Любовь сильнее боли

      Девушка спала третий день. За это время многое поменялось. Касита создала новую комнату для Алисии, куда ее и перенесли. Абуэла и Бруно рассказали в городе о том, что происходило в семье Кастильо. Горожане помогли им изгнать из Энканто Агустину и Джозефа. Их дом они опечатали, предварительно забрав оттуда все вещи девушки. Их также принесли в новую комнату Алисии. Около девушки посменно дежурили члены семьи Мадригаль. Они меняли на ее лбу компресс, пытаясь снять жар и следили за ее состоянием. Сейчас была очередь Мирабель. Она сидела на стуле около кровати и вышивала цветочный орнамент на персикового цвета ткани. Она бы и дальше продолжала своего дело, но она заметила, как девушка на кровати начала хмуриться и немного вертеть головой. Вскоре она открыла глаза и проморгалась. Мирабель вскочила со стула и выбежав в коридор крикнула: "Она очнулась". Тут же она вернулась в комнату и взяла Алисию за руку. -Привет... Ты наконец-то проснулась. Как ты?       Мирабель ласково поглаживала руку девушки и говорила очень тихо, стараясь не пугать, но помогло мало. Девушка широко раскрыла глаза и начала осматриваться вокруг. Ее руки немного задрожали: последнее, что она помнила это гепард в ее доме. -Не переживай. Сейчас ты у нас дома, в безопасности. Твои родители больше не причинят тебе вреда. Мы тебя немного подлечили и ты проспала три дня. Сейчас сюда придет мамочка и она тебя осмотрит, хорошо?       Алисия заторможенно кивнула насколько ей позволяло лежачее положение. А после она прошептала: "Можно воды, пожалуйста? Кхкхм..." Мирабель мгновенно приподнялась и помогла девушке сесть, подкладывая под спину подушку, следом она прижала к ее губам стакан с водой. Стоило отнять стакан от губ, как из коридора послышался топот. Сразу после этого в проеме появились Джульетта и Абуэла. Те немного отдышались, а после прошли в комнату. Они подошли к девушке. -Здравствуйте, тетя Джульетта, бабушка. -Здравствуй, Алисия. Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? -... У меня ... У меня немного болит голова, спина жжется, и слегка тошнит... -Ох, сейчас мы тебя подлечим.       Абуэла передала ей пирожок Джульеты и показав пальцем на рот, без слов сказала его съесть. Некоторое время Алисия смотрела на еду в своей руке и думала действительно ли можно это сделать. Она никогда не ела подобного, а сделать это в такой ситуации казалось немного странным. Но решив, что хуже уже не будет, она аккуратно надкусила пирожок. Все с нетерпением ждали, когда она доест и магия подействует. Но этого не происходило. От пирожка остались только крошки, но исцеления так и не наблюдалось. Джульетта в некотором страхе и удивлении повернулась к матери. -Мама... На нее не действует магия... -Это действительно странно... Но свеча же в порядке. Почему это не работает?       Алисия смотрела на женщин и пыталась понять, что происходит. У нее это не очень удавалось, но она решила, что в любом случае нужно их успокоить. Она аккуратно тронула кисть Абуэлы. -Ничего страшного, если вы не можете меня вылечить. Со временем все само пройдет. Вы итак уже много для меня сделали и я вам за это безмерно благодарна. Абуэла с удивлением смотрела на девочку , а после осторожно обняла ее за шею, облегчённо выдохнув. -Я рада, что ты в порядке. Мы бы хотели сделать большее, ты заслуживаешь лучшего. -Спасибо за вашу помощь, но мне кажется, что мне пора домой. Я не могу стеснять вас и дальше. Мирабель сказала, что я спала три дня. Спасибо, что заботились обо мне все это время.       Абуэла отстранилась от Алисии, а после, глянув на дочь и внучку, посмотрела в глаза девушки. -Не спеши домой. Прости, что приняли решение без тебя, но тебе лучше пожить тут. Касита создала тебе комнату, а Луиза принесла твои вещи. Мы не можем отпустить тебя в тот дом, мы не уверены в том, что туда не вернутся твои родители. К тому же скоро у вас с Камилло помолвка и ты бы все равно переехала к нам, так что ни о чем не переживай. Лучше поскорее поправляйся.       Джульетта за ее спиной лишь согласно кивнула, а Мирабель заправила мешающиеся волосы за уши. -Я правда больше не увижу родителей? Спасибо вам! Спасибо большое! Я ваша должница! Я не знаю, как вас отблагодарить! Я сделаю все, что захотите.       Алисия не заметила, как начала плакать от радости: она и мечтать о таком не могла. Она больше не увидит родителей и не услышит их криков! Она свободна! Она начала смеяться от облегчения и улыбаться. Мирабель ласково утерла ее слезы и, взяв за руку, произнесла: "Добро пожаловать в семейство Мадригаль". Алисия кивнула и послала ей благодарную улыбку. -Алисия, ты ничего нам не должна. Просто начни жить счастливо, хорошо? А сейчас как смотришь на то, чтобы принять ванну и спуститься к обеду? Ты три дня не ела. К тому же, если ты не против, нам бы хотелось выслушать твою историю. Все за тебя переживают. Особенно Пеппа и Антонио: ты явно пришлась им по душе.-Абуэла по доброму усмехнулась и дождавшись кивка, поспешила вместе с дочерью покинуть комнату. После этого Мирабель помогла Алисии встать и отправиться в ванную.       Алисия стояла в комнате в темно-синем платье. Мирабель заканчивала застегивать пуговицы на спине. Девушки вышли из комнаты и подошли к лестнице. Глубоко вдохнув Алисия начала спускаться. Даже с поддержкой Мирабель это было трудно: спина начинала болеть из-за чего было трудно устоять на ногах. Это заметил Камилло, который выходил из комнаты. Он закатил глаза и цокнул, но, не смотря на это, он поспешил к лестнице и, подняв будущую невесту на руки, спустил ее вниз. Он поставил ее у начала лестницы и, окинув взглядом, ушел в столовую. Алисия некоторое время стояла на месте, но когда Мирабель начала ее немного подталкивать в сторону обеденной залы, все же начала идти.       За столом уже сидели все члены семьи Мадригаль. Они ждали только девушек. Мирабель села на свое привычное место рядом с Луизой, а для Алисии осталось место между Пеппой и Антонио. Последний увидев ее, слез со стула и побежал к девушке. Он уже хотел на нее прыгнуть, но вспомнив о здоровье последней просто обнял ее руку. -Я так скучал, Лиса. Почему ты так долго спала? Я устал ждать. Но я рад, что ты сейчас тут.-Антонио потянул руку девушки в направлении ее места и она поспешила проследовать за ним. Она села на стул. Ей было неловко ведь все вокруг ее разглядывали. Она была уверенна, что в такой обстановку ей и кусок в горло не полезет. -Сегодня за нашим столом сидит новый член нашей семьи, Алисия Сарита! Как все уже знают, она теперь будет жить с нами, а как только поправится у нее будет помолвка с нашим дорогим Камилло. Давайте же поздравим молодых и начнем обед!-Абуэла подняла бокал, говоря тост, а после сделала глоток. Стоило ей отпить вина, как все Мадригали подняли бокалы и радостно закричав, тоже отпили своих напитков. Алисия же сидела и не знала куда себя деть. Она не знала, как себя вести и что делать. Однако последнее за нее решила Пеппа, сидящая рядом. Она положила на тарелку девушки яичную лепешку и запеченую с овощами куриную ножку: "Тебе стоит хоть немного поесть, быстрее поправишься и появятся силы." Алисия поблагодарила будущую свекровь и начала медленно есть. Она ела насколько медлительно, что когда все уже заканчивали трапезу ее тарелка была на половину полной. Но она чувствовала, что в нее больше не влезет. Она немного отодвинула тарелку и начала рассматривать всех за столом. Те не отставали и тоже с интересом наблюдали за девушкой. Заметила это, Абуэла постучала вилкой о свой бокал, привлекая внимание всех. -Раз все закончили есть, то Алисия не поделишься с нами своей историей? Нам всем интересно, почему твои родители... были столь жестоки с тобой? -Хорошо...-все снова вернули внимание Алисии и начали ее внимательно слушать.- Все началось, когда мои родители начали завидовать вам... Не смотря на то, что они были богаты и популярны, их злило, что жители Энканто любили вас больше, чем их. Потом они заметили, что ваши юные внучки и внуки тоже были любимы. Все в городе называли их особенными и исключительными, всегда хвалили. Чтобы родители не делали, они никогда не могли привлечь столько внимания. Поэтому, когда родилась я, они... Они решили, что если сами не могут привлечь внимание, то сделают это через меня. Ведь если ребенок популярен, то и его родители тоже, так? После этого мои родители с самого детства растили меня так, чтобы потом я могла дать нужную им любовь и славу. С детства я следила за своим питанием и поведением. В три года меня начали наказывать, если я не соблюдала этикет за столом или ела лишнего. В четыре меня учили выполнять домашние обязанности, ведь такое должна уметь каждая девушка. С пяти лет я начала заниматься с репетиторами: они учили меня языкам и искусству. В 7 родители начали наказывать меня за ошибки в пении или игре на инструментах, а в 8 за неправильное произношение иностранных слов. Когда мне было 10 все домашние дела лежали на мне, а мама начала сама выбирать мне одежду и рассказывать, что мне нужно сделать за день. Она также говорила мне, что я должна говорить окружающим... В 12... В 12 мне пришлось надевать платья с длинной юбкой и рукавами. За каждую ошибку я получала по икрам розгами, а по рукам линейкой. Дальше все было также...       У всех был шок. Никто не думал, что девочку настолько жестоко растили. Казалось, что она никогда не могла делать то, что ей хочется или ошибиться. Она была марионеткой в руках своих родственников. Тут Долорес решила задать интересующий ее вопрос. -Алисия, я... Случайно услышала, что твои родители говорили что-то про господина Пергано. Можешь рассказать? -Тут нет чего-то интересного, чтобы рассказывать. Когда я год назад сбежала из дома, они подумали о том, чтобы продать меня господину Пергано. Тогда я смогла этого избежать, но если бы вы не согласились заключить помолвку со мной, то меня бы отправили к тому господину. Он несколько раз предлагал родителям крупную сумму за меня... -Но ему же 50! Как они могли!.. Тут Пеппа резко обняла Алисию положив ее голову себя на плечо. Она старалась не касаться спины девушки, но все же сжимала ее довольно крепко. -Бедная! Тебе так сильно досталось! Ты молодец, что пережила все это! Ты очень сильная девочка. Не переживай, мы о тебе позаботимся. Никто больше тебя не тронет. С нами ты можешь быть собой. И есть ты сможешь, что хочешь! Подумать только! Не давать ребёнку сладкого! Возмутительно! Ты слишком худенькая, пожалуйста кушай больше, а то боюсь тебя даже ветер сдует. -Спасибо за заботу, тетушка Пеппа, я постараюсь. -Называй меня мамой, ты ведь невеста моего сына! А Феликса называй папой! Я ведь права, дорогой? Молчавший до этого Феликс кивнул и положил руку на макушку Алисии, все еще обнимающей Пеппу. -Конечно! Мы рады, что ты часть нашей семьи. Не стесняйся называть нас так. Мы все тебя уже любим и принимаем, как родную!       Все покивали на его слова, а после начали говорить, как они рады Алисии. Так они повели за одним столом еще почти час. Они обсуждали переезд девушки, как ей хотелось бы обустроить комнату или что ей хотелось бы сделать. После этого все разошлись по своим делам. Феликс помог подняться девушке наверх, а после его жена передала ей букет лечебных трав, которые стоило положить в комнате, чтобы раны быстрее затягивались. Весь оставшийся день девушка лишь просматривала свои вещи и раскладывала их так, как ей удобней. Потом она сходила на ужин, где продолжала удивляться теплой атмосфере в семье Мадригаль. После ужина она осталась и помогла убрать со стола. После этого она взяла, любезно предложенную Изабелой, чашку цветочного чая и снова зашла в столовую. Там она села на стул и посмотрела на стол, где лежал плюшевый гепард. За ужином она пыталась вернуть его Антонио, но тот отказался, сказав, что девушке он нужнее. Сейчас смотря на него на глаза девушки навернулись слезы. Она свободна.... Она правда свободна. Она может гулять где хочет, может не читать множество скучных книг по философии, а читать любимые романы. А главное, она может быть собой! Может шутить и баловаться, не скрывать настоящие эмоции. Она может быть любимой. Быть любимой... Алисия никогда не думала, что сможет узнать какого это. Она думала, что это одиночество в душе никуда не денется, что оно всегда будет там.       Сейчас девушка могла наконец-то выпустить эмоции и боль, которые скрывала всю свою жизнь. Слезы текли все быстрее и больше. Глаза начинали чесаться. Но ей было все равно. Вспоминая, тот ужас, что было у нее дома, сейчас она чувствовала облегчение.