Мир непостроенных пирамид

День бежал за днем. Неол понемногу выздоравливал и уже мог вставать, хотя для длительного перехода был еще слаб. Нофр и Мерит помогали Эсее в уходе за ним – приносили воду, чистили шкуры убитых животных, которых время от времени им приносил Ноар – за минувший месяц этих шкур скопилось достаточно, чтобы не спать на камнях. Эсея готовила пищу, собирала лекарственные травы для брата и изготавливала для него целебное питье. Травы было найти непросто, даже на этой каменной гряде, где они сейчас жили, поэтому иногда она подолгу пропадала. Мерита это беспокоило – ведь, бывало, в пустыне встречались хищники. Он несколько раз вызывался сопровождать Эсею, но она отказывалась, провожатые ей были не нужны, поскольку почти всегда во время своих «прогулок» она встречалась с Ноаром. Он и приносил необходимые ей травы, а затем они вместе направлялись в ущелье. Эсея научилась преодолевать отвращение, вызываемое Ноаром, научилась отстраняться от всего, что с ней происходило, но безысходное отчаянье в ее душе постоянно росло. Собственная жизнь казалась ей ничтожной и не нужной – по крайней мере ей самой определенно не нужной… Ночами она часто просыпалась от того, что ее душили слезы. А однажды, тронув за плечо, ее разбудил Мерит. -Я решил, тебе снится плохой сон, - пояснил тот, глядя в каменный пол. -Спасибо, - растерянно проговорила Эсея. Мерит встал и, по-прежнему пряча свой взгляд – ушел. Эсея слышала, как он укладывается спать, сама же она до самого утра не сомкнула глаз. Утром, она собралась по своему обыкновению уйти – до того, как кто-либо проснется. Однако Нофр уже сидел перед входом в пещеру. -Не ходи сегодня, - сказал он, - вообще не ходи. -Что? – удивилась Эсея, - Это почему? Нофр промедлил немного, а затем решительно сказал: -Потому что я знаю, куда ты ходишь на самом деле. Эсея застыла. -Я не спал, когда Ноар приходил сюда, - признался Нофр, - но я молчал… потому что его боялся… но больше нет. Не ходи... Эсея покачала головой: -Я не могу. -Он ничего не сделает! – живо заговорил Нофр, - я обещаю. Неол уже выздоровел, мы уйдем в Бутис сегодня же ночью! Ну завтра! Не ходи! Эсея лишь отмахнулась от него и вышла из пещеры, но, сделав всего пару шагов, бессильно опустилась на песок. По щекам текли слезы. Нофр словно подсказал ей возможность - вырваться из замкнутого круга – прекратить встречи с Ноаром, и она уже не могла найти в себе сил от этой возможности отказаться, хоть и замирала от ужаса, думая о последствиях. Что ж, она никуда не пошла в этот день – за водой ходили Нофр и Мерит. Вяленое мясо у них еще оставалось… Ночью Эсея снова не спала – она с замиранием сердца ждала появления Ноара, но тот так и не пришел. Утром первым проснулся Неол, он встал и направился к выходу из пещеры. И тут он замер, увидев огромного пустынного льва – хищник уже сунул внутрь свою косматую голову и теперь изучал пещеру – Неол его явно заинтересовал. Юный фараон сделал худшее, что только можно было в данной ситуации – он побежал, лев среагировал на это также, как это сделала бы любая кошка – он прыгнул – он мог бы сломать мальчишке шею в мгновение ока – но на счастье Неола, хищник был сыт и ограничился тем, что, играя, сбил его с ног – Неол кубарем покатился к дальней стене – еще секунда и эта игра дорого бы ему стоила! Но на его счастье шум разбудил Мерита, Нофра и Эсею. Мерит в ужасе замер, Эсея кинулась к брату, а Нофр с громким криком кинулся на льва. Хищник лениво прыгнул, но явно недооценил противника – Нофр с невообразимой ловкостью нырнул под брюхо льва и всадил в него нож, лев перевернулся в воздухе и ударил своего неожиданного противника лапой – Нофр отлетел к выходу из пещеры, ударился о каменный пол, но все же мгновенно вскочил на ноги – он, пятясь, вышел из пещеры, хищник следовал за ним – тут уж подоспели Мерит и Эсея с пылающими головнями и прогнали зверя. Раны, полученные Нофром оказались очень глубокими, Эсее пришлось их зашивать. Нофр упрямо сжимал зубы и молчал. Отец сидел рядом и держал его ладонь в своей, за что мальчишка был ему благодарен – но вскоре все пропало – и отец, и голос Эсеи, и даже боль – Нофр потерял сознание. Он слишком сильно ударился головой, когда падал – Эсея не знала, как такое лечить – оставалось надеяться – так она сказала Мериту - оставалось менять мокрые повязки на лбу и сидеть возле Нофра днями и ночами напролет – конечно, Мерит помогал ей, но ведь нужно было еще приносить воду и добывать пропитание… Однажды Мерит вернулся с пустыми руками. Он устало уселся рядом с сыном, произнес: -Все напрасно… Эсея покачала головой: -Нофр жив, - отозвалась она, - и мы должны все сделать, чтобы он поправился. Мерит болезненно поморщился. -Ты права… - медленно проговорил он, - спасибо… И… пойди отдохни, я пока с ним посижу. Эсея с радостью воспользовалась этим предложением – она действительно валилась с ног от усталости. Следующим утром, когда она проснулась, Мерит так и сидел рядом с сыном. -А где Неол? – спросила Эсея, не увидев брата. -Сказал, что пойдет за водой, - отозвался Мерит. -Да ему же нельзя еще! – воскликнула Эсея, вскакивая на ноги, - давно он ушел? -Еще на рассвете. Эсея выбежала из пещеры, когда ее радостно окликнул Мерит. Нофр открыл глаза. -Он приходит в себя, - сказала Эсея. -Он теперь выздоровеет! – воскликнул Мерит и с благодарностью взглянул на девушку, - это все ты! -Об этом еще рано судить, - отозвалась она. Мерит опустил на мгновенье взгляд и произнес: -Я хочу, чтобы ты знала. Я принял решение. Я сделаю все, чтобы твой брат занял то место, которое он должен занимать по праву. Они не заметили, как вернулся Неол – Мерит потому, что стоял спиной ко входу в пещеру, Эсея потому, что думала о своем – ей не придется увидеть, как Неол займет свой престол – со дня на день должен объявиться Ноар – о нем и так слишком давно не слышно – а с ним она больше не пойдет. Ни за что. Неол не стал обнаруживать себя, а молча отошел от пещеры – он слышал слова Мерита и ему их нужно было обдумать. Мерит – убийца его отца – нечего и думать о том, чтобы оставить его безнаказанным – но все же… Неол прекрасно понимал, что вернуться во дворец будет не так-то просто. Ему была необходима помощь… Нофр действительно вскоре начал выздоравливать – он по-прежнему был еще слаб, но не терял больше сознания – Мерит и Эсея с облегчением вздохнули. Теперь ночами необязательно было дежурить у постели мальчишки, теперь можно было спокойно спать. В одну из таких ночей и объявился Ноар. Он разбудил Эсею, тронув ее за плечо. -Нет… - в отчаянье произнесла девушка. -Вижу, ты передумала, - усмехнулся Ноар и, выхватив нож, двинулся к Неолу. -Нет! – едва слышно выдохнула Эсея, - Нофр был ранен… - она торопливо объяснила, что никак не могла бы отойти куда бы то ни было последние несколько дней. Ноар остановился. -Но теперь-то ты можешь? – поинтересовался он. -Да, теперь могу. -Отлично! – обрадовался Ноар, - В этот раз мы побудем вместе подольше, я соскучился! – он подхватил девушку на руки и понес ее прочь. Когда утром Нофр проснулся и огляделся вокруг – Эсеи не было. Он тут же понял с кем она, торопливо растолкал отца. -Она с Ноаром! – сообщил ему Нофр, - и это плохо! Мерит с удивлением пожал плечами – конечно, от Ноара ничего хорошего ждать не приходится, но все же… Нофр рассказал ему о давнем посещении Ноаром Эсеи, и о его требованиях. -Почему ты не рассказывал раньше? – спросил Мерит. Нофр пожал плечами: -Ты ничего не смог бы сделать. -А сейчас? -Нам нужно ее найти, - хмуро проговорил Нофр, - ее нет слишком долго, и мне это не нравится. Мерит вдруг впервые посмотрел на сына, как на равного… тут же удивился тому, как быстро тот повзрослел, и согласно кивнул. -Оставайся здесь на случай, если она вернется, - сказал он Нофру и вышел из пещеры. Эсея с трудом шла вдоль каменной гряды, не зная – идет ли в верном направлении – ей было все равно. Последнее, что она отчетливо помнила – как отвращение к Ноару переполнило все мыслимые пределы, как она извернулась в его руках и выкрикнула в лицо: -Убей меня! Убей! После этого Ноар словно исчез – она не помнила, как это произошло, помнила лишь необыкновенное облегчение, которое испытала от этого. Между тем Мерит разыскивал ее вторые сутки. «Так можно лазить здесь бесконечно – думал он, - лучше бы вернуться, может, Эсея уже в пещере». Однако, Мерит не возвращался. Неизвестно чем бы это закончилось, если бы в один миг перед ним не появился бы Ноар. -Ищешь Эсею, - без обиняков констатировал тот, - я покажу тебе ее. Ноар сделал знак следовать за ним, и Мерит повиновался. Эсея сидела на земле, прислонившись спиной к каменистому выступу и безучастно смотрела перед собой. Мерит кинулся к ней: -Я тебя искал два дня! – воскликнул он. Эсея на эти слова никак не отреагировала. Мерит повернулся было к Ноару, но того уже и след простыл. -Напрасно, - отозвалась наконец Эсея, - не нужно было искать. Мерит молчал не понимая. -Я не хотела, чтобы меня нашли, - пояснила Эсея, - я брала с собой нож, когда уходила с Ноаром, но выронила где-то… Мерит вдруг побледнел, поняв в чем дело и приказал: -Не смей так говорить! Эсея удивленно перевела на него взгляд: -Уже приказываешь сестре фараона? От ее взгляда Мериту стало не по себе – он был высохший, безжизненный, и он почувствовал жгучую необходимость что-то делать, немедленно! Мерит шагнул вперед и взял Эсею за плечи: -Мы скоро вернемся в Бутис, - пообещал он, - там тебе ничто не будет грозить. Эсея рассмеялась – неестественным, кашляющим смехом. -Ты не знаешь его, - еле проговорила он, - совсем не знаешь! Смех внезапно перешел в рыдания, и Мерит, совершенно забыв, что перед ним сестра фараона, прижал девушку к себе, вдруг поняв, что готов сделать для нее все… Он с ужасом понимал насколько она стала ему близка за последние недели – да, все было возможно здесь, когда они по очереди охраняли сон мальчишек в пещере, но это станет совершенно невозможно, когда они вернуться в Бутис – она – дочь старого фараона, а он – его убийца. Но до возвращения в Бутис еще было далеко, а пока, Мерит повел Эсею к пещере.