Replacement Therapy

- Всем постам. Это «Бравион-6». Объект зачищен. Малое сопротивление подавлено. Только оружки… меньше, чем мы ожидали. Каковы указания? Прием. Сообщение из армейского приемника привнесло толику жизни в крошечный гражданский седан, что уже минут сорок выжидал под палящим солнцем чуть поодаль мечети Аль-Нидаа. В пропаленном салоне без кондиционера – будто можно ожидать подобную роскошь от тесного фольца годов восьмидесятых – словно консервы в банке ютилось четверо солдат, почти с раздражением наблюдая за тем, как у входа в мечеть уже с полчаса ничего не происходит. Джейсон, следя с переднего пассажирского сидения, тоже почти терял веру в слова мальчишки. С их наблюдательной позиции, откуда легко просматривалось здание с парадного и бокового левого входа, обстановка казалась почти обычной: в будний день после обеда зашло четыре прихожанина. Никто не выходил. Никаких ополоумевших шахидов, никаких уродов из республиканской гвардии, ни ослов с повозками, полными гранатометов – ничего, что могло бы хоть как-либо оправдать простой трети отряда в этой глуши. Но, отмечал Колчек, чертова удача была в том, что ни у Дельты, ни у Бравиона не оказалось никаких проблем с захватом баз. При таком раскладе однохренственно, где просиживать штаны до конца «гуманитарной миссии». - Бравион-6, насколько меньше? Прием. Голос оператора-связистки отдавал флёром какого-то холода и отстраненности, что всегда интересовали лишь выжимки сухих фактов. Подобное отношение частенько подбешивало рядовых в полях, и оттого вдвойне забавно наблюдать за тем, как они стараются выдерживать тактический тон. - Ээм… Думаю, здесь только треть. Треть? В голове все же мерцал лучик надежды, что мальчишка не обманул американцев, и остатки вооружений могли быть перевезены куда-либо еще. Правда, вряд ли в такую дыру, как эта чудом уцелевшая мечеть, но это уже отдельный вопрос. - Только треть? Вы точно всё осмотрели? Может, пропустили какой подпол или… - Мы проверили даже под юбками мамаш этих уродов. Оружки нет. Нда. Тактического тона все же не так много в запасе. Парни на задних сидениях одобрительно прыснули. - Кхм, ясно. План тот же, вывозите всё, что нашли. - Вас понял. Конец связи. - Значит, нам всё же исправлять их косяк? - Ник на заднем сидении потянул отстраненно, вытирая футболкой пот со лба. Он даже снял излюбленную панаму – настолько в душной тачке невозможно терпеть адскую жару. - Пока непонятно, - Джейсон ответил честно, пусть прямота его не поднимала боевой дух в машине. – Харпер дала наводку, стоит проверить. - Ха, медики у нас типа разведка? – с толикой нескрываемого пренебрежения хмыкнул Пирсон. - Медики у нас типа контачат с иракцами, а те имеют свойство болтать. – Колчек понимал мнимое недовольство команды, но все же настаивал на своём. – К тому же, считай: Багдад, исторический центр, гребаная мечеть – да я приобщаю тебя к прекрасному! - Да нахрен, к прекрасному я бы сам «приобщился», поставь меня на патруль в блок В. Поближе к дамочкам. Солдаты хмыкнули в скрываемом согласии – все же Пирсон мог прямо сказануть то, о чем прочие предпочитали молчать в рамках служебного приличия. - Ага, мечтай, - Колчек поправил кепку, хмыкнув, - И чем тебя не устраивает наша компания? Ты что ж, морпех, готов своих променять на юбку? Наезд с его стороны расценивался скорее как постановочная шутка, которую сослуживец поддержал с абсолютной искренностью в своих словах. - Ну, кэп, объективно, - Пирсон поджал губы в почти похотливой усмешке, что оценить мог только Ник, - Их азиаточка – та еще штучка. Я бы, так сказать, «заглянул на прием». И сразу на повторный. Четвертый из них – рулевой – согласно закивал, давая другу пятюню, видимо, за схожесть вкусов и желанных перспектив. Джейсон лишь обреченно выругался себе под нос, усмехнувшись, а Ник же, наблюдая за другом со спины, решил чуть сместить акцент беседы: благо о его «предпочтениях» в девушках-коллегах никому не известно. - Ну, главная их тоже ничего. – отстраненно тянет он, пожимая плечами. - Не, - отвечает Пирсон с таким скепсисом, словно его попросили оценить какую-то незначительную мелочь. - Ну, внешне – на твердую восьмёрочку, согласен. Но видно же, что зануда та еще. Всё только по делу. Вся такая… правильная, аж в сон клонит. - Может, идиоты просто не в её вкусе, - ляпнул Колчек первое, что пришло в голову, но поспешил исправиться, сообразив, как шутка может выглядеть со стороны. – Чисто предположение. Нда. Лучше не стало от слова совсем. Даже Пирсон не решился парировать его шутку, лишь глянув на Ника. Хорошо, что в тачке зеркало заднего вида было отломано с корнем, а Джейсон не сводил взгляд с центрального входа в мечеть. Немой вопрос в глазах солдата был увиден лишь мулатом. - Вы же были знакомы? – решается спросить Ник в тему. - Мм? – уточняет Джейсон больше в попытке выкроить себе пару ценных секунд, чтобы обдумать максимально нейтральный ответ. - Ну, с Харпер. – сержант едва ли повелся на столь дешевый прием, но так и быть, повторился. - В одной кадетке служили. Это было давно. Кея немного смутило, как лаконично и коротко ответил Колчек, будто не желая развивать тему. И в подтверждение тому берет в руки рацию, связываясь с машиной по ту сторону мечети – ребята контролировали неказистый черный вход, к которому, почему-то, проложен достаточно широкий подъезд. Что ж, свои вопросы Кей решил оставить на более подходящее время – если они вообще будут уместны. В сравнении с пустым ответом друга Харпер казалась куда более сговорчивой. - Парни, есть у вас что? Прием. - в тоне Джейсона почти не осталось надежды на хорошие вести. - Всё тихо. Из странного – восемь минут назад припарковался седан в двадцати футах от входа, из тачки никто не выходит. Могут ли их тоже обсматривать? Черт, если так, ситуация легко может перейти в градацию «дрянь». - Что за тачка? - Белый мерс пятьсот шестидесятый, тонированный – нихрена не видно, кто внутри. Ну, разумеется. Разве не похожие корыта сейчас изрешечены на парковке Кэмп-Слэйер? Дело однозначно не радужно. И первый шаг приходит в голову Джейсону сам собой. - Не светитесь, но глаз с них не сводить. Если минут через десять ничего не изменится – наведаемся к нашим гостям… - Джоуи, есть новости? – Харпер буквально влетела в палатку связистов, искренне обрадовавшись, заметив знакомое лицо капрала. - Угу, «Бравион» зашел гладко, у «Дельты» тоже все без проблем. Неплохой денёк. – отвечает он с долей скуки в голосе, будто иракская жара вкупе с ожиданием порядком его изморили. - А лейтенант? - А, там пока ничего. Выжидают около мечети, штурм не планируется. – ответ её, кажется, устроил, но уходить она не спешила, потому капрал добавил. – Мне что-нибудь передать? - Нет-нет, не нужно. Мы просто заканчиваем и… - вряд ли Джоуи мог дать ответы на её вопросы, и Харпер решила не вдаваться в детали, лишь махнув рукой. – В общем, мы тогда начнем сбор на базу. Дай знать, если что поменяется, хорошо? Капрал кивнул, и Харпер поспешила вернуться к своим. Пусть официально «гуманитарная миссия» закруглялась вместе с концом рабочего дня клиники (что Харпер находила довольно ранним: в четыре часа дня люди всё еще толпились у дверей госпиталя, но управляющий с истинной долей врачебного цинизма отказал больным в дальнейшем приеме, ссылаясь на отсутствие свободных коек и загрузку персонала), у док еще оставалась часть рутин, которые нужно было привести в порядок. Взять хотя бы расчет выдачи припасов для госпиталя: местный персонал, кажется, терпел американских солдат на своей территории исключительно оттого, что грузовик с припасами так и не был разгружен. Схема работы вполне простая: по итогу дня Харпер собирает с приемных всю записанную за день статистику и вместе с ассистентами просчитывает общую картину состояния больных. Проходимость за день, возрастные и гендерные паттерны, рассплитовка по жалобам, доля ранений тяжелой/средней/легкой тяжести – в общем, бумажная волокита, которая пост-фактум едва ли влияет на жизни людей, но чертовски радует начальство. Побольше формуляров на официальных бланках – поменьше вопросов к медицинской щедрости. Думалось Эш, выдача семидесяти процентов от привезенных припасов вполне устроит Кинг и покроет потребность больницы, если считать, что сегодняшний день не самый худший по собранной статистике. Иракские коллеги же приняли помощь весьма сдержанно, поблагодарив и поинтересовавшись, когда американцы покинут территорию госпиталя – Харпер едва сдержала свое желание подчеркнуть особое гостеприимство коллег, но всё же ответила в той же нейтральной манере. Еще не хватало под конец дня портить себе настроение. Ей и без того еще предстоит отчитаться перед Кинг. Закончив с «официальной» частью гуманитарной миссии, Харпер была приятно удивлена, что её коллеги вместе с солдатами заканчивали сборы мобильного пункта. Казалось, им тоже уже не терпелось вернуться на базу, и они собрали все необходимое несмотря на чудовищную усталость после перенесенного дня. В холле блока В оставались лишь собранные ящики, что один за одним солдаты погружали в припаркованный у входа грузовик. Команда же приходила в себя, устроившись за сдвинутыми в углу комнаты столами. Паркер дремал, оперевшись о стену: Харпер думалось спросить о девочке, но она решила не тревожить его сон. Ли расположилась на пошарпанном пыльном стуле недалеко от него, подперев голову рукой. Заметив Харпер, она устало похлопала по столешнице рядом с собой, приглашая подругу присесть. - Ну, что там? – тихо спросила Эрика. - Пока ждем. – Эшли устало потерла переносицу, присев на край прогнившей столешницы. Стоило взглянуть на коллегу, как и на неё накатывало желание прилечь. – Я уже начинаю сомневаться, правильно ли поступила. Джоуи сказал, у групп захвата все спокойно, а наши не планируют штурм, но… сама знаешь, как это бывает. - Нда уж, если станет жарко, мои ноги скажут «до свидания». Еще одну смену я не выдержу. – Ли не добавляла оптимизма, но старалась поддержать подругу. – Ну, ты обязана была сообщить. А переть напролом, беря с собой два с половиной человека – не твое лейтенантское решение. И отвечать за это тоже не тебе. Как будто бы ответственность перед руководством могла волновать Харпер. - Дело же не в этом. – отмахивается она, явно желая рассказать большее, но вовремя осекается. Не может же она вывалить на своего подчиненного шквал мыслей о том, что старший лейтенант, с которым она «познакомилась лишь вчера», поступил слишком… не так. Не так, как соотносилось с её рациональностью. Не так, как она смела ожидать, опираясь лишь на тусклые воспоминания двухлетней давности. Не так, как мог бы кадет-первак, что только нацепил форму. Но поступил так, как ожидаешь от карьериста, прущего по лестнице без особой оглядки на остальных. - Ты не за всех в ответе, не забывай об этом. – вздыхает Ли, ткнув подругу в плечо. – Как ты тогда сказала? Какой у нас приоритет? Харпер усмехнулась, вспоминая свою первую речь, с которой пришлось выступить перед новоиспеченной командой С-4. Паркер тогда был более отстраненным, и за день мог новому командиру сказать разве что «Привет» и «До завтра». Ли только вернулась с «ссылки с бриташками» (так её командировку тактично обозвал полковник Кинг), и оттого весь общий цинизм европейских коллег ей был уже по горло: долгие разговоры и рассусоливания на одном месте она не выносила. Младшие ожидали от «той самой Харпер», известность которой шла на крошечный шажок впереди её, какого-то «вау!» эффекта сродни тому, что показывали на экранах в американском ситкоме – ну, том самом, где два друга только закончили учебу и пришли в клинику к циничному мерзавцу в практиканты, а тот лишь благодаря собственному гению мог безбожно чморить тех без зазрения совести. А Харпер же… нервничала и запиналась на словах – тогда публичные выступления еще были для неё в новинку - зато говорила искренне и так, как думает. Оттого постановка её прямой цели запомнилась команде на всю службу. - Спасать армейские задницы, даже когда их решения сделаны не той головой. От простой, но чертовски правильной мысли девушки не смогли сдержать улыбок. - Вот именно. Так что какая разница, кто и что там решил штурмовать, чтобы порадовать альфа-сучку? Один черт она найдет, к чему придраться. – Ли пожала плечиками обыденно, а Харпер прыснула в недоумении. - Ты где таких титулов понахваталась? - Солдаты нашептали. Говорят даже, авторство за нашим лейтенантом. Нда уж. В такой мелочи, отметила Харпер, вполне мог узнаться Колчек. Видимо, с армейским повышением уровень юмора не особо меняется, хоть это радует. - Не всегда нужно повторять за тем, что говорят сверху. – Эш попыталась изобразить тень серьезности, что полагалась ей по собственному рангу, но друзья без особого труда разглядели: в их команде титул «самая важная из самых важных офицеров ЦРУ» без проблем заменится лаконичной альтернативой от морпехов. Харпер не особо будет этому сопротивляться. - Прозвучало как от моей мамы, - за спинами девушек лениво потянул Паркер, приоткрывая глаза. Кажется, своими смешками подруги все же разбудили коллегу. - Что, робот, подзарядился? – Ли развернула свой стул в пол-оборота, дабы видеть друга, а тот лишь махнул на неё рукой. Во взгляде Харпер парень сразу предвосхитил вопрос, что она собиралась задать, и потому коротко ответил: - Прошло нормально. – Ли не сразу поняла, о чем говорит Паркер, но он добавил, - Договорился с местными, девчонку оставят в стационаре, брата тоже осмотрят и временно оставят тут. - Ну, хоть что-то хорошее. – док выдыхает, потирая лоб, - Спасибо. На сегодня можно почти расслабиться и… Как назло, сигнал в её гарнитуре прервал её. Док не сразу сообразила, что надоедливый монотонный писк звучит только над её ухом, а потому немного замялась, прежде чем вскочить со своего места и выйти из комнаты временного отдыха в коридор, дабы не мешать остальным и – что важнее – говорить без опаски, что команда может услышать лишнее. Когда дверь за её спиной захлопнулась, она приняла сигнал. - Лейтенант Харпер, это капрал Гомез. Голос парня в динамике казался выверенным и спокойным, что заставило Харпер мысленно расслабиться: едва ли таким тоном можно сообщить плохие новости. - Джоуи? Слышу тебя, что случилось? Прием. - Запрос от лейтенанта на поддержку: мечеть захвачена, есть раненные: четыре человека. Из них - трое гражданских. Приказ выехать на место немедленно. За разученными стандартными формулировками приказов, что вдалбливаются солдатам в головы чуть ли не с первого дня службы, едва можно расслышать эмоции по любую сторону сигнала. Когда читается подобный приказ, Харпер словно переключается: личные эмоции и любая предвзятость к ситуации отходят на второй план вместе с накатывающей усталостью и ломотой в теле, а вместо них – четко выработанный алгоритм дальнейших действий. Харпер разом вспоминает карту, что видела ранее, когда Джейсон давал разнарядку солдатам. Прикидывает время сборов и путь до местности, состав команды. На четырех раненных трех человек хватит с лихвой. На затворках сознания также просчитывает, что в крайнем случае нужно будет делать прямо на месте, а что сможет подождать до прибытия либо на эту базу, либо – куда худший сценарий – в Кэмп Слэйер. И весь этот вихрь мысли в её голове собрался за пару-тройку секунд до того, как в истинно-военной манере также сухо она отвечает: - Принято, выезжаем. Конец связи. При подъезде к мечети Аль-Нидаа так сразу и не скажешь, что на территории происходили незапланированные военные действия: внешне храм выглядел «вполне обыденно», насколько можно так сказать о постройке осажденного города. На мгновение Харпер даже показалось, что здание она видела ранее утром, проезжая мимо. Основное отличие с утренней картиной было лишь в том, что у парадного входа остались заброшенными пара мерседесов, изрешеченных пулями, – по чистоте кузова, принадлежавших явно кому-то из иракской верхушки, - но обе машины едва виднелись за подъехавшими военными хаммерами. Внутри храма ситуация была не столь радужной: войдя в центральный зал, врачи заметили с двадцать-тридцать гражданских, что ютились группой на скамьях в окружении американских военных. В другой части зала посадили раненных, вокруг которых капралы помладше – те, у которых еще руки тряслись всякий раз, как стоило оказать первую помощь, - пытались помочь иракцам, хоть и выходило у них не слишком эффективно. Солдат же, попавший под пули, сидел чуть поодаль, и еще один человек не отходил от него: заметив приближающихся медиков он подорвался со своего места на встречу Харпер. - Капрал Бивз, мэм, - кратко представился он, - Ранен капрал Росс: ранения средней тяжести, мы провели подготовительные меры, мэм. - Поняла, - признаться, Харпер слушала доклад солдата вполуха, вниманием больше сосредоточившись на ранениях солдат. – Дальше мы сами, спасибо за помощь. Капрал поспешил ретироваться к своим, а Харпер отдала приказ Камилю и ассистенту Ли заниматься иракцами. Сама же принялась осматривать солдата. Капралу, к счастью, «повезло»: ему попали в бедро, благо обошлось без перелома, и пуля прошла насквозь. Выглядел он также бодро, и даже глупо рассказывал о том, как его «зацепило». Так обыденно и с долей досады – мол, единственный неудачник в команде, – что Харпер не смогла долго держать маску серьезности, лишь причитая о том, что не нужно к проблеме относиться с такой беспечностью. Парень, кажется, не особо прислушивался к её советам, лишь причитая: «Вон, в лейтенанта и Берри тоже попали – а у них только броники поцарапались!». - Грузите всё сюда, нужно разобраться со этим поскорее. – вдалеке за своей спиной Харпер услышала голос лейтенанта, и ей пришлось буквально сделать над собой усилие, чтобы не обернуться в его сторону. Просто ли для того, чтобы убедиться в его состоянии или же выразить немой укор из серии «Я же говорила» - она не слишком хотела в этом копаться, ставя перед собой единственный приоритет на сейчас – простреленное бедро бедолаги-капрала. Даже старалась игнорировать лишний посторонний шум вокруг, голоса солдат и командирское «Медики уже здесь?». Разве только спиной чувствовала на себе тяжелый взгляд – или ей так казалось от накопленной усталости. Настроение стало еще хуже, стоило минут через десять услышать четкий стук торопливых твердых шагов по камню мечети. Харпер инстинктивно бросила взгляд в сторону звука: в главный зал собственной персоной прибыла Рейчел Кинг. Судя по тому, каким холодным взглядом она осматривала помещение вокруг, вряд ли она проезжала мимо и решила почтить всех визитом вежливости. - Вот черт, только этого не хватало, - выругалась Харпер себе под нос, осторожно поднимая ногу солдата. - Нда, альфа-сучка явно не в восторге. – солидарно потянул капрал. Его позиция для обзора была куда более выгодной: если Харпер приходилось обрабатывать ногу парня, развернувшись спиной ко всей правящей верхушке, то солдат, оперевшись о стену, мог прекрасно наблюдать за всем разворачивающимся театров почти с первых рядов. - Вы подняли шум? – спрашивает Харпер в напряжении, пытаясь если не увидеть, то хотя бы предугадать весь спектр эмоций Кинг на данный момент. - Не, наши сработали тихо. Под конец только их уроды открыли огонь, но пару-тройку хлопков вряд ли кто заметил. – спокойно отвечает капрал, не отрывая взгляда от офицера. – О, лейтенант выглядит уверенно. Авось нам даже не влетит. И все же док обернулась. Всего на пару секунд, не больше – но того хватило с лихвой, чтобы заметить, как лейтенант, держась в непоколебимой уверенности своего успеха, отвечал на укоры Кинг, часть которых доносилась даже до самых дальних уголков мечети. Не потому, что та говорила громко или излишне эмоционально, но скорее оттого, что солдаты вокруг будто в едином порыве старались даже двигаться чуть тише, только чтобы урвать свой кусок командирского выговора. Не особо успешно, к их разочарованию. - Вам чертовски повезло, что ваша выходка не обернулась провалом. – укор в голосе Кинг сквозит через тень мнимой похвалы, которую не каждый может выцепить. Харпер, к слову, не могла, и потому лишь мысленно хмыкнула в согласии, соглашаясь с офицером. - Да брось, мы оружки нашли больше, чем фейерверков на четвертое июля. Примите там верхушкой к сведению. – сарказм Джейсона хоть и казался не совсем уместным, но, видимо, обладал силой, успокаивающей Кинг. - От рапорта это в любом случае не спасет. – выдыхает офицер, осматриваясь. Все же ящики с боеприпасами, что выносились американскими солдатами, поумерили её пыл. – Харпер здесь? - Вот же ж черт… - выругалась док себе под нос, пытаясь отгородиться от них в работе. Капрал напротив лишь прыснул, понимая настрой девушки. - Бежит по вашу душу, док… Ему не требовалось заканчивать предложение – приближающаяся чеканка каблуков за спиной служила куда лучшим ответом. А у Эшли же, казалось, все мышцы кора стали плотнее, будто такая имитация напряженности могла спасти её от назойливых вопросов. - Харпер, - без любезностей Кинг обратила внимание на себя. – На минуту. - Мэм, я немного не в том положении, чтобы… - На. Минуту. Харпер с трудом подавила в себе тяжелый выдох раздражения, переживая, как бы установленные крючки Фарабера не соскользнули без её поддержки при любом движении кадета. Зажимы так же пришлось оставить у открытой раны, а окровавленные перчатки док решила не снимать – пожимать руку коллеги в любезностях она явно не собиралась, равно как и задерживаться здесь более запрошенных шестидесяти секунд. Кинг сделала два шага в сторону от раненного будто из соображений мнимой секретности, что прибавило док очков раздражения. - Мне ясна́ общая картина, - обыденно-холодно начала Рейчел, - Но смущает контекст, в котором моя команда оказалась… здесь по наводке медика. Мысленно док возмутилась: это что, еще и претензии в её сторону? Она, конечно, не рассчитывала на благодарности, но выдерживать груз выговора за добытую информацию явно не входило в её планы. - Кхм… Мы получили информацию от иракского мальчика, которого я… - Об этом я в курсе. – перебила Кинг так, словно ожидала от подчиненной другой «более точный» ответ. Но у Харпер не было сомнений: Колчек наверняка обрисовал ей последние события. Девушка пыталась найти поддержку в его взгляде – благо тот стоял позади Кинг, и ему перепадала лишь часть командирского негодования – но Джейсон лишь едва заметно мотнул головой, сжав зубы. Одним лишь видом показывая: «Спокойнее». - Тогда не совсем понимаю, что вы хотите от меня услышать. – выдерживала тон Харпер, - Лейтенанту известны все подробности, и вряд ли я могу добавить что-либо еще. - Я уверена, что можете. – настаивает Кинг, и её спокойствие продолжает выбивать из себя. – Командование хочет увидеть от нас полный рапорт через два часа. Вы должны понимать, сколько внимания сейчас приковано к Зоне. И потому незапланированные… «инциденты» вроде сегодняшнего требуют полного обоснования. Старый добрый армейский бюрократизм заставил док натянуть улыбку, что больше исказилась вымученной усмешкой. - При всем уважении, в чем смысл моего рапорта? Я опишу абсолютно то же самое, что и лейтенант. Для экономии времени можете распечатать его копию – подпишу, не читая. Или командование хочет услышать медицинские заключения ко всему прочему? Происходящее начинало отдаваться ноющим давлением где-то в желудке: все же не с каждым капитаном Эшли позволяла себе такие вольности. Но абсурд происходящего уже недурно выводил из себя. А Кинг же, несмотря на нападки подчиненной, оставалась непоколебимо спокойной. - Включите всё, что считаете нужным. Ваши заключения также могут представлять интерес. «Могут». Просто смешно. - Офицер Кинг, - Харпер почти отчеканила её имя, пытаясь выдохнуть, - Я искренне не могу сейчас уделить время бюрократическим тонкостям: мой пациент лежит не в самых стерильных условиях с открытой раной и истекает кровью. Думаю, моя подпись на бумажке может немного подождать. Если позволите. Будто Кинг могла сказать что-либо иначе. Конечно, подобное поведение терпеть она тоже не собиралась, но выплеск её негодования вовремя перехватил Колчек: - Отчет будет у тебя на столе через час. Лейтенант Харпер, - док на секунду показалось, словно ради командирской прихоти её могут припахать еще и сочинение на десять листов строчить, и Колчек будто прочитал это в одном её настороженном взгляде. – Возвращайтесь к работе, а то Росс сейчас уже разрыдается от боли. - Именно так, сэр. – поддержал капрал, пожав плечами. – Плачу как девка и не могу больше терпеть. Боже, как же я теперь без правой ноги! - Тебе в левую попали, - отпарировала Кинг, на секунду скинув маску серьезности и улыбнувшись, - И как теперь медикам терпеть твои шутки в лазарете? Их юмор перебил напряжение, повисшее в воздухе, и Харпер, кивнув, вернулась к своему пациенту, облегченно выдыхая. Правда, не до конца понимая, как обещание Джейсона слепить «рапорт за час» соотнесется с её графиком, но отправляя столь неимоверно-важную-титанически-нужную задачу в корзину «решить когда-нибудь никогда». Как бы то ни было, Колчек увел Кинг в сторону, отвлекая её статистикой по собранному оружию. А для Эшли, кажется, будто сам воздух стал свежее, стоило вернуться к работе – и даже слегка соскользнувший зажим не смог подпортить ей настроение. По крайней мере, одно злополучное простреленное бедро – и этот адский день для неё наконец-то закончится… И все же док, видимо, была чертовски права, когда развернула Кинг с её чудесной инициативой собрать «сочинения на свободную тему». Примерно через час, когда она закончила с бедром капрала, рядовой солдат притащил ей шесть страниц какой-то писанины, под которой ей нужно было поставить свою подпись. Что она и сделала, не читая текст чисто из принципа, но в глубине души искренне надеясь, что Колчек последовал её совету сделать полную копию его отчета и просто поменять автора. И потенциальное раздражение Кинг по этому поводу совсем не пугало. После же – «увлекательнейшие» сборы из больницы Аль-Кинди под тяжелые взгляды иракских коллег: за выделенную гуманитарную помощь они поблагодарили довольно сухо, словно понимая истинный замысел визита американских врачей под конвоем солдат. Но, как бы то ни было, врачи уезжали тоже не без «тяжкого груза» - всех еще ожидала вечеринка по приведению всех собранных документов и записей в порядок для обоснования выделенных припасов, и сухой наскоро собранной статистикой не обойтись. Команда медиков едва держалась на последних силах, заполняя табели отчетности, и Эшли, поблагодарив их, должно быть, раз тридцатый за вечер, распустила своих ребят, когда должный минимум работы отправился в папочку «Заполнено». Остальное дописать под армейские прихоти – задача, вполне выполнимая одним командиром. И тем не менее, Эшли почти дремала, подперев голову рукой и склонившись над последними формулярами. Голова переваривала вещи слишком туго, но чувствовалось девушке, отложи всю эту муть до завтра – есть риск попасть под нежданный утренний допрос от Кинг. Особенно учитывая, что Харпер уже обозначила границы «своей занятости», что весьма могут заинтересовать офицера ЦРУ. - Боже, ты хоть что-нибудь слышала о «делегировании»? – насмешливый южный акцент у входа в палатку CSH заставил док взбодриться и развернуться ко входу. Колчек, наскоро осмотревшись, вздохнул: и правда, кроме Харпер в медблоке никого не было. – Очень полезная штука. Рекомендую. - Семинар по эффективному менеджменту идет в соседней аудитории. – отшутилась она, откладывая бумаги в сторону. – Мне недолго осталось в любом случае. Усталость отступила, будто док внутренне убеждала себя собрать все последние силы. И если не всматриваться в чуть покрасневшие от напряжения глаза, не задумываться о нагрузке всей медкоманды за сегодняшний день и не вспоминать о «привычно-бодрой» Харпер, то обывателю может показаться, что док вполне свежо выглядит для столь позднего часа. Только Джейсон не мог игнорировать все эти «не», и потому вел себя также расслабленно, присев на край какого-то ящика с запасами и думая, как тактично отправить свою подчиненную на заслуженный отдых. - Кстати, спасибо. – добавила док, - Что помог с рапортом. Надеюсь, ты просто дал мне свою копию? - Нет конечно. Я, вообще-то, всегда ответственно подхожу к задачам. - усмехнулся Джейсон, - Твой отличается от моего. - Серьезно? – вместо восхищения на лице Харпер было лишь сожаление о потраченном зря времени лейтенанта. - Разумеется. Аж три предложения к своему дописал. «Пришел пацан. Он был странным. Я доложила о нем». Считай – новый отчет с нуля за три минуты! Харпер сарказм оценила, и на душе стало спокойнее. Будто сей крошечный ответ установленной бюрократии мог хотя бы на секунду встряхнуть верхушку флером сложившегося абсурда. - Хотя Кинг тебя после сегодняшнего явно отметит «в любимчиках», - от Джейсона звучало больше как дружеское наблюдение, нежели командирский упрек. - Ну и пусть. Мне здесь карьеру не строить. Она пожимает плечиками, и тут же замечает во взгляде Колчека вопрос: конечно, Харпер «вне армейской карьеры» должна была вернуться в родительское гнездо в Огайо еще в 2002, но никак не торчать тут с бумажками в центре Багдада. И потому, оценивая её переработки – он был уверен, в завале она не столько от желания проявить себя на новом месте, но больше из необходимости – изучает док с неким недоверием к её словам. Но она добавляет: - Когда всё закончится, не хочу выбирать между армейскими подачками и мирным небом. Так просто и искренне, что Джейсон не смог скрыть удивления. Харпер тут же напряглась, подумав, что все же сказанула лишнего, и спешно поправила себя, чуть запинаясь и подбирая слова: - То есть, я не в смысле, что армейская карьера – это плохо, просто это… Как бы объяснить… - Не твоё? – легко посмеялся Колчек, находя забавными её оправдания, - Ну, по крайней мере приятно знать, что наш док будет думать в первую очередь о солдатах, и в последнюю – о том, как бы выслужиться. Как будто могло быть иначе. Нет, все же Колчек не мог отрицать: когда дело «младшего лейтенанта Харпер» оказалось в его руках, нахождение девушки в армии он не мог объяснить себе никаким иным образом, кроме банального «девчонка карьеру строит». Да, нелогично. Да, не так, как она планировала. Да, против всего, что она говорила ему тогда, вечером в медпункте MCRD перед тем, как его вместе с остальными кадетами отправят в Ирак. Да, даже после того, как её брат погиб на этой чертовой земле. Её просто не должно быть здесь. Но вот же незадача: она действительно осталась в армии. С накопленной усталостью разгребает весь тот же бюрократический мусор. Еще и кичится, что карьера ей совсем ни к чему. Что-то не сходится. Но едва ли он в праве требовать разъяснений. - Кстати, сам-то как? – прерывает тишину Харпер, выдохнув, - Капрал сказал, тебя тоже зацепило. - Да по мелочи, - заверял Джейсон, отмахиваясь. – Всё нормально, урод царапнул по бронику семидесятым, думаю. - Семидесятым калибром? – Харпер вскинула брови в изумлении, граничащем с негодованием. – Я видела сломанные ребра и от меньшего. - Ну, значит, я тот еще счастливчик. – усмешка, от которой на щеках лейтенанта тут же проступили ямочки, словно была завершающим аргументом - Угу, - со скепсисом отвечает док, все же украдкой сверля взглядом корпус парня. Что, очевидно, от него не скрылось. - Теперь оно не даст тебе покоя? – насмешливо привстает он со своего места и, как кажется Харпер, думает направиться к выходу из медпункта. - Вовсе нет, разве я вправе навязывать свое лечение всяким «счастливчикам»? И без того работы навалом. – и хмыкнув, док решает вернуться к бумагам. Лейтенант же, обходя её рабочее место, делает шаг не в сторону выхода, но напротив за ближайшую ширму с медицинской койкой. - Ну да. – самодовольная усмешка Колчека за ширмой и шорох одежды мигом заставили Харпер оторваться от отчета и с удивлением уставиться на силуэт за ширмой. - Так и скажи, что просто хотела увидеть меня без футболки. - Колчек, ты оборзел?! Харпер воскликнула, должно быть, чуть громче положенного, совсем не заботясь ни о позднем времени и тишине на базе, ни о ранге своего пациента. Скорее, его наглость затмевала все эти мелочи. Правда, не хотелось ей подмечать, что именно в этой юношеской наглости проглядывался тот самый Кочлек, которого она знала еще на базе в Южной Каролине. - Да ладно тебе, Харпер, - заливисто смеясь и упиваясь её мнимым смущением, добавляет он. – Ты же не оставишь пациента? Что если у меня там смещение ребра какое-нибудь, или печень треснула там, или еще чего… Его медицинскую несуразицу она пропустила мимо ушей. - Ну, так тому и быть. Я же вообще здесь только на обнаженных парней смотрю, а лечить – это в другой отряд. Туда же, где есть эффективный менеджмент. – отпарировала док, но все же достала из коробки пару чистых перчаток. Казалось, флер усталости чуть отступил, оставляя немного места ясным мыслям. Эшли, поправив халат и надев перчатки, вернулась за ширму. Бронежилет и синяя футболка парня были аккуратно сложены на стуле. Джейсон терпеливо сидел на кушетке – только ямочки на щеках выдавали прежний задор. Но, отмечал он про себя, прямой взгляд серых глаз Харпер в район его торса навевал воспоминания: кажется, так же беспристрастно она смотрела на него всякий раз тогда, во время его первых визитов. По делу, не отвлекаясь на другие детали. Все же в подобных мелочах она не так сильно изменилась за эти годы. - Попали справа? При осмотре Харпер с трудом замечает под ребрами синюшный подтек, что едва различим из-за контуров татуировки, растянувшейся от плеча на правой стороне корпуса. Нда, она, конечно, привыкла к любви солдат набивать себе всё, что их душе угодно, но в определенной мере подмечать новые рисунки на теле лейтенанта было… необычно. Странно вообще, что она помнила подобные мелочи и среди вереницы узоров могла отличить те, что появились на коже парня куда позже их последней встречи, но мысли решила отогнать в сторону: в конце концов, куда важнее, чтобы рисунки не скрыли от неё необычные паттерны кровоизлияний. Джейсон молча кивает вместо ответа на её вопрос. Пусть удачная миссия в определенном роде раззадорила его, но все же где-то к горлу подкатывает крошечный зуд вялой неловкости. - Тогда ложись на левый бок. – почти приказывает она, и Джейсон послушно поворачивается, ловя в мыслях нотки кадетской ностальгии. - Так, со мной в Рэмбо играть не нужно. Если хоть немного больно – говори. Ну, точно док. Джейсон кивает, усмехнувшись. Стоит только прохладным пальцам коснуться его груди, как по коже отдается волна мелких мурашек: все же, думает он, брезент палаток не лучшая защита от разгулявшегося вечернего ветра – пусть теплого, от которого обычно все равно мучает жажда, но все же. Еще раз Колчек дернулся, стоило ладони девушки надавить сильнее недалеко от раны – и то, он дернулся скорее от неожиданности, что девчонка, в которой после дня в полях не должно было остаться и крупицы силы, может с таким усердием надавить на ребра. Нет, конечно, в армии служит много по-настоящему выносливых женщин, но в его глазах отчего-то Харпер… будто не представлялась с равной им силой. Словно общее впечатление от её невысокого хрупкого тела, спокойного тона голоса, так отличного от типично-командирских чеканок девушек-коллег, и мягких черт лица, пусть и слегка заостренных скудным режимом отдыха и питания, не складывалось в образ типичного командира. Да и раньше не складывалось, честно говоря, когда девчонка проходила мимо, шурша мягкой подошвой кед по кафельным полам больничных коридоров. Будто всему её появлению самой природой было непозволительно проявлять подобную силу. Харпер обошла койку с другой стороны, и Джейсон мог лучше рассмотреть её лицо. Она полностью сосредоточилась на том, чтобы правильно провернуть его плечо в суставе, наблюдая, как за смещением её рук под загорелой кожей и мышцами двигаются ребра. Изучает абсолютно бесстрастно, будто «Джейсона» не было вовсе: замени его на кого другого или манекен – док и не заметит, полностью утопая вниманием в правильном движении тела. Нда уж, Колчек признавал, что подобную увлеченность своим делом он находил завораживающим. И, должно быть, оттого чуть замыленным усталостью взглядом карих глаз он изучал лицо Харпер, не отрываясь. Она точно не замечает – иначе бы наверняка отпустила колкость, что он «пялится». Ну, ладно. Ему не впервой быть в стороне, лишь мысленно восхищаясь увлеченностью док. А еще, подмечает он, теплое дыхание Харпер, что лишь слегка касается его, стоит ей приложить чуть больше силы, контрастирует с прохладными касаниями тонких пальцев – и вновь по телу будто пробегаются маленькие разряды тока. Обостренные лишь благодаря вечерней прохладе, никак иначе. - Так и будешь молчать как партизан? – усмехнувшись, подмечает Харпер. На долю секунды Джейсон растерялся, подумав, что док все же словила его цепкий взгляд – и тут же мозг начал подбирать тысячу отмазок, чтобы не ударить в грязь лицом. Правда, ни одну озвучивать не пришлось. - Иначе ты и правда счастливчик, если с такой гематомой тебе не больно. – добавила она, в упор не заметив его смущения, и Джейсон мысленно выдохнул. - Видимо, по касательной прошло. Нда, все же между Харпер и работой едва ли его скромная фигура сможет привлечь к своим мыслям внимание. - Ну, просто лучший день в жизни, - наиграно согласился лейтенант, руками нащупав на стуле футболку. – И цел, и почти массаж получил. Можно спать спокойно. - Ну да, у нас же здесь курорт, - поддержала Харпер, тактично отворачиваясь от парня. Забавно: словно после осмотра её «туннельное» зрение, сфокусированное лишь на темно-синем кровоподтеке, разом исчезло. Или вполне неожиданно её заинтересовала какая-то планшетка с инвентаризационной описью медикаментов. Колчек не смог сдержать тихого смешка, заглушенного шорохом его одежды. - Но в любом случае, - заговорила она вновь чуть тише и без толики прошлого задора, стоило услышать звон и шипение застежек-липучек армейского жилета. – Хорошо, что тебе повезло. В этот раз. Джейсон встал с койки, поправляя жилет, и тяжело выдохнул. Он и сам понимал, что чертова удача нехило так подсобила ему сегодня, и во многом пойди что не так – проблемы эти не расхлебать. А под пронзительным взглядом Харпер, что скрывал беспокойство за выстроенной стеной рабочей этики, мысли эти давили сильнее. Да, черт бы побрал, эти мысли душили его ровно с тех пор, как её доводы о необдуманном риске – разумные доводы, которые Харпер умела выстраивать так, что к ней прислушиваешься, - обрушились на лейтенанта с его краткого «медики остаются здесь». - Просто… - добавляет она мягче, скрещивая руки на груди, - Я уже говорила: вы не бессмертные. А мы – не всесильные. Помни об этом, когда в следующий раз решишь спровадить меня куда-нибудь приказом с очередной авантюры. Он мог бы возразить. Мог бы хорохориться, что его парни – лучшие на всей базе, и их поражение просто исключено. Мог бы наскоро придумать отмазку, как они бы объяснили все надоедливой прессе из Зеленой Зоны, если бы что-то пошло не по плану. Мог бы обрисовать схему захвата мечети, будь иракцев вдвое-втрое-впятеро больше, чем их. А еще он мог бы сказать Харпер, что верил: наводка того ребенка из больницы явно вела к чему-то значимому, что нельзя было игнорировать. Он мог бы даже расщедриться на благодарности в её сторону, пусть и понимая, что в целом контексте ей это отнюдь не нужно. Но что он не мог – так это признаться, почему не хотел тащить её за собой. В «черт знает куда», как она правдиво выразилась. Почему отдал приказ оставаться на месте – даже в грубой форме, когда она отказывалась его слушать. Именно потому, что она отказывалась его слушать. Джейсон – командир. Он легко построил себе карьеру, всегда держа в голове одну из прописных истин: люди – это ресурс. К нему в распоряжение попал ценный ресурс – целый медотряд, заточенный на помощь в полях боевых действий. И он мог, как твердила Харпер, использовать этот ресурс по прямому назначению, чтобы максимально обезопасить себя. Только он не мог признать, что «её» ресурс куда ценнее потенциальной выгоды. И в подобной обстановке он просто не мог позволить себе переживать и за ход операции, и за Неё. Морпехи уже справлялись сами – и справятся снова. В конце концов, у него ведь лучшие ребята. Только её этим все равно не убедить. Харпер всматривается в его лицо, явно дожидаясь ответа. И ему непросто выдерживать это мнимое требование. Непросто выстраивать линию аргументов – мешает то ли общая усталость, то ли накаленная обстановка, то ли его свершившийся успех, то ли вообще все разом – но, кажется, не так часто в жизни ему приходилось проглатывать собственные мысли, запирая их в камере своих гипотетических диалогов. Этот вечер же – один из таких. Колчек устало вскидывает бровями, выдыхая, и едва заметно кивает. Сглатывает ком в горле вместе с желанием объясниться – все равно его доводы сейчас излишни. - Ладно, - говорит чуть тише обычного, и в горле немного першит, - Больше никаких авантюр без твоего участия. Он выдавливает из себя улыбку – и, кажется, Харпер ему верит…