Temptation and Atonement

Длительное перемещение в зловещее помещение с узорчатым столом в центре Питер расценил за экскурсию по замку. — Где мы? — спросил Паркер при первой же возможности. Он имел на это полное право, но в его голосе всё ещё звучала тревожность, что не испарилась даже с тем взглядом, с каким в тот же миг бросил на него Стрэндж. Такой обнадеживающий, но слишком короткий, чтобы действительно успокоить. Парень всё ещё был тем загнанным в угол клетки зверьком, для которого Стивен был ни кем иным, как хищной кошкой. — Не задавай лишних вопросов, — с улыбкой пролепетал старший, но спустя некоторое время всё же продолжил тоном экскурсионного гида: — Храм построен на перекрёстке потока космической энергии. Мы не первые, кто её черпает. Эти камни помнят, что было тысячи лет назад — поведал Стивен, сохраняя интригу. — А в восьмидесятых тут снимали отличное кино про ведьм, — неожиданно закончил он. По виду Питера можно было точно сказать, что он отнёсся к этой информации с предельной внимательностью. И каким же очаровательным находил это зрелище Стивен: в то время как Паркер напряг все извилины своего мозга для запоминания не столь важной информаци, Стрэндж с тем же усилием запоминал лицо любимого мальчишки, искажённое задумчивой гримасой со сдвинутыми бровями, что так пришлась ему по душе. Питер встал по другую сторону обрядного стола, который являл собой парящую каменную плиту с закруглёнными углами и возвышающимися над этими углами тонкими стенками. На столе расположился мудрёный механизм, удерживающий рядом с собой руны. — Я Вам очень признателен, сэр, — заикаясь, поблагодарил Питер. В его глазах можно было прочесть лишь благодарность за то, что Стивен сейчас делает. Он мог бы сделать намного больше. — Да о чём ты? — Задал вопрос Стивен, чувствуя, как по телу разливается тепло. — И не говори «сэр», — уже тише, улыбнувшись, напомнил он. — Простите, забыл, — извинился Питер. — Готов? — Помолчав, спросил Стрэндж. — Готов, — коротко ответил мальчик. Стивен горделиво выпрямился напротив Питера, поднял руки на уровень груди и сложил их крест-накрест, соединив указательные и большие пальцы. Остальные три он выпрямил, образовывая позу, которую требует заклинание. — Да здравствует Забвение, — задумчиво проговорил он, смотря на мальчишку. Питер снова нахмурился, глядя на Стивена с немым вопросом в глазах. Ах! Как же великолепно он выглядел! — В каком смысле? — Напряжённо спросил Паркер. Стивен приложил руки друг к другу, концентрируя энергию между ними. После, он повёл руку вокруг себя, взяв в пальцы каплю яркого света. Из пространства начал появляться рыжий круг со светящимися теплом рунами на нём, стараясь замкнуться вокруг чародея и Паркера. — Сейчас весь мир забудет, что Питер Паркер — Человек Паук, — объяснил Стрэндж. И, спустя пару секунд, добавил, — кроме меня. Сколько же усилий ему понадобилось, чтобы не отвлекаться на радостное покалывание и сохранить серьёзное лицо. — Все забудут? — Вдруг сильно забеспокоился мальчик. — А нельзя чтобы кто-то не забыл? — Так заклинание не работает, — сказал Стрэндж, отвлекаясь. — И очень опасно менять что-то в процессе, — медленно проговорил он, пытаясь снова сосредоточиться. — То есть мой лучший друг забудет всё, что связанно со мной? Круг мелко затрясся, извергая раскалённые искры. Сложно было понять, было ли это возмущением Стивена или круга. — А этот твой друг дружит с тобой только из-за скандальной известности? — ненадолго склонил Стрэндж голову набок, выражая недовольство, после чего поднял её обратно. — Что? Нет! Что Вы! — Возмутился Питер. По настойчивому взмаху руки, рыжий круг опустился им в ноги, заметно потускнев. Он начал крутиться намного медленнее, чем до этого. Новый круг, направляемый каплей света, начал вырисовывать свои бесподобные руны. Как бы сильно Стрэндж не хотел быть единственным, в чьём представлении Питер и Человек-Паук остались бы одной личностью, он не мог лишать Питера лучшего друга. — А Хэппи? А как же Хэппи? — Вдруг встрепенулся Паркер. Круг остановился и вновь затрясся, источая искры. Стрэндж выдернул одну из рун. — Ещё один друг, да? — Резко спросил чародей. После своего вопроса Стрэндж сердито кинул руну на обрядной стол между ними, которая тут же исчезла в волнах потревоженной магии. — Нет! Его полное имя — Гарольд Ховард. Он работал на Старка, а потом стал встречаться с моей тётей, но они почему-то расстались. Я не очень понял, почему, но суть в том, что он тоже должен помнить! Он очень поддерживал меня! — Затараторил мальчишка, даже не прерываясь, чтобы сделать вдох. — Питер, ты мне позволишь колдовать? — С вновь начавшим расти раздражением в голосе осведомится Стивен. Он вновь раскрутил трясущийся круг, который сразу упал наземь. Опустившись на пол, он присоединился к первому неудавшемуся заклинанию. Нет, Стивен не мог. И поэтому он, вздохнув, заговорил: — Питер, в моих силах оставить тебя в памяти только самых близких тебе людей, — терпеливо начал разъяснять Стивен. — Заклинание не предусматривает того, чтобы общественность помнила хоть что-то о каком-либо событии или человеке. Именно для этого и было придумано это заклятие. И в этом случае Забвение для всех. — Тогда почему Вы будете помнить? — Задал ожидаемый вопрос мальчик. — Несколько минут назад Вы сказали, что все кроме Вас забудут, что я — Человек Паук. Почему Вы вдруг останетесь единственным, кто будет знать об этом? — Так заложено в заклинании. Оно существует для того, чтобы дать шанс людям жить без постоянных страхов и мучений по поводу того, что случилось в прошлом. Но создатели заклятия предусмотрели то, что если каждый забудет о травмирующем событии, оно обязательно повторится снова, — Стрэндж сделал паузу и вскоре продолжил. — Если будут совершаться одни и те же ошибки, то развития не будет. Именно по этой причине цивилизация — какая бы развитая она не была — умрёт за считанные столетия. Они не могли такого допустить и возложили ответственность на того, кто прочтёт заклинание. Он должен будет помнить то, что произошло и не дать произойти этому снова. Цена за использование этого заклятия не мала, но я не в силах изменить эту часть, — Стивен понял, что увлёкся. Почти всё, сказанное им, было неправдой. Он мог бы заставить помнить Питера, как Человека-Паука, кого угодно — лишь укажи пальцем — но он не не хотел, чтобы кто-то ещё знал о такой важной части жизни парня после исполнения заклятия. Стивен мог бы сделать так, чтобы он сам забыл о том, кто такой Питер Паркер, но он не мог позволить себе упустить такой шанс. Как бы много у них появилось тем для обсуждения! Как бы часто они смогли видеться, просто потому что они хотели поговорить друг с другом! Ему так хотелось внимания этого мальчика. Питер до сих пор размышлял над тем, что только что рассказал ему Стрэндж. — Моя тётя Мэй должна помнить, — неловко начал Паркер. — Когда она узнала, что я и был Человеком-Пауком, с ней жуть, что творилось. Я не хочу, чтобы это повторилось! — Ну ладно, — Стивен состроил лицо человека, глубоко ушедшего в размышления. — Так и быть. Я сменю эти параметры заклинания, — согласился Стивен. — Но не надо больше так делать, — настойчиво попросил он после. И вновь над их головами образовались светящиеся руны. — Она будет помнить? — Взволнованно спросил Питер после того, как немного помолчал. — Да, — всё больше раздражаясь, бросил чародей. — Спасибо, — выдохнув, признательно проговорил Питер. — Эм Джей! — Вскрикнул он вдруг. — А это ещё кто? — Моя девушка! Мне нужно, что я она помнила меня, мы так много пережили вместе! Она очень важна для меня. Она не должна забывать! Я даже не знаю, что должен буду рассказать ей, если она забудет! А ещё я не представляю, как она отреагирует! Я… Всё то время, что Питер говорил, руны тряслись так, что могло показаться, будто прямо сейчас они разлетятся в разные стороны. Искры летели, горя так, как никогда не загорится ни одна звезда. Питер попытался продолжить, но Стрэндж разгневанно перебил его: — Питер, ты замолкнешь? — Спросил Стрэндж, зажмурившись. Руки мага тряслись необычайно сильно и они не смогли удержать опороченное заклятие, ибо чародей отвлёкся на зависть какой-то девчонке. Стивен почувствовал, как магия встала на дыбы и разверзлась, унося ленты рун за границы их измерения и осознал, что их вытянуло в межпространственные просторы. Он мог видеть, как тысячелетние каменные стены разлетелись в прах перед могуществом сущего, а между ними затесались нити заклятия. В них летели обжигающие искры, а Питер, глупый мальчик, прокричал: — И все, кто раньше знал, что я — Человек-Паук, тоже пусть помнят! Стрэндж смотрел на стоящий перед глазами хаос, который раздирал голову, утягивая сознание в трещины вечного существования. Он выворачивал на изнанку и ломал кости ядовито-рыжими слогами древнего заклятия, обрывая связи в мыслях, превращая их в то белёсое нечто, зовущееся ничем. Грохот невесомо дотрагивался до нервных окончаний, сливаясь и становясь их частью. Неописуемая боль сопровождала поднятие рук. Хватая ленты в последний момент, Стивен закричал, уверенный, что не вынесет этого. Но он успел. Многогранник распял в своих объятиях нити, превратившиеся в беспорядок. Когда их ноги дотронулись до пола, раздался последний аккорд того ужасающего грохота, который унёс с собой боль. Стрэндж был уверен, что упадёт, ведь его колени почти подогнулись. — Получилось? — Испуганно спросил мальчик. — Нет, — сурово посмотрел волшебник на Паркера. — Ты моё заклинание раза четыре менял! — Два, вообще-то, — исправил его мальчишка. — Два, три — неважно! Его вообще нельзя менять! — Гневно указал пальцем на него Стивен. — Я же говорил! И вот результат! — Чародей снова указал пальцем, но уже на многогранник. — Колдовство вышло из-под контроля, если бы я вовремя его не остановил, произошло бы что-то катастрофическое! Я могу сказать только одно: человечество забыло, что ты — Человек-Паук. Все, кроме твоей тёти, но всё же что-то произошло. И я не знаю, что. — Стивен, я даже… — Лучше всё-таки «сэр»! — Нахмурившись, настоял Стрэндж. — Простите, сэр, — поник Паркер, опустив глаза. Он выглядел таким забитым, будто Стивен только что наговорил ему кучу ужасных гадостней о нём самом и всей его семье. Мальчик казался настолько слабым, что его снова захотелось притянуть к себе и пообещать, что всё обязательно будет хорошо и Стрэндж сам позаботится об этом, ведь это в его силах. Стивен в силах заставить человечество забыть, кто такой Человек-Паук, но он не в силах удержать язык за зубами. И он вдруг кое-что понял: — Мы с тобой вместе через такое прошли, вот я и забываю, что всё ты ещё мальчишка, — удручённо заговорил чародей. — Слушай, проблема не в Мистерио, а в том, что ты живёшь двумя жизнями, и чем дольше это будет продолжаться, тем опасней это будет, поверь, — он говорил спокойно, стараясь унять бушующее внутри волнение. После, он сложил руки в молитвенный жест и сразу же расстроенно развёл их в стороны. — Очень жаль, что тебя и твоих друзей не взяли в колледж, но если ты не смог уговорить тех, кто прислал отказ, то уже ничего не сделать, — грустно взглянул он на Питера. Питер в ответ растерянно посмотрел на Стрэнджа. — Что значит «уговорить»? Думаете, надо было позвонить? — Спросил парень. — Да. — А так можно? — Озадаченно задал следующий вопрос Паркер. Стивен ошарашено замолчал. — То есть ты даже не стал…? — Ну, я от них получил письмо и подумал… — мальчик поднял брови и уже начал дополнять свой рассказ жестами. — Подожди, — в Стивене вновь появилось негодование. Он не собирался обходить стол, который стоял между ними, поэтому просто сдвинул его в сторону и продолжил свой путь к Паркеру. — Хочу уточнить, — понизил он тон до угрожающего. — То есть ты даже не догадался позвонить в колледж перед тем, как просить меня устроить всему миру полоскание мозгов? — Разъярённо спросил чародей, повысив голос и остановившись в полуметре от мальчишки. И не важно, что в конце концов это обернулось в пользу Стивена. Он собирался спросить ещё что-то, но только сделал вдох и снова уставился на Питера. — Ну Вы так всё повернули, знаете. Болван.