голода не хватало. Скорее её желанием было отслеживать его адекватность. Но после он сдался. Сначала молчал, ютясь в клетке собственного разума, думая о чем-то отстраненном. Мысли его были вполне адекватны – только мозг разгонял их слишком быстро, и одна сменяла другую так, что следить за общей логикой удавалось с трудом. - Почему вы вообще здесь? – спросил он как-то обыденно, когда мозг вновь прогонял через себя образ Харпер. Она выглядит уставшей от такой работы. Слишком худой – едва ли удается придерживаться качественного питания. Не выспавшейся – синяки под глазами добавляли болезненный вид. Зачем ей вообще следить за его дурацкой капельницей и за его самочувствием, когда она могла бы провести пятничный вечер где-нибудь на тусовке среди друзей вне этих выцветших стен? Ходила бы такая, крутила парнями-солдатиками вроде него. Убрать с неё мишуру серьезности и хронического изнурения – и за серым доктором в белом халате вполне могла бы оказаться «красотка из коллежа», на которых слишком часто ведутся кадеты в местных барах неподалеку. - «Здесь» - это в смысле «на этой бренной земле»? – пошутила она вымученно, но Колчек посмеялся. Кажется, впервые за всё время их терапии. - Нет же. Вы могли бы быть другим доктором. Я об этом. Сломанное предложение с трудом понималось ею, но она старалась поддерживать разговор. - Это каким же? - она внимательно следила за показателями мониторов, что-то подкручивая на рабочем пульте. - Видимо, с шутками посмешнее. - Не-а. Безразличным. Как все. – открывшаяся предельная честность кадета даже забавляла Харпер, пусть она и понимала, что во многом за него говорит наркотик. – Я вам не доверяю. - Почему же? – будто другого ответа она и не ожидала. - Обычно всем на нас насрать. На торчков. – сказано им резко и правдиво, на секунду док даже засомневалась, под кайфом ли её подопечный. - Ты же не торчок. – напомнила она, всматриваясь в его лицо. В стеклянных карих глазах тускнел отблеск мнимого понимания, что все его действия диктуются веществом. Тело его спокойно. Доза малая, но её хватает, чтобы тот нес чушь, отдавая себе отчет во всей происходящей несуразице. - Я под кайфом, док. Мы играем, я проиграл. Харпер решила ничего не отвечать. Лишь снова заглянула в свой ежедневник, сверяясь. Все же сомнения виднелись на её лице: она всё еще не была уверена, что доза рассчитана корректно. - Вам бы домой пойти, - не унимался он, - А не со мной торчать. Отчего-то док усмехнулась, но в усмешке этой едва ли скользит нота забавной шутки. - Меня всё равно никто не ждёт. А вот тебя еще нужно привести в порядок… Наркотик хоть и затуманил мозг кадета, но чуйку его не обрубил – Джейсон одним предложением перешагнул тонкую границу «пациент/доктор», а док, видимо, слишком устала, чтобы выдумывать более обезличенный ответ. Но как бы то ни было, когда действие той малой дозы заканчивается, Колчек приходит в себя. Разум будто замедляется. Разговорчивость пропадает. Цвета не такие яркие. Звуки не слишком громкие. А Харпер не кажется такой несуразной. Док, если он правильно понял, через катетеры вымывает из его тела остаточную дрянь наркотика. После этого еще с пару дней кадет может жить без дикого желания обдолбаться. Потом же – все по новой. Правда, стоит признать: после каждого приема тянет его не так сильно и кажется, что протянуть без дозы он может чуточку дольше. Даже если что-то рассчитано не так, пока её странный план, на удивление, работает. А Колчек все еще пытается выискать, в чем здесь может быть подвох… *** Усталость Харпер отошла куда-то на второй план. Раздражение Колчека после сумбурного дня сошло на нет. Обоим было чертовски странно говорить друг с другом вновь. Лейтенант чуть увереннее зашел вглубь серо-зеленой палатки. Док встала со своего места и, кажется, была почти готова обнять старого друга – но вовремя осеклась, заметив у выхода других солдат. - Время идет, а Харпер как всегда в работе, - Джейсон окинул взглядом заваленный бумагами стол. - Да руководство как всегда умудряется потерять целый контейнер. – отпарировала она шуткой в его адрес, но лейтенант лишь усмехнулся. - Всё так же нужно заполнять дурацкие табели в централ? – кивнул он понимающе, - Найдется минут десять? - Конечно. – будто она могла ответить иначе. Они покинули палатку, направляясь куда-то мимо остальных сослуживцев. Лейтенант шел впереди, изредка перекидываясь с солдатами парой фраз, док же кивала в приветствии, пытаясь по обрывкам реплик уместить в памяти лица и имена проходящих людей. - Перед отбоем всегда шумно, к этому привыкаешь, - бросил ей Джейсон, как только они вышли за пределы центрального комплекса базы. И только когда они остановились во внутреннем дворике перед пропускным пунктом, где ближайшие солдаты размещались по периметру оборонных стен, Харпер могла перевести дух. Отчего-то сейчас, стоя от капитана всего в нескольких шагах, Эшли не могла не заметить: он казался заметно выше того худощавого сутулого паренька, что ей приходилось откачивать в кадетском больничном пункте. Да и крепче по телосложению – армия явно вкладывается в физподготовку своих солдат. Если раньше в каждом её взгляде на кадета можно было уловить мнимое сочувствие и поиск малейшего решения его проблемы, то теперь за фасадом сдержанной вежливости читалась гордость, чем-то схожая с родительской. Такой Джейсон ранее не испытывал, но ему казалось, что ощущалось бы всё именно так. Она тоже изменилась, стоит признать. Раньше молоденькая докторша семенила по серым больничным коридорам суетливо и то́ропно – сейчас же походка её стала тверже и размереннее, а тон увереннее. Прежний флёр изнурения от постоянной работы сменился наращенным под бременем ответственности спокойствием. Если тогда, два года назад, прохожий едва ли поверил в то, что девчонка могла бы на поле боя оттащить раненного и привести его в чувства, то теперь в размеренных движениях полевого хирурга читалось без усилий: под пулеметной очередью достанем солдата с того света и отправим в бой. Проще говоря, оба уловили в друг друге одно – внешне, в мелочах, они почти потеряли в себе тех, в чьей шкуре начали службу. И это, казалось, было страннее само́й неожиданной встречи. - Я рада тебя видеть. Правда. – после неловкого молчания Харпер решилась заговорить первой. Тише, чем следовало бы, но она будто опасалась, что посторонний может услышать их. – Рада, что… всё сложилось так. Ты отлично выглядишь. - Как будто ты во мне сомневалась, - улыбнувшись, хмыкнул он самоуверенно – и в такой мелочи проявлялся тот, кого она знала. Те же ямочки на щеках и мелкие морщинки в уголках глаз, тот же нагловатый тон разговора, - Я, если честно, немного удивлен. Ты вроде хотела соскочить со службы, разве нет? «Соскочить». Очень точное словцо. Да, хотела. Харпер из прошлого никогда бы не подумала, что задержится в армии. Ни за что бы не поехала в горячие точки, довольствуясь лишь красивой бумажкой, подтверждающей, что несколько месяцев своей жизни она доблестно просидела на службе в больнице при кадетском корпусе. И от осознания, что планы «прошлой Харпер» Джейсон отчего-то запомнил, немного сдавливало где-то внутри – он был живым свидетелем того, как радикально её прежняя жизнь отличалась от реальности вокруг. Будто напоминал ей, с чего она начала. Харпер, стоящая перед ним и устало потирающая костяшки рук, едва ли хотела посвящать лейтенанта в детали последних двух лет. Потому ответила просто, неловко пожав плечами. - Планы поменялись. - Ясно. Такой же простой ответ, в котором Колчек проглотил слишком много своих незаданных вопросов. Едва ли на них найдется такое же односложное объяснение. Мысленно Эшли была благодарна, что тот не сыпал её дурацкими расспросами. - Ну, а ты… - начала она вновь в попытках сменить тему, - «Большой босс» теперь, карьера бьёт ключом. Джейсон усмехнулся: такой титул вообще ему не подходил. Он просто делал свою работу лучше других, остальное пришло по накатанной. В армии всегда всё просто. Оглядываясь назад, он порой сам удивляется, как всё так быстро случилось. Застилающая пелена мантры «Помни 9/11» заставила его полностью потерять счет времени. - Всё, как ты и хотел, так ведь? – будто прочитав его мысли, добавляет Харпер. Это так. Только последнее время становится тяжелее вставать по утрам. В приказах командующих чуть больше сомнений и вопросов, которые не всегда он осмеливается оспорить. При каждом спуске курка служебной винтовки мысли в его голове будто отходят на второй план, оставляя только цель. А прямо сейчас армейский рюкзак, кажется, давит на его плечи несколько сильнее. - Ну да, - кивнул он, только голос не так рьяно выражал прежнюю уверенность. Эшли списала это на позднее время и усталость. Оттого тоже не спешила вываливать море вопросов о прошедших двух годах. - Ну а… как Мэтт? – Джейсон даже удивился, как легко в голову пришло еще одного имя из прошлого. Одного из своих старших, сержанта Мэтта Харпера, он вспоминал не чаще Эшли, уверенный, что оба покинули армейские ряды еще в начале 2002. Док же вздрогнула, не ожидая услышать его имя, и отведя взгляд, неловко поджала губы и скрестила руки на груди. - Он погиб, - тихо выдавила она с тяжелым выдохом. – В Эль-Фаллудже, через пару недель, как ты уехал. - Черт, - искренне Джейсон меньше всего ожидал, что вечно веселый старшина мог быть мертв. Равно как и не хотелось ему поднимать эту тему, только встретив Харпер. - Мне жаль. Он был хорошим парнем. - Да, был. – девушка натянула улыбку, хмыкнув. – Правда, тот еще балбес. Горькая усмешка на её лице говорила об утрате куда больше, чем слова. Лейтенанту же стало отчего-то теплее: словно одним своим «балбес» Харпер вернула лёгкий флер воспоминаний, когда еще кадетом он слушал дурацкие шутки сержанта – чаще они были глупыми, но хотя бы поднимали настроение команды. Однако, где-то на затворках сознания – за свербящим чувством дежавю и попытками считать с Харпер мельчайшие изменения, что он пропустил, - ютилось… сомнение. Колющее. Задевающее. Почему же она до сих пор здесь? Мысль, на которую он не хотел отвлекаться, не сейчас: быстрых ответов ему не найти в любом случае. Вместо этого, куда легче принять другую идею: в свете последнего пиздеца встреча с Харпер казалась первым светлым пятном за долгое время. - Здесь довольно… людно, - мысли Харпер отвлекла группа солдат, что, заливисто смеясь и обсуждая что-то своё, направлялась на отбой. - Да, мы не так давно сюда въехали. – Джейсон окинул взглядом башни дворца, хмыкнув. – Считай, на кухне еще остался десерт от пирушки Саддама, на всех хватит. Харпер посмеялась с его шутки; как назло, при упоминании десерта у неё неловко заурчало в животе, но благо за очередной толпой галдящих солдат ропот голода остался незамеченным. - Кстати, о пирушках. Мы командой собираемся по пятницам, буду рад, если ты приведешь своих ребят. – Джейсон поправил свою кепку, про себя отмечая: благо пятница послезавтра, неделька выдалась напряженная. - Хах, солдатская пьянка-гулянка? – спросила док таким тоном, будто уличила кадетскую вечеринку в казарме. – Вы разве не должны дежурить или вроде того? - Это скорее клоунада местных приколистов и немного иракского пива. – хмыкнул он, пожав плечами. А после добавил с толикой гордости, - Любимчики не дежурят по пятницам, сама же знаешь. Уж если за что Колчек и любил службу, так за то, что особым отрядам вроде его дозволялась такая роскошь, как полное отсутствие дурацких патрулей по вечерам пятницы. Сколько дней Джейсон выбивал для своих ребят качественный отдых? Десять? В любом случае, слегка подпорченные отношения с командиром-придурком из отряда КРС-3 – совсем скромная плата за пятничные посиделки команды. - Договорились, мы придем. Моим ребятам тоже понадобится отдых, неделя выдалась… насыщенная. – Харпер прокручивала список сделанных дел в голове, с удивлением отмечая, как команда к вечеру еще держалась на ногах. Колчек же истолковал её слова немного иначе. - Не бери слова Кинг на свой счет. У неё просто недо… - оборвал себя Джейсон на полуслове: подобные шутки прокатывали среди сослуживцев – каждому ведь влетало от сучности Рейчел – но для док такая «формулировка первопричины» могла показаться нетактичной. Но Харпер только прыснула, подавив смешок. - «Недостаточно хороший день», я тебя поняла. Пусть так. Хорошо, что за время службы док не утратила чувство юмора. - Знаешь, Харпер, я… - Лейтенант! – голос из-за спины перебил Джейсона, и тот обернулся к источнику звука. Быстрым шагом к ним направлялся капрал из другого отряда – парнишка явно запыхался, пытаясь отыскать командира. - Прошу прощения, сэр, - и заметив док, спешно добавил, кивнув. – Мэм. Харпер кивнула в ответ, пытаясь вспомнить, встречалось ли ей сегодня его лицо. Кажется, нет. Да и торопливый тон его голоса она бы наверняка запомнила. - У нас проблема с КРС-2, сэр, не могли бы вы… - тараторил парнишка, а Джейсон, кажется, с глубоким размеренным выдохом отменил всё свои планы на качественный отдых этим вечером. Только проблем сейчас не хватало. Харпер едва сдержала себя, чтобы сочувствующе не похлопать парня по плечу. Едва ли стоит проявлять при младшем по рангу подобные вольности. - Как там говорилось? «Любимчики не дежурят по пятницам?» - подшутила она так тихо, что капрал даже не разобрал слов. Джейсон же смерил её осуждающим взглядом, явно готовый отпарировать шутку, но Харпер спешно добавила. – Что ж, не буду вас отвлекать, лейтенант. Увидимся завтра. Вот ведь… Харпер. Ладно, сегодня счет в её пользу. Этот капрал всё равно не отлипнет, пока не разберешься. И потому, соглашаясь, Джейсон только выдыхает: - До завтра, док. *** Спустя время Джейсон почти перестал опасаться, что у дока есть намерения его сдать. Уже начинался октябрь – довольно морозный для этого времени года – и если Харпер действительно планировала раскрыть его секрет, то доказательства она собирала совсем неторопливо. Потому каждый поход в медицинский кабинет для него сопровождался уже не столько с тревогой, сколько с безразличием – или в редкие дни с толикой интереса. Он чувствовал, как док снижала дозу. От бупренорфина и так не самые яркие приходы, а с меньшой граммовкой вещества все вечерние «посиделки» на кушетке превращались в одну затяжную игру «считаем черные точки на текстуре натяжного потолка». Или, если у Харпер было время, вечер проходил немного веселее – всё было легче, когда помимо разрядки химической он получал еще и… дружескую? Нет, их точно нельзя было назвать друзьями. Скорее «недо-приятели» подошло бы куда лучше. Она спрашивала его о простых вещах – о службе, о прошедшем дне, о сослуживцах и о том, что давали на завтрак – он же отвечал охотнее, иногда даже раньше, чем опиоид захватывал мозг. Разговоры с ней его… отвлекали в некоторой мере. Было проще следить за суетливыми движениями девчонки по комнате, нежели пялить в одну точку в надежде, что мышцы перестанет выкручивать вокруг собственных костей. Отвлечься ведь всегда проще. В один из вечеров, когда Харпер была занята какими-то отчетами, отвлечь Джейсона смог звонкий стук в дверь – девчонка даже вздрогнула от неожиданности, явно не готовая к посетителям. Но Колчек напрягся, когда док, встав со своего места, задвинула перед ним скудную ширму, чьей длины едва ли хватало до середины койки, и направилась к двери – кто-то дергал ту за ручку, и только хлипкий замок-защелка мешал посетителю зайти. - Эш, это я, - послышалось за дверью прежде, чем док успела открыть дверь. Голос звонкий, явно мужской – разрезал вечернюю тишину медпункта так, что от стен отскакивало эхо. Девушка выдохнула, заметно расслабившись, и неторопливо отперла дверь. - Боже, сколько можно работать, ты себя видела?! – только зайдя в комнату, выпалил гость. – Ребята в неотложке пободрее будут. - Я тоже рада тебя видеть, - она заперла за ним дверь, проигнорировав колкость в свою сторону. Джейсон, слушая шаги за ширмой, заметно напрягся: катетеры все еще торчали из его вен, и если от входа сделать несколько шагов к столу Харпер – обнаружить пациента на койке не составит труда. Мягкий шорох её кед доносился как раз в районе рабочего места, другой же стук – явно армейских ботинок, шаги Джейсона звучали похоже – напротив стола для приема посетителей. - И не шуми, пожалуйста, у меня пациент. – добавила Харпер спокойно. Черт, док, какого хрена?! Кадет тут же начал перебирать в голове голоса знакомых сослуживцев – не хватало еще, чтобы это зашел кто-либо из его отряда. Ему несложно придумывать отмазки к своему уходу перед отбоем из казармы – каждый раз новые, благо фантазия богатая – но ни в одной из версий и близко не было упоминания медпункта. Бля, что же он говорил сослуживцам сегодня? Опиоид спутывал мысли. Хотя какая к черту разница: едва ли версию притянешь к тому факту, что в его тело закачивают какую-то дрянь. - Пациеееент? – потянул парень наигранно, - В это время? И что же с ним случилось? Что, блять, за вопросы?! Или это ревнивый бойфренд сюда пожаловал? Не дожидаясь ответа, гость облокотился на рабочий стол Харпер и, потянувшись, посмотрел в сторону коек. Обнаружить Колчека не составило труда. Чертова ширма ничего не скрывала. Джейсону как никогда захотелось провалиться под землю. Благо лицо парня было незнакомо. Судя по униформе, принадлежал он к отряду сухопутных войск, по погонам – сержант, по лицу – скорее к старшинам, что не прочь подшутить над молодняком. Он был заметно выше Харпер, но чертами лица они чем-то были схожи: те же мягковатые контуры, русые волосы и серые глаза. Только гость был еще и спортивнее девчонки, а на правой скуле затухающе багровел небольшой синяк. - Привет, - сказал он с игривой улыбкой на лице, взглядом изучая Джейсона. Судя по его спокойствию, едва ли в нем можно уличить ревнивого ухажёра. – Сержант Мэтт Харпер. И что ж тебя беспокоит, кадет…? Еще один Харпер? Родственнички пожаловали? - Джейсон Колчек. - сухо выдавил он с едва скрываемой опаской в голосе. Не думал, что заученный текст с бумажки Харпер потребуется ему так скоро. – Да спина замучила и… - первый уровень отмазок заходит легче. Со вторым же – с медицинскими каракулями терминологий – всё шло куда труднее. Мысленно он делал ставки: либо сержант просто проявляет дружелюбие, либо мысленно уже готовит рапорт о том, что застал кадета в медпункте после отбоя. В первое верилось с трудом; при втором мозг судорожно пытался придумать хоть сколь логичную отмазку своего присутствия здесь. - Ах, спина? – едва ли сержант поверил в его историю, особенно учитывая катетеры, торчащие из рук. - Миофасциальный болевой синдром. – вступилась Харпер, будто чувствуя, что Колчек под бупренорфином не сможет и пары терминов сказать. Да и к тому же, фокус внимания парня нужно вернуть на себя. – Ты теперь о каждом моем пациенте будешь беспокоиться? - Нет, только о таких красавчиках, - усмехнувшись, прыснул он, отчего тут же получил от Харпер – та, схватив со стола легкую папку с файлами, шлепнула его по плечу. Парень, сгорбившись, лишь заливисто посмеялся. – Да за что?! У них частенько кровь не в те места приливает. Ты здесь врач, должна о таком знать. И сержант посмотрел на неё с видом, будто док не знала элементарной медицинской концепции. А Джейсону после наблюдения за таким представлением стало несколько легче: парень едва ли походил на того, кто готов написать раппорт на проходящего кадета. - Не суди по себе. – док едва сдерживала улыбку, прогоняя парня со своего места. Всё больше походило на подростковые разборки, нежели на «сержанта» и «военного доктора». – Зачем ты вообще пришел? Мэтт вернулся вниманием к Харпер, кажется, решив на сегодня кадета оставить в покое. - Слушай, сис, дело есть. Довольно деликатное. – тон его стал заговорщицки приглушенным, но в тишине ночи Джейсон без проблем мог его слышать. - Если это что-то венерическое, я не собираюсь на это смотреть. – отпарировала Харпер, хмыкнув. - Да ну тебя, Эш! Про такое не шутят! - А не то что? Кровь приливать перестанет? Раз уж поднимаются животрепещущие темы, нельзя их замалчивать. Джейсон сдерживал себя, чтоб не засмеяться с их перепалки. - Ты ужасна. Я вообще про другое хотел сказать, – и будто поддерживая этот театр, Мэтт вновь обратился к Джейсону. – Ты бы сменил врача, она точно сведет в могилу. Я едва держусь из последних сил, никакой любви к нуждающимся! - Ой, да иди уже! – Эшли прихватила из ящика стола связку ключей и показала головой на дверь в хранилище медикаментов. – Держится он из последних сил… И театр двух актеров под шумные причитания Мэтта скрылся за хлипкой дверью комнатушки. Джейсон же мог выдохнуть спокойно. Бросил взгляд на часы – обычно он находился под капельницами до часу-двух ночи, сейчас же время едва перевалило за полночь. Что ж, можно вновь вернуться к занимательной игре «посчитаем точки на потолочных панелях». Или вздремнуть. Тишину вокруг занимал мерный шум медицинской аппаратуры. Из соседней комнатушки доносились только отголоски звонкого голоса парня, но разобрать слова было трудно – то ли от того, что говорил он довольно тихо, то ли наркотик приглушал всё окружение вокруг. Сколько уже прошло времени? Минут двадцать? Кажется, целая вечность. Часы же бездушно отмерили пять минут. Забавный все-таки парень, этот Харпер. Чертовски повезло, что их не застукал кто-либо из отряда Джейсона. Хрен бы он знал, как выкручиваться из такой ситуации. Из сегодняшнего вечера вывода сделано два: кажется, не помешает всё же зазубрить листок Харпер до атоматизма и придумывать легенды на уходы более основательно. А еще, наверное, не помешает заручиться поддержкой док в том, что её братец не будет трепать о Колчеке в медпункте. Мало ли, о чем будет рассказывать сослуживцам общительный сержант, да и к тому же… - Что?! – оторопелый возглас доктора из соседней комнаты оборвал мысли Джейсона. – Да ты в своем уме?!! - Послушай, Эш. Знаю, это незапланированно, но… - парень тоже повысил голос, и от былого ребячества не осталось и следа. - «Незапланированно»?! Так это сейчас называется?!! – черт, док явно была на взводе. Джейсон не мог подумать, что вечно спокойную Харпер возможно вывести до подобного состояния. Напряжение будто просачивалось через дверные щели, и Эш, будто вспомнив о пациенте, постаралась говорить тише. Эмоции били через край, выходило с трудом. До Джейсона все равно доносился их разговор. - Это, черт побери, не туристическая поездка! Чем ты вообще думал?! - Эш… послушай, - надо же, сержант едва сдерживал бурю эмоций своей сестры. – Это просто учебный выезд в зеленую зону, там безопасно, везде наши и… - «Безопасно»?! Ах, ну да, я ж забыла: Ирак – это ведь где-то в Диснейленде?! - не унималась она, отрицая его доводы. Сарказм звучал как никогда ядовито. - Черт, да нам осталось четыре месяца служить. Мы же хотели вернуться домой и… - Я знаю, что ты устала от этого. Знаю. – не зная, как к ней подступиться, Мэтт не терял надежды успокоить её. – Мы и месяца не отслужим дольше, я обещаю. Ты закончишь свой контракт, я как раз прилечу к тому времени – и мы вернемся. Ты еще рада будешь, что я свалил со своими тупыми шутками. Судя по тому, как за дверью звеняще гремела тишина, Харпер наверняка испепеляла брата взглядом. - Пойми, - будто в объяснение, добавляет он, - Я не могу отправить своих ребят одних. Ты бы поступила точно так же. - Я бы… - конец фразы совсем затух за дверью. После та противно щелкнула и скрипнула, отворившись на небольшую щель, и за рваным выдохом снова послышался голос Эш. – Я тебя услышала. А теперь извини, мне нужно вернуться к работе. Тон почти нейтральный. Выверенный. Принимающий. Только мягкие шаги кед рвано шаркают по полу, стоит Эшли спешно подойти к койке. Стук армейских ботинок за ней почти спокойный, правда направляется гость к входной двери. Док даже не смотрит на него, изучая показатели на экране аппаратуры. - Ладно, хорошего вечера. Я зайду завтра. – неловко бросает Мэтт у двери сестре. - Угу. – отвечает она сдержанно, даже не посмотрев в его сторону. Только личико схмурилось, и во взгляде читалось: «Будто завтра что-либо изменится». Входная дверь глухо щелкнула, и вместе с ней, кажется, с глубоким выдохом из Харпер выходит всё напряжение. На секунду она закрывает глаза и потирает переносицу. А Джейсон – надо же, кто бы мог подумать – наблюдает за ней, боясь вставить лишнее слово. Будто одним своим присутствием он может вывести её еще больше. - Так, извини… - выдыхает она, возвращаясь вниманием к аппаратуре. – Еще минут десять, и мы закончим. Не хочу тебя сегодня долго держать. Джейсон с трудом подавляет желание спросить её о перепалке, о брате и о том, какое назначение его ждет. Это ведь совсем не его дело, он просто случайный свидетель, так ведь? Так. И пусть растерянное личико докторши не убеждает тебя в обратном. Потому он отвечает просто. - Как скажете, док…