Колыбельная для ангела

Последствия попадания такого большого количества сладких витаминов в организм Вани были очевидны. После промывания желудка парню ставили капельницы, дабы он, выйдя на улицу, сразу не повалился с ног. Естественно это заняло не 2 минуты, но и за эти долгие часы о нём никто даже и не вспомнил. Всё это время Ваня лежал спокойно и не отвергал помощь врачей, чему я был приятно удивлён, но всё равно не надеялся на чудо. — Это произошло примерно год назад, — начал внезапно говорить парень, лёжа с закрытыми глазами, пока я спокойно сидел рядом с ним в тишине.- Надеюсь ты меня слушаешь, потому что я повторять не буду. — Да тебя попробуй не послушать. — Вот и замечательно, — продолжил мой подопечный.- История довольно типичная, как по мне, но всё же слушай не перебивая, — он сделал небольшую паузу, дабы убедиться, что я всё понял.- Как я уже сказал, это было примерно год назад. У меня были замечательные отношения со всеми с кем я был знаком до одного прекрасного момента. До момента, когда я решил протянуть руку помощи, а мне её отрезали. Как-то вечером я возвращался домой с учёбы и заметил своего однокурсника, который жил вообще совершенно в другой части города. Дело мне особого не было до того, что он там делал, но, раз уже поздоровался, решил спросить. Почему бы и нет? Ох, знал бы я чем это обернётся, пошёл бы дальше, никого не трогая. Меня в принципе смутило то, что он стоял и курил возле каких-то мутных гаражей, где почти никто не ходит, но решил не предавать какого-то значения этому. Мы с ним немного разговорились, но он всеми своими фразами давал мне понять, что пытается меня поскорее спровадить, что я уже и собирался сделать, но увидел второго своего одногруппника, выходящего из одного из гаражей. «Ребят, а что вы тут все забыли?» — спросил я их, когда мне начинала не нравиться эта вся картина. Но вместо ответа я услышал только тихий плач и зажатый крик, доносящийся из гаража. Если кратко, то три моих дорогих товарища изнасиловали девочку, которая после того, как я её спас и вызвал скорую, дала свои показания только против меня. Не знаю почему и как, может они её запугали, или в состоянии шока она всё забыла, но это было так. Врачи сказали, что участвовал в этом всём не один человек и всякое такое, но позже, магическим образом, их анализы где-то потерялись, и я каким-то неведомым боком уже был замешан. Дети богатых родителей, сам понимаешь. Тогда-то меня отчим и «спас». Он же судья, вот и порешал там всё. Мать у меня успешный модельер, вся погружена в работу и отчима, а отчим в ненависть ко мне. Самое интересное, что они мне не поверили, они оба считают, что это сделал я, и не важно один я был или нет. Учитывая, что меня «отмазали», хоть я ни в чём и не виноват, все всё равно считают иначе, поэтому в колледже все на меня косо смотрят и ненавидят. Мать любит только своих детей-костюмов. Отчиму, как он считает, я должен до конца своих дней, поэтому я и пытаюсь их приблизить. Я долго молчал и пытался переварить всю полученную информацию, потому что был в шоке от услышанного. Одно дело, когда ты читаешь такое в новостях или смотришь фильм с невероятным сюжетом, но когда это происходит с тобой, это совершенно другое. Я бы убил его прошлого ангела. Как он смог оставить Ваню после всего того, что он пережил? А парень ведь даже уже смирился со всей этой ситуацией, судя по его спокойной речи. Он говорил об этом так, будто это просто очередной скучный рассказ о его повседневной жизни. Странно, что он не свихнулся за всё это время без поддержки и понимания. — У тебя там что, инфаркт? Нет, я понимаю, что это очень душераздирающая история, но можно какой-то комментарий? Фидбэк, знаешь? Я просто начинаю себя чувствовать немного неловко, понимаешь? — прервал тишину парень. — И это ты называешь ТИПИЧНОЙ ИСТОРИЕЙ? Типичной для кого, стесняюсь спросить? — Для современного мира, Вань. — Так-то тоже верно. Странно, что ты ещё в своём уме. Я теперь понимаю твоё стремление уйти в мир иной, но всё равно не одобряю. В эту секунду зашёл в палату врач. — Ну что, готов идти на промывание? — Ещё?! Да ну, какое промывание? Вы хотите, чтобы из меня уже все кишки вылезли? — начал ныть Ваня, сделав страдальческое лицо. — Да ладно, — сказал, усмехаясь, доктор, — нечему там уже вылезать, без паники. — Вот Вам смешно, а у меня сердечко-то не железное, от одного слова «промывание» как колотиться стало. — Было бы хуже, если бы не колотилось, так что всё хорошо. Я к Вам, вообще, с хорошей новостью пришел. Ещё часик полежите и можете быть свободны. Жить будете, но всё, что я выписал, просьба принимать, — сказал мужчина, но после небольшой паузы добавил, — в нормальных количествах. — Да понял я. Спасибо, — ответил Ваня и доктор удалился. — Ты же не будешь этого делать, — сказал я после ухода врача. — Естественно, — ответил Ваня и попытался встать на ноги. Времяпровождение в больнице выматывает даже больше, чем наблюдение за проблемным подопечным, особенно если оно длится более половины суток. Так, вырвавшись из капкана застывшего времени в этом месте, мы попали в привычный вихрь будничных событий, когда вышли на улицу. Я заметил, как Ваня с наслаждением вдохнул свежий морозный воздух полной грудью и пошел прочь от больницы с умиротворённым лицом. — Тебе нормально идти? Ты себя хорошо чувствуешь? — беспокоился я за сына. -Да всё нормально. Вань, не беспокойся, — ответил парень, идя спокойным шагом.- Я вот о другом думаю. — О чём же? — Если я уже даже без твоей помощи не могу уйти, может мне бросить эту затею? — Ты ждёшь от меня какого-то ответа? Это очевидно, что он будет положительным, — ответил я после небольшой паузы. — Да это был риторический вопрос. Просто, знаешь, может даже действительно согласиться на предложение той девушки и уехать куда подальше? Я-то могу. — Можешь, конечно можешь, — начал я говорить с энтузиазмом, дабы не спугнуть парня. — На этих ужасных событиях и тупых людях, которые окружают меня, жизнь же не заканчивается. И деньги я поднакопил, скрипку смогу спокойно купить. И заниматься буду тем, что мне нравится, а не этими дурацкими технологиями. И не буду терпеть вечный ор, и не буду делать всё, что мне скажут, буду решать всё сам, и… Да короче, начну свою новую, настоящую жизнь, которой живут обычные люди! Да, сначала, наверное, будет сложно, но когда-нибудь это должно было произойти, — говорил Ваня с невероятным для меня вдохновением, начиная идти всё более уверенным шагом. — Начало никогда не бывает простым. В жизни вообще легко не бывает, но в этом её прелесть. — Тем более я буду не один. Ты ведь теперь навсегда со мной? Ну, если точнее, до конца моих дней? — Не знаю, скорее всего. Никаких приказов сверху пока не было, — на что парень заметно напрягся, поэтому я решил его немного успокоить, — а даже если будут, я это улажу, обещаю. — Тебе я точно верить могу, — улыбнулся парень.- Ну знаешь, я статистику твою тоже не подпортил, так что я тоже молодец. — О да, спасибо тебе огромное. А то пришлось бы мне рядом с тобой повеситься в противном случае, — мы оба усмехнулись.- Вообще я рад, что ты сделал такой выбор. Не знаю как бы пережил это, спасибо тебе. Правда, надеюсь ты не передумаешь, а это всё не «секундная слабость». — Ну уж нет, теперь этот выход будет слишком лёгким для меня. И это я должен тебя благодарить вообще-то, — улыбнулся парень. Я был вне себя от счастья, что смог Ваню образумить за такой короткий срок, хоть он и казался невыносимо долгим. Конечно это не только моя заслуга, но и это уже не так важно. Важно то, что он сам хочет жить и его никто не принуждает к этому. Так, болтая о светлом будущем Вани, мы свернули в очередной тёмный переулок, и с лёгкостью его бы миновали, как все предыдущие, если бы не тихие просьбы о помощи женского голоса, доносящегося из темноты. — Ты тоже это слышишь? — спросил меня парень. — Хотел бы я соврать, что нет, да это не в моей природе. Ваня начал прислушиваться и заметно разнервничался, а я начинал не на шутку беспокоиться, потому что не знал, что там происходит и на что может решиться этот непредсказуемый парень. — Я должен проверить, — сказал он, быстро направляясь к тихим мольбам о пощаде. — Я гляжу, без тебя ни одно криминальное дело пройти не может. Ты вообще на ошибках не учишься? Может лучше стороной обойдёшь и мы спокойно пойдём домой? — Чтобы потом ночами не спать и винить себя в бездействии? — говорил он шёпотом.- Нет, я так не могу. Чего ты боишься, ты же со мной. Подойдя поближе, мы смогли услышать ещё один голос, только мужской, который вымогал у девушки деньги и драгоценности, или кое-что другое в случае отсутствия материальных ценностей. Девушка уже выворачивала свои карманы, а мужчине всё было мало, но его приступ жадности прервал голос Вани: — Что у вас там происходит? — Мальчик, иди куда шел, пока себе проблем не заработал, — сказал грабитель, стоящий спиной к нам. — Проблемы, скорее, будут не у меня. Отойдите от девушки. — Ты в этом уверен? — Мужчина развернулся к парню, держа пистолет в руке и направляя его на Ваню.- Уходи, пока до тебя дело не дошло, придурок. — Я уже полицию вызвал, Вам всё равно уже некуда деваться, — на что мужчина тихо рассмеялся. — Пока она нас найдёт, я успею дойти до другого конца города, — говорил он, подходя всё ближе к Ване.- Давай парниш, вытряхивай карманы. В этот момент Ваня, на удивление без моей помощи, двумя не очень лёгкими движениями выбил пистолет из рук злодея. Я был не на шутку удивлён и даже в какой-то степени горд за своего подопечного. Но я пытался контролировать ситуацию, хоть это и давалось невероятно сложно, ведь я видел в темноте совсем немного, только благодаря тусклому фонарю, стоящему в нескольких метрах от нас. Мужчина попытался дальше ударить Ваню, но тот вовремя уклонился. Тогда Ваня решил сделать ответный удар, тогда я зарядил его кулак большей силой, и он мощно зарядил второму в лицо. Мужчина пошатнулся, и, развернувшись в бок от удара, немного наклонился. — Осторожно, у него нож! — крикнула девушка, на крик которой Ваня сразу посмотрел в её сторону. Я пытался увидеть этот чёртов нож, чтобы его как-то устранить, но я не успел… Всё произошло слишком быстро: Ваня еле успел заметить, как быстро к нему приблизился грабитель, а я смог увидеть две черные близкостоящие фигуры. Ноги переставали держать парня после ранения в печень. Мне было уже понятно, что спасти его никто уже не успеет, как бы кто не пытался. — Ваня! После моего крика мужчина вынул нож и, посмотрев на свои руки с ножом, который был весь в крови, быстро убрался прочь. Видимо он сам не до конца осознал что сделал. — Ваня, Вань, — повторял я, сев на колени рядом с ним и сначала не решавшись дотронуться до него. -Ваня… -начал парень.- Вот он какой конец? — с трудом говорил он. — Нет…нет, Вань, ещё не всё потеряно. Тут подбежала девушка и, также сев на колени, приподняла немного голову парня и приложила шарф к ране. — Я вызвала скорую, скоро всё будет хорошо, держитесь, — говорила девушка, держа телефон у уха.- Господи, Ваня, это Вы! — воскликнула девушка, в которой я узнал ту самую Марию. Ну какая же ирония… — Не…успеют… — Успеют-успеют, — говорила Маша, сама сомневаясь в своих словах. — Ваня, ты должен жить! У тебя ещё всё впереди! А как же Вена, Ваня?! — кричал я, держа его одной рукой за голову. — Иоанн, — еле заметно улыбнулся парень, — ты же ангел… — он кашлянул, — ты не можешь врать. Он был прав, я не мог врать, особенно ему, но смириться с его смертью на моих руках я тоже не мог. — Я, наконец, чувствую холод, Ваня. Мои пальцы… ноги… как же холодно, — продолжал он с печальной радостью. — Мой мальчик, — сказал я, поглаживая его волосы и пытаясь не терять самообладания. Я был настолько сосредоточен, что даже не мог выпустить слёзы, которые так и просились на волю. — Но я… чувствую твоё… теп… ло… —так, с лёгкой улыбкой на лице, Ваня начал понемногу закрывать глаза. — Нет, Ваня, нет! Пожалуйста, потерпи ещё немного! — начала кричать девушка. Жизнь коротка и несправедлива. Говорят, Господь забирает к себе лучших. Всё возможно, но не в мою смену. Я — ангел-хранитель, я должен защищать своих детей до самого конца. Сегодня я совершил бесповоротную ошибку, точнее промах, который непростителен. Непростителен для меня. За него я мог бы винить и корить себя всё своё долгое существование, но не буду. Не буду, потому что всегда есть другой путь. Путь, который всё исправит. На последнем издыхании Вани я сделал глубокий вдох и вдохнул в него свою жизнь. Он сможет прожить яркую и просто замечательную жизнь без меня, а я нет. Мой смысл жизни был заключён в нём, и никакой другой подопечный его не заменит. Это будет совершенно другая индивидуальная личность, которая всем мне будет напоминать этого наглеца. Ваня немного сморщился и начал покашливать. Почувствовав пальцы ног и не ощущая уже огромной боли в области печени, он насторожился и не понимал что происходит. — Ваня, что проис…кхм…ходит? Ты смог…кхм… вылечить меня? Его глаза стали как две большие тарелки, когда он поднял глаза. — Ваня, это ты? — спросил парень, посмотрев на меня. — Да, Ваня, это я, — отвечал я, искренне ему улыбаясь. — Какой ты… красивый. Белый костюм, светлые волосы как в рекламе шампуня развиваются на ветру… Ты светишься, ты действительно святой. — Юмор к тебе возвращается, — усмехнулся я, — значит всё хорошо. Свечусь я…- я сделал маленькую паузу, потому что это было слишком сложно сказать, но я понимал, что тянуть у меня времени не было, — …свечусь я, потому что мне скоро нужно будет уходить. — Не понял. Ваня, — смотрел на меня парень, не моргая и не отводя взгляда, — ты что, отдал мне свою жизнь? Так что, можно? — Можно. Один раз в жизни можно. — Кретин! Ты сказал, что если мне суждено умереть, то я умру! Что ты творишь?! — Ваня? — начала девушка в недопонимании, но Ваня не обращал на неё совершенно никакого внимания. — Значит сегодня умереть судьба не тебе. Прости, я не мог иначе. — Но… но… как я буду без тебя? — у парня начали слёзы течь по щекам ручьями, но он также не на секунду не отвёл взгляд. — Так же, как и был до меня.- Мне было сложно говорить и смотреть на такого Ваню с улыбкой, но убивать его своим разбитым видом тоже не хотелось. Свою смерть мне было принять намного легче, чем его.- О, первый снег! — сказал я, подставив ладонь для падающих снежинок и запрокинув голову.- Люблю снег. — Иоанн, не вздумай! — Мне нравится, как ты произносишь моё имя, — сказал я, переведя взгляд на Ваню.- Я вернусь в первый снег, когда ты будешь счастлив. — Иоанн! Под крик Ивана я скрылся в собственном сиянии.