look at all the lonely people

Виктория не могла поверить своим глазам. Её только что поставили на ступень ниже. Её опустил будущий супруг, но она готова была бы это терпеть, будь на ступень выше кто-то другой. Будь это какая-то девушка, которая смогла бы завладеть чувствами Тэхёна. Её Тэхёна. Но она никогда не смирится с тем, что этим человеком стал её младший брат. Человек, из-за которого она страдала всю жизнь. Всё своё детство она терпела все эти побои и издевательства, которые должен был получать он. Её заставляли делить с ним всё последнее, и она терпела. Но теперь она делиться не намерена. Только не с ним и не им. - Виктория, дорогая. Я хотела бы узнать, что только что произошло? - Миссис Кромвели аккуратно подходит к девушке и берет её вмиг похолодевшие руки в свои горячие. - Как так могло получиться, что свадьба была перенесена на 1 сентября? - А вот так, матушка. Я думаю, что мой день намного важнее, чем день рождения этого уродца, -Виктория резко отнимает свои руки, из-за чего Миссис Кромвели слегка отшатывается. - Я не намерена была терпеть его ещё после первого его действа. А тут ещё и свадьбу свою переносить ради него? Не во гнев будет сказано, матушка. - Я думаю, что Виктория права. - Что? - женщина смотрит то на свою дочь, которую совсем не узнаёт, то на своего мужа, который подходит к Виктории и по-отцовски кладёт свои руки ей на плечи. - Да как вы можете так рассуждать? Дорогой, это же Джей. Наш Чонгук. - Наш Чонгук, дорогая, остался далеко в прошлом. Сколько раз мы просили его не воровать и не совать руки в чужие карманы? Он прекрасно понимал, что этим он порочит имя нашей дочери, выставляя её репутацию на дурной свет. - Мужчина легонько касается затылка дочери, оставляя там невесомый поцелуй, отпускает дочь, с грозными нотками во взгляде смотря на свою жену. - Он уже достаточно попил крови у Викки, почему же она не может сделать этого в ответ? - Вы как будто с ума сошли, я не верю, что это моя семья. Я не верю. - Не верь дальше, мама. Можешь дальше закрывать глаза на поступки своего сына, отец уже давным-давно открыл глаза на происходящее в нашей семье. Девушка, опустив голову, вылетает из обеденного зала, даже не извинившись за свои слова. Она и не собиралась этого делать. Виктория чувствовала ужасную боль, всегда ощущала что-то неприятное, когда мама начинала говорить про Джея. Невозможно было не заметить, что Джей завладел маминым вниманием с самого начала. Несмотря на то что постоянно оступался, она всегда была на его стороне. Но Виктория же не чувствовала такой же любви в свою сторону. Она знает, куда пошёл Тэхён. И она до последнего надеется, что там нет Чонгука. _____________________________________________________________________________________ Мужчина доходит до теплицы и не выдерживает. Галстук срывается с шеи, верхние пуговицы на выглаженной рубашке вырываются и катятся по небольшому склону вниз. Вещи вмиг становятся слишком маленькими, сдавливают и не дают сделать вдох. Он не может дышать. Закрыв двери теплицы, он присаживается на кресло и не может ничего сделать. Он не может повернуть время вспять и сказать Виктории, что она делает глупость, так поступать нельзя, и в который раз тыкнуть её носом в её же проступки. А можно было сделать ещё легче. Узнать его лучше. Тэхён думал, что это ужин даст возможность искупить свои ошибки и хоть как-то искупить свою вину перед его бархатным мальчиком. Но теперь после такого поступка он, наверное, и слушать его не станет. У Тэрранса до сих пор перед глазами вмиг побелевшее лицо, испуг и негодование. Его Чонгук не мог в это поверить. Тэхён сам не может в это поверить, в который раз. Виктория делает всё так, чтобы выйти сухой из воды. Намеренно опуская своего младшего брата вниз, всё глубже и глубже. Мужчина же хочет сделать всё наоборот. Хочет, чтобы его мальчик был рядом, хочет, чтобы он всегда знал, что у него есть человек, который может о нём позаботиться. Он просто хочет, чтобы Чонгук думал о нём. Всегда. Двери аккуратно открываются, пуская немного прохлады в прогретые стены теплицы. Поднимая голову, он не может поверить. Он может поверить, что это сладкая и жестокая галлюцинация, но не реальность. Перед ним не может стоять раскрасневшийся Чонгук. - Чонгук, я… - и больше слова не выходят. Невозможно сказать и слова, воздух вмиг заканчивается, а весь фокус направляется на парня. - Послушай, Тэхён, - несмотря на свой потрёпанный вид, Чонгук точно знает, что хочет сказать. - Я долго думал, ехать мне или нет. (Ложь, сердце узнало ответ сразу же, как до него импульсом дошло имя отправителя) - Мне было больно думать, что ты позвал меня, чтобы как-то поставить меня в неловкое положение из-за той ситуации с браслетом. (Правда, Чонгук безумно боялся, но не этого. Он боялся, что его оттолкнут и забудут. Забудут тот трепет, что был между ними.) - А тут, оказывается, совершенно другая причина нашего приезда, тогда зачем было то письмо? Зачем было так расписывать свои чувства ко мне, когда ты так жестоко поступил со мной? Ты ведь знаешь, что мои чувства к тебе — это никакая не игра. Это искренне, и всё идёт отсюда, - парень аккуратно подходит к обездвиженному мужчине и прикладывает его руку к груди, где-то в районе сердца. - И это точно не игрушка, которой я дам тебе играться. Даже несмотря на то что наши отношения всегда будут под запретом, я готов окунутся с головой в этот запретный омут. Но твой поступок убивает то самое светлое, что хранилось в моём сердце, связанное с тобой. Ты полюбился моему сердцу, и это не игры. - Ты тоже, - мужчина чувствует, как пересыхает горло и становится больно говорить, но он пытается. Пытается сказать это через боль. Но совсем не физическую. Безумно больно слышать такие слова от его бархатного мальчика. Он не должен был даже мысли такие допускать, но, к сожалению, Тэхён позволил ему усомнится в искренности. - Я даю тебе слово, Чонгук, - старший встаёт со стула и берет Джея в тиски своих объятий. Сжимая его до хруста, отвечают ему с такой же отдачей. - Я даю тебе слово, что никогда больше в твоей голове не возникнет таких мыслей. Я безумно влюблён в тебя, мой бархатный. Мой бархатный. - Я готов вымаливать твоё прощение, лишь бы видеть тебя рядом чаще, - Тэхён берёт дрожащими руками уже мокрое от слёз лицо Чонгука и застывает. Он никогда не видел слёз младшего. Ладно, видеть слезы от какой-то бытовой ситуации или неудачи, но видеть слёзы, которым причина ты. На щеке старшего тоже появляется мокрая дорожка. - Я был неправ тогда, я был неправ сегодня, и я буду неправ всю оставшуюся жизнь. Буду винить себя за эти слёзы, Чонгук, потому что на твоей бархатной коже не должно быть этих мокрых и горьких полос, - Тэхён большим пальцем ловит эти стеклянные бусины. - Я сожалею и клянусь. Я клянусь, Чонгук, что такого больше не будет. Ты не будешь ронять слёзы из-за меня. Чонгук не выдерживает первым. Из-за небольшой разницы в росте ему приходится встать на носочки и обхватить крепкие плечи для опоры, чтобы почувствовать вновь этот вкус. Вкус сладости вперемешку с горьким привкусом табака. Но сейчас вкус немного меняется. Поцелуй углубляется, а соль, которая осела на губах у двоих, смешивается со слюной. Они дорвались друг до друга. Теперь им не насытится только одним поцелуем, все свои чувство не вложить в эту страсть, которая просто не вмещается в это всё. Не вмещается в поцелуй и не вмещается в стены этой теплицы. А может, это и не страсть вовсе? Губы младшего цепляются за старшего, как за спасательный круг, и Тэхён вызволяет. Он не может оставить своего бархатного тонуть, а даже если и позволит, то пойдёт на дно вместе с ним. Руки спускаются всё ниже и ниже, ласкают всё тело, вспоминая на ощупь каждый изгиб самого любимого тела. Они слишком долго находились на расстоянии, а сейчас между ними нет даже лишнего миллиметра. Сливаются в одно целое, потому что так и должно быть. Рубашки валяются на полу, а Тэхён наслаждается видом, который предстал перед ним, и не может налюбоваться, потому что это не реально. Чонгук лежит на столе, с которого предварительно был скинут весь сервиз, купленный Викторией где-то примерно перед тем самым инцидентом с браслетом. Но им двоим плевать. Они слишком долго были друг без друга, чтобы думать про это сейчас. Сейчас же нет ничего более важного, чем разморенный и красный Джей, желающий больше, чем ласки и поцелуи. Большего. Тэхён это большее даёт. Они терпеливо проходят все подготовки перед тем, как откусить кусочек запретного плода. Они изголодались и сейчас планируют наесться до отвала. Чонгук выгибается в пояснице, когда старший всё-таки входит в него, и ловит звёзды перед глазами. Они вдвоём уже забыли, каково это - пробовать на вкус то, что запретно. И им это нравится, безумно нравится. Тэхён двигается неторопливо, полностью наслаждаясь картиной перед собой. Он ловит каждый стон, что разливается нежным потоком по теплице. Тут и есть все их чувства. В каждом томном вздохе, каждом толчке и каждом принимающем стоне. Тут везде чувствуется любовь и надежда. Надежда на хоть какое-то, даже если и скрытное, но будущее. Их будущее. Сейчас они слышат только друг друга, каждый скрип, который исходит от них. И Викки это тоже слышит. И видит. И она все понимает. Но не может поверить. Её Тэрранс выцеловывает чужое тело. Отдаёт всего себя, принимая взамен не меньше. Она видит в глазах своего мужчины страсть и то, что не замечает, когда взгляд направлен на неё. Нежность, трепет и что-то там есть определённо ещё, но она даже думать об этом себе запрещает. Этого просто не может быть. Это точно не то, о чём она могла бы подумать. И всё, что она видит перед собой - это плод её оскорблённого воображения. Этого не может быть. Ноги подкашиваются, а руки пытаются ухватиться хоть за что-нибудь, лишь бы не пасть ещё ниже. Девушка хватается за какую-то садовую утварь, которая бьётся об стенку теплицы. На секунду повисла мёртвая тишина и не только Виктория задержала дыхание. Но её не поймали на месте подслушивания и подглядывания. (на месте, где её сердце разбилось навсегда) Аккуратно идя в сторону дома, она даёт себе несколько обещаний, которые обязательно должны привести её к победе. Но самое главное она проговаривает в голос: - Когда-то я говорила, что головой отвечаю за тебя, Чонгук. Теперь своей головой отвечать будешь ты. ___________________________________________________________________________________ Стук снаружи заставил вынырнуть из глубинных чувств и вернутся в реальность. - Тэхён, что там? - Чонгук приподнимается на локтях и пытается выглянуть через плечо старшего. Нельзя, чтобы их поймали. Это не должна быть их последняя встреча. Только не сейчас. - Наверное животное какое-то задело грабли или что-то типа того. Не бойся, бархатный, нас никто не видел, - Тэрранс прокладывает дорожку поцелуев по взмокшему телу всё ниже и ниже, это заставляет паренька под ним отключится от реальности вновь. И вправду, сейчас есть только они. Только их любовь. Одеваясь, они смущённо смотрели друг на друга, так было каждый раз. Какими бы они не были во время их доказательных моментов любви, они всегда будут отводить взгляды после этого. Выходя из теплицы, они осмотрели всё вокруг, действительно, скорее всего, какое-то животное просто задело садовые инструменты, что и привело к тому звуку. Но у Джея всё равно есть чувство, что за ними кто-то наблюдал. А это не к добру. _____________________________________________________________________________________ Вернувшись обратно в обеденный зал, Чонгук застал всех расслабленными и разговаривающими про какие-то моменты из детства Виктории. Тэхён присаживается рядом с Викторией, сразу положив руку ей на колено. Но взгляд всё также направлен только на него. - О, Господин Тэрранс, а мы как раз вспоминали всякие моменты из детства Викки, - миссис Кромвели с воодушевлением начала рассказывать, как маленькая Виктория очень любила лазать через заборы к соседям и гонять их куриц и гусей, за что потом получала по самые не хочу. Девушка же закатывала глаза, а отец вспоминал, как бегал по улице в поисках убежавшей птицы. Виктория улыбается и обнимает за руку Тэрранса, стараясь быть ближе в каждом своём действии. Она даже с Чонгуком переговаривается и вспоминает какие-то смешные моменты из их жизни. Чонгуку же это кажется странным. Тэхёну же наоборот нравится, как девушка решила наладить отношения со своим младшим братом, потому что он просил её об этом много раз. Много раз доказывал, что Чонгук изменился и больше не будет тех казусов, и она наконец-то его услышала. - Господин Тэрранс, где вы так долго были? Чонгук же тоже пропал, а ты где был? - отец грозно на него посмотрел, и во взгляде сразу было предупреждение. Ему не доверяют. - Я отходил в теплицу в саду, чтобы немного остудить голову и переварить пару мыслей, - Тэхён аккуратно поглаживает девушку за руку, а сам представляет совершенно другую. Кожу, которая словно самый дорогой бархат. - Затем ко мне пришёл Чонгук, и я попросил у него прощения за эту несуразную ситуацию с переносом даты. Ещё раз прошу прощения, Чонгук. - Я не держу зла на вас, - Чонгук оглядывает всех присутствующих, но взгляд останавливает только на одном человеке. Поведение Виктории не даёт ему покоя, и он чувствует, что это всё не просто так. - Я очень рада, что ты простил меня за этот глупый поступок, - Викки смотрит цепким взором, там нет и намёка на раскаяние. Джей был прав, она что-то задумала. - А теперь, я думаю, что всем можно расходиться по комнатам, поздний час. - Да, мы тоже уже, наверное, пойдём, действительно, засиделись, - Миссис и Мистер Кромвели, слегка склонив головы, выходят из обеденного зала и поднимаются по лестнице в гостевое крыло. - Я проведу тебя, - Тэрранс уже было пошёл в сторону лестницы, но Виктория остановила его. - Я сама проведу Чонгука в его комнату, а ты пока что иди, подготавливайся ко сну, дорогой, - и подтолкнув опешившего парня вперёд, стала подниматься на второй этаж. В тишине можно было подумать, но стуканье каблуков девушке спереди не давало сосредоточиться и хоть как-то сложить всё в кучу. -Спасибо, Виктория, дальше я сам. - Я так не думаю, а то ещё зайдёшь случайно не в ту комнату, - парень останавливается, и вмиг все конечности начинают неметь. Этого же не может быть? Понемногу картинка начинает сходиться, и от этого становиться ещё тяжелее переставлять и так потяжелевшие ноги. - Что ты имеешь ввиду? - Чонгук чувствует, как горло пересохло, стенки начали болеть, а голосовые связки атрофировались. - Ты прекрасно знаешь, что я имею ввиду, - девушка разворачивается на пятках и пристально смотрит на брата. Он всё такой же, каким она его запомнила. Симпатичный, высокого роста и смышлёный. Идеальная партия для какой-то сельской простушки, с которой бы у него получилось бы сделать семью и нарожать потом таких же простых и непримечательных детишек. Она никогда не замечала в нём такие наклонности. Всем прекрасно известно, как в их время карается такие извращения. Ладно он, мелкий и непонятно, чего он хочет попробовать в жизни, но Тэрранс. Взрослый мужчина, известный профессионал, за ним любая девушка в Лондоне и на его окраинах готова выскочить замуж по его первому зову. Кто как не он знает закон? Она, уверенная на все сто процентов, что это младший склонил её будущего супруга к греху. И она это исправит. - Спокойной ночи, братишка.