судьба моя

Тэхён натягивает шарф почти на самое лицо. Пронизывающий ветер забирается под полы пальто, холодными колючими мурашками проходясь от поясницы до лопаток. Нужно было не выделываться, а взять машину. Но даже несмотря на невесёлую погоду, идея прогуляться кажется отличной. — Ну что на этот раз? — спрашивает Тэхён, когда ворон приземляется на его плечо. В клюве тот держит какой-то зелёный стебель, и по характерным белым округлым цветам Тэхён понимает, что это омела. — Что ты задумал? Ворон хитро зыркает. Его яркие изумрудные глаза сияют в свете солнца драгоценными камнями. И проходит секунда прежде, чем он вновь взмывает вверх, грациозно подхватив воздушный поток. Тэхён прослеживает за ним взглядом, удивлённо приподнимая брови, когда птица меняет направление. — Нет, ты не посмеешь, — вздыхает Тэхён, уже парочку раз проходив через подобное. Просто Чонгук почему-то вбил себе в голову идею познакомить его с кем-то. Поэтому, каждый мало-мальски подходящий прохожий становился потенциальным кандидатом на его руку и сердце. Тэхён резко разворачивается, едва ли не перейдя на бег. Вслед летит возмущённое карканье, но он даже не думает притормаживать, нет уж. Он уже проходил через ужасно неловкое знакомство. С него хватит. — Я же говорил тебе, что не хочу этого, — возмущённо говорит Тэхён, когда ворон нагоняет его. — Мне не интересны подобные знакомства. Ворон недовольно каркает, приземляясь на промёрзлую, едва покрытую тонким шаром снега, землю. — Какой смысл во всём этом? Ты же знаешь, что таких, как я, всего ничего. Большинство людей созданы для идеальных тандемов. Вот ты сейчас приставал к той девушке, а у неё где-то там есть свой неповторимый предначертанный. А, может, он или она уже ждёт её дома. Чонгук вышагивает рядом, взявшись бить крыльями в воздухе. — Чему ты возмущаешься? Это же правда, сам знаешь. Да и, кроме того, я отлично чувствую себя в одиночестве. Хотя… — тянет задумчиво, начиная заговорщически улыбаться. — У меня же есть ты. Ворон вскрикивает, и в своём воображении Тэхён представляет, как он начинает наматывать круги, то и дело взлохмачивая буйные густые волосы. Почему-то кажется, что те тоже, как и перья, обязательно будут чёрными. Интересно, какой же была бы мимика? Тэхён хотел бы увидеть Чонгука человеком. — Ты так возмущаешься, — ухмыляется он. — Эй! — выкрикивает, когда ворон, из вредности, нападает на него, пытаясь вцепиться когтистыми лапами в ворот. Тэхён теперь знает, что достаточно пережить эту минутную бурю, чтобы потом Чонгук поутих и начал вести себя так, будто хочет загладить вину. — Ты слишком эмоциональный, — замечает Тэхён, когда ворон усаживается на его плече, игриво тыкаясь клювом в изгиб его шеи. — Может, те колбаски так на тебя влияют? Чонгук протестующе каркает. — Что? Не они? Может, тогда сладкая вода? Разве птицам можно пить её? Ауч, — дёргается, когда ворон щипается, сжимая лапки сильнее. — Тогда, ты просто вредный и никакие факторы не влияют, да?