Похотливый отчим

***

Парни сидели в зале. Антон настойчиво ждал ответа. Он хотел знать — Арсений с ним играет или же у него есть к нему какие-то чувства: — Антош, прости, я не удержался, — сказал, наконец-то, мужчина. — В смысле? — Я не знаю, как объяснить. Наверное… — Арсений остановился и посмотрел на губы Антона. Мужчина потянулся к парню, обхватывая его за талию руками и притягивая к себе. Даже такое касание вызывало бурю эмоций у Антона. Арсений положил парня на подлокотник дивана, так что они оба оказались в горизонтальном положении: мужчина сверху обхватил паренька одной рукой за талию, а на вторую облокотился, так, что он полностью навис над Антоном. Теперь они могли прямо посмотреть друг другу в глаза, лицом к лицу. Сердце Антона билось как бешеное и могло вот-вот выпрыгнуть из груди. Вдруг он почувствовал, как возбуждается и не знал, что с этим делать, молодой организм что ж поделать. Арсений с каждой секундой приближался к губам парня, пока не прикоснулся к ним. Губы мальчика были мягкие, пухлые, что никак не могло не радовать Попова, который так трепетно начал целовать. Мужчина всасывался в первую и во вторую губу по очереди, а затем просунул язык между губ, проникая в рот парня. Арсений почувствовал, что в него упирается твёрдый член Антона. Не отрываясь от губ, его рука сползла с талии до ширинки джинс. Мужчина ласково водил по отвердевшей плоти. Парень промычал от удовольствия. Ему хотелось, чтоб Арсений сократил расстояние между ними и снял штаны, но он с этим тянул, поэтому Антон потянулся к ширинке, собираясь расстегнуть её, но Арсений схватил его руку, сжимая запястье, и отпрянул от парня: — Рановато тебе ещё, — улыбнулся Арсений. — Но мне через месяц будет восемнадцать, — проскулил Антон, требуя продолжения. — Вот когда будет, тогда и поговорим. — Засмеялся Арсений, отступая и садясь на диван. — А как же мама?.. — спросил Антон, облокачиваясь на локти, чтобы сесть нормально. — Секунду назад ты о ней не думал. Антоша умолк. Он не знал, что на это ответить. Ведь Арсений прав. Он – будущий муж его матери, то есть его отчим, – это связь запретна. — Ладно, прости, — сказал Арсений, замечая, что тот в замешательстве. — Мне сейчас надо поехать к себе, полить там цветы и вообще квартиру прибрать… — Я с тобой! — Останься лучше здесь. За домом присмотри, а я скоро вернусь, — Арсений встал. — Я не собака чтобы дом сторожить. Я хочу с тобой. — Ладно, но тогда ты мне поможешь с уборкой. — Договорились, — Антон тоже встал. — Вот только… — Что? — Ну как бы… — Арсений посмотрел на стояк Антона, показывая в чём «проблема». Антон понял и пошёл в уборную комнату, по дороге кидая фразу: «Это ты виноват!»

***

Квартира оборудована очень красиво и стильно. Зал, в котором стоял огромный телевизор, а него напротив диван, под которым расстилался маленький, пушистый белый коврик. Почти на всех подоконниках стоят разные, красивые и, наверное, экзотические цветы. На стене висела картина приличного размера с пейзажем на горы. В спальне стояла двуспальная кровать и зеркало. Окна там были с потолка до пола, завешенные молочного цвета тюлью. На стене висело много разных фотографий: вот Арсений выпускается из школы, вот он получает сертификат, свидетельствующий о том, что он профессиональный фотограф, вот Попов стоит на фоне Эйфелевой башни и ещё несколько подобных из Питера, Сочи, Италии, Китая и тому подобное. Кабинет был больше по размеру, чем все остальные комнаты. Вдоль стен стояли огромные полки с книгами, рабочий стол, на котором стояла лампа и рамка с фотографией, где мужчина пожимал руку молодому Арсению. Фотограф сумел запечатлеть тот момент, когда они над чем-то смеялись. К столу, было приставлено кожаное чёрное кресло. Кухня была совмещена со столовой. Вдоль стены стояло кухонное оборудование, а напротив окно, такое же огромное, как в спальне, и свисала вниз такая же тюль, к нему был приставлен столик. Конечно, в квартире была уборная и ванная комната, которые не отступали своей роскошью другим комнатам: ванная была настолько большая, что в неё могли легко поместиться до четырёх человек, если немного потесниться. Помимо ванны была ещё душевая кабинка, около неё стояла раковина, над ней висело зеркало, которое можно было немного на себя потянуть, и открывалась полка с гигиеническими предметами. Антон удивился, что несмотря на достаточно долгое отсутствие хозяина, квартира вовсе не покрылась пылью. В ней всё было стерильно, как аптеке или больнице. — Да что здесь можно убирать? Здесь чисто, как у хирурга в операционной! Антон вспомнил свою комнату, и ему стало стыдно, что он давно не занимался там уборкой. Пыль покрыла почти все поверхности, а в каком-то из углов потихоньку проявлялась паутина. Он решил, что как вернётся в свою комнату, то сразу возьмётся за неё. — Ну, я б так не сказал. Как говорится: ты не видишь минусов, пока тебе о них не скажут. — Хорошо, назови мне хоть один. Скорее всего, после этой «операционной» Антон взглянет на свою квартиру под другим углом и увидит сразу все минусы, которые могут быть. Ведь за столько лет проживания в ней у него замылился глаз и многое он мог просто не заметить. — Так, я буду мыть окна, а ты вытри пыль и полей цветы, — Антоша выпучил глаза. — Издеваешься? Здесь ни пылинки! — Тряпка под раковиной на кухне. Там же и чистящее средство, — Арсений решил проигнорировать восклицания Антона. — Хочешь сказать, спирт? — усмехнулся Шастун. — Иди, давай, работы много. «Может он параноик?» — засомневался Антон и принялся за работу. Через полчаса они закончили с уборкой и сидели на диване, смотрели телевизор. Арсений пододвинулся к Антону и нежно обнял его за талию одной рукой. Он хотел его поцеловать, но вспомнил, что Антон в таком возрасте, когда его организм легко возбуждается и решил этого не делать. Так они сидели до позднего вечера и решили остаться до утра, а затем спокойно вернуться домой. Около двенадцати они начали готовиться ко сну. Арсений выдал парню полотенце и отправил купаться, а сам начал стелить себе на диване: — Значит, целоваться ты со мной можешь, а спать нет? — возмутился Антон. Арсений на это замечание улыбнулся и подошёл к пареньку. — Антоша, мне совесть не позволит, чтобы мои гости спали на диване, а я, как король, на кровати, — Антон не знал, что ответить немного подумал, а затем решил схитрить. — Я не хочу тебя стеснять, поэтому спи спокойно. — Ты меня вовсе не стесняешь. Я тысячу раз здесь засыпал после работы. Нет разницы, где мне спать. Антон понял, что его план рушится прямо на глазах, как карточный домик, когда подул ветер. Единственное, что ему нужно было — это каким-то чудным образом отправить Арсения спать к себе в комнату. — Тем более! Если он такой удобный, то я могу на нём поспать. — Ну если ты так хочешь, тогда ладно… — недоверчиво, но всё же Арсений согласился. Антон довольный своей победой отправился мыться. Он снял с себя всю одежду и залез в душевую кабинку. Тёплые капли воды стекали по его худощавому телу, согревая его своим теплом. Вдруг раздался стук в дверь. Парень выключил воду: — Да, заходи! — крикнул Антон — Ты уверен? — сомневался Арсений. — Я сейчас тебя сам сюда затащу! — дверь открылась, но, из-за того что кабинка была застеклена, таким образом, что можно было увидеть только легкое очертание силуэта – Арсений не мог ничего увидеть. — Что такое? — Я тебе принёс боксеры. Не переживай, они совсем новые. Я их не надевал. — Ладно, но я бы предпочел быть вовсе без них и лежать с тобой в одной кроватке. — Я сделаю вид, что ничего не слышал. — Дверь закрылась, и Антон продолжил. Шастун вспомнил, когда был совсем маленьким, мама зашла к нему, он лежал в ванной, расслабился и немного задремал, поэтому сразу не заметил, что родительница зашла. Проснулся только когда почувствовал на своей груди руки. Мальчик не успел пикнуть, как руки надавили на грудь и он с головой погрузился в полную воды ванную. Он пытался вздохнуть, когда начал только погружаться, но вода попала ему не в то горло и он начал кашлять, а из-за этой ошибки вода просочилась ещё глубже в легкие, внутрь его, и начали отдавать болью. К счастью руки ослабили хватку, и Антоша смог выпрыгнуть из воды, заливаясь кашлем, пытаясь вдохнуть и вытиснуть попавшую воду. Парень помнил этот случай, будто это случилось не много лет назад, а только что. Он до сих пор не мог понять, почему мама так поступила, а спросить боялся. После этого он больше ни разу не лежал в ванной, боясь, что руки снова надавят на грудь и погрузят его с головой в воду. Антон выключил воду, оделся и отправился на диван. После парня в душ направился Попов, а потом примерно через двадцать минут вышел, пожелал Шасту сладких снов и закрыл дверь своей комнаты. Когда ему показалось, что Арсений, наконец, уснул он медленно встал и направился к нему в комнату. «Совесть ему не позволяет, ага, как же! Не с тем связался!» — он открыл дверь комнаты и на цыпочках подошёл к кровати. Мужчина сладко сопел. Антон лёг рядом, забрал половину одеяла и увидел под светом луны, что Арсений лежит и смотрит на него ничего не понимающими глазами. Он приподнялся, опираясь на локоть: — Антош, это не диван. — Ты меня выгоняешь? — Не манипулируй. Если ты передумал идею с диваном, то я могу туда перелечь. — Мужчина собрался встать с кровати, но парень схватил его за шёлковую ткань пижамы, придерживая его. — Почему ты не хочешь со мной спать? Мы почти родственники. — Ты сам ответил на свой вопрос. Через месяц я женюсь на твоей матери. То, что мы делаем — неправильно. — До тебя поздно начало доходить осознание. Мы поцеловались, а значит, ты ей уже изменил. Повисло молчание. Антон не знает, зачем так поступает с родной мамой. Может из мести? Всё детство она над ним издевалась, но ведь многого он добился только благодаря ей, а что делать если мальчику всё это просто не нужно было? Ему нужна была только любящая мать, которая приласкает если больно, поддержала бы если что-то не получается, говорила если не хватало общения, уделяла больше внимания и, в конце концов, просто любила, а не создавала видимость этого чувства. Антоша ничего из этого не получил. Одни только требования, а если он делал, то она говорила: «Этого не достаточно, ты мог бы и лучше». Арсению же гораздо тяжелее с этим смириться. Не это в нём воспитывали родители, но что делать с чувствами? Сердцу не прикажешь. Его мама домохозяйка, а отец юрист. Его семья была полностью противоположной, чем у Антоши. Родителям было тяжело смириться, что их сын хочет быть простым фотографом, но они ценили, то что он делал и не хотели своим отрицательным ответом оттолкнуть от себя сына, показать ненависть, поэтому просто смирились, приняли его решение. Они дали ему всё что могли, а после восемнадцати лет доверили его самому себе. Он уже взрослый человек и вправе делать, то что он считает нужным. К счастью, Попов обладал огромным талантом и его профессия начала приносить хорошие деньги. — Думаю нам надо всё это закончить, пока не случилось что-то ужасное, — Арсений смотрел куда-то в темноту, говорил тихо, будто боялся кого-то спугнуть. — Ты серьёзно? — Антон не мог поверить ушам. Что только творится в голове этого мужчины? — К сожалению, — мужчина встал с кровати. — Да что с тобой происходит? Сначала ты ко мне пристаёшь, а потом отталкиваешь! — Прости… Антон ничего не ответил и вышел из комнаты. Его любовь снова отвергли, как когда-то это сделала мама. За что ему это наказание? Он оделся и старался тихо выйти из квартиры не замеченным, и у него получилось. До дома ему пришлось идти около десяти кварталов. Сквозь безлюдные улицы, быстрым шагом он добрался за час. Он снял с себя обувь, прошёл в зал и там снял всю верхнюю одежду. До семи утра оставалось каких-то пять часов. После случившегося он долго не мог уснуть, а за два часа он толком не выспался и получается, что в школе он будет ходить, словно сонная муха.

***

Тишину прервал звонящий телефон. Арсений быстро встал с кровати и побежал в зал, где у него остался лежать телефон. Он боялся разбудить Антона. Мужчина схватил со столика телефон и сразу ответил не глядя, на имя абонента. — Алло? — шёпотом сказал Арс. — Привет, прости, что в поздний час, но дело не терпит отлагательств, — по голосу мужчина узнал свою будущую жену. — Майя, что случилось? — Попов посмотрел на диван и, не обнаружив там Антона, испугался. Он быстро пробежался глазами по комнате, ища знакомый силуэт, но никого в зале не было. Тогда он начал ходить по квартире, надеясь, что парень пошёл попить или наоборот. — Я приеду завтра днём. Мне удалось выкупить последний билет на рейс, поэтому мне нужно что бы ты собрал все свои шмотки из моей квартиры и к моему приезду даже духа там твоего не осталось. Ты меня понял? — Ты чего, милая? — Арсений Сергеевич, мне известно, что вы угробили психику моему несовершеннолетнему ребёнку. Если не хочешь проблем с судом, то убирайся сейчас же! — Хорошо, я тебя понял, — Арсений отклонил звонок и после поисков Антона по всей квартире понял, что тот ушёл, сел на диван, закрывая лицо руками. Он облажался.

***

Антон проснулся из-за шума в квартире. Он посмотрел на часы – «6:18». Парень закатил глаза и встал с кровати, поняв, что даже утром ему не дадут поспать. За дверью Антон увидел, что Арсений ходит по всей квартире со своими вещами и кидает их на диван, а после аккуратно складывает. — Далеко собрался? — сказал Антон, опираясь плечом о дверной косяк. — Твоя мама приезжает сегодня днем, и она всё про нас знает. Видимо, соседка подглядела за нами, когда мы под её дверью стояли, чуть ли не целовались. Прости, не хотел, чтоб всё так вышло. — Говорил Арсений, складывая последние пару вещей в чемодан. Антон не нашёлся что ответить, поэтому молча с ним попрощался, провожая его взглядом.