За столиком фруктового кафе

Джоске Хигашиката и Мамедзуку Рай стояли на веранде усадьбы Хигашиката и смотрели на плывущие в небе облака. Рядом с ним стояла Ясухо Хиросе. Она явно была чем-то недовольна. "Эй, - обратилась Ясухо к Мамедзуку. – Ты мне так и не сказал, почему ты не уважаешь женщин?" "Я не уважаю. – пожал плечами оценщик. – Они меня просто не интересуют, вот и всё". "А кто тебя тогда интересует? – не отставала Ясухо. – Мужчины что ли?" "Да хоть и мужчины. – пожал плечами Мамедзуку. – Это моё личное дело. При желании, я могу влюбить в себя кого угодно, но мне лень". "Вот уж, расхвастался". – фыркнула Ясухо. "А это любопытно. – сказал вдруг Джоске. – Раз говоришь, то и доказать сумей. Давай на спор, что не сможешь влюбить в себя человека, которого я тебе укажу". "Хм, - задумался Мамедзуку. – Я готов доказать свои слова, вот только что я получу при выигрыше?" "Если за неделю ты сможешь это сделать, то всю следующую неделю я и Ясухо не будем тебе перечить и высказывать своё мнение". "Эй, я не собираюсь участвовать в вашем глупом споре!" – возмутилась Ясухо. Но Джоске лишь отмахнулся. "А что выиграешь ты?" – заинтересовался Мамедзуку. "Я хочу лишь понаблюдать за тем цирком, который из этого всего получиться. – улыбнулся Джоске. – Ведь человек, которого я выбрал для тебя – это Джошу Хигашиката". Ясухо не выдержала и расхохоталась. Оценщик презрительно посмотрел на неё и протянул руку Джоске: "Я согласен на этот спор. Меня не особо интересует выигрыш, я хочу доказать тебе, что говорил правду. И если вы двое думаете, что у меня ничего не получиться, то вы очень ошибаетесь". "Ну и ну. – сказал Джоске, пожимая руку Мамедзуку. – Я и не сомневался, что ты согласишься". На следующий день Мамедзуку решил начать действовать. Было пасмурное воскресное утро, поэтому все члены семьи Хигашиката были дома. Ясуха пришла посмотреть, что будет делать оценщик, а сам оценщик, после того, как был уничтожен горнолыжный подъёмник, временно поселился в особняке Хигашиката. Глава семьи Нориске, вместе со своей женой Каато и младшей дочкой Даяей завтракал в гостинной; Хато перед зеркалом наносила макияж; Джобин и Мицуба ещё не встали; горничная Нидзимура Кеё прибиралась на верхнем этаже; Цуруги в своей комнате играл с Иваське, пытаясь обучить его каким-нибудь трюкам; а цель спора – Джошу скучал на веранде, облокотившись об деревянные перила и глядя на серое небо. Джоске и Ясухо спрятались за кустами рядом с верандой и наблюдали. И вот, наконец, появился Мамедзуку. В руках он нёс корзину со своей фирменной земляникой, которую он продолжал выращивать неподалёку от разрушенного подъёмника. Джошу даже не поздоровался с оценщиком. Ведь для него Мамедзуку был чужаком. Джошу привык считать Джоске своим братом, а вот к этому странному человеку в ушанке никак не мог привыкнуть. Вот и теперь, заметив оценщика, он на всякий случай отошёл в сторону. Мамедзуку с сомнением посмотрел на Джошу. Дурацкая причёска, руки длинные, как у гориллы, сгорбленная спина, сердитый взгляд исподлобья, Джошу сложно было назвать красавцем. С ним нужно было быть очень осторожным. Мамедзуку поставил корзинку на перила веранды и как бы невзначай спросил: "Джошу, ты любишь землянику?" "Ась?" – Джошу сделал вид, будто не расслышал. "Интересно, хватит ли у Мамедзуку терпения?" – подумал Джоске. "Джошу безнадёжен. – вздохнула Ясухо. – Похоже, Мамедзуку никогда не выиграть этот спор". "Не стоит его недооценивать. – улыбнулся Джоске. – он ещё покажет себя".