Вход и выход.

Фредди замерла, лучезарно улыбаясь. Она ждала чего угодно — что все четверо рухнут ей в ноги и будут омывать слезами носки ее туфель, или дружно искупают ее в славословиях, стараясь заглушить друг друга, или (ну а вдруг?) скинутся ей на новый фотоаппарат… В конце концов, нищих, кроме Грэма, в этой комнате не наблюдалось. Но вот чего она точно не ждала, так это того, что все четверо молча окаменеют, гипнотизируя глазами пол. Безусловно, во время разговора с мисс Лаундс многие мужчины смотрели ей не в глаза, а чуть ниже шеи, в область груди. Но не на пол же! Она мысленно закатила глаза и постучала каблучком об пол. Никакого эффекта. Ганнибал Лектер опустил глаза долу, его лицо потеряло всякое выражение, но глаза угрожающе мерцали, пока мозг что-то тщательно калькулировал. Он явно был не в восторге от открывающихся перспектив. Кроули тоже не выражал восторга, его взгляд по-прежнему скрывали стекла очков, но агрессивно вздернутая верхняя губа и брови, взлетевшие к рыжим волосам, были более чем красноречивы. Уилл Грэм хмурился, Азирафаэль мечтательно улыбался. Впрочем, Фредди ни разу не видела, чтобы эта парочка делала что-то иное. Выудив смартфон из кармана, она отошла на два шага назад и навела на них камеру. Щелк-щелк-щелк. Магический звук сработал, оцепенение спало. — Активнее, активнее, мальчики, давайте! Работаем! Покажите мне секс! Такие постные рожи я дорого не продам… — Какого хрена ты творишь, рыжая? — отмер Кроули и даже снял очки, сверля журналистку желтым взглядом. — От рыжего слышу! И зря ты недооцениваешь ваш потенциал. Мужья-убийцы разлетались, как горячие пирожки, а вы ничем не хуже. Можем учредить первый в этом тысячелетии «Потусторонний Вестник». — Хватит ёрничать, Си, — демон вышел вперед, нависая над подружкой очень агрессивно настроенным вопросительным знаком. — Как ты вообще себе это представляешь, а? По твоему, мы должны бросить плоды наших тысячелетних трудов… Ангел шагнул вперед, ловя Кроули за локоть, но Фредди среагировала первой, ткнув под нос демону длинный наманикюренный ноготок. — Плоды ваших тысячелетних трудов — это кучка замшелых книжек, коллекция сорняков и видавшая виды железная развалина о четырех колесах. Я бы упомянула цирроз печени, но вы, засранцы, от него защищены. А теперь включи на секунду свою умную голову и подумай, во что мне это обошлось. Вас спасло то, что я работаю на оба филиала нашей компании, на аутсорсе, можно сказать, а значит, мне должны и ваши, и наши. Пришлось подергать за ниточки, намекнуть кому надо, рассказать о том, что эти два, — снова тычок пальцем, но уже в другую сторону, — достаточно подкованы, чтобы заменить вас на время. — Фредди снова закатила глаза, но уже миролюбиво. — Да, да, журналистика — это очень перспективная профессия. Вы зря ее недооцениваете. Информация — главная ценность современного мира. Ну… и еще должники. Теперь и ты у меня в долгу, демон. Кроули хотел было открыть рот, но лицо Азирафаэля, испуганно уткнувшегося ему в спину, заставило его передумать. Лектер проявлял благоразумие, Грэм блуждал в глубинах разума. Фредди Лаундс ядовито улыбалась. — В общем, я принесла вам идею, а что с ней делать — это уже ваша проблема. Большие мальчики, как-нибудь разберетесь. К тому же, — она посмотрела в потолок, потом на часы, потом на Ганнибала, — долг зовет. Доктор Гидеон почил с миром, пора доставить его по адресу. Не прощаюсь… Фредди уверенно процокала каблучками по полированному паркету из столовой прямиком к входу в подвал. — И не пейте много! У вас не так много времени. В понедельник пора начинать! Когда эхо шагов мисс Лаундс истаяло, четверка переглянулась. Все-таки не каждый день Смерть приходит к тебе, но в итоге не забирает с собой. Первым, как обычно, ожил демон. Он повел носом и уверенно направился к бару. — Что ж… Раз такое дело, предлагаю выпить. — Кроули! — ангел всплеснул руками. Он все еще был румян от смущения, но очень решителен. — Ты слышал, что сказала Смерть? — Дай-ка подумаю. Она сказала, что нас можно продать, что я теперь ее должник, а еще, что мы, блять, с тобой теперь УВОЛЕНЫ!!! — Все зависит от отношения, — мягкий баритон Ганнибала наполнил комнату. Мурлыкающий акцент ласкал слух почти как ласковый кот, забравшийся на коленки. — Воспринимайте это как отпуск, как возможность побыть вместе. Можно сказать, вам устроили медовый месяц. Так стоит ли переживать по этому поводу? Азирафаэль торопливо закивал головой, мол, добрый доктор дело говорит. Доктор же, собственно, больше ничего и не говорил. Он просто наливал. В медицинской школе Ганнибала, разумеется, не учили тому, что хороший виски помогает от большинства болезней, в том числе и душевных, но этому его с успехом научила жизнь. Поэтому сейчас он внял просьбе демона, пусть и высказанной в такой неэстетичной форме. Виски им всем не повредит, да и ему тоже. Сделав первый глоток из своего стакана, Ганнибал покосился на Уилла, но тот в кои-то веки не проявлял ни беспокойства, ни раздражения, ни агрессии. Он был подозрительно задумчив. — Боюсь, что буду вынужден оставить вас на некоторое время, — сообщил Лектер. — В этом доме есть еще один гость, которому я обязан уделить толику своего внимания. — Еще один гость? — всполошился ангел, обнимая свой стакан ладонями. — Почему же мы не пригласили его к столу? Это так невежливо с нашей стороны! Он нездоров? — Он был приглашен. И в какой-то мере даже присутствовал. Но вы правы в своих догадках, Азирафаэль, сидеть с нами весь вечер в его состоянии этому гостю было бы проблематично. Демон смаковал виски и щурился на окружающих. Азирафаэль, в своей наивности, опять не мог сложить два и два — приход Смерти, мясо на столе и неизвестного гостя в подвале. Все-таки, он был уверен, что со времен средних веков многое изменилось, и теперь гостей чаще всего принимают в иных помещениях. Ганнибал, в своей гостеприимности, не мог бросить гостей без предупреждения и спуститься вниз, чтобы разобраться с трупом. Уилл, в своей нелюдимости, не мог раскрыть рта, только хмурился, кривил лицо и молча напивался. Хотя, погодите-ка… — Неприятно произносить это вслух, но она права, — голос Уилла, кажется, стал неожиданностью для него самого. — Это не только вина Кроули, она еще и моя. Это я заварил всю эту кашу, решив поиграть в Купидона. — Уилл! — сказали три голоса сразу, и Грэм снова нырнул носом в стакан. Ганнибал, на правах хозяина дома, решил высказать общую мысль. — Утро вечера мудренее. Предлагаю не омрачать радость от нашей встречи и знакомства разговорами о делах. Поговорим завтра. А пока предлагаю вам остановиться в гостевой спальне, она достаточно удалена от нашей собственной, чтобы мы по ночам не мешали друг другу. Лектер и Кроули многозначительно переглянулись, Азирафаэль и Грэм выразительно покраснели. — А сейчас… — Знаешь, я, пожалуй, сходил бы с тобой к этому гостю, — Кроули искривил рот в некоем подобии улыбки и прихватил с собой бутылку с виски за горлышко. — Сегодняшний вечер располагает к тому, чтобы поработать руками. Ганнибал коротко кивнул, и они исчезли. Впрочем, распечатав вторую бутылку алкоголя, Уилл и Азирафаэль тоже нашли к чему приложить силы. Они убрали посуду и перемыли ее вручную, именно так, как любил Ганнибал. Потом, поздним вечером, лежа каждый в своей постели, вся четверка думала о том, что вместе им может быть не так уж и плохо. По крайней мере, так им казалось на первый взгляд.