Моя любовь

      Кларисса с утра пошла в другую комнату, даже не собираясь переодеться. Та лишь сидела с телефоном в руках, смотря на просьбу матери перезвонить. Девушка покосилась на закрытую дверь, думая о нарушителе ее спокойствия, выдохнула и все же нажала на кнопку вызова абонента. — Алло, — произнес строгий голос в трубке. — Это я, мам, — тихо ответила та, прижимая телефон к уху. — Ох, это ты, мое солнышко? — смягчился голос матери.       Долгий разговор. Лёгкий и непринуждённый. Кларисса обожала это время. Беззаботное, словно снова в детстве оказалась. — Слушай, Кларисса… Ты помнишь про свой день рождения? — вдруг спросила мама, полностью разрушая ту атмосферу, что царила в разговоре минуту назад. — Да, — мрачно ответила та, прикусывая нижнюю губу. Черт. — Ты приедешь ведь? — спросила мама — Да, мама, все как обычно, все то же самое привезти? Как она? — начала Кларисса с тяжёлым вздохом. Как же хочется иногда забыть про этот день, про этот кошмар, но каждая мелочь лишь напоминает и теребит эту рану. — Все в порядке, она недавно выходила в магазин. Сама, представляешь? — восторженно произнесла женщина. — Вау, — обрадовалась Кларисса и успокоилась. Такое случается не каждый день. — Ну ладно, я, наверное, отвлекаю тебя, пока, встретимся через пару дней, да? — Да, мам, пока, — гудки, а Кларисса лишь сжала телефон от всех эмоций. Горечь и радость, боль и гнев. И тут послышался скрип двери. Девушка сразу же перевела взгляд на Дадзая, что стоял в проходе и смотрел на нее. — И долго ты тут? — уставший вздох вырвался из Клариссы. — Ты уезжаешь? — спросил он неожиданно. Девушка шокировано посмотрела на него, а затем лишь отвела взгляд. — Да, на пару дней, — призналась она. И их разговор прервал звонок в дверь. Кларисса лишь выругалась и двинулась открывать пришедшему. — Ну привет, сеструх! — громкий голос мгновенно заполнил квартиру. Парень в яркой одежде с ирокезом на голове крепко обнимал Кларисса, и начал что-то громко рассказывать, но вдруг заметил Дадзая, стоявшего все также в проходе. — Э, а то чё за лох? — спросил тот, засучивая рукава. — Густав, перестань, — успокоила его та, остановив брата, — Это мой коллега по работе, — призналась та. Тот лишь прищурился, тщательно изучая мужчину перед собой. — Ну так пусть идёт и работает, — с презрением заявил тот и тут же повел девушку на кухню. — Я так давно не ел что-то приготовленное тобой! У тебя же золотые руки! — и он начал рассказывать свои дни. — И вот я… А потом этот… — Кларисса смеялась и внимательно слушала своего брата, пока готовила ему. Как же тепло и комфортно. Если бы ещё и Дадзая не было, то день выдался бы неплохим. Бывали и лучше, но Густав точно знает, как сделать все ещё лучше.       Густав поселился у Клариссы, тем самым Дадзай отступил со своими приставаниями, даже на работе тот придерживался какой-то дистанции. Кларисса даже не заметила этого и просто планировала отъезд на выходные, где как раз-таки и был день ее рождения.       И вот, девушка уже наслаждается жизнью у матери с Густавом и своей сестрой, что только-только начала восстанавливать свои изначальные связи и знакомства. Сейчас ей пусть и легче, но весь тот ужас она никогда не забудет. Джейн бежала по улочке, спеша на день рождения Клариссы. Они были так близки, словно родные, потому Джейн не хотела опаздывать. Пусть день рождения и организовали в ее доме, но все же это праздник специально для Клариссы. Интересно, какой у нее наряд. Джейн добегает до тропинки, ведущей к дому и вдруг понимает, что что-то не так. Ни одного огонька в доме не было видно, хотя родители всегда в это время зажигали свет хотя бы в одной из комнат. Но девочка не придает этому значения и продолжает бежать к дому. Она замечает открытую дверь и уже хочет повернуться и пойти обратно, но уже слишком поздно…        Кларисса вспоминает этот день с дрожью и животным ужасом, но даже так, она уже работает, отучилась, а Джейн так и шарахается каждого лишнего звука. Больно. Печально.       Густав как обычно смотрит на девочек темными карими глазами, излучающими безграничную любовь и преданность. Он немного похож на щенка, но парень далеко не глуп. Заканчивает университет с отличием, успевает всегда и везде. Гордость семьи.        Выходные проходят в душащем молчании. Джейн все так же отказывается разговаривать с кем-либо, смотрит испуганно, кричит по ночам, но это пустяки. Все привыкли за долгие года. Но, вернувшись домой, девушка застаёт в собственной постели Дадзая. — Ну и что ты тут делаешь? — строго спрашивает она, скрещивая руки на груди. — Теперь живу, — он прервал девушку, не дав ей и пискнуть — Возражения, отказы, выпинывания и другие средства для моего избавления не работают. Смирись, — Кларисса поворачивается, чтобы уйти из комнаты, как Осаму захлопывает журнал, который смотрел и говорит — На тебя охоту открыли, так что я здесь для твоей же безопасности, — продолжает мило говорить он. Кларисса сжимает кулаки и лишь выходит из комнаты. Тяжело.