Carpe Diem

Как же все-таки зародилась жизнь на этой планете? Как появился человек? Возможно, произошел огромный взрыв, и это послужило зарождению новой планеты под названием Земля. Или, может, просто множества элементов собрались вместе и образовали уникальное небесное тело с неповторимой оболочкой, на которой, собственно, и зародилась жизнь. Ученые предполагают, что морские обитатели — первое население планеты — эволюционировали, перебрались на сушу, а из обезьянки вскоре образовалась целая человеческая раса, которая по итогу заполонила почти все уголки Земли. По словам предания, людей создал так называемый Всевышний. Он же изгнал Адама и Еву из рая, чтобы те возделывали землю, из которой и был создан Адам, и питались плодами трудов своих. Мне кажется, они попали первым делом на одну очень милую полянку, усыпанную маленькими солнышками на ножке с белой окантовкой. Ева, подобно ребенку, срывается в гущу наземных ярких звёзд, смеется звонче колокольчиков на небесах. Она кружится стрекозой по поляне, подставляя лицо теплым лучам настоящего солнца, и вмиг приземляется на колени посреди белых солнышек. Ева подносит цветок к носу, как вдруг её резко останавливают. — Стой! Широкая ладонь Адама хватает за плечо женщину и утягивает от чего-то неизвестного. Что это такое? Животное, подобное тем, что обитают на небесах, или безобидное растение? Может, это нечто схожее с тем, что откусила Ева там? То, из-за чего Бог разгневался и сослал их в этот ад? Таким оно казалось Адаму. Как же он ошибался… Шичеро перекатывает стебелек пшеницы из одного уголка губ в другой и без конца отмахивается от назойливых мух. «Вот кто настоящее зло на планете — мошки!» — бормочет парень себе под нос и встаёт с нагретого пригорка у окраины леса. Ступает на начало ромашкового поля… Зубами он покусывает все тот же стебель, а после выплевывает его. Идет осторожно, чтобы не напороться на какой-нибудь острый камень или яму. Шичеро задремал и проворонил момент, когда его любовь так далеко от него убежала. Его настораживало то, что он нигде её не видит. Поднося руку ко лбу, как бы пытаясь сымитировать козырек, он оглядывает окрестности поляны, но Шайори все так и нет. Шичеро хотел уже позвать жену по имени, как вдруг кто-то резко хватает его за талию и визжит: — Попался! От такого неожиданного появления Шичеро падает на землю и смеётся: — Ах ты маленькая букашка! Парень переворачивается на спину, а девушка по-хозяйски усаживается на него сверху и хихикает. Её лицо красное, как налитое яблоко, а веснушки похожи на россыпь крошечных звезд. Шичеро, завороженно глядя на лицо жены, кажется, и забыл вовсе, что он жив и существует в этот момент. Он снова говорит: — Как же он ошибался…. Шичеро выглядел сосредоточено, а его взгляд направлен только на прекрасное светлое лицо Шайори. И все вокруг размыто… — Чего? Шайори вдруг выпрямляется и задумчиво смотрит на мужа. —А-а? Шичеро хмурит брови. Наверное, он сам не понял, что произошло, потому что туман в голове исчез, и он вернулся с небес на землю. — Ты сказал, что кто-то ошибся. Шайори упирается руками о грудь мужа и так же недоверчиво щурится. — Кто ошибся? Ой! А-а… Ой… Глаза Шайори в удивлении округлились. Её эмоции и вместе с ними гримаса Шичеро переменились в считаные секунды. Это как сломанный телефон, показывающий погоду: за секунду значок меняется, показывая «ясно», «дождь», «ветрено», «облачно» и потом снова «дождь», «ветрено», «облачно», «ясно»… Вот и с Шичеро так же. За долю секунды у него в голове произошел огромный мыслительный процесс. Шичеро хлопает ресницами и заливается смехом от своей же гениальности. — Ничего, Шайори, ничего. Я просто задремал, вот и торможу немного. Шичеро трет пальцами слезящиеся глаза, пытаясь прийти в себя. — А-а, я знаю, что ты уснул, дуреха… —Шайори, словно рожденная с этой изумительной улыбкой, перекатывается под бок к мужу, кладет его руку себе на талию и устраивается на его плече. — Когда я собирала ягоды на той полянке… Помнишь, когда мы шли к ромашкам, проходили мимо… Шичеро поудобнее устраивается, притягивая Шайори к себе, и кивает головой. — Та, на которой бегали маленькие лисята? — Да-а… Я смогла погладить одного. Он был любопытнее и смелее других. Знаешь, как только я подошла ближе, четверо лисят убежали к норке, где, похоже, сидела их мама. Один из них уже развернулся за ними, но почему-то остановился и потянулся к моей руке с земляникой. И так мило стал кушать! Шайори захлопала в ладоши, а Шичеро не прекращал умиляться детской невинности совей любви. — Так вот… Я собирала ягодки и так увлеклась, что позабыла, что не одна. Краем глаза увидела любопытного лиса. Он обошел меня кругом, обнюхивая, а потом пробрался на колени и свернулся калачиком. Я даже выронила из рук ягоды, чтобы погладить его, пока не пришла мама лиса и не забрала у меня детеныша. Шайори погрустнела. Шичеро обнял жену за плечи и принялся её ободряюще гладить. — Она просто беспокоилась. Думаю, каждая мама так поступит. — Да, конечно. Девушка чуть взбодрилась, но теперь взгляд на мужа не подняла. Румянец на щеках загорелся сильнее. Шайори хотела отвернуться от Шичеро, но он не дал. Шичеро садится рядом, разворачивается к Шайори и пытается найти её взгляд, зацепиться за него. Но она совсем не хочет этого, сопротивляется и только вырисовывает на ноге какие-то узоры. — Милая, ты хочешь мне что-то ещё сказать? Шичеро садится ближе, хватает рукой подбородок жены и поднимает румяное лицо, но её глаза не встречаются с его. Он улыбается. Шайори мнется, не хочет говорить дальше. Она только молится, чтобы Шичеро понял все сам. «Эх-х… Он не поймет…» Внутренняя истеричка бьётся в конвульсиях, и Шайори совсем не знает, к чему подступиться. Кулаки сжимают края платья, когда Шайори выдает: — Я беременна! У Шичеро, кажется, мир рушится, а потом в один миг создаётся заново. Он снова впадает в ступор, и сломанная погода повторяется. Робко, словно они с Шайори только познакомились и прикосновениям ещё не время, Шичеро тянется к животу, мягко гладит его. — Я… — он запинается и мотает головой, чтобы прийти в себя, но у него не получается. — Любовь моя… Кажется, его биение сердца превысило отметки двести двадцати ударов. Шичеро крепко обнимает Шайори, целует её загорелое плечико, шею, ушко, волосы… Он готов расцеловать её всю, лишь бы передать все те эмоции, которые наполняют его сейчас. — Спасибо! — шепчет Шичеро, жмуря глаза и прижимаясь к телу жены. И он так же быстро отстраняется, бегает глазами от живота к лицу Шайори и наоборот. — А пол ребенка? Ещё не известно? Шайори смеется. Она срывает рядом ромашку, подносит к носу и вдыхает сладкий нектарный аромат. Шайори мотает в ответ головой. — Дурачок, конечно же нет. Только вторая неделя. Узнать можно только на четырнадцатой. Шичеро совсем не переживает за Шайори и цветочек, который так мило закрывает её носик. А чего боятся? Шичеро пожимает плечами. — Получается, наш малыш сейчас даже меньше горошины? — спрашивает он, положив обе руки на живот и поглаживая его. — Возможно. Видишь, Адам? Иногда что-то неизвестное и пугающее становится смыслом жизни и помогает обрести целый мир. И Шичеро и Шайори, которая носит желанное чадо под сердцем, являются тому примером.