***
Детство Аарона проходило скомкано. Многие воспоминания из детства утеряны, забыты в укромных местах памяти.Тильда была занятой личностью, её связь с мафией удваивала её занятость, потому Аарон рос с дядей и тётей. Лютер и Мария не были образцовым показателем родителей, но крыша над головой и питание было — грех жаловаться. Маму Аарон совсем не знал, видел её пару раз в своей жизни.Она всегда садилась в один и тот же чёрный лимузин и уезжала «по делам», как она всегда говорила Лютеру. Ники, сын Хэммиков, являлся единственным родственником, понимающим Аарона. Он был старше всего на 3 года, но Миньярд видел в нём образец, не в Лютере и Марии, а в Ники.***
Тренировки у воронов проходили безобразно.Гнетущая атмосфера на поле, злобные лица сокомандников, жестокий тренер — всё это звучит, как какой нибудь культовый триллер, но нет — это замок Эвермор и его правила. После того, как «свите короля», то есть свите Рико, набили уже настоящие, не нарисованные маркером, цифры на щеках, все стало ещё хуже. Натаниэль всячески напоминал Морияеме, что он никогда не будет под ним подкладываться, Аарон лез на рожон, отстаивая свою позицию тем, кто клал на неё, а Кевин и Жан молча терпели эту агонию. Вроде друзья, но до ужаса разные; Нату нужна свобода, воздух, свет, солнце — и он её добьётся всеми силами, а Жан будет терпеть это издевательство, чтобы только его друзей не трогали. Аарон был самым маленьким и щуплым в их «компании», что послужило многократному количеству насмешек со стороны проклятых Дженкинса и Рико. Вся команда знала, что племянник Тетсуи жесток, он любит ломать людей, заставляя их звать его королём и хозяином, а тот, кто не подчиняется, подвергается пыткам. Краем уха Моро услышал о покушении на Аарона — это был очередной план Рико о том, с какого места бить Кевина по его достоинству лучше. Кевин и Аарон были безумно близки.В силу того, что Кевин старше, он старался защитить Миньярда всеми силами; Рико просёк эту фишку и начал давить на больное, чтобы сломить Дэя, сделать ему и его «дружку» больно. Жан решил взять это на себя, за что каждый день получает порцию телесных повреждений, подвергается сексуальному насилию и газлайтингу. Моро сделает всё, чтобы сохранить жизни своих друзей, даже если для этого потребуется сломать свою.***
После тренировок чувство гадкости пропадает и сменяется жалостью к себе. Нат не любит это; ненавидит эту команду, потому что он хочет играть в радость, а не вкалывать, как убитый, чтобы не получить тростью по лицу от тренера. Вся эта обуза в виде чокнутого папаши — убийцы и матери, которой он хочет продлить всеми силами жизнь, разбивает его вдребезги. Мэри всё еще замужем за Натаном Веснински, ведь она не может больше перечить мужу, иначе — пуля в лоб. Натаниэлю не разрешено видеться ни с кем из родителей, но он, впрочем-то этого не сильно то и желает. Жалкие попытки помочь матери сбежать от отца — тирана, всегда проваливались и заканчивались побоями. Ещё в далеком детстве Мэри сбегала с новорождённым Натом на руках, после чего их ловили и жёстко наказывали. Такая жизнь была агонией, агонией она является и сейчас; если сравнить дом Натана и башню Эвермор, то это абсолютно идентичные места, в которых нет никакого пути отступления. Ты сидишь в заложниках, либо на скамейке запасных, за свой «поганый язык», тебя избивают либо дома, либо на тренировках — разницы ноль. Смирится со своей судьбой Веснински не даёт только Кевин.Дэй давно хочет оставить это гнездо и жить спокойной жизнью, стычки с Рико уже вошли в привычку дня, его навыки растут, а Морияма не привык признавать проигрыш. Натаниэль готов на всё, ради своих друзей, даже если у него не останется сил терпеть эту колкую боль в закромах сердца.***
— Натаниэль, на пару слов, — надменным тоном произнес Рико. Лёжа в общей с Аароном комнате, Ната прервал настойчивый стук в дверь, посмотрев на прибывшего гостя глаза невольно закатились: — Ах, Рико! Не знал, когда же ты, о мой король, удостоишь меня своим присутствием! — съязвил Веснински, зная, что безнаказанным он, к большому сожалению, не останется, но и посмотреть на смутившееся лицо идиота напротив, ой как хотелось. — Перестань нести свой детский лепет, я считаю до 3, либо выходишь самостоятельно… — Я тебя понял, Рико, — специально растянув имя, сказал Нат, — мне не нужно повторять. Выйдя из комнаты он недоумённо покосился на Морияму: — Ну? Что тебе нужно? — Выкладывай все планы Кевина, я повторяю в последний раз, Натаниэль. — Что? Я не понимаю вообще о чём ты чёрт возьми, прекрати задавать мне эти вопросы изо дня в день, я тебе не посредник, и не живу с Кевином в одной комнате, ты чего добиваешься? — опешил Веснински. О каких «планах» Кевина могла вообще зайти речь? Либо Рико всё никак не может смириться со своей проигрышной позицией, либо дела обстоят ещё хуже, но что Дэй может учинить в одиночку? Вопросы крутились, как шестерёнки в часах, заставляя выдумывать множество сценариев, где один другого хуже. — Не строй из себя дурачка, — начал закипать Морияма. — А не пойти бы тебе нахуй, Рико, — гордо развернувшись, выдал Нат, — только попробуй прийти ещё раз ко мне с этим вопросом, не забывай чей я сын. Нат ушёл, а гордый Морияма остался в тёмном коридоре с разбитым напрочь эго.