Скажи мне, почему мы должны прощаться?

Очередной пустеющий концертный зал, что через несколько часов наполнится разношерстной толпой фанатов популярной итальянской рок-группы, раздражал своей безликостью синие радужки, прикованные к одной неопознанной точке где-то за длинным баром в конце помещения. До чуткого слуха доносились звуки настройки гитары Томаса и барабанов Итана, которые, бурча себе что-то под нос, нянчились со своими инструментами, словно с грудными детьми. На краю невысокой стены сидел Дамиано, прислонившись спиной к огромной колонке, и, воркуя, болтал по фейстайму с Паулинн, у которой в Риме давно была ночь, однако это никак не волновало влюбленную парочку, разделенную бесконечными тысячами километров. Виктория, облокотившись о колонку с противоположной стороны от Дамиано, настраивала бас гитару, вяло перебирая пальцами, пока ее мысли находились совершенно в другом месте, будучи затуманенными утренней встречей в невзрачном кафе. Уже пару часов музыканты находились на площадке, приехав туда задолго до запланированного саундчека, потому что нервный Лео настоял, что лучше они будут бездельничать там, чем потом страшно опаздывать, потому что Томас или Дамиано слишком долго собирались и трындели по телефону. Уже пару часов Вик, не переставая, переписывалась с Грейс, которая, перед тем как распрощаться с новой итальянской знакомой, все-таки оставила ей свой аккаунт в инстаграмме и номер телефона. Блондинка так была рада их с американкой очередной встрече, что напрочь забыла про своих друзей, ожидающих свой кофе в ее номере, и опомнилась только тогда, когда ей начал названивать Дамиано, пока остальные друзья, не прекращая, настрачивали сообщения в их общий чат. Девушки, наконец, договорились о нормальной не случайной встрече перед началом концерта MÅ сегодняшним вечером, и Виктория, теперь уже со спокойной душой вернулась к друзьям в отель, распрощавшись с Грейс всего на несколько часов. Что-то в новой «старой» знакомой не давало басистке покоя, и она никак не могла понять, что именно, но, несмотря на это, Вик безумно хотелось продолжить общение с загадочной Грейс Батлер, чьи оливковые радужки запали в душу итальянки настолько глубоко, что преследовали ее два года. Они практически не знали друг друга, несмотря на то, что их знакомство затянулось на долгие годы, но Вик догадывалась, что брюнетка может достаточно много знать о ней из многочисленных интервью и статей в интернете. А вот сама блондинка ничего не знала о своей новой подруге, кроме ее имени, места проживания и рода деятельности. Грейс Батлер стала загадкой для Виктории, которую ей не терпелось поскорее разгадать. — Вик, там какая-то девушка на входе спрашивает тебя. — не отрываясь от телефона сказал Лео, внезапно возникший в пустом концертном зале. — говорит, ты ее пригласила. Итальянка встрепенулась, разрезая светлыми волнистыми прядями застоявшийся воздух, и, не обращая внимания на всеобщее смятение, невесомо спрыгнула со сцены и пробежала мимо менеджера, в недоумении почесывающего затылок. Девушка молча вышла из зала скорым шагом, направляясь к выходу из клуба, где, судя по звукам, уже столпилась приличная толпа фанатов, ожидающих, когда двери в концертное заведение откроются. Блондинистая макушка аккуратно высунулась из-за массивных дверей, ведущих на улицу, и визг толпы, заметившей басистку, разрезал девичий слух, а синие глаза столкнулись с все теми же загадочными оливковыми радужками, хозяйка которых мялась у самого входа, куда ее настойчиво не пропускала строгая охрана. Виктория приветливо улыбнулась Грейс, что заметно оживилась, увидев на выходе знакомое лицо, и после того, как гитаристка сказала секьюрити, что знает брюнетку и она с ней, американка благодарно кивнула, и, под всеобщий гул зашла в клуб, скрываясь от многочисленных глаз за спинами непреклонной охраны. — Привет! — растягиваясь в счастливой улыбке, сказала Грейс, и аккуратно приобняла довольную басистку за плечи. Вик крепко обняла подругу в ответ, блаженно улыбаясь и прикрывая глаза, и легко отстранилась, рассматривая девичий силуэт в полутьме коридора. Девушка была одета в обычную белую футболку, заправленную в синие джинсовые шорты, что позволяло блондинке увидеть многочисленные тату на изгибах хрупкого с виду тела, и на тонком плече неизменно свисал чехол для фотоаппарата. Виктория всегда умела читать людей, просто разглядывая их, наблюдая за их поведением и настроением, но когда она смотрела на американку, сразу же натыкалась на какой-то невидимый щит, скрывающий что-то в девичьем образе от посторонних глаз. — Я так рада, что ты пришла! — вытряхивая из головы странные мысли, пролепетала Вик, сверкая белоснежными рядами зубов в приглушенном освещении. — идем, познакомлю тебя с остальной частью нашей цирковой труппы! Подруги восторженно переглянулись, чувствуя легкую неловкость, и Вик уверенно зашагала в зал, минуя длинный коридор. В синеву сверкающих радужек ударили лучи софитов, освещающих невысокую сцену, на которой стояли трое друзей итальянки, о чем-то переговариваясь. Лео снова и след простыл, но Виктория догадывалась, что менеджер просто вышел покурить, и вернется в зал всего через пару минут. — Ребят! — позвала басистка, привлекая внимание друзей, стоящих в эту минуту на сцене. Трое совершенно синхронно повернулись на стоящих в зале девушек, и все как один недоуменно нахмурились, медленно спускаясь с небольшой сцены. Друзья подошли к двум девушкам, все как один стараясь приветливо улыбаться, что происходило каждый раз, когда Виктория знакомила с кем-то из своих новых знакомых остальную часть компании. — Это Грейс Батлер, мы познакомились с ней два года назад, когда я летала с Никой в Нью-Йорк. — улыбаясь, шустро сказала Вик, оглядывая явно удивленные лица своих друзей. — Грейс, Это Дамиано, Итан и Томас, и они не такие вредные, как может показаться на первый взгляд. — Кто бы говорил! — возразил подруге Томас, складывая руки на груди, и усмехнулся. — эта язва сегодня все утро ворчала на нас за то, что мы соскучились и пришли к ней в номер. — Ага, пришли, разбудили меня, и начали планировать свою супер-мега вечеринку с бассейном. — вскинув бровь, протянула Виктория, наклонившись к уху американки, и сложила руку на груди. — как будто нельзя было сделать это в номере Дамиано. И вообще, массовики-затейники, вам хоть можно из номера выходить после десяти вечера? — теперь уже обращаясь к друзьям, спросила итальянка, довольно ухмыляясь. — Эстелла и Паулинн в курсе, что вы пол Лос-Анджелеса на свою афтерпати пригласили? Девушка, улыбаясь, уставилась на возмущенных друзей, которые теперь смотрели на нее так, будто она могла одним только звонком в Италию свернуть всю их бурную деятельность, касающуюся предстоящей тусовки, что неразлучные друзья ждали, кажется, сильнее, чем их скорый концерт. — Чтоб ты знала, Линн и Эсти в курсе. — раздраженно улыбаясь, ответил Дамиано, передразнивая. — и вообще, это была их идея, а не наша, как тебе такое? — Да что ты, мне написать в наш «man free» чат и лично спросить их об этом? — Виктория начала ловить азарт из-за их с друзьями перепалки, совершенно позабыв о том, что рядом с ней стоит немного смущенная Грейс, которая, кажется, ничего не понимала в происходящем между итальянцами, ведь те посреди беседы перешли с английского на родной язык. — Кхм… — прокашлялась американка, привлекая к себе внимание заигравшихся в спор ребят. — не знаю, что вы там обсуждали, но я ни слова не поняла… — Ой, Грейс, извини. — виновато усмехнулась Вик, все еще прожигая солиста игривым взглядом. — я просто ставила на место одного умника, который никак не уймется. — Вам самим еще не надоело? — раздался откуда-то голос Лео, который, как оказалось, уже несколько минут наблюдал за спором Виктории и Дамиано. — прошу прощение за этих невоспитанных придурков, Грейс, меня зовут Лео, и я распорядитель этого цирка. — парень, подойдя к остальной компании, дружелюбно протянул ладонь брюнетке, и та сделала тоже самое, после чего они пожали руки под недоуменный взор оливковых радужек. — менеджер, я хотел сказать. — продолжил Лео. Друзья непринужденно рассмеялись очередной шутке менеджера, и остальные ребята внезапно опомнились, и по-человечески поздоровались с новой знакомой своей лучшей подруги, после чего было принято единогласное решение немного времени провести в баре и выпить за знакомство, чему все шестеро несказанно обрадовались, надеясь на то, что легкий привкус алкоголя смоет между ними все напряжение и неловкость. Оливковый свет пронзительных глаз то и дело озарял немного смущенную Викторию, которая, казалось, впервые за всю свою жизнь не знала, как найти подход к новому человеку, боясь сделать что-то не так. С девушкой никогда прежде такого не случалось, она читала людей как открытые книги и с полуслова их понимала, что всегда позволяло ей легко заполучать расположение новых знакомых и быстро заводить с ними дружеские отношения. Но Грейс была другой, и хотя она сама охотно пошла Вик навстречу, предложила ей, наконец, нормально пообщаться и с удовольствием шла с ней и ее друзьями на контакт, блондинка то и дело натыкалась на непонятный барьер, будто не позволяющий ей приблизиться к новой знакомой. А может, дело было вовсе не в Грейс и ее неясной скрытности, которую, кажется, чувствовала одна лишь Виктория. Может, дело было в том, что итальянка сама не позволяла себе прочесть загадочную обладательницу оливковых глаз, что уже достаточно мило общалась с Итаном и Лео, устроившись за барной стойкой, и показывала им что-то на дорогом фотоаппарате. Виктория хотела разгадать ее загадку, но не могла. Почему? — Это та, о ком я думаю? — внезапно раздался над ухом застывшей на месте Вик голос Дамиано, положившего ладонь ей на плечо. — ее глаза точь-в-точь, такие, какими ты мне их описывала. — Да… — вздохнув, ответила Виктория, оглядываясь назад на солиста. Это та, о ком она думала, не переставая, с октября 2019 года.

***

В миневене непрекращающимся потоком лилась громкая музыка, ровно так же, как крепкий алкоголь заливался в молодые, разгоряченные собственным концертом организмы. Дамиано, Томас и Лео орали знакомые слова, перекрикивая басящую в колонках музыку, пока несчастная бутылка дорогого шампанского, пущенная по кругу после того, как возбужденная компания завалилась в автомобиль, ожидающий их у черного выхода, переходила из рук в руки, опустошаясь с каждым жадным глотком. Виктория и Грейс сидели рядом с Итаном, напротив разбушевавшихся друзей, младший из которых умудрялся отплясывать свой знаменитый танец прямо на крохотном клочке пола между сидениями, пока двое снимали его на свои дорогие телефоны. Американка показывала барабанщику и бас-гитаристке свежие фотографии с их только что прошедшего на ура концерта, и они восторженно рассматривали самих себя на ярких качественных картинках, наперебой расхваливая Грейс за ее талант. В воздухе витал дух безумства и свободы, ведь первая часть выступлений в США была позади, и теперь музыканты могли позволить себе пару дней отдыха, что Дамиано и Томас запланировали начать с шикарной вечеринки, на которую прямо сейчас их нес тонированный минивен. Вик поглядывала на своих взбалмошных друзей и весело улыбалась, прекрасно понимая, что сегодняшний вечер, а вместе с ним и ночь, вряд ли выдадутся скучными и заурядными. А когда блондинка ловила на себе слегка разгоряченный концертом и алкоголем взор оливковых глаз, она, и вовсе, понимала, что предстоящий вечер вряд ли будет таким уж обычным. Виктория искренне удивлялась тому, как быстро Грейс влилась в их компанию, сумев поддержать вообще все их с друзьями диалоги и расположить к себе даже не особо дружелюбного Дамиано, что от каждой встречной девушки ждал флирта и попыток залезть к нему в штаны. Но в этот раз все было иначе. Потому что солист был единственным, с кем Виктория поделилась рассказом о той унизительной встрече на концерте два года назад. Только Дамиано Вик поведала о своей странной привязанности к выразительным оливковым радужкам. И когда девушка снова столкнулась с ними на темной улице в Нью-Йорке, она тут же поделилась этим с другом, также, как и сегодня днем рассказала ему о третьей встрече с Грейс. Дамиано лукаво ухмылялся, выслушивая россказни лучшей подруги об ее загадочном увлечении, но, кажется, когда познакомился с ним лично, он понял Викторию, потому что в Грейс было что-то действительно притягательное и манящее, что ни солист, ни гитаристка не могли считать и распознать. На протяжении всего концерта Виктория не могла думать ни о чем, кроме стоящей в первой ряду Грейс, что скурпулезно смотрела в фотоаппарат, щелкая затвором каждые несколько секунд. Брюнетка по-настоящему наслаждалась своим занятием, что было для нее далеко не просто работой, ведь на это мероприятие Вик позвала ее в качестве гостя, но та все равно половину концерта не могла оторваться от камеры, не упуская ни одного интересного кадра. И всякий раз, когда в пылу исполнения собственной музыки басистка сталкивалась голубизной под ресницами с оливковыми радужками, ее пробивала легкая дрожь и мурашки, вызванные восторженной улыбкой на лице симпатичной американки, щекотали стройную спину. А когда выступление подошло к концу, для немного уставшей Виктории все и вовсе пролетело как в тумане. Визг фанатов, объятия со всеми друзьями, групповое фото для блога, восторженные возгласы Грейс о том, что она просто в восторге от их отдачи на сцене, и вот они уже вшестером сидят в минивене прямо в концертных образах, пока Дамиано, подпевая знакомому тексту, открывает шампанское. Игристое лилось по салону, словно горный водопад, и оливковые радужки уже не так смущенно, как раньше, оглядывали обстановку в машине, пока Вик, совершенно неожиданно для себя, сидела на кожаном кресле даже скромнее, чем веселящийся в эту минуту Итан. Виктория никогда и никого не стеснялась, ее профиль в интаграмме был тому доказательством, однако сегодня с жизнерадостной итальянкой творилась какая-то чертовщина, не позволяющая ей отдаться моменту в полной мере, возможно, потому что она боялась перебрать с алкоголем и натворить глупостей. Напиться и переспать с новой подружкой, например, как десятки раз до этого. Только не сегодня. Только не с Грейс. — Эй, Вик? — взволнованно позвала американка подругу, заметив странную бледность на ее лице. — с тобой все хорошо? Укачало? Столько заботы от новой знакомой, которую Виктория не знала от слова совсем, но уже ехала с ней на вечеринку, где она непременно напьется и натворит дел. А может сегодня солнце опустится на землю, потому что Вик совсем не хотелось пить. Оставаться трезвой. Запомнить каждый момент. — Все в порядке, Грейс, просто устала. — приветливо улыбнувшись, ответила итальянка подруге, перекрикивая орущую вместе с друзьями музыку. — хочу уже скорее на воздух. — Боги услышали тебя, Виктория Де Анджелис! — рисуясь, как настоящий придурок, низким голосом сказал солист, приподнявшись над сидением, и машина остановилась. — мы приехали! Добро пожаловать на великий праздник жизни во имя Дамиано Давида! — Я заснял это, и уже отправляю в общий чат! — заливаясь звонким смехом, перебил фронтмена Лео, не поднимая глаз из дорогого телефона. — а теперь, все на выход, я охренеть как хочу в бассейн. — Вы что серьезно сняли клуб с бассейном? — сложив руки на груди, спросила Вик, вываливаясь на оживленную улицу. — я думала это все глупые шутки! Виктория поежилась от приятной прохлады, что контрастировала с духотой внутри салона машины и жаром ее собственной кожи, и оглянула небоскреб, возвышающийся над оживленной улицей, на крыше которого светились разноцветные яркие огни. — Дамиано Давид делает, что хочет, ибо никто из смертных ему не указ! — не оглядываясь на свою подругу, театрально закричал итальянец, вскидывая руки, и достал из кармана дорогих брюк пачку сигарет. — Так и передам Паулинн. — ухмыляясь, скептически ответила Вик и закатилась заливистым смехом вместе с Томасом. Дамиано злобно посмотрел на хохочущих друзей и развернулся к ним на пятках, исподлобья озираясь по сторонам, пока между его зубами покоилась еще не подожженная сигарета. — С вами так весело! — Грейс внезапно подлетела к Виктории, хватая ее со спины за плечи, и та вздрогнула от неожиданности, затрепетав всем телом от внезапного прикосновения брюнетки. Вик улыбнулась подруге, и они вместе последовали за зачинщиком приключения, что уже скрылся в высотном здании, у подножья которого росли пальмы и другие южные растения. Брюнетка ненадолго остановилась, отставая от компании, чтобы сделать фото небоскреба, и басистка терпеливо задержалась вместе с ней, в глубине души злорадствуя тому, что, что бы не случилось на сегодняшней вечеринке, это точно навсегда запечатлят тонкие женские пальцы, крепко удерживающие фотоаппарат. — Ты очень талантливый фотограф. — внезапно прервала тишину Виктория, наблюдая за тем, как Грейс просматривает только что сделанные фото на экране. — почему ты не работаешь в каком-нибудь крутом журнале? — Потому что не хочу торчать в офисе по двенадцать часов в сутки. — спокойно ответила американка, повесила фотоаппарат через плечо и подошла к Вик, приветливо оглядывая ямочки на ее щеках, пока на губах американки застыла лукавая улыбка. — я что-то вроде фрилансера, продаю свои фотки в журналы и газеты, иногда на интернет-порталы, периодически делаю фотосессии на заказ. Работай я на тот же «Vogue», мне бы не позволяли столько свободы и платили в три раза меньше. Виктория слушала Грейс как завороженная. В ее голосе было столько уверенности и гордости собой, что блондинке захотелось узнать об ее жизни как можно больше, чтобы заразиться от подруги этой непоколебимостью и духом свободы. Девушки зашли в дорогое здание, в холле которого их подождали ребята, после чего компания полным составом завалилась в лифт, что унес их на самый последний этаж. Атмосфера праздника царила в замкнутом пространстве, будто сегодня ребята выиграли еще одно Евровидение и ехали это праздновать, хотя на самом деле эта пятница не отличалась ничем от всех прочих. Пару минут в душном лифте, несколько томных девичьих взглядов, столкнувшихся со светом оливковых радужек, и характерный звон оповестил галдящую компанию о том, что их транспорт прибыл, и ребята вывалились из кабины, сталкиваясь нос в нос с безудержным весельем. На крыше высотного здания расположился элитный клуб, и молодые разгоряченные итальянцы оказались в его эпицентре, ведь лифт привез их к самому разгару вечеринки, которую затеяли неугомонные друзья. Людей было так много, что Вик вообще сначала решила, что они вторглись на чужой праздник, но когда появление компании заметили, всеобщий гул разнообразных голосов зазвенел еще громче, и посетители вечеринки начали скандировать название всемирно известной рок-группы, что сейчас стояла прямо перед ними. — Признавайся, ты заплатил им, чтобы они просто пришли и поорали? — шепотом спросила басистка Дамиано, который стоял перед ней, довольно улыбаясь. Фронтмен лишь отмахнулся, одарив подругу ослепительной улыбкой, и с удовольствием шагнул в толпу, пробираясь к небольшому бару, что расположился у огромного бассейна, подсвеченного всеми цветами радуги. — И этот человек шестой год утверждает, что ненавидит вечеринки. — закатив глаза, сказала Вик, вызывая у остатка компании безудержный смех. Пятеро двигались попятам за исчезнувшим в толпе Дамиано, чей тембр теперь раздавался эхом, смешиваясь с прочими звонкими голосами. Виктория аккуратно придерживала Итана за предплечье, наблюдая за тем, как Томас ускакал за солистом. Толпа стала понемногу рассасываться, когда друзья вышли к бассейну, и Вик попыталась присмотреться к контингенту на вечеринке. В некоторых она узнала блоггеров, в других пока что мало известных музыкантов, но большую часть итальянка никогда не встречала, и понятия не имела, как они попали на закаченную ими вечеринку. — И часто вы так «отдыхаете»? — обескуражено поинтересовалась у гитаристки Грейс, изобразив пальцами кавычки, когда они отошли немного подальше от толпы, к самому краю крыши, откуда открывался умопомрачительный вид на город и его горный горизонт. — Мы любим устраивать вечеринки, но обычно они для самых близких. — пожав плечами сказала Вик, принимая из рук только что подошедшего к ним Итана бокал с каким-то наверняка очень крепким коктейлем. — Я не знаю, что на него нашло. — сказал барабанщик, прикуривая сигарету, и облокотился об ограждение. Откуда-то послышалась знакомая мелодия и голос Дамиано, который, видимо, пробрался к диджейскому пульту и отобрал у кого-то микрофон. Вик, Итан и Грейс рассмеялись, наслаждаясь отдаленной речью солиста о том, как он рад всех видеть сегодня ночью, и что эту вечеринку он посвящает своим любимым друзьям. — Надышался американским воздухом, похоже. — покачав головой, протянула Вик, и глубоко вздохнула. — раз уж мы все тут, предлагаю напиться. Два согласных кивка головой, звон стаканов, первый глоток дорогого коктейля, и напряжение в женском организме ослабило свою хватку, синие глаза заблестели, а ноги сами потянули стройное тело на танцпол, где уже вовсю отплясывал далеко не трезвый Томас. И впервые за бесконечные часы Виктории удалось расслабиться, заливаясь смехом от знаменитых движений гитариста под голос Дамиано, который возле бара пел их самый известный на весь мир кавер. Движения толпы опьяняли, заставляя девичью грудь наливаться кровью, с каждым глотком из узкой трубочки становилось все жарче, смех и голоса, подпевающие знакомой песне, слились в один нескончаемый поток, и Виктория, чьи глаза прикрылись, убаюканные дурманящими покачиваниями пьяной толпы, расслабилась всем телом, когда на стройной талии, прикрытой тканью полупрозрачной блузки, почувствовались чьи-то руки. Еще один глоток, кажется, Текилы-Санрайз из изящного бокала, и тяжелые, черные от теней веки, прикрытые рваной челкой, распахнулись, ловя немного пьяным взглядом искры оливковых радужек напротив. Пухлые губы растянулись в блаженной улыбке, и Вик прижалась к оказавшейся слишком близко Грейс всем телом, ловя аккуратным носиком тонкий цветочный запах каштановых волос. Брюнетка взмахнула рукой, задевая блондинистые пряди на строчке про «blonde girl», срывая с губ Виктории довольный смешок, и итальянка, будто боясь перейти незримую безмолвную черту, аккуратно коснулась пальцами шеи Грейс, что, прикрыв глаза от удовольствия, безудержно танцевала, вскинув руки над головой. Минуты тянулись, словно сладкая патока, музыка орала так громко, что, казалось, ее слышал весь город ангелов, жар от чужих тел опьянял похлеще дорогих напитков. Тонкие женские руки застыли на кружеве дорогой дизайнерской блузки, и Виктория шумно дышала, разумом улетая куда-то под звездное небо, словно была героиней сериала про наркотики, которая явно перебрала с дозой. А Грейс, словно девочка-подросток, совершенно забывшись, танцевала, кричала знакомые слова, подпевая уже хриплому от перенапряжения голосу Дамиано, что где-то в толпе пел в украденный микрофон, и мягко обнимала Вик за талию, покачиваясь в такт чужим бедрам. Одна ночь, способная изменить все или тысячи ночей, пропитавшие своей обыденностью блестящую талантливую жизнь? Решать только ей. Приоткрытые губы итальянки выпустили из-за себя обжигающий воздух куда-то в темноту каштановых волос, и Вик немного отстранилась от Грейс, что все еще беззаботно танцевала, не отпуская талию подруги, закрыв накрашенные глаза. Итальянка снова отрывисто выдохнула, краснея только от мысли о том, что собиралась сделать, и потянулась к лицу брюнетки, так медленно, что от предвкушения сердце пробивало тонкие ребра, а щеки краснели, как спелая ягода в итальянских садах. Пару сантиметров, и пьяный замысел будет осуществлен. А что дальше? Внезапно музыка замолкла и Грейс распахнула глаза, поморщившись, ровно так же, как и все на танцполе, заулюлюкавшие, протестуя внезапно наступившей тишине. Вик встряхнула тяжелой головой и посмотрела на подругу, которая, кажется даже не поняла, что должно было произойти через пару мгновений, когда тишину, разбавленную недовольным гулом гостей вечеринки, разрезал сильно нетрезвый голос Дамиано, решившего поговорить с толпой, словно они были на очередном своем концерте. Он, заплетаясь, болтал что-то про дружбу и любовь, и про то, как все это стоит ценить, и Вик, раздраженно выдохнув, закатила глаза, встряхивая влажные от пота волосы. — Вот бы кто-то скинул его в бассейн. — усмехнувшись, сказала красная толи от танцев, толи от сладких коктейлей Грейс, поглядывая на немного взволнованную Викторию. — А это идея. — пожав плечами, сказала басистка, залпом допивая остатки напитка в бокале. — идем, сбросим этого римского бога с Олимпа! Девушки переглянулись, рассмеявшись, словно злодеи в диснеевском мультфильме, и Виктория схватила Грейс за руку, утягивая будущую соучастницу преступления против итальянской короны за собой. Дамиано стоял на краю бассейна и продолжал толкать речь, пока подруги пробирались к нему через толпу, виляя между уже далеко не трезвыми людьми, и американка крепко вцепилась в руку гитаристки, давясь смешками вместе с светловолосой. Они обошли переполненный танцпол, и, затаившись за огромным вазоном с каким-то цветком, стали ждать подходящего момента. Сердца обеих колотились так, словно они собирались ограбить банк, а женские ладошки по-прежнему были прикованы друг к другу. Грейс и Вик в предвкушении переглядывались, прикрывая рты свободными руками, чтобы их смех никто не услышал, и когда утомительная речь солиста стала подходить к концу, а итальянка слышала ее бесчисленное количество раз, чтобы точно знать, что она скоро прекратиться, девушка махнула подруге головой, и они вылетели из-за вазона, уже через пару широких прыжков подбегая к Дамиано. Виктория и Грейс влетели в его бок, сталкивая ничего не подозревающего музыканта в бассейн. Звонкий всплеск воды, легкое затишье, писк упавшего на землю микрофона, и толпа шумно захохотала, и Вик отлично видела, как на противоположном берегу сложился пополам Томас, наверняка умирая от смеха. — Совсем охренели?! — закричал, отплевываясь, Дамиано, чья голова показалась из-за вспененной от падения воды. — я сейчас вылезу отсюда, и убью вас обеих! — Не утруждайся. — сложив руки на груди, сказала Вик, лукаво взглянув на стоящую рядом Грейс, и шагнула в пустоту под ногами, с громким плеском погружаясь под освещенную прожекторами воду. Прохлада окутала разгоряченное тело итальянки с ног до головы, вмиг пропитав ее дорогую одежду, и уже через секунду Виктория вынырнула, сталкиваясь с теперь не таким уж и злым карим взором солиста. Музыка на крыше снова заиграла под одобрительные визги толпы, а Грейс все также стояла на берегу, с улыбкой оглядывая оказавшихся в бассейне друзей, и басистка уже хотела подплыть к бортику, чтобы попросить брюнетку подать ей руку, а затем стащить ее к ним с Дамиано. Но внезапно Вик увидела, как улыбка с губ ее новой подруги сползла, и та достала из заднего кармана шорт телефон. Девушка приложила его к уху, отвечая на звонок, и гитаристка не слышала из бассейна о чем говорит Грейс с заставшим ее врасплох собеседником, когда брюнетка, глубоко вздохнув, развернулась и ушла в толпу, теряясь за десятками нетрезвых спин. Итальянка нахмурилась, и начала уверенно грести к лестнице, на которую уже взбирался Дамиано, и когда девушка оказалась возле берега, солист, теперь стоящий на бортике, подал ей руку, помогая подруге вылезти. И как только насквозь мокрая Виктория оказалась в вертикальном положении, твердо стоя на ногах, она рванула в ту же сторону, куда направилась парой минут ранее Грейс, в надежде, что та еще не успела уйти. Кто-то из толпы вручил блондинке полотенце, и та даже не поняла, кто это был, внимательно разглядывая окружающих людей, но никак не могла найти новую подругу, которая словно под землю провалилась. Мокрые пряди падали на плечи, остатки макияжа стекали по щекам, пока Вик, шмыгая носом, отчаянно пыталась высмотреть Грейс, что еще пару минут назад стояла у бортика бассейна. Девушка почти пересекла всю толпу, оказавшись у лифта, что привез друзей на этот праздник жизни, когда увидела прямо у него брюнетку, озирающуюся по сторонам, которая, судя по меняющимся цифрам на табло над лифтом, ожидала его прибытия. — Грейс! — закричала Виктория, бросившись к американке, что стояла в паре метров от нее. — подожди! Осунувшаяся девушка подняла на с ног до головы мокрую подругу оливковый взгляд и виновато улыбнулась, дожидаясь, когда та подойдет к ней, чтобы попрощаться. — Что случилось? Почему ты уходишь? — укутавшись в полотенце, обеспокоенно спросила Вик, поравнявшись с американкой. — я что-то не то сделала? — Нет, Виктория, все было чудесно! — закусывая губу, с сожалением ответила Грейс, мягко поглаживая девушку по плечу. — просто мне срочно нужно вернуться домой, непредвиденные обстоятельства, ничего больше! Вик нахмурилась, подбирая слова, когда звон подъехавшего лифта разразился гулом в ее ушах, и Грейс, не обращая внимания на мокрую одежду итальянки, крепко ее обняла, утыкаясь носом во влажные волосы. — Передай ребятам, что я была очень рада с ними познакомиться. — пробормотала брюнетка в их объятия, пока гитаристка неуверенно обвивала руками девичью спину. — я напишу тебе. И спасибо за потрясающий вечер. Грейс отстранилась от обездвиженной непониманием Виктории и подарила ей добрейшую улыбку, спиной заходя в кабину. Их взгляды сцепились, не отпуская друг друга до момента, пока массивная дверь лифта не отрезала их друг от друга, унося загадочную обладательницу оливковых радужек куда-то вниз. А Вик так и стояла посреди клуба на крыше небоскреба, вся насквозь мокрая, и никак не могла справиться с волнением, сковавшим ее сердце под острыми ребрами. Эта загадка окажется труднее, чем Виктория могла себе представить.