Глава 1
— Эй, ты. Не спишь?
Смысл фразы доходит не сразу, и потому тот, кого окликнули, реагирует с замедлением. Всё ещё не открывая глаз, он пытается прислушаться к смешанным ощущениям, чтобы хоть определить, кто он, где он и что происходит. Лишь когда из всех сумбурных обстоятельств человек может отчётливо выцепить лёгкую качку, он открывает глаза. Первое, что он видит — пристальный взгляд единственного алого глаза, от которого становится не по душе, то ли из-за бархатистой повязки на втором глазу, то ли из-за того, как внимательно его осматривают. Впрочем, ощущение, будто его изучают насквозь, быстро проходит, и в алом взгляде читается усмешка, не насмешливая, но, скорее, облегчённая. Пока человек, к которому она обратилась, не отвечал и медленно разглядывал помещение, женщина продолжила говорить.— Наконец-то очнулся... Уже думала в море тебя сбросить, богов умилостивить, — шутит она, но, не заметив в собеседнике хотя бы намёка на улыбку, она оставляет юмор. — Ты как? Ноги-руки вроде целы, открытых ран не заметила. Говорить можешь, речь понимаешь? — получив в ответ кивок, женщина улыбается ещё ярче. — Отлично. Раз соображать можешь, есть пара вопросов. Например... как ты вообще оказался на архипелаге Гуюнь, а? Довольно неожиданно было подобрать тебя в таком месте. Там корабли не ходят, да и в принципе люди не живут...
Человек рассеяно слушает женщину, пробегая взглядом по помещению. Мысли собирались в логические цепочки весьма неохотно, и из всех ощущений и наблюдений он смог вывести лишь одно — он на корабле, а женщина, ведущая с ним беседу, по-видимому, капитан этого судна. Что это за судно? Куда они плывут? Ответы на эти и многие другие вопросы оставались тайной для человека. Разум сбивал насыщенный запах моря — своеобразный, лёгкий и неповторимый, знакомый будто бы всю жизнь. Инстинктивно он ощущает себя в безопасности, когда этот запах становился ярче от случайных сквозняков, и потому позволяет себе немного расслабиться.— Кто Вы? — хрипло спросил он, приподнимаясь на локте и глядя в упор на женщину. Память, как на зло, отказывалась припоминать и то, как он вообще оказался на корабле, и то, где он был до этого, но всё по порядку — невежливо общаться, не зная имени своего собеседника. Да и остальное может подождать. — Эй, стыдно не знать! — полушутливо ответила женщина, отходя к небольшому круглому окошку. Но, поняв, что пауза затянулась слишком надолго, и человек ждёт ответа, она вздыхает. — Нечасто встретишь человека, который не наслышан о флоте Южного Креста. Меня зовут Бэй Доу. Ну а корабль, на котором мы сейчас толкуем, это Алькор, и я его капитан. А ты-то сам кто и откуда? Если из Ли Юэ или рядом, можем и подбросить. — Ли Юэ?.. Какое странное название. Что это?
Раздаётся смешок со стороны капитана. И лишь когда она замечает, что на серьёзном лице спросившего нет ни намёка на улыбку, она хмурится. После сна конечности плохо слушаются, но всё же человек неуверенно садится и разминает кисти рук. С непривычки тяжело двигаться, и потому мышцы отдаются слабой болью и скрипом, на которые он, впрочем, не морщится, растирая суставы и продолжая смотреть на Бэй Доу в ожидании ответа.— Так-так... либо ты не из этих краёв, либо тебя неплохо приложило о камни островов Гуюнь... Ничего, скоро приплывём в гавань и увидишь, что это такое, точно захочешь остаться! — Бэй Доу смеётся, поворачивается к человеку, и увидев, что он постепенно поднимается, улыбнулась — до этого она опасалась, что её гость и вовсе не встанет, так долго он спал. Но, поняв, что даже качка не особо мешает ему ходить, её беспокойство постепенно растворяется, забирая с собой накопившееся напряжение. — Тебя-то как звать? — Я... — гость только собирается представиться, но внезапно понимает — он не помнит. Он с трудом смог извлечь из памяти своё звание, под которым его знали когда-то давно, даже титул, но имя... Нет, однозначно не помнил. Да и было ли оно вообще? Человек кротко вздыхает и честно отвечает: — ...забыл. — Да что же с тобой произошло в Гуюне?.. — капитан обеспокоенно осматривает человека с ног до головы, но не замечает хоть каких-либо синяков или ссадин. — Ладно, в Ли Юэ будем искать родственников или тех, кто мог бы тебя знать. Может быть, ты помнишь кого-нибудь?
В ответ была лишь тишина. Человек сидел, сцепив пальцы и настойчиво пытаясь вспомнить имя той, кто точно мог знать, как его зовут. Чей-то женский образ отчётливо сиял в памяти, словно жемчужина на солнце, вспоминался спокойный, слегка высокомерный голос, силуэт, находившийся всегда подле него... Ни одно из имён никак не приходило на ум, и неожиданный гость хмурится. Бэй Доу напоследок бросает несколько обеспокоенный взгляд, но решает оставить его наедине с мыслями и подняться, тем более, уже были слышны крики матросов, звавших её. Она поднялась по лестнице и перед тем, как откинуть тяжёлый деревянный люк, ведущий на палубу, повернулась к гостю.— Ты вспоминай-вспоминай пока, нам до Ли Юэ ещё четыре дня плыть. Если что вспомнишь или понадобится, меня можно найти на палубе или в моей каюте, она соседняя. Чувствуй себя гостем на моём корабле! — Спасибо за гостеприимство, капитан Бэй Доу, — голос мужчины, хоть и несколько поникший, но всё же и впрямь благодарный. Улыбка на лице капитана теплеет. — Всегда пожалуйста! Только с тебя должок, не забудь, как вернёмся на берег, — в ответ на недоумевающий взгляд гостя Бэй Доу лишь усмехается. — Пришлось одолжить запасной комплект формы одного из матросов, а то ты так бы и ходил, в чём мать родила.
***
До прибытия в гавань Ли Юэ остаются считанные часы. Вдали уже виднелись высокие здания порта и другие корабли, отплывающие из гавани, а матросы, предчувствуя, что совсем скоро они смогут пройтись по твёрдой земле и отдохнуть, работали в приподнятом настроении. Время приближалось к обеду, и потому практически все члены экипажа отдыхали в каютах, а на палубе остались лишь капитан флота и её неожиданный пассажир. Пока Бэй Доу стояла у штурвала, любуясь чистым небом, гость сидел рядом, опираясь о какой-то мешок. Приятный морской ветер трепал его длинные тёмные волосы, заботливо заплетённые капитаном в небрежную косу, пока мужчина спал, а выбивавшиеся пряди щекотали шею. Эти двое изредка перебрасывались парой фраз, скрашивая тишину и плавание.— Капитан Бэй Доу, — неожиданно произнёс он, повернувшись лицом к женщине, словно вспомнив нечто важное. — Что такое? — ответила она, не оборачиваясь. — Я... — на мгновение гость умолкает, словно сомневаясь в своих воспоминаниях, но затем продолжает, — ...кажется, вспомнил тех, кто мог бы меня знать, — всё же память его подводила, и он помнил лишь два имени. Никак не вспоминалось, кем они ему приходились, кто они такие, но на языке вертелись имена, и грехом было бы игнорировать хоть малейшую зацепку о прошлом. — И кто же они? Как их зовут? — Бэй Доу повернула голову и посмотрела на мужчину с явным интересом. — Их звали Бешт и Моракс.
На мгновение на палубе воцарилась оглушительная тишина, прерываемая лишь свистом ветра и шумом волн. Красноречивый удивлённый взгляд говорил о недоумении больше, чем любые вопросы, но почти мгновенно раздаётся громкий смех, настолько сильный и неудержимый, что у Бэй Доу выступили слёзы.— Отличная шутка, а я-то думала, что у тебя плохо с чувством юмора! — она принялась смахивать слёзы рукой, не переставая хихикать. Но в чистых синих глазах мужчины не было ни капли смеха, лишь искреннее недоумение. Он явно не понимал, что в его фразе вызвало такой бурный смех, ожидая хоть какого-то ответа. — Погоди, так ты серьёзно?.. — капитан всё ещё продолжала улыбаться, но чем дольше она смотрела в непонимающие и настороженные глаза гостя, тем меньше ей хотелось смеяться, и вскоре оставшиеся нотки смеха растворились окончательно. — Так ведь... Моракс уже точно давным-давно мёртв, а вот насчёт первого имени... Бешт? — Да... — несколько опустошённо кивает гость, на что Бэй Доу не особо обращает внимания, назойливо копаясь в своей памяти. — Не припомню. Но, кажется, похожее имя я слыхала, когда изучала легенды об морских богах... кажется, что-то, что связанно с супругами вихрей. Может, это о ней? Если я права, то она пропала после восстания и заточения своего муженька, и о ней больше ни слуху, ни духу. — Как... Моракс мёртв?.. — ошарашенно переспросил мужчина. — Кто его убил? И... восстание божества вихрей?.. — Я не особо этой темой интересовалась, так что, увы, не знаю, — капитан пожала плечами. — Загляни в историческое сообщество Ли Юэ, когда на берег сойдём, я могу проводить. Насколько мне известно, эти историки изучали жизнь всех местных богов и не только, ну и их взаимоотношения тоже, так что у них и спросишь. — После недолгой паузы она продолжила говорить, чтобы скрасить неловкую тишину: — Может, ты ещё кого-то помнишь?
Мужчина повернул голову на баллисты, расположенные по правой стороне корабля. Они приметились ему сразу, как он поднялся на палубу. Почему-то подобные орудия были ему неприятно знакомы, при каждом взгляде на которые в шее отдавалось болью, и ужасно похожи на что-то давно знакомое, почти родное, что он знал очень и очень давно. Как же звали ту, кто создала их, кто с особой любовью и нежностью прорабатывала новые чудеса техники и славилась инженерными достижениями?.. Соратница Моракса, каменная долина Гуйли, названная в честь них...— Гуйчжун. Её звали Гуйчжун. — Так ведь... она тоже мертва. Её Повелитель Вихря убил... Об этой легенде у нас даже дети знают, — смирившись с тем, что её гостя действительно приложило о каменистый берег, и у него отшибло память, женщина отвернулась к штурвалу и морю. — Как... Повелитель Вихря... — казалось, что удивиться сильнее уже было нельзя, но на этот раз с удивлением в голосе смешалось что-то ещё, похожее на смесь страха, недоверия и опустошения, что не могло не напрячь Бэй Доу. — Он же... не поднимал руку... на товарищей... — А ты что, знал его лично? — спросила капитан, пожимая плечами. — Не нам, простым смертным, знать о божественных замыслах и природе их поступков. Но поговаривают, что он перед тем, как его запечатал Рекс Ляпис, восстал против него, собрав всех морских чудовищ под своим командованием, и захотел стать единым архо... богом этих земель, так и убил Гуйчжун. Хотя... это лишь одна из теорий, одна из самых известных, но не единственная, так что тебе всё же следует заглянуть к историкам.
Мужчина растерянно смотрел в пол. Восстал?.. Убил Гуйчжун?.. Но... разве он когда-то мог поднять руку на Гуйчжун, которую всегда уважал? Что-то внутри отдавалось острой болью от рассказов капитана, пронзая стрелой насквозь, и ему оставалось верить, что это лишь байка или красивая легенда. Но даже пытаясь себя убедить в обратном, гость не мог избавиться от противного ощущения прокажённости. Так невовремя вспоминается чей-то почти ласковый голос, зовущий его когда-то давно Повелителем Вихрей, вспоминается и спокойный размеренный зов, обращённый именно к нему: "Осиал, Осиал... Не хочешь ли ты стать нашим союзником? Уверен, вместе с тобой ассамблея Гуйли будет куда могущественнее...". Но он абсолютно точно помнил, что не мог напасть или даже поднять руку на Гуйчжун или адептов, и уж тем более восставать против власти Моракса, которого ценил и безмерно уважал, сколько себя помнил.— Кстати, ты своё имя так и не вспомнил, да? — неожиданно раздаётся голос капитана, отвлекая от тяжёлых мыслей и возвращая на борт корабля. — Раньше меня называли Осиалом, — мужчина неопределённо пожал плечами, уже не особо скрывая свои воспоминания. — Прямо как Повелителя Вихря? Кажется, твои родители были его последователями или вроде того... — усмехнулась Бэй Доу. — Но давай-ка тебе более человеческое имя подберём... от греха подальше. Не подумай, я так для твоего же блага говорю, — взгляд единственного глаза на мгновение кажется обеспокоенным, прежде чем она продолжает говорить. — Как насчёт... Дию Ши? — А... хорошо... — он не стал спорить с этим именем, хотя ему оно было не по нраву. Всё же ходить с именем злейшего врага уважаемого архонта, со слов капитана, было, наверное, не лучшей идеей. В лучшем случае его просто не поймут, а в худшем... даже думать не хотелось. — Вот и договорились, Потеряшка. Скоро прибудем в Ли Юэ, так что позови-ка старшего помощника из каюты.
***
Осиал медленно просыпается от визга чаек, шума города где-то совсем рядом и громких разговоров матросов. Казалось, что он лёг вздремнуть лишь на пару минут, но на деле прошло более двух часов, и флот уже прибыл в порт Ли Юэ. Матросы разгружали корабль, дружелюбно переругиваясь и шутя, на земле кричали торговцы, беседуя с капитанами или предлагая купить товар, и в этой бытовой суете было очевидно, что пора покидать каюту, которая за время плавания успела стать почти родной. Мужчина потянулся, одновременно зевая и разминая затёкшие конечности перед тем, как выйти на палубу, где его уже ждала Бэй Доу, командовавшая разгрузкой.— Наконец-то проснулся. Я уже думала оставить тебя на борту, — усмехается она, дружелюбно хлопая по плечу. — Давай для начала найдём тебе карту гавани, чтобы мог ориентироваться, думаю, что кто-то из торговцев точно такое продаёт. Хотя, может, стоит в первую очередь показать тебя врачу... И обязательно сходить к историкам...
Пока капитан стояла, размышляя над дальнейшими пунктами их незатейливой экскурсии по Ли Юэ, Дию Ши смотрел на порт — огромный, переполненный суетливыми людьми, — на гавань вдали — она так и заманивала изучить себя, пройтись по всем своим улочкам, по торговым площадям... На памяти Осиала, пусть она и довольно сильно подводила его, такого города не было: большого, шумного, в котором стояло тепло и какой-то знакомый уют, скрывавший в себе что-то родное... или кого-то родного, то, что он потерял много лет назад, но помнил и бережно хранил в размытых воспоминаниях, пусть и запертых где-то в самых далёких уголках памяти. Ему однозначно следовало изучить этот город. Но для начала...— Капитан Бэй Доу, а кто из семерых архонтов покровитель этого города?
— Властелин Камня... был. Значит так, — наконец произносит капитан, отрываясь от раздумий и шагая к трапу. — Сначала зайдём к господам Цисин с отчётом, а затем к лекарю. Пойдём, нам пора на берег, у корабля скоро плановое техническое обслуживание.
Как же давно он не ступал на землю... С непривычки подкашиваются ноги, но совсем скоро Осиал стоит рядом с Бэй Доу, беседующей с заведующим портом. Обменявшись какими-то документами, которые, впрочем, Дию Ши особо не интересовали, они разошлись. Капитан жестом приглашает его идти следом за собой, и мужчина торопится, не упуская возможности рассмотреть Ли Юэ изнутри. Несмотря на особую тёплую атмосферу гавани, будто зовущую пройтись по своим многочисленным улочкам, он чувствовал себя словно не в своём мире, забытый всеми и даже самим собой, а если кто его и помнил, то те были давным-давно мертвы или же знали его как морское чудовище, восставшее против архонта этих земель.— Ну, что же, Ли Юэ, дитя Моракса, примешь ли ты меня, как некогда принимала долина Гуйли, его первое дитя? — едва слышно, чтобы его не услышала ни одна живая душа, произносит Осиал.
