Рыцарь падшей Империи

***

       Что вы знаете о подземных катакомбах Оклей Кхаим, что расположены близ Столицы? А на деле за этим подземным лабиринтом таится древняя и весьма зловещая история, окутанная мраком столетий и мистикой за гранью сознания.        В общем тысячелетия назад здесь находился храм одноимённого культа, что верил во вселенную смерти, и что лишь с её приходом все будут уравнены в её холодных объятиях, а на Земле воцарится мир. Каждый день они проводили во служении, грезя о кончине, считая, что каждый день, проведённый в бренной оболочке — это испытание перед великой наградой в посмертьи.        Их храм чёрной цитаделью возвышался над долинами, в назидание всем вокруг, а скрежет чёрных ворот был воплем вечно голодной смерти, извещающий трепещущих от страха о начале чёрной жатвы. Лязг металла, реки крови, смрад гнили, крики насилуемых женщин и детский плач, всё это было проклятьем для непосвящённых и рутиной для культистов.        Однако находились смельчаки или безумцы, что отваживались пойти на цитадель, но тех ждала неминуемая гибель от холодного дыхания стража и вестника смерти, что дремал в катакомбах у основания. Так было, тысячелетия и могла бы растянуться на столько же, пока не пришёл ОН.        Неизвестный и его 30 мужей с волшебными орудиями осмелились бросить вызов Оклей Кхаим и победили. Как бы самоотверженно не сражались фанатики, выкрикивая имя своей богини в последний свой вздох, но против чудо орудий им было не совладать. Наконец-то дело дошло и до спавшего божества, но то пало, сражённое карой небес.        После сокрушительного поражения все культисты в цитадели были убиты, а те кто выжили укрылись в катакомбах, где и были замурованы. Что же до чудовища, то его кровь пополнила арсенал храбрых мужей.        Так цитадель была разрушена, а на её месте воздвигнут золотой дворец и новая держава, чьё могущество лишь росло со временем. Ну а зловещий культ был забыт, как и его последователи, чьи остатки так и продолжили влачить своё существование, грезя уже не о былом величии, а о возможности хотя бы вернуть останки своего стража. И так за годом в год, за десятилетием в десятилетие, за столетием в столетие. Пока в катакомбах не остались лишь призраки.        Один из них сейчас шёл по запутанным коридорам, каждый поворот которых он давно запомнил за несколько месяцев так хорошо, что свет фонаря или факела ему не требовался. Наконец-то он достиг одного из укрытий в катакомбах и отодвинул бутафорский камень, чтобы попасть в свою обитель.        Рука самопроизвольно потянулась к выключателю и свет трёх, висящих на проводах лампочек осветил комнату. Откуда в столь древних развалинах электричество, спросите вы. Ответом на это будет самодельный генератор и несколько таких же, сделанных на коленке аккумуляторов, а заряжал всё это бурно стекающий по каменной кладке поток воды.        Кинув к стене сумку с деньгами и винтовку, Джейсон стал стягивать с себя повседневную одежду и обувь, аккуратно складывая её на стоящую рядом скамью, а потом переключился к сумке с иной одеждой.        Обтягивающая чёрная футболка и камуфляжные штаны за секунды были натянуты на стройную фигуру парня, а дальше дело шло за бронёй, но перед стойкой с ней Джейсон замер в ступоре. Словно завороженный он осматривал каждую царапину и потертости, приобретённые как со времён Африки, так и в этом мире. Отличить их было весьма просто, ибо хоть каждый раз броня ремонтировалась, но небольшие швы грунтовки и краски можно было прощупать пальцами. Наконец, дойдя до плечевой пластины, Джейсон одёрнул себя от лишних мыслей и принялся надевать на себя броню.        Ремни для амуниции на ногах, а затем и пояс с подсумками украсили талию своим смертоносным содержимым. Следом шли тяжёлые сапоги, процесс надевания которых впечатлительный ребёнок Готэма сравнил бы с бронёй клонов из Звёздных войн или пехотинцев из Звёздного десанта, однако для Джейсона они были настоящей головной болью. Чуть не так поставил ногу, неправильно затянул или перетянул ремень, забыл завернуть края штанов, и о нормальной жизни можно было забыть дня так натри, а то и на пять из-за стёртых в кровь ступней.        К счастью к сея процессии сноровка была, а потому дальше осталось дело за малым и самым неприятным. Армейская куртка без молний с вшитыми в районе груди, пресса и спины пластинами из жидкого кевлара, сшитая на заказ у хороших друзей Пингвина за сто кусков, в два движения оказалась на теле, а в некоторых местах затянута ремнями. После этого черёд шёл за бронёй для верхней половины туловища, а затем за перчатками и наручами.        Лишний раз подтянув ремни на руках, словно для лишней уверенности, Джейсон окинул себя беглым взором, а после направился к своей литейной печи, где аккуратно по коробочками были разложены пули и заряженные магазины. С боезапасом в этом мире проблем не возникло, ибо если знать с кем разговаривать и как покупать, то в этом склепике можно собрать ядерную бомбу. Ну а почему нет? Русские смогли, а чем Джейсон хуже.        Чуть усмехнувшись своей же шутке, он сунул в подсумки два магазина с обычными патронами, один с лепестками, что при попадании в мягкие ткани делали из мышц пюре, один с бронебойными и один с ртутными сердечниками. Пистолеты он зарядил первыми и третьими из названных, а после убрал их в кобуры на бёдрах. Для подстраховки на левое бедро нацепились две дымовухи, а в правый карман одна лимонка. А дальше по мелочам: маленькая аптечка, абордажный коготь, два ножа, один в сапог, второй на пояс, и фляга с водой.        Теперь же черёд стоял за самым главным, чего как раз таки в убежище и не хватало. Однако именно за эту вещь Джейсон волновался меньше всего, ибо фигура в проходе сейчас быстро сориентирует о местонахождении вещицы. — Надеюсь ты принёс его с собой, и мне не придётся спускаться в эту дыру этажа так на три, попутно проклиная твой культ и богиню. — Закрыв последний подсумок на кнопку, Джейсон двинулся в сторону своего гостя, что был с головой завёрнут в чёрные одеяния, а на месте лица была безликая маска. — Я бы не посмел себе святотатства, ибо сегодня в день гибели старой и рождения новых лун ты снова пойдёшь на жатву, Отмеченный дланью богини! — Казалось, что в голосе неизвестного читалась радость, да и суть предложения на это намекала, но речь оставалась всё также безэмоциональной. Однако из-под краёв своих одеяний он вытащил шлем и протянул его Джейсону. — Будь моё желание, то я бы давно переломал бы тебе руки за то, что ты трогаешь мои вещи, но что грубая сила, что попытки прятаться от тебя… Всё тщетно, а шлем ты всегда возвращаешь вовремя. — Выдержав паузу перед последними словами, Джейсон резко выдохнул и одел шлем. — Я не отступлюсь от своих слов и действий, ибо великая Мавеот предрекла мне, что не воссоединюсь я с ней и братьями, пока отмеченный дланью её не исполнит преднаписанного и не сразит дерзновенного, что… — Культист, словно с угрозой говорил о своём пророчестве, но Джейсон его нагло перебил, ибо устал слушать всё это по сто раз. — Да-да, ты отдашь свою жизнь, дабы моя не угасла и этот момент случится в ночь лунного затмения. Бла-бла-бла. Не мешай и дай сосредоточиться! — Удостоверившись в том, что жрец замолк, начался самый тяжёлый момент.        В такие моменты Джейсону казалось, что сознание и душа покидают его тело, уступая место чему-то иному от чего казалось, что боль от травм и ранений заставляли его лишь сильнее рваться в бой сродни дикому зверю, а холод и пустота позволяли смело плевать на мольбы своих жертв, не важно дети они, женщины, мужчины, старики. И всё это было сродни безумной карусели, пока шлем не будет снова снят. В общем суть действий с головным убором была проста, вставить батарею и включить, но именно в моменте закрытия пластин, он снова переживал всю ту боль, что казалось давно должна быть забыта.        Вот и сейчас батарея влетает на своё место и шлем автоматически включается, сопровождая это дело коротким писком на секунды две, но именно от них агония перенесённых страданий охватывала всё тело и терзала душу, начиная от подворотен Готэм-Сити и заканчивая пулями в сердце. Однако писк прекратился, и посреди помещения стоял уже Рыцарь Аркхема, который не стал терять времени и быстрыми шагами направился на выход.

***

       И как так всё внезапно обернулось? Задавался этим вопросом Тацуми, сидя в комнате, которую ему выделили хозяева поместья на ночь. Вроде бы он в гильдию собирался, вроде бы Джейсон его ждёт, а тут получите и распишитесь. И разумеется и тени сомнений о чистоте и искренности порывов сердечных столь высокопоставленных особ у него не возникло.        Ария и её семья выглядели обычной любящей семьёй, не без кучи денег за спиной, но это не шибко таки уж важно. Как рассказал глава, тот сам вылезал из грязи в люди, а потому привык помогать таким же нуждающимся, а его супруга имеет фонд помощи обездоленным, что кстати Тацуми успел ощутить на себе по прибытии в поместье.        С порога было отдано распоряжение о предоставлении парню горячей ванной и чистой одежды, а тем временем служанкам было велено подать горячий чай и угощения для уставшего после охоты наёмника. И вот так он сидел за столиком с чаем и вкусностями где-то около часа, узнавая всю биографию семейства и попутно рассказывая о себе. Лишь когда кукушка на часах пропела, что всем пора спать уже часов так пять назад, то служанка проводила Тацуми до комнаты, пока главы семьи ушли к себе.

***

— Ну что, дорогая, как тебе новая игрушка Арии? — С лёгкой усмешкой, глава семьи развалился на своей половине кровати. — Ну, что можно сказать о плешивой собаке из сточной канавы? Никчёмен и жалок, но учитывая факт того, что он охотился на сталешкурных кабанов, то можно его немножко подрессировать на пользу нам. — Отложив помаду на туалетный столик, женщина пару раз чмокнула губами перед зеркалом, а потом накинула на себя халат. — Вроде как Арии он понравился, а значит можно подержать пару месяцев у себя. — Согласен с тобой полностью, милая, но куда ты от меня уходишь? — Мужчина улыбнулся, но видя жену у дверей спальни был вынужден подскочить с места. — Ну, хочется немножко почитать перед сном, чтобы сны были приятнее. — С злобной ухмылкой она послала мужу воздушный поцелуй и вышла в коридор.        Сегодняшнее новолуние так красиво украшало небосвод в окружении плеяд звёзд, что свечи в коридорах не зажигались, дабы блики на стекле не портили картину, коей сейчас женщина наслаждалась, идя к лестнице, ибо заветная книжечка хранилась в кабинете этажом ниже.        Ничего не предвещало беды, пока из-за поворота у лестницы не вышел стражник. Он шёл полусогнутым с окровавленным лицом и сложенными на животе руками. От такого вида женщина ужаснулась и отошла на пару шагов назад, а израненный, словно интуитивно чувствуя госпожу, повернулся в её сторону. — Бе…бе…бегите… Он пришёл… За Вами… — Издав последний вздох вместе со сказанными словами, мужчина выблевал кровь и упал лицом в бархатный ковёр, орошая его в алый цвет.        От страха женщина прикрыла лицо руками и думала побежать обратно к мужу, как на развороте упёрлась в кого-то, и этим кем-то оказался Рыцарь Аркхема. Свет его голубых глаз веял стужей и смертью, но в то же время гипнотизировал, от чего жертва в трансе не могла пошевелиться, пока он не сделал первый шаг.        Двумя руками он хватает её за горло и между ног, и осознание того, что нужно позвать на помощь или хотя бы кричать у хозяйки поместья появилось в тот момент, когда её тело разбило оконную раму четвёртого этажа и камнем полетело вниз.        На крик убиенной, словно по мухи на кое-какие вещи сбежалась охрана и прислуга. Они с ужасом разглядывали переломанное и окровавленное от падения на голову тело, строя различные теории и догадки о произошедшем. Однако стоило одному из стражников поднять голову, как раздаётся выстрел и бронебойная пуля разрывает его лицо на фарш, пока остальные с ужасом смотрели на стрелявшего, чью персону они прекрасно знали и так боялись.        Кто-то начал с криками убегать прочь из усадьбы, включая некоторых представителей охраны, а те же, кто был посмелее или же глупее кинулись внутрь здания, в расчёте спасти хотя бы ещё живого господина и его дочь, да задержать преступника. Однако для Рыцаря Аркхема это означало лишь начало очередной бойни, в которой полягут все, кто попытается противостоять ему или будут причастны к грехам этих господ, а пара скелетов, а даже и не пара, а даже и не скелетов, а даже и не в шкафу у них имелась. И вроде бы всё как обычно, но только нескольких убегающих прочь стражников убили выстрелами в голову зарядами плазмы.        И вот ровно с этого момента всё превращается в ебучий цирк Дюсалей, ибо подоспели его главные клоуны, под эпичным, в кавычках нет, именем труппы — Ночной Рейд. Почему в глазах Рыцаря они были названы столь приниженно? Объясняю на пальцах: Во-первых, странно доверять убийство влиятельных людей детям с волшебными игрушками. Да, в частых случаях никто не заподозрит ребёнка в преступлении, но блин, ребёнка, а не подростка с переходным возрастом! Во-вторых, конспирация. Ладно Акаме, Булат, Надженда и ещё какая-то дурёха маякнули на плакатах, а потому работали только ночью, но остальные то что? Розоволосая малявка, зелнобрысый изврат, и алкоголичка всея Столицы уже после недельного трекинга были раскрыты. И в-третьих, наглость, самоуверенность или проще говоря, идиотия, из-за которой они прут вперёд без чёткого плана, что однажды им аукнется, либо от стражи, либо от самого Рыцаря Аркхема, если они будут борзеть.

***

       Тем временем Ночной Рейд, находясь на платформе из нитей Лаббока, обдумывал ситуацию, из-за которой в поместье целей началась паника и бегство, а спуститься и подобраться поближе они не могли, оставляя беглецов на руки Майн. — Чёрт, а они разбегаются как тараканы. Если не поспешим, то они привлекут стражу и миссии каюк. — Сделав очередной выстрел, Майн на секунду отлипла от приклада, помассировав затёкшую щёчку, а затем снова прилегла к прицелу. — Мда, будет хреново, ибо мы давно ждали их собрания в доме. — Леоне с ухмылкой потянулась, но потом замерла. — Опять это ощущение! Холод и смерть… — Это плохо, раз чутьё леонеля бьёт тревогу. — Назначенная на миссию командиром Акаме шагнула к краю платформы. — Необходимо приступать к миссии, иначе всё было зря. — Будь осторожна. — Блондинка встала рядом с подругой, готовясь рвануть в направлении здания вместе с Шелли. — Последний раз я такое ощущала, когда столкнулась с… — Рыцарь Аркхема. Он здесь! — Немного со злобой, Майн стиснула зубы, смотря в прицел за названным ею. — Он здесь за тем же, что и мы. — Ночной Рейд, приступаем к заданию. Если Рыцарь Аркхема будет помехой, то он цель для ликвидации. — Быстро приняв решение, Акаме отдала приказ и спрыгнула вниз вместе с Булатом.

***

       Тем временем процесс по выпиливанию болванчиков набирал обороты, ибо, пока Рыцарь отвлёкся на кавалерию, глава поместья успел проскользнуть по тайному ходу из своей спальни и спуститься за спины своих псов, а после ринулся за своей дочерью для дальнейшего укрытия в сарае, который, стоит признать, без добротного кубика пластида или брикета С4 не вскроешь. Вот теперь и приходится этаж за этажом шпёхать вниз, попутно вырезая охрану. На данный момент он продвигался по коридору к лестнице второго этажа, у которой стояло шестеро человек.        Их лица выражали напыщенное бесстрашие и отвагу, приправленные готовностью умереть за господ. Вот только от опытного взора не укроются их дрожащие колени, дёрганые взгляды, потеющие руки. Всё это говорило о том, что они боятся, а страх, как гравитация, надо лишь только подтолкнуть!        И этим толчком стал один сумасшедший. Он кинулся на Рыцаря с мечом, стремясь разрубить его сверху вниз, но от первого взмаха тот уклоняется вправо, от второго просто отшагивает. Всё кажется нелепым и унылым, но просто прибить эту шавку было недостаточно. Необходимо показать всю абсолютную безнадёжность ситуации, а потому лишь на пятом ударе лезвие клинка было поймано перчаткой.        Стражник в недоумении смотрел на мёртвые доспехи, что не выпускали из перчатки его клинок, а потом моментально последовал удар рукой в лицо, ломая нос стальными пластинами на костяшках. Тело охранника падает на спину, после чего Рыцарь мгновенно оказывается на нём. От страха мужчина начинает пытаться отбиться кулаком, попутно смотря на стоящих в стороне товарищей, но второй удар окончательно сбивает все попытки к сопротивлению.        После этого Рыцарь достал свой нож и медленно перерезал ему горло, словно перед ним и не человек был, а бродячая, бешеная псина, чьи крики и стоны казались жалобным скулежом и визгом. От сия зрелища кто-то их охранявших лестницу даже блеванул, но это действие было тут же прервано, когда уже трое его товарищей ломанулись прочь, ибо после хладнокровного убийства, тот же нож, что секунду назад резал глотку влетел промеж глаз второму человеку. — Вот и набирай себе в охрану собак… — Смотря как убегающие стражники даже упали на первом этаже, Рыцарь усмехнулся и выдернул нож из трупа.        Путь к сарайчику был открыт, ибо на первом этаже уже не осталось тех, кто в здравом уме хотел остановить его, ну а прочих же ждали переговоры со свинцом в башне и прочих местах. Тут уже было всё по настроению, хотя часики говорили веселиться капельку быстрее. Поэтому без потери драгоценного времени Рыцарь ломанулся в сад, но у парадной пришлось делать резкий разворот обратно в здание, попутно испачкавшись в пыли, а всё потому, что эта дура с плазменной винтовкой решила в него пострелять. — Ладно, погань мелкая! Слишком долго я тебя жалел, а потому пора ответить за свои выкрутасы. — Нажав пару клавиш на перчатке и подкрутив кое-что на шлеме, Рыцарь принялся раскладывать свои пистолеты в винтовку, не забывая при этом про абордажный крюк. — Только сунься, уродец! Теперь я не промахнусь. — Майн усмехнулась, видя как ненавистный ей человек шлёпнулся в грязь и побежал назад, но теперь она желала пришить его окончательно.        Началась дуэль снайперов, которую сторонние зеваки бы назвали битвой двух умов, но на деле всегда проигрывала одна и та же сторона. Вот и теперь в ход пошёл новый трюк. Из дверного проёма вылетел коготь и на усиленной тяге катушки троса протащил до дерева своего владельца, поднимая столб пыли, который спустя секунду прорезал выстрел плазмы, но мимо. Девушка в панике пыталась не проворонить момент, когда её оппонент появится из-за ствола дуба, но внезапно ей в плечо прилетает пуля от позиции лестницы, где был самый густой столбы пыли. С криком девушка падает вниз, пока Лаббок бросается ей на помощь.        Поняв, что шмакодявка усвоила урок, Рыцарь вернул ружьё в пистолеты и уже бегом побежал к конечному пункту своей программы, попутно готовясь к тому, что клоуны на него обозлятся и стоит ждать что-то посерьёзней водяных цветочков. Ловя себя на этой мысли, ему пришлось резко делать выстрел наотмашь вправо, попутно уклоняясь от летящего снизу кулака, покрытого шерстью. Далее шло сальто назад для доджа двойную подсечку, а далее пара очередей автоматом с обычками, чтобы нарастить дистанцию между собой и Леоне, у которой, судя по оскалу настроение было не ах. — Надо же, и ты тут. Думал киска напилась и осталась на базе. — С некой иронией в голосе бронебойные патроны сменяются лепестками. — О, сейчас эта киска вскроет своими коготочками эту ходячую консерву. — С долей юмора, но всё той же злобой в голосе, Леоне выпустила когти и ломанулась в атаку.        Сокращать ей дистанцию пришлось низким бегом, чтобы в случае чего была возможность уклониться от фронтального огня противника, но вот Рыцарь даже и не думал тратить драгоценные пули, ибо план её был предсказуем. Вместо этого он дождался её атаки в прыжке, от быстроты которой ему помог увернуться абордажный коготь, но блондиночка сразу раскусила эту схему, а потому сразу же встретила на месте приземления, нанося смачный такой удар в грудь, от которого Рыцарь отлетел метра так на четыре. — Неплохо для кисы, а? Добавки не хочешь, а то я сегодня настроена на тесные связи. — С неким удовольствием наблюдая за тем, как Рыцарь Аркхема пытался встать, Леоне хрустнула кулаками и двинулась в его сторону.        В порыве личного самодовольствия девушка не заметила, как он с пояса гранату и кинул ей в руки, словно это был детский мячик. Вот только девушка и в уме себе не представляла внешний вид оборонительной гранаты, а потому с недоумением наблюдала ребристый лимон в своих руках, который потом с грохотом взорвался, отбрасывая девушку к дереву и рассекая её тело осколками. Сил не то чтобы драться дальше, а чтобы банально встать у неё не было, а потому она усмехнулась и выплюнула скопившиеся во рту осколки. — Ну и урод же ты! Ни одна баба с тобой общаться не будет! — Экономя силы своего тейгу для исцеления, девушка смотрела за тем, как в её сторону шёл Рыцарь. — А ты у нас получается единорог? Забавно. — Лишний раз убедившись, что кошка теперь не опасна, лепестки теперь снова сменились на бронебойные. — Я же говорил, что мы никогда не будем работать вместе, и просил мне не мешать. Мелкая сама нарвалась. — Ладно, ладно, зануда. Твоя взяла. — Кое-как усмехнувшись, то ли обстоятельству их диалога, то ли тому, что из её плеча вышел крупный осколок и зажили связки, Леоне сняла со своего пояса маленький пузырёк со спиртным и выпила, смотря как фигура в броне неспешно удаляется.        Теперь события переносятся уже к много раз упомянутому зданию, возле которого последняя десятка сумасбродных стражников и Тацуми защищали господ, пока глава семейства пытался подобрать нужный ключ к замку. Вот только появившаяся парочка дала понять, что все потуги с замочной скважиной стали бессмысленны.        Акаме и Булат внезапно выскочили из кустов и бросились в атаку против и без того не малость перепуганную стражу. Сдержать их попытались шестеро, за что жестоко поплатились. Двоих владелец Инкруцио превратил в кебаб за счёт точного броска своего копья, а брюнетка с фирменной фразой, ликвидирую, за три прыжка черканула своим Мурасаме по глоткам троих несчастных, что упали на колени и стали медленно издыхать от яда. Последний попытался воспользоваться заминкой девушки после таких скачков, но туша была встречена пробивающим насквозь ударом кулака от Булата.        Оставшиеся с ужасом смотрели на членов Ночного Рейда, даже в мыслях боясь сделать неверный шаг, а вот хозяин поместья, спрятав дочь себе за спину, дал им и Тацуми приказ убить непрошенных гостей, ссылаясь на то, что они всего лишь люди, а не Рыцарь Аркхема, вокруг которого витали слухи, что он не человек. Однако в противовес этому, парочка мягко намекнула на то, что всех пятерых они отпускают, и те могут бежать.        Счастью стражников не было предела, ибо они мигом побросали оружие и кинулись прочь, попутно благодаря за помилование. Вот только другая фигура этого действа не желала их отпускать. Из яблоневой аллеи раздались выстрелы, которые быстро выкосили эту четвёрку, не дав им возможности хотя бы добежать до выхода. Последнему из расстрелянных повезло меньше всех, ибо он выжил, хоть и имел простреленное колено и живот, а потому полз в сторону от Рыцаря, моля о пощаде, но всё что он получил — контрольный в голову.        Теперь уже расклад резко переменился, от чего хозяева особняка стали сильнее уповать на Ночной Рейд, ибо надеялись на то, что смогут выкупить у них свои жизни, в то время как Рыцарь Аркхема убьёт их. И будет крайне большим везением, если случится это быстро, ибо все помнили публичное четвертование капитана полиции в областном городке. — Не вмешивайся, это наше дело. -Держа ментальный контроль за группой из трёх человек возле дверей сарая, Акаме повернулась в сторону Рыцаря, кладя руку на Мурасаме. — Да, вот только я не люблю бросать начатое, а в схватке со мной у вас теряется время на эвакуацию раненых, а кавалерия сейчас нагрянет очень быстро. — От действий физических этот вечер перешёл к действам красноречивым, ибо детскую психику Рейдовцев было надломить легко, за исключением Булата, но тот благо никогда не был командиром операций. — У нас есть те, кто им помогут. У нас приказ, ликвидировать цели любой ценой. — От перехода в наступление теперь уже лезвие проклятого клинка показалось из ножен, а Булат вынул копьё из трупов. — В любом случае они мои. Помешаете — можете заказывать гробы. — Игнорируя дальнейшие слова Акаме, которая даже с места не сдвинулась почему-то, Рыцарь двинулся к троице, но Тацуми встал у него на пути. — Парень, ты больной? Хочешь лежать с ними в одной канаве? — Нет, правду о тебе говорят. Ты маньяк! Я не позволю тебе их убить! — С этими словами Тацуми сделал выпад вперёд, стремясь проткнуть тело между пластинами, но было это столь жалко и нелепо, по мнению тройки убийц, что смотреть больно.        Даже Ария распрощалась с надеждой на спасение, когда на каждый выпад Тацуми получал, нет не удар в лицо, а подзатыльник, что его неимоверно злило, а Булата веселило. В итоге парниша сорвался и попытался после очередной неудачной атаки бросить песком в голову, но получил лишь жёсткую подсечку под две ноги с приземлением на весь горб, от чего казалось, что сердце сплющилось о стенки грудной клетки, а сам разучился дышать. — Раз ты у нас такой сердобольный, то посмотрим, что ты скажешь после этого. — С некой иронией в голосе, Рыцарь поднял Тацуми на ноги, поддерживая потом его положение одной рукой, а второй навёл пистолет на мужчину. — Открывай дверь.        Поняв, что спастись теперь точно не удастся, дрожащий глава вставил ключ из связки и медленными движениями провернул три раза. Затем стальные двери отворились, и из помещения повеяло смрадом гниющей плоти и прочих отходов жизнедеятельности, ибо внутри была настоящая пыточная. На манеже внизу стоял целый арсенал из орудий причинения боли, а местами встречались приблуды для утоления садистско-сексуальных фантазий, как например обставленный порнографическими фигурами мелкий бассейн с кровью, над которым за цепи были подвешены несколько обескровленных тел женщин и мужчин. При этом такие тела были подвешены под всем потолком, но они уже были сделаны на манер украшений.        От увиденного Тацуми мигом выблевало съеденным ужином, а Рыцарь Аркхема с удивлением присвистнул, Булат сквозь шлем поморщился, а Акаме выражала стандартное безразличие. Только вот сложившуюся картину сломал зовущий паренька голос, коим был его полуживой друг в клетке. Сквозь боль и стоны он рассказал, что ему и их общей подруге пришлось пройти. Как под дружелюбным предлогом они попали сюда, а потом шли три дня ада, их которых парень успел рассказать, что его принудительно кастрировали, проткнули калёными иглами почки и подвергли сексуальному насилию, а вот про девушку лучше умолчать из этических соображений.        Вот тут-то и проявились истинные личины живущих здесь тварей. Все эти увеселения и убийства они оправдали весьма просто. Столица для столичных, а все прочие — мусор. Мужчина не скрывал с каким удовольствием он насиловал этого бедолагу, пока девушка веселилась с его подругой, которой освежевали голову заживо.        Всё это оборвалось выстрелом, ибо Тацуми, не в силах сдержать гнев и ярость, резко подбежал к Рыцарю Аркхема и выхватил у него из кобуры пистолет с бронебойными пулями и первым же выстрелом осуществил попадание в коленный сустав.        На огромной скорости кусок свинца со свистом влетел промеж бедренной и берцовой костями, перемалывая их надкостницы и хрящи выходя на вылет с кровавым фонтаном и кусками мышц и связок. Колено мужчины тут же ломается против его естественного изгиба, и он с криком падает вперёд. Однако от боли закричал и Тацуми, ибо отдача от пистолета была столько велика, что сломала неопытному стрелку пару пальцев на руке, а из-за ошибки в хвате затвор закусил ему плоть до крови между большим и указательным пальцами. — Неплохо, парень. Отдыхай, дальше я сам. — С этими словами Рыцарь вытащил из аптечки шприц и вогнал шатену в плечо, попутно с этим забрав пистолет, а затем двинулся в сторону своих жертв.        Мужчина сквозь стоны умолял его о пощаде, но потом он сорвался на свинячий визг, когда вместо него Рыцарь двинулся к Арии. Девочка сначала попыталась позвать отца на помощь, но потом решила попытаться убежать прочь, правда резкий хват за белобрысые кудри свалил её на землю. После этого каратель обошёл и придавил коленом к земле, попутно садясь на неё. Смысл задуманного им не был ясен даже членам Ночного Рейда, но когда он двумя движениями перерезал ей связки подмышками, а затем потянулся к лицу.        Вопль стоял адский, ибо неторопливыми движениями, придерживая аристократичное личико за подбородок, Рыцарь лезвием ножа вырезал контуры её лицо. А когда последний надрез был сделан в районе затылка, то он резким движением содрал с неё скальп, в последствии небрежно бросая его к ногам мужчины.        Что было потом Тацуми помнил смутно, ибо, когда ещё срезанное лицо девушки красовалось в бронированной перчатке, он потерял сознание после укола, от которого боль в руке пропала, дальше он слышал ещё два выстрела, а затем тишина глубокого сна.