судьба моя

Оказывается, вороны тоже могут болеть. Тэхён не думал об этом, пока Чонгук как-то не улетает погулять, промокая до нитки под мокрым снегом. Вообще, ворон довольно часто отлучался. Тэхён иногда наблюдал за его полётами, за тем, как птица сновала вокруг деревьев, как цеплялась к дворовым котам, как из тёмной кляксы превращалась в крошечную точку на фоне неба. И непонятно было, куда ворон летал. Впрочем, у всех должна быть личная жизнь. Сам Тэхён пропадал на работе, уходя рано утром и возвращаясь поздно вечером. И только на выходные мог позволить себе поваляться на кровати. В остальное же время крутясь как белка в колесе. И вот в один из таких вечеров, он впускает в дом загулявшего ворона, представляющего жалкое зрелище: мокрые перья, поникшая голова, хвост, волочащийся по полу. — Боже, ну и вид у тебя, — присвистывает Тэхён, направившись в ванную за полотенцем. Он думает, что всё обойдётся, но даже хорошенько высушив чужие перья и устроив под одеялом в тепле, не приводит Чонгука в чувства. — Ты меня пугаешь, — признаётся Тэхён, когда при каждом вдохе и выдохе ворон начинает издавать странные посвистывающие звуки. Тэхён начинает наматывать круги, забираясь в Интернет для того, чтобы отыскать номер ветеринара, который может приехать среди ночи. Но лишь одним глазком посмотрев в сторону собственной кровати, понимает, что это уже не поможет. Вместо птицы на простынях, укрытым одеялом, оказывается парень. Молодой мужчина со смоляными волосами, бледной кожей, но ярким алым румянцем на щеках. У Чонгука жар. Тут даже гадать не приходится. Тэхён узнаёт об этом лишь приложив ладонь к чужому раскалённому лбу. — Вот это да… — тихо выдыхает он, зарывшись пятернёй в волосы. Такого исхода он никак не ожидал. Но бездействовать некогда, поэтому он быстро находит в телефоне нужный контакт, и вызывает на дом уже своего врача. — Это очень необычно, — замечает тот, измеряв температуру и вколов в чужую вену витаминный коктейль. Да, татуировка Чонгука, побледневшая из-за разорванной связи, не даст соврать. Тут сразу становится понятным, с кем имеешь дело. — Ну, как бы то ни было, рецепт я выписал, лекарства оставил. Делайте всё по инструкции и скоро он прийдёт в себя. А уж если захотите обратиться по поводу… Эм… Соулмейтов… Позвоните в нашу клинику и вам назначат приём. Тэхён кивает болванчиком, провожая врача к входной двери. Возвращается в комнату уже более спокойным и уверенным. Меняет влажную повязку на чужом лбу, отмечая, что вид Чонгука несколько улучшился. По крайней мере, излишняя бледность ушла, а румянец уже не горит кострами на щеках. — Ну и напугал же ты меня, — качает головой Тэхён, усаживаясь в кресло. Он предвкушает бессонную ночь, полную заботы о другом человеке. Боже… Человеке. Тэхён никогда не думал, что действительно сможет увидеть Чонгука не в облике птицы. — Выздоравливай, идиотина, — вздыхает он, вытягивая ноги для удобства. Как нельзя кстати приходится не прочитанная когда-то книга. Тэхён вновь находит её в интернете, оплачивает, а потом немного зачитывается, не замечая, как с каждым взмахом ресниц становится всё менее бодрым. Чонгук посапывает, раскидал руки и ноги по сторонам, явно с удобством устроившись на чужой кровати. Он и птицей был не из робкого десятка, а тут вообще расцвёл, выказывая то, что чувствует он себя здесь защищённым и в безопасности. Впрочем, как и Тэхён, который несмотря на то, что едва знает этого человека, засыпает, свесив голову на грудь.