Голубка

После того, как он сбежал от унижения, тебе не потребовалось много времени, чтобы решить пойти за ним. «Он влюблялся в меня?» Ты не могла выкинуть это из головы. Не бегая по коридору. Не пытаясь отодвинуть полку, пока на помощь не пришла кассита. Только не когда проходила мимо Альмы, которая, казалось, беспокоилась о том, что всего секунду назад ее сын выскочил из дома и сказал не искать его. Ты не могла выкинуть это из головы. Ты бросилась в лес, прекрасно зная, что Бруно не побежит в город в таком состоянии. Верхушки деревьев в лесу заслоняют одеяло темных облаков, покрывавших небо. Ты бежишь вглубь леса, не зная, где он может быть, но решив искать везде. Звук сандалий, быстро ударяющихся по лесной подстилке, привлек твоё внимание. Ты поворачиваешь голову замечая его, мчащегося вниз по крутому скалистому холму с непревзойденным балансом и скоростью. Его шаги были большими и быстрыми, его можно было принять за ягуара. — Бруно! Он услышал. Это заставило бежать быстрее, его зелёное пончо исчезает в кустах, когда ты начинаешь преследовать его. Немного раздражало, что он мог так легко слиться с окружающей средой. —Стой! Ты изо всех сил пыталась не упасть, когда твои ноги скользили по крутой земле, а руки подтягивали юбку до колен, чтобы не споткнуться об нее. У тебя уже начали болеть ноги, но ты продолжала. Всё эти лестницы сделали ноги Бруно сильнее, чем ты думала. Ты бежишь мимо деревьев, принимая кусты и листья за зелёное пончо Бруно. Ты осматриваешься, пытаясь поймать взгляд мужчины, который только что признался тебя в своих чувствах. Но куда ни глянь, его там не было. Казалось, что ты преследовала его в течение нескольких часов в этот момент, не будучи уверенной, что ты вообще следила за ним. В какой-то момент ты решила просто сдаться и надеяться, что в конце концов он вернется домой. Ты перестаешь бежать, кладешь руки на колени и тяжело дышишь. Ты не могли больше бежать. К счастью, когда ты повернула голову, чтобы посмотреть направо, ты заметила его. Он прислонился спиной к высокому камню, при, и обнял руками ноги. Он знал, что ты была там, но надеялся, что ты просто уйдешь и забудешь, что это когда-то было. Он всё еще выглядел униженным и подавленным, выражение, которое ты никогда не хотела видеть на его лице. Ты подошла и села рядом с ним. — Привет — вздыхаешь ты. — Привет… — бормочет он в ответ. Все кажется таким оглушительно тихим. Все в лесу казалось застывшим во времени, листья и ветки практически не издавали звуков. —Ты любишь меня? — спрашиваешь ты, хотя знала, что это был глупый вопрос. Его тело отодвигается от твоего. Ему было неудобно, он хотел быть немым, чтобы он никогда не сказал ни слова. Ты вздыхаешь. «Бруно…» Ты останавливаешься. Не зная, что ему сказать. Ты понятия не имела, собирается ли он вообще говорить. Ты позволила тишине взять верх, прежде чем попыталась снова. —Я не понимаю, — говоришь ты, — Ты спрятал всё эти видения в туннеле, чтобы я не узнала, что ты влюбился в меня? Почему? Он не решается говорить, но знает, что должен. Если он этого не сделает, кто знает, что произойдет между вами двумя. Вы оба сблизились, и он не хотел этого терять. Ты не хотела терять единственного человека, которого город считал изгоем, человека, с которым тебе пришлось прожить всю оставшуюся жизнь. Твой муж. — Я… ты мне начала нравиться… до того, как я встретил тебя, — отвечает он, словно сожалея о каждом сказанном им слове даже сейчас, тщательно подбирая то, что хотел сказать. Твой разум быстро искал ответы. Как он мог начать влюбляться в тебя, если вы даже не встречались? —Видения… — бормочешь ты, мысленно перебирая многочисленные стопки одних и тех же видений в комнате. —Я продолжал получать видения, но через некоторое время мне казалось, что я хочу продолжать видеть эти видения. Будущее выглядело таким… счастливым, когда ты была там, — говорит он, по-прежнему избегая тебя. На его глазах едва начали появляться слезы. —Бруно.. — Ты никогда этого не хотела, — выпалил он, внезапно его лицо исказилось во что-то совершенно жалкое. Спрятав лицо в ладонях, чтобы ты не видела, как чувство вины захлестнуло его. —Что?— Ты посмотрела на него. — Ты никогда не хотела выходить за меня замуж, и я чувствовал себя виноватым из-за этого, — попытался объяснить он, его голос становился громче, — я чувствовал себя виноватым, потому что ты мне нравишься, но ты даже не знала меня! У тебя не было выбора. Ты очень заботишься о Бруно. Вы были рядом друг с другом, вот в чем был весь этот брак. Но любовь? Ты не знала. Ты любишь его? Может быть, это было возможно. Но ты бы не смогла сказать. Любовь была похожа на незнакомца, который выглядел странно знакомым, что-то, что ты думала, что знаешь, но не была полностью уверенна, когда думала об этом. Ближе всего к этому ты чувствовала всякий раз, когда Бруно использовал эти глупые прозвища или когда ты чувствовала, как он кладет свою руку на твою, но это было другое. — Прости… — пробормотал Бруно сухим и пыльным голосом. Не совсем уверен, за какую часть он извинялся. — Все в порядке, — это всё, что ты смогла ответить. Ты заметила, как вдруг пошёл дождь. Облака между верхушками деревьев темнеют, твоя кожа дрожит от ощущения, что они льются на тебя. Если вы хотите вернуться домой и не промокнуть полностью, вам нужно идти сейчас. Но что-то остановило тебя. Дождь резко прекратил капать на тебя. Ты подняла глаза и увидела зелёную ткань, закрывающую твою голову от ливня. Повернув голову, ты увидела, как Бруно приподнял свое пончо, чтобы защитить тебя от дождя. Запах мокрого песка затмил твоё обоняние, запах, который тебе уже как родной. Его непослушные волосы и усталое лицо скрывал зелёный капюшон. — Я полагаю, у Пепы не лучший день, да? - Ты неловко смеёшься. Бруно кивает, его глаза все еще не встречаются с твоими. — Она беременна. —Что? Пепа беременна? Так вот чём были все эти напряженные и обеспокоенные взгляды. Она боялась сказать своему поддерживающему эксцентричному мужу, что беременна. —Да, видел это в недавнем видении. Решил сохранить в секрете, чтобы не портить впечатление от остальных членов семьи. —Тебе следует поговорить с ней, она говорит, что ты её избегаешь, — говоришь ты, вспоминая, как она выглядела раздражённой, когда ты спросила о нём. Она явно собиралась затаить обиду, пока он не извинится или, по крайней мере, не заговорит с ней. - Возможно, ты права, — кивает Бруно, — хотя мне лучше подождать, пока она немного успокоится, и потом.. —Я никогда не думала, что ты обуза, особенно когда ты пытаешься извиниться перед своей чересчур драматичной сестрой, — перебила ты его, прежде чем его бессвязность превратилась во что-то, с чем будет труднее справиться. Он на мгновение взглянул на тебя, что-то, что ты едва уловила под тенью его пончо. Ты подвинулась ближе к нему, наблюдая и ожидая еще одного взгляда на его карие глаза. Когда ты приближаешься к нему, ваши бока практически соприкасаются, вот тогда он и посмотрел на тебя. Наконец-то смогла увидеть его зеленоватые глаза, казавшиеся карими из-под капюшона, это ощущение проникло в ваши чувства, когда они сияли в тусклом свете. Ты могла почувствовать, как твоё лицо нагревается, когда ты смотрела на него. «Бруно» Его губы оказались на твоих прежде, чем ты успела произнести хоть слово. Его руки нежно обхватили твое лицо, когда он наклонился над тобой. Пончо, которое когда-то покрывало твою голову, упало, позволяя дождю капать на твою кожу. Ты не сопротивлялась, когда он целовал тебя, ты чувствовала бы себя виноватой, если бы сопротивлялась. Он оторвался так быстро, как только мог. Его тело отшатнулось, а лицо полно беспокойства. — Я-прости! —Бруно вскрикнул, отворачиваясь. Его лицо покраснело от смущения, он прикрыл рукой рот. Сам он был шокирован собственными действиями. Сожаление обо всем. Он снова винил себя. — Бруно, я… Он оборвал вас, размахивая руками и извиняясь: «Прости! Я не подумал! оно само» Ты остановила его бессвязное бормотание единственным известным тебе способом, ты поцеловала его. Притягивая его голову к своей, ты быстро прижалась к его губам. Давая ему понять, что он не должен винить себя и что с ним все в порядке. Ты осторожно провела пальцами по его растрепанным темным волосам, когда притянула его ближе. Часть тебя чувствовала себя виноватой, зная, что он любит тебя, и ты не знала, любишь ли ты его в ответ. Ты могла бы, но не была уверена. И это испугало тебя. — Я позабочусь о тебе,— бормочешь ты, отрываясь и прижимаясь своим лбом к его. Он кивает, его дыхание было тяжелым. Его лицо было более красным, чем раньше, когда его руки легли на твои щёки. Ты была уверена, что могла видеть его улыбку. Дождь все еще лил, а ваши волосы стали мокрыми, вы оба сидели под деревом, держась за лица друг друга, пока не решили, что пришло время выбраться из-под дождя и пойти домой. Твоя рука взяла его, когда выводила его из леса. Хотя это чувство вины все еще преследовало тебя по пятам, ты чувствовала что-то ещё. Что-то счастливое. И когда ты поворачиваешь голову назад, чтобы посмотреть на Бруно, видя мягкую улыбку на его лице, ты можешь удостовериться, что он чувствовал то же самое. После того, как он сбежал от унижения, тебе не потребовалось много времени, чтобы решить пойти за ним.