Мои тёмные воспоминания

Ян Сяошан после своего крика с силой толкнул старшего в грудь, повалив спиной на кровать, а сам навис над ним и, не давая даже слова вставить, сразу утянул в поцелуй, не дав тому отстраниться или отстранить себя. Одни губы грубо и требовательно сминали другие, пока лёгкое сопротивление не ушло и пока эти действия не стали взаимными. Младшему даже казалось, что он правит ситуацией, пока не почувствовал, как по его ягодицам плавно прошлась ладонь Лю Вэньхуа. В глазах обоих заиграл нешуточный азарт. – Может, тебя на психотерапию сводить? – Лю Вэньхуа чуть усмехнулся, сжимая упругие мышцы, которые приятно помещались в ладони. – Хуию! – чуть огрызнулся тот, слегка порозовев. Ему хотелось стереть эту наглую ухмылку с лица человека, которого любил и хотел сделать своим. Едва ли у него был хоть один стоящий план, как это сделать. – Да что вы говорите. Лю Вэньхуа решил слегка смягчить собеседника, чтобы вышел хоть какой-то стоящий диалог, поэтому утянул ревнивца в ещё один поцелуй, не переставая касаться младшего в понравившихся местах, замечая, как тот краснеет от того внимания, что не получал раньше. Пламенному принцу хотелось продолжать наблюдать за смущённым Ян Сяошаном, но он явно не ожидал, что тот воспримет всё чуть иначе. Рука младшего мягко и слегка опасливо скользнула под голубую безразмерную футболку и там прошлась по прессу, а от него выше к груди, где задела одну из чувствительных зон, заставляя 18-летнего юношу немного лихорадочно выдохнуть, отрываясь от губ и смотря в глаза напротив, но у обоих слова будто кончились и не хотели появляться. По одному лишь взгляду Ян Сяошана можно было понять, что он настроен серьёзно и не собирается отступать, а, как известно, лучшая защита – это нападение, поэтому уже в следующие несколько секунд младший остался без верха, ощущая лёгкую прохладу на коже, которая совсем не очищала разум и не проясняла мысли. Предпоследняя грань была разрушена, отчего соблазн сломать и последнюю возрастал каждую секунду, завлекая обоих юношей своим искушением. Руки юношей начинали проходиться по прежде запрещённым местам, куда просто друг коснуться не мог и не должен был. Следующей была снята футболка Лю Вэньхуа, отчего оголился торс и поалевшие соски, которые привлекали внимание младшего. Наклонившись, он шёлково провёл кончиком языка по бусинке соска и обвёл его ореол, наблюдая за тем, как дыхание старшего выдаёт его неравнодушное отношение к ласкам в этом месте. Свободная рука слегка сжала второй сосок, заставляя напряжённый вздох сорваться с уст пламенного принца, что только подначивало продолжать, ведь такие вздохи отдавались приятным жаром внизу живота. Каждая ласка и каждое поигрывание на чувствительных местах только больше раззадоривали Ян Сяошана, отчего он не мог и не хотел останавливаться. Хотелось большего: увидеть, услышать, попробовать. Поцелуи стали появляться на шее и ключицах старшего и спускались ниже, пока один из них не остановился над пупком. Щёки горели алым, а мысли уже начинали путаться. Только он хотел приспустить штаны, как его за эту руку притянул к себе присевший Лю Вэньхуа, без раздумий утянуший младшего в более страстный поцелуй, сначала проведя кончиком языка по нижней губе, будто спрашивая разрешения, а затем, не почувствовав сопротивления, углубил его, проводя по чужому языку и переплетая их. Одна рука Лю Вэньхуа забралась под штаны младшего, проходя по ягодицам над нижним бельём, а затем, слегка обогнув тело, легла на возбуждение того, заставив слететь тихое мычание с губ Ян Сяошана. Старший бы соврал, если бы сказал, что ему не понравился этот звук. Это было чертовски возбуждающе, и манило повторять это действие, но для начала были сняты штаны, которые сильно мешали, и уже после этого рука вернулась на прежнее место, поглаживая его и вынуждая Ян Сяошана оторваться от поцелуя, уперевшись лицом в плечо старшего и охнув от ласк, не в силах себя сдерживать. Его щёки были уже пунцово-красные и выдающие то, что ему несколько неловко, но ощущения подсказывали ему продолжать, чтобы узнать, что будет дальше. Не вытерпев долго, юноша повалил старшего на кровать, прижимая обеими руками того за грудь к кровати, и, отводя взгляд, стал опасливо потираться о пах того, горячо выдыхая и отводя взгляд, чтобы не пересечься им с Лю Вэньхуа, ведь тот явно бы усмехнулся, видя неловкость. Но тут Ян Сяошан вдруг всё прервал, вставая и подходя к шкафу, и стал там рыться. – Что-то не так..? – осторожно спросил старший, не совсем понимая, что происходит, но затем у него дар речи пропал. Младший бросил на кровать смазку, немного с вызовом смотря и явно ожидая какой-то реакции. У пламенного принца не сразу нашлись слова, чтобы хоть что-то ответить, мысли путались от возбуждённости. – Ты...хочешь попробовать её? – прощупывая почву спросил он у младшего, который вернулся на кровать и нахально стянул низ со старшего. – А сам как думаешь, умник? Лю Вэньхуа даже не знал, стоит ли ему хоть что-то отвечать, ведь в глазах собеседника был пожар не только страсти, но и агрессии, который тот крайне плохо контролировал. Пара движений – и они уже оба абсолютно нагие. Не дав старшему права выбора, Ян Сяошан оставил его лежать, а сам уместился на бёдрах, открывая смазку, после этого набирая немного на руки, а затем растирая по хорошего размера члену, лицезря то, как Лю Вэньхуа прикусывает губу, явно сдерживаясь. Чуть сильнее сжав в руках орган в руке, наконец-то он услышал хотя бы мычание. Пламенный принц был довольно сдержан, как в жизни, так и, как оказалось, в постели. Но это, учитывая его характер, было ожидаемо. Немного нанеся смазку и на сфинктер, Ян Сяошан посмотрел на пытающегося приподняться партнёра, но прижал его одной рукой к кровати, чуть наклоняясь. – Я сам, – непреклонно сказал он, неспеша проталкивая один из пальцев внутрь себя. Дискомфорт появился сразу и поспособствовал тому, что младший нахмурился и чуть промычал, но старший юноша приподнял его голову и утянул в поцелуй, явно чтобы отвлечь от неприятных ощущений, и на члене почувствовалась рука в вязкой смазке, которая минимизировала трение, оставляя только приятное. Темп разогрева был неспешный, пальцы добавлялись неспеша, постепенно, и спустя какое-то время их уже было три, и от дискомфорта почти ничего не осталось. Вынув их, юноша выпрямился и, направив полный страсти орган внутрь себя, потихоньку насаживаясь на него и поджимая губы, после чего с губ слетел едва слышный стон от того, что внутри заделось что-то очень чувствительное, да и ласки на собственном члене никуда не пропадали, и Лю Вэньхуа было в удовольствие смотреть за тем, что делал его партнёр, ведь это обоим доставляло удовольствие. – Больно? – приглушённо поинтересовался пламенный принц, проводя второй рукой от груди Ян Сяошана вниз, обводя талию и чуть отодвигая ягодицу, чтобы было проще принять длину. – А никак половину отрезать нельзя? –напряжённо сказал он, когда головка стала проходить по тем местам, куда не доставали до этого пальцы. На такое Лю Вэньхуа издал только тихий смешок, присаживаясь, оперевшись на руку, которую убрал с ягодицы, и стал выцеловывать каждый сантиметр шеи того, позволяя себе покусывать нежную кожу, но только не оставлять засосы, чтобы потом в школе не было вопросов лишних. Проблемы никому из них сейчас не были нужны. Вскоре с тихим вздохом юноша принял длину и оставался какое-то время неподвижным, чтобы привыкнуть к необычным ощущениям заполненности и давления на стенки, которые он раньше не ощущал никогда в жизни. Это не было похоже ни на что другое, и отдавало лёгкими эмоциями, не очень понятными младшему. – Привык? – тихо спросил Лю Вэньхуа, ощущая уже недюжинное возбуждение, которое терпеть было уже неприятно, ведь на головке скапливались покалывания будто сотни иголочек, а по длине расходилась неприятная ноющая боль, как бы дающая понять, что нужно проявить внимание к важному органу. – Заткнись... – огрызнулся с постаныванием тот, закрывая ладонью тому рот и чуть приподнялся, а затем так же неспешно опустился, будто проверяя, что ощущает и нравится ли ему это, ведь пока была возможность, хотелось всё осознать, пусть это и выходило плохо от постоянных ласк на своём члене, которые оставлял старший, после чего повторил свои осторожные действия, никуда не торопясь. Знал бы Ян Сяошан как со стороны это, наверно, странно выглядит. Он неспеша двигается, зажав пламенному принцу рот, но их красные разгорячённые лица находились в десятке фенов друг от друга, а тихие мычания и постанывания, издаваемые младшим, ласкали слух его партнёра, который был довольно тихим и лишь иногда негромко бархатисто мычал. А вот Ван Цзяньпин знал. Кто же мог предположить, что стоит ему расправиться с монстром, на которого был срочный вызов, как он придёт домой и услышит что-то странное из комнаты брата. То ли эти двое, увлечённые друг другом ничего не услышали, то ли ледяной принц слишком тихо вошёл в квартиру, но, пойдя проверить, кто мог бы предсказать, что он увидит то, что видеть был не должен. Скрылся юноша в комнате так же быстро, как коротко смотрел на это всё. И никто из влюблённых не заметил, что их видели, поэтому продолжали быть заняты друг другом. Решив, что пора бы уже отпустить его рот, Лю Вэньхуа приоткрыл его и провёл языком по ладони, после чего довольно улыбнулся, когда младший отдёрнул руку, но ничего ему не сказал, лишь мягко прикусывая его плечо, затем чуть отстранившись от него и понаблюдав за тем, как табун мурашек пробежал по телу юного любовника. Ян Сяошан, погладив кавалера по щеке, слегка ускорился усмехаясь и наблюдая палитру эмоций наслаждения на его лице. Это доставляло немалое удовольствие – слышать его вздохи, мычания, постанывания. Удовольствие не могло длиться вечно, и Ян Сяошан стал чувствовать, как что-то внизу живота будто связывается в тугой узел, а по головке пробегается множество маленьких шипчиков, отчего юноша сжался внутри, где был член, и прижался к Лю Вэньхуа, полностью опустившись на орган. Семенная жидкость брызнула на живот старшего, и дыхание младшего сбилось, он уткнулся лбом в плечо того, чувствуя, как его будто заполняет какое-то странное, но приятное тепло. – Не говори, что ты... – начал было Ян Сяошан, как вдруг порозовел. – Хорошо, не буду. – слегка сбившимся тоном сказал тот, поднимая юношу с конца и усаживая себе на бёдра, после чего приподнял его лицо за подбородок, взаимно целуя. – Фу, блять, боже... – вырвалось у Ян Сяошана, когда он почувствовал, что из него что-то вполне понятное вытекает. – Сейчас. Лю Вэньхуа усадил младшего на кровать, а сам нашёл в комнате салфетки и дал их Ян Сяошану, а сам оставил себе одну, вытирая пресс и выдыхая. – И зачем она тебе была нужна? – вдруг спросил младший юноша, вытирая подтекающее семя и подымаясь. – О чём ты? – непонимающе спросил Лю Вэньхуа, сейчас не очень соображая. – О ней. Почему она наполовину пустая? – Ян Сяошан взял в руки смазку, показывая её непонимающему юноше. – А ты как думаешь, зачем она взрослому 18-летнему юноше? – Трахаешься с кем попало, значит, – уже начиная закипать спросил он, но был обнят смеющимся старшим, который задавал подобный вопрос явно с провокационной целью. – Я увлажняю им руки, что же ещё. – Я тебе не верю! – пытаясь отпихнуть, сказал он, но затем, поняв, что его не отпустят, просто обнял в ответ. – Не веришь – попробуй сам. Действует лучше любых кремов и бальзамов, гарантирую. – Ладно... Тогда кто тебе это Ван Цзяньпин? Почему он живёт с тобой? – с недоверием спросил он, смотря на старшего, но тот отвечал спокойно и уверенно. – Мой двоюродный брат. – Допустим. Почему он живёт с тобой, а не с родителями? Он же мой одногодка. – Я же говорил, что в семье сложная ситуация, поэтому мы временно живём вместе. – Я хочу в душ, – резко перевёл тему Ян Сяошан, выбираясь из объятий, и взял полотенце, уходя в душ. Лю Вэньхуа же просто оделся и хотел было пойти на кухню, чтобы начать готовить обед, как увидел, что комната брата закрыта, хотя точно помнил, что до этого она была открыта. Посмотрев за неё, он увидел и самого Ван Цзяньпина. Тот поднял взгляд и посмотрел как минимум осуждающе, если не зло. "Понятно. Нас словили на горячем", - подумал старший юноша, заходя в комнату того и закрывая дверь. – Давно пришёл, Ванцзи? – Они всегда общались между собой теми именами, к которым давно привыкли. – Десять минут назад, брат Сичэнь, – с неизменным взглядом говорил тот, но затем понял, что ему едва ли есть до этого дело, поэтому расслабил мышцы лица, возвращая ему бесстрастный вид. – Будьте тише, читать сложно. – А... да. Хорошо. Прости за это, я не заметил, что ты пришёл, – виновато улыбаясь сказал Лю Вэньхуа, ведь ему действительно было немного совестно за подобное происшествие. – Ты хочешь что-нибудь поесть? Я могу приготовить, всё равно собирался этим заняться. – Не в обиду тебе, брат Сичэнь, но я лучше воздержусь. Да, что Лю Вэньхуа, что Ян Сяошан – оба не умели готовить. Один спалит сковородку, второй пересолит, и наоборот. Непонятно было, как они ещё не спалили квартиру, особенно когда готовили вдвоём. Тем не менее, каждый из них знал, что готовит не очень, так что приходилось мириться с разного качества едой. Приняв ответ брата, Лю Вэньхуа вышел из его комнаты, закрыв дверь, и пошёл готовить, что получится, и надеялся, что это хотя бы будет съедобно. Из душа Ян Сяошан вышел в одном нижнем белье, после чего пришёл в комнату Лю Вэньхуа, беря там самую большую его футболку и свои шорты, после чего пришёл на кухню, кладя там одну руку на бок. – Ого, ты не спалил ничего за то время, что меня не было. Оба с этого посмеялись, и присели поели. Да, было не прям вкусно, но вполне терпимо, чтобы утолить голод. – Кто мы друг другу? – подал голос Ян Сяошан, поднимая взгляд на старшего. – А кем бы ты хотел быть? – Ты любишь меня? – Люблю. – Тогда почему мы ещё не встречаемся? – С этого момента встречаемся. Ян Сяошан слегка удивился от его решимости, но был ею доволен, так что улыбнулся. – А раз мы теперь встречаемся, я должен о тебе хорошо позаботиться. Будешь ходить на психотерапию, иначе потом в жизни будет тяжко, – спокойным тоном вещал Лю Вэньхуа, убирая со стола после того, как они поели. – Кто мне, по-твоему мнению, будет всё оплачивать? – Я. – Но тогда тебе придётся работать ещё больше... Я лучше просто попрошу у отца. У него точно есть. – Как тебе будет угодно, мой агрессивный пирожок. – Ты сейчас получишь... На его бессмысленную угрозу Лю Вэньхуа только улыбнулся и шлёпнул младшего по ягодицам. – Ты что творишь?! – порозовев вскрикнул младший, прикрыв «повреждённое» место руками. – А что, нельзя? – Нельзя! Старший лишь тихо хихикнул, потрепав того по голове. – Ты такой милый, когда злишься. Но тебе стоило бы научиться контролировать это. На эти слова Ян Сяошан лишь закатил глаза, вздыхая, после чего услышал, как раздалась трель телефона с другого конца квартиры. Это явно было в комнате старшего. – Это мне. Скоро вернусь, – коротко объяснил младший и ушёл в комнату, поднимая трубку и слыша на другом конце провода голос своего брата: – Привет. Чем бы ты ни был занят, это срочно. У нас тут прибыла поставка, нужно с этим разобраться. Без тебя говорили не начинать. Ян Сяошан потёр переносицу, продолжительно мыча. – Хорошо, я приду через 1,5 часа. Что бы там ни было, нужно было разобраться с этим, раз подобное дело имело пометку «срочно». Вернувшись на кухню с телефоном, Ян Сяошан принёс новости: – Мне нужно домой. В семье кое-что случилось, и это требует моего обязательного участия. Лю Вэньхуа лишь понимающе кивнул, ведь и сам знал, что в жизни может произойти всякое. – Тебя проводить? – Лучше я сам. Младший пошёл в комнату и переоделся в уличное, после чего вышел в коридор, там надевая обувь и накидывая кофту, чтобы холодный ветер его не продул. – До встречи. – Увидимся. Они обменялись прощальными поцелуями и после этого Ян Сяошан ушёл. Он шёл неспеша, ведь закурил, а задохнуться от быстрого темпа и поступающего дыма не хотелось. Он пришёл быстрее, чем рассчитывал, и, разувшись, прошёл в общую комнату, наблюдая там сестру, брата и стоящий на полу средних размеров деревянный ящик. – И что это? Я ради этого... – он замолчал, не став договаривать, потому что не знал, как правильнее сказать, а затем понял, что вообще не стоит. – А вот сейчас откроем и узнаем, – без тени сомнения сказал Ян Чжань, взяв в руки лом, и подошёл к ящику, открывая его не без труда. Закрыли его, на удивление, хорошо. Лица всех стоящих в комнате несколько переменились, наполняясь сомнением и недоверием. Никто из них явно не ожидал такого «подарочка» от отца.