Дикий зайчик и волчонок

***

Через какое-то время, по дороге к дому Антона, Бяша вспомнил о каком-то очень срочном деле, от чего ему пришлось удалится от них. Теперь уж Пятифан и Петров остались наедине, и как обычно в полной тишине.... Блондин не знал как начать диалог, так как у тех были слишком разные увлечения, взгляды на мир, да и просто характера. Они были полными противоположны друг другу. Спокойный отличник и борзый гопник - не самая лучшая пара для милой беседы. Эта тишина уже начинала давить на очкарика, от чего появился неприятный ком в горле. - Так, у вас с Полей и правда ваще ничего нет?- Начал диалог Рома, слегка отводя взгляд. Н-да, это была самая последняя тема, о которой хотелось бы общаться. Особенно с ним. - Да, правда. Мы просто друзья по увлечениям, я никогда не видел её как то по особенному.- Эти слова звучали больше как оправдания, но их по другому и не скажешь, ведь это была чистая правда.- А она тебе...- Антону стало неловко это спрашивать, - так сильно нравится?..- Поправив очки, блондин лишь грустно выдохнул. - Э... Ну как сказать. Она чёткая, внешка у неё зачёт конечно, хоть и характер ботанский.- На удивление, Пятифан и вправду задумался над этим вопросом.- Но всё же, в этом деле больше играет время. Я ж за этой дурой с шестого класса гоняюсь, а она меня в упор не видит. Но чем крепче стенка, тем больше желание ее пробить, да?- Брюнет снова начал улыбаться своим хитрым оскалом. Было неприятно слышать такие сравнения о своей подруге со стороны того, но от осознания, что у Романа нет к девушке каких-то серьёзных чувств, лишь очень сильный интерес и азарт, заставляло Антону почувствовать некое " облегчение " внутри. - Ну... наверное. Но что ты будешь делать, если твой план не сработает?- Поправив очки ещё раз, парниша посмотрел на дорогу. Они почти дошли до его дома. - Ну, значит пойдет она лесом. Я ведь не тупой, и быть на втором месте не собираюсь. Пусть катиться на все четыре стороны тогда.- Недовольно сказал Роман, но вскоре продолжил - Но, моя чуйка говорит, что всё пройдет как надо, так что не парься.- Пятифан похлопал очкарика по спине и улыбнулся, как вдруг, послышался чей-то тонкий голос. Думаю, не сложно было догадаться, кто это был. - Антооон!- Маленькая белокурая девочка бежала к ним, посмеиваясь и сверкая своими большими, голубыми глазками. Это была Оля, младшая сестра Антона. Девочка со временем почти не изменилась, даже в росте оставалась всё такой же малюткой. Подбежав к ним, она сразу же высоко прыгнула и вцепилась в грудь своего брата, свисая вниз, не доставая ножками до земли. От такого резкого толчка, Антон сильно пошатнулся назад, как вдруг, почувствовал руку на своей спине. Рома припредержал того, спасая от падения. Это вызвало лёгкий румянец на щеках у блондина. Малышка почти сразу же спустилась вниз на землю, так-как не смогла крепко ухватиться за того. Подняв свои большие голубые глаза на стоящего рядом Рому, малышка улыбнулась. Это хоть и была не первая их встреча, но виделись они редко. - Оо, Ромочка!- Невинным голоском прощебетала она, взяв Пятифана за мизинец левой руки. Сначала Оля очень сильно боялась этого хулигана, для нее он выглядел как "страшный серый волк из красной шапочки", но со временем она привыкла. Хотя никто кроме нее не называл ранее Романа " Ромочкой ", и если бы здесь была компашка брюнета, то пошёл бы шёпот. Но, на удивление, даже Пятифан не был против такого милого прозвища, хотя это было лишь малое исключение для Оли, ведь отучать ту было бесполезно. - Привет, мелкая.- Рома потрепал малышку по волосам, на что последовал неодобрительный взгляд со стороны девочки. - Я уже взрослая! В школу хожу!- Блондинка показала тому язык, и отпустила палец брюнета, вцепившись в руку брата. От этой милой сценки Антону хотелось лишь смеяться, но он, всё-таки, смог сдержаться, ведь не хотелось получить по шее от рядом стоящего парня. - Ну да, я вижу.- Иронично произнёс Пятифан, и посмотрел на небо. Начинало вечереть, и сгущались облака, видимо опять будет дождь.- Я здесь ненадолго, так что мне пора. Присматривай за братом, да и сама не робей.- Рома снова потрепал Олю по волосам и подмигнул ей, улыбнувшись. Подойдя к Антону ближе, он взял того за шкирку и чуть чуть наклонил к себе. Горячее дыхание брюнета, обожгло ухо Петрова, заставив всё тело покрыться мурашками, а лицо залиться краской. " завтра в том же месте, в то же время."- Прошептал он, и отпустив очкарика, начал от них отходить. - Пока, Ромочка!- Крикнула малышка вслед тому, и мило махая ручкой. - С-спасибо что... проводил.- Антон смущённо поправил очки. Но Пятифан ничего не ответил, лишь немного махнул им рукой, и развернувшись, ушёл. Блондин тоже решил не стоять на месте, поэтому подняв сестрёнку на руки, он поторопился войти в дом. Сердце почему-то бешено билось, щёки горели, а внизу живота всё начало болезненно тянуть. У него впервые была такая реакция на кого-то...

****

На следующий день, Антон пришёл в школу не в очень хорошем настроении. Он как всегда не смог нормально выспаться из-за вечных кошмаров, поэтому чувствовал себя слегка подавленным. Пройдя в свой класс, он удивился тому, что Полина не сидела на своём месте. Это было и вправду странно, ведь она была той самой ученицей, которая приходила раньше всех. Девушка была на удивление пунктуальна, а сейчас её не было, хотя до урока оставалось всего 5 минут.. В такие моменты, она обычно заранее предупреждала Антона, звоня ему на домашний, и прося объяснить причину её отсутствия перед учителями. Может что-то случилось? Неужели он пропустил звонок? Но не успел он полностью погрузиться в раздумья, как его начали тянуть за воротник его белой рубашки. Повернувшись назад, Петров увидел перед собой Рому, который явно чего-то от него ждал. Но что тот делал в их классе? И почему Катя, как всегда не подняла из-за этого крик? Ведь это было свойственно ей, она не любила когда " отсталые " входили в их класс. - Рома? Что ты здесь делаешь?- Вполне естественный вопрос задал Антон, смотря на то, как брюнет убирает руки в карманы. - Пошли за мной.- Кратко приказал Пятифан, направляясь к выходу из класса. - Но скоро урок начнётся...- Блондин посмотрел на часы, а потом на парня, который никак не отреагировал на слова того, и уже вышел из класса. Постояв на месте ещё пару секунд, Антон всё же решил направиться вслед за ним, кажется это было что-то важное... Шли они, казалось бы, вечность... в абсолютной тишине (неожиданно,правда?). Петров хоть и пытался что-то спросить у Пятифана, но тот лишь молчал как партизан, не вымолвив и слова. Кажется тот был очень напряжён. Неужели он ведет его куда-то чтобы избить? Ведь атмосфера говорила как раз об этом...Хотя вряд-ли, ведь он же не сделал ничего плохого, а даже наоборот, пытался ему помочь...Да и встретиться они договаривались только после занятий... Наконец, Роман всё-таки сбавил шаг и остановился около спортзала. Он всегда был закрыт на первых уроках, но, как и ожидалось, у Романа были ключи. Но каким способом они ему достались, история умалчивает. Внутри было тихо и очень темно, лишь свет из высоких окон, прикрытых сеткой, хоть немного освещал помещение. Но их дорога была не окончена. Рома направлялся в подсобку, там обычно хранились мячи, обручи, скакалки и т.п для физкультуры. В такие места, люди подобные Пятифану, ведут лишь для того, что бы избить или того хуже... Лишь думая об этом, Антону и вовсе становилось страшно. Как вдруг, Роман схватил очкарика за шиворот и кинул на пыльный матрас. Больно приземлившись на пятую точку, Петров весь сжался внутри, дыхание от страха перехватило, глаза задрожали, а в голову начали лесть всякие ужасные мысли... его убьют? В этой грязной коморке и закончится его жизнь? Но за что? Что он сделал? Сердце звучало предательски быстро и громко, и вот, когда брюнет уже был напротив него, и блондин сжал глаза и челюсть, предвкушая острую боль в теле, но почувствовал лишь что-то мягкое на своих губах. Что-то мокрое и горячие пыталось проникнуть ему в рот, и на свой страх и риск, Антон всё же открыл глаза. Каково было его удивление, когда он увидел оседлавшего его Пятифана, который, тем более, целовал его! Это было даже сложно представить, ведь считалось, что Ромка был очень сильным противником этой всей " гомосятины". - Что... происходит?- Слегка дрожащим голосом, спросил блондин, сквозь поцелуй. - Блять, ты тупой или просто притворяешься? - Ругнулся Роман, взяв того за очки, и положив их куда-то в сторону.- Просто молча открой свой рот, я сделаю всё сам!- С лёгким рычанием приказал Пятифан, слегка схватив того за его светлые волосы на затылке. Сопротивляться он не мог... да и не было желания... Приоткрыв рот, Антон с трепетом стал ожидать следующих действий от того. Язык Ромы начал быстро исследовать новую местность, проникая всё глубже и сливаясь в танце с языком блондина, слегка его посасывая и покусывая в моменте губы до лёгкой боли. Брюнет был очень напорист, даже создавалось ощущение, что он не целовал его, а ел. Но даже такой " дикий " поцелуй, заставлял всё тело Петрова гореть. Набравшись большей смелости, он попытался взять легонько того за талию, но почти сразу же больно получил по рукам. Разорвав поцелуй, Пятифан укусил его за губу, до маленьких капелек крови и начал спускаться всё ниже, переходя к шее. Антон полностью отдался моменту, и возбужденно смотрел за действиями того, тяжело дыша. Ему неописуемо сильно хотелось прикоснуться хотя бы к лицу бывшего " гомофоба ", но все его попытки венчались полным провалом, и сильными шлепками по рукам. Рома неумело покусывал его, и оставлял на бархатно белой коже зайчика красные отметины, которые еле еле походили на засосы. Это больше было похоже на то, будто маленький щенок искал грудь матери сучки ( кто не знает, собака женского рода - сука). Но даже такие неумелые движения, касания, поцелуй и укусы, заставляло у Антона ныть и болеть всю местность ниже живота. Наконец, " щенок " принял сидячее положение меж ног блондина. Головой он сомневался, знал, что делать это неправильно, но тело думало совершенно по другому. Слегка дрожащими руками, он стал расстёгивать кожаный ремень на брюках Петрова, сначала у него возникли проблемы с железной бляшкой, но потом всё пошло намного легче. Приспустив немного коричневую ткань, и обнажив трусы, за которыми скрывался уже полностью твёрдый, и болевший от возбуждения орган Антона, Роман нервно взглотнул. Но назад уже пути не было. Если он сам это начал - то сам и должен закончить. Наконец, он снял и последнюю вещь, отделявшую его от члена парня. Прикоснувшись к горячей плоти своими холодными пальцами, проведя ими от основания до головки, всё тело зайчика покрылось мурашками, а из-за рта вырвался лёгкий стон. - А ты в этом месте не такой бесполезный, да?- Рома попытался отшутиться, но его красные щёки выдавали его истинные мысли. Петров ничего не ответил, лишь возбуждённо и слегка жадно смотрел на брюнета, не отрываясь, тяжело глотая воздух. От такого пристального взгляда, по телу Пятифана пробежались приятные мурашки, и поняв, что им в этой ситуации не до подколов, начал двигать рукой вверх вниз. Лицо Романа никогда не было так близко к чужому члену, да и к члену вообще. Немного неловкими движениями, он скользил рукой, стараясь не сильно сжимать ладонь. У брюнета были очень грубые руки, в мозолях от турников на некоторых местах, и обычному человеку было бы больно от такой " грубой " дрочки, но, почему то, Антона это лишь возбуждало. Вообще, сама мысль о том, что Рома будет дрочить ему, ментально уже заставляло кончить блондина. Вдруг, до его возбуждённой плоти, коснулось что-то невыносимо горячее, и в тоже время что-то столь приятное. Это был язык парня. Пятифан неуверенно лизнул головку, слегка надавив на уретру, что вызвало у зайчика сжатый стон. Поняв, что тому это нравится, брюнет продолжил лизать его член, иногда целуя, но не решаясь взять в рот. Сдерживаться уже не было сил, но кончить он не мог, так-как этого было мало. Осмелев, Антон начал гладить того по волосам, слегка надавливая на себя. Но, на удивление, плохой или агрессивной реакции на это не последовало. Роман и сам уже был очень возбужден, да и ему самому было интересно, что будет, если он хоть немного, но возьмёт его в рот. Освободив одну руку, он начал лесть ей же к себе в штаны, так-как там уже тоже было невыносимо тесно. Поцеловав головку, Пятифан разомкнул челюсть и высунул язык, чтобы не касаться зубами чувствительной кожи, и взять головку полностью. Но не успел он и взять верхушку полностью, как рука, лежащая на его волосах, сильно надавила вниз. От неожиданности, Рома смог заглотить больше половины, раскрыв глотку. В горле стало невыносимо больно, начало щипать, и поток кислорода был перекрыт. Но затуманенный разум Петрова даже и не думал останавливаться. Грубо схватив брюнета за волосы, он начал толкаться тому в глотку, заставляя своего оппонента хрипеть от боли. И, казалось бы, нашему волчонку не должно это нравится... тогда почему его вторая рука, так резво продолжала надрачивать свой же член, а от толчков в собственное горло чужим мужским половым органом, так содрогаться и дрожать всё тело? Он и сам этого не знал... Но было ясно одно, ему нравилась эта лёгкая боль. В глазах уже выступили слёзы, и слюни вместе с естественной смазкой начали стекать по подбородку, капая вниз на пол. Комната наполнилась тяжёлыми вздохами и стонами Антона, а так же тяжкими похрипываниями Ромы. Петров всё сильнее начал вбиваться в глотку того, предвкушая свой конечный оргазм, от приятного и горячего рта своего уже бывшего " друга ". Рома же тоже, начал сильнее сдавливать своей член в дрочке, слегка ускоряя руку. И вот, уже волна наслаждения накатила обоих, как за окном громко прогремел гром.

*****

За окном громко прогремел гром, что заставило Антона подпрыгнуть на собственной кровати и резко открыть глаза. Тяжело дыша, он всё еще не мог вернуться в реальность. Неужели всё это был просто сон? Но кое что из сна осталось взаправду, а именно сильное возбуждение. Приподняв толстое плотное одеяло, Петров заметил у себя жёсткий стояк под мокрыми от предэкуляра трусами. Обильно покраснев, парнишка понял, что настало время разрядиться, так-как внизу уже было неприятное ощущение неудовлетворённости. Хотя блондин дрочил крайне редко, по большей части из-за того, что редко возбуждался из-за чего-то, да и не видел в этом смысла, но сейчас, ему впервые приснился столь "приятный" сон. Сжав губы, Антон взяв в руку свой не разрядившийся член, и начал делать соответственные движения. Перед глазами снова появилась яркая картина того, как Рома держит его порочную плоть во рту. Как посасывает, глубоко заглатывая и плача от сильного возбуждения, попутно дроча самому себе.... Конец от этого не заставил себя долго ждать. Издав тихий, сдавленный стон, чтобы никто не услышал, и сильно прикусив губу, блондин кончил себе же в руку, начиная тяжело дышать. " придётся снова принять ванну.." - пронеслось у него в голове.