10х2

      — Кто это был? — сквозь зубы спросил Салим младшего брата.       Зейн теребил зубами разбитую губу и молчал. Рядом стоял его друг и одноклассник Тарик, ему всего пару раз приходилось видеть Салима действительно сердитым, и каждый раз это случалось, если обижали его младшего брата. Тарик задумался о дежавю, но тут же закрался испуг, когда Салим перевел взгляд на него. Темные глаза смотрели прямо на Тарика, и пусть он знал, что ему не достанется, но все равно стушевался.       — Парень в кепке, — только и выпалил Тарик, после чего уже заметил, что Зейн смотрел на него усталыми глазами.       Зейн никогда не жалуется , и Тарик уважает это. Боится ли он за своего брата, который пойдет «прояснять» ситуацию, или за тех, до кого Салим доберется, Тарик раньше не задумывался. И вообще, Зейну уже пятнадцать, он взрослый и жаловаться старшему брату стыдно, Тарику было бы стыдно.       Пока Салим доставал аптечку, Тарик пожал плечами, говоря этим: «А что я должен был сказать?». Зейн сжал губы, совсем как старший брат, и опустил голову, потому что знал, Тарику действительно было предоставлено не так много вариантов.       — Я сам, — пробубнил Зейн и потянул руку за аптечкой.       Салим молча передал ему небольшой контейнер с медикаментами. Пока Зейн обрабатывал разбитую губу, в комнате стояла тишина. Тарик видел Салима в образе вулкана, в жерлах которого закипает лава, и точно не повезет тому, кто послужит причиной извержения.

***

      — Зачем на этот раз ввязался в драку? — спросил Ной, смотря на лицо, как две капли воды похожее на его, только с ссадиной на левой скуле.       Джейсон зашипел, когда спиртовая салфетка коснулась раны.       — Придурок спиздил мою кепку!       — Кепку? — с усмешкой спросил Ной.       — Любимую кепку!       — Вернул?       — Еще бы! — улыбнулся Джейсон и снова зашипел. — Я достал его на остановке. Придурок прикапался к каким-то школьникам, даже ударил одного, урод!       — Давно ли сам ты не школьник? — Ной прилепил пластырь на ссадину. — Рядом что, больше не было никого?       Джейсон покачал головой.        — А Ник и Эрик?       Джейсон ответил не сразу:       — Остались в библиотеке       — А ты почему с ними не остался?       — А мне не надо! Все! Достал! Спасибо! — Джейсон встал и подошел к зеркалу. — Убью мудака.       Ной наблюдал как Джейсон разглядывает синяк на скуле.       — И тебя исключат.       — Если он будет мертв, никто не узнает.       Ной скрестил руки на груди:       — Я не буду таскать тебе передачки в тюрягу.       Джейсон засмеялся:       — Да куда ты денешься!

***

      На следующий день Джейсон так и заявился на пары, с синяком и с пластырем на лице. На расспросы одногруппников отмахивался, не первый раз получил по лицу, да и его оппоненту пришлось куда хуже. А если попадется еще раз, Джейсон повторит, в профилактических целях. Весь день он высматривал в коридорах наглую морду Дара Басри, но тот, либо прятался, либо вообще не явился.       «Ссыкло», — думал Джейсон.       Хотя это было к лучшему, устраивать драку в колледже — плохая идея. Шутить с Ноем про исключение это совсем не то же самое, что быть действительно вытуренным из заведения, единственного, в которое удалось поступить. У Джейсона, в отличие от Ноя, не было вариантов на выбор, куда он мог пойти после школы. Так что, он не собирался еще и из колледжа вылететь из-за придурка, который ворует чужие кепки.       Размышляя об этом, Джейсон пришел к мысли, что неплохо бы заняться проектом, к которому готовились Ник и Эрик в библиотеке после занятий. Завтра он обязательно присоединится к ним, а сегодня попробует что-нибудь сделать дома, не совсем же он безнадежен в учебе. Не может быть такого, что только одному из близнецов достаются все умственные способности!       Джейсон, как и вчера, возвращался домой той же дорогой один. В закоулке послышался грохот и чей-то голос, в котором звучала агрессия. «Басри! Это точно он!» Если он опять донимает школьников, будет подходящая причина оставить на его морде еще пару синяков. Джейсон побежал в закоулок.       — Басри, урод!       Дар отпустил ворот парня, которого прижал к стене, посмотрел на Джейсона.       — Чего тебе, Колчек? Еще по морде захотел?       Джейсон вместо того, чтобы ответить, с разбега влетел плечом в грудь обидчика. Дар был крупнее Джейсона, но против такого приёма он не устоял. Пролетев несколько метров, он осел на землю, врезавшись в большой мусорный бак.       Джейсон, вращая плечом ухмылялся:       — Ну, готовься, скоро тебе могут понадобиться новые почки, мудила.       Угроза или предупреждение, возымело эффект, лицо Дара сменило несколько оттенков серого, прежде чем он пустился наутек в противоположную от Джейсона сторону.       — Я тебя достану, Колчек! — кричал он, убегая.       — Смотри, как бы я тебя раньше не достал! — Джейсон сплюнул на асфальт. — Ссыкло!       Затем подошел к парню, которого ранее к стене приложил Дар, положил ему руку на плечо.       — Эй, ты как?

***

      Салим волновался, несмотря на то, что Зейн попросил на этот раз не вмешиваться. На улице пасмурно, он просто встретит младшего на остановке с зонтом, брат некогда не берет его с собой. Тарик приглядывал сегодня за бабушкой, поэтому Зейн должен быть один. На остановке Зейна не оказалось. Салим позвонил, но ответа не было. Озираясь по сторонам, в поисках брата, Салим услышал крик и решил немедленно проверить. В закоулке у бетонной стены стоял Зейн и поправлял ворот рубахи. Рядом с ним стоял парень в кепке, немногим выше самого Зейна и держал его за плечо.       «Парень в кепке», — тут же вспомнились слова Тарика и Салим в то же мгновение оказался рядом, схватил парня, ударил кулаком в лицо и толкнул к стене, прижимая его шею зонтом. Парень вцепился в зонт обеими руками, пытался что-то сказать, но из-за давления на горло выходили только хрипы. Он смотрел круглыми глазами, пытаясь вдохнуть. В голове пронеслась мысль, что может, Салим ошибся.       Зейн вцепился в руку Салима, сжимающую зонт:       — Салим, нет-нет! Это не он! Салим, я же просил тебя! Отпусти его, он помог мне!       Салим ослабил хватку. Парень тут же вырвался и толкнул Салима в грудь, хватаясь за шею.       — Блядь, совсем охренел? Псих! — больше хрипел, нежели говорил, он.       — Он помог мне, — еще раз повторил Зейн.       Салим переводил взгляд с испуганного брата на сгорбившегося незнакомца, и понял, что действительно ошибся.       — Прости, — Салим виновато опустил руки. — Я думал это ты его вчера…       — Думал он. Хуево думал! — парень зашипел, когда коснулся лица и на пальцах осталась кровь. — Блядь, ты кто вообще?       — Мой брат, — тихо отозвался Зейн.       — Отлично, пусть научит так же на людей кидаться, чокнутый.       — Я извинился, — сказал Салим. Нужно сказать что-то другое, но после того, как злость улеглась, моментально уступив место потерянному раскаянию, Салим не мог найти слов, которые могли бы исправить каким-либо образом ситуацию, а лучше, совсем ее отменить.       — Извинениями морду не залечишь, — парень снова прикоснулся к лицу. — Второй раз в то же место!       — Дай посмотрю, — Салим подошел ближе, чтобы осмотреть рану. Приблизился настолько, что почувствовал запах металла, стирального порошка и мятных конфет.       — Этим тоже не залечишь, — продолжал возмущаться парень, но не отстранился.       — Не ной.       — Иди на хуй!       — Нужно что-нибудь приложить, лёд.       Парень усмехнулся:       — Спасибо, в курсе, — посмотрел на Зейна. — Если будет еще приставать, скажи, что Джейсон его поганые руки в его поганую жопу запихает. Ну или вон, брата натрави, бешеного. А я пошёл.       Когда редкие капли оставляли следы на асфальте, одежде и коже, Салим оглянулся в след уходящему Джейсону, видимо, так его и зовут, и вспомнил что так и не поблагодарил его за помощь Зейну.       — Салим, — Зейн потянул его за рукав, — Пойдем уже домой.

***

      «Почему занятия в универе заканчиваются раньше, чем в моей шараге? Это они должны дофига учиться!» — думал Джейсон, подмечая, что Ной уже дома.       Они поступили в один город, что дало им возможность вместе снять квартиру. Джейсон старался игнорировать мысли о том, что решающим фактором при выборе университета для Ноя было именно то, куда его непутевому брату удалось поступить. Если это действительно было так, а Джейсон не сомневался в этом, он это ценил.       Ной сидел на кухне, пил чай и читал. Джейсон вошел, стараясь прикрыть левую сторону лица козырьком кепки. Однако Ной знал своего брата лучше, чем тому бы хотелось.       — Ты издеваешься?!       — Вот же глазастый — пробубнил Джейсон.       Ной подошел к брату, снял с него кепку.       — Ты там об стены долбишься? — Ной рассматривал красную опухшую скулу с засохшей кровью.       Джейсон отвернулся, скидывая мокрую куртку.       — На меня напал бешеный араб.       — Кто? Собака, что ли?       Джейсон рассмеялся, но тут же скорчился от боли, и прислонил руку к лицу.       — Придурок! Не трогай грязными руками! — Ной пошел в ванну и вернулся с пачкой салфеток и пакетом льда. — Садись, боец недоделанный.       Джейсон сжал губы, но на стул опустился.       — Все доделанный.       — Ага, вон как доделали.

***

      Часто Салиму, даже будучи ребенком, приходилось сталкиваться с тем, что его судят за имя, за национальность, за действия других людей, которых он даже не знает, но которые волею судьбы делят с ним одну историю. Но гораздо острей он воспринимал, если это касалось его младшего брата.       Зейн рассказал подробности произошедшего за последние два дня, после чего окончательно убедил брата, что парень, который заступился за него дважды, точно не заслужил того, чтобы его побили в переулке. Салим обязательно должен что-то сделать, правда, что именно, в голову ему не приходило. Деньги? Как-то двусмысленно. Сладости? Еще более двусмысленно. Как минимум, ему стоит найти этого Джейсона, извинится по-человечески и, может, он сам подскажет Салиму, чем ему загладить свою вину. Он хотел искренне отблагодарить человека, который защитил его брата, и для которого национальность ребенка в беде была не важна.       Он думал об этом парне весь оставшийся вечер, всю ночь и весь следующий день. Раскаяние, стыд, чувство признательности и, бог знает что еще, смешались в невообразимый эмоциональный коктейль, который на кого-то нужно было выплеснуть, и это по логике вещей, должен быть именно человек, который и являлся причиной таких терзаний Салима.       В универе он старался сосредоточиться, но мысли каждый раз возвращались в переулок к парню, прижатому зонтом к холодной стене и его шокированному лицу. Салим прокручивал в голове десятки вариантов, как именно он мог поступить и что сказать, но это не приносило ни капли облегчения, а скорее всего, увеличивало его переживания, но остановиться он не мог.       «Я схожу с ума?», — спросил он у самого себя, когда увидел в столовой компанию первокурсников и среди них Джейсона. Только на его лице нет и следа их потасовки.       Он смеется и ловко крутит пальцами карандаш. Салим всматривался в парня, надеясь убедить себя, что обознался и просто слишком часто вспоминал это лицо. Но нет, это точно был он, без кепки, синяка и кровоподтека на лице. Салим точно сходит с ума и его внутренний эмоциональный коктейль вот-вот достигнет края.       Пока Салим собирался с мыслями, парень отошел от компании, чтобы ответить на звонок. Судя по всему, Салим слишком пристально наблюдал, потому что закончив разговор, парень подошел к нему.       — Я могу вам чем-то помочь?       Салим замер, всматриваясь в черты лица, одновременно знакомые и, с тем же, впервые увиденные.       — Ты? Нет, — в голове штиль, — Я тут учусь, четвертый курс…       — А, — тут снова зазвонил его телефон. — Должен ответить.       Он поднес телефон к уху:       — Да. Иди уже. Нет, я в универе. Да, подойду сейчас.       Парень уже отходил от Салима в сторону выхода, как послышалось:       — Черт, Джейсон, сам же забыл ключи! Иду уже!       Это «Джейсон» снова подняло бурю в голове, и Салим, не сильно отдавая себе отчета, что именно делает, последовал за парнем с телефоном. Зная наперед, что незнакомый человек, благородный образ которого он построил в своей голове за последние сутки, может парой неосторожных слов ранить гораздо сильней, чем можно предположить, он бы, возможно, вернулся в аудиторию.

***

      Ной нашёл Джейсона недалеко от парковки.       — Кто вообще забывает ключи от квартиры в квартире?       — Да-да, знаю, давай. — Джейсон потряс перед собой рукой. Ной достал связку ключей и замер.       — Слушай, ты говорил вчера про араба, а за мной как будто следит один, четвертый курс, сказал. Как думаешь, он?       Джейсон нахмурился:       — Может и не он, конечно. Хуй проссышь этих, блядь, бешеных террористов. Нападают и не предупреждают. Мало ли что, подожду тебя. Ты же скоро отстреляешься?       Ной кивнул. Он вздрогнул, когда рядом прозвучал тихий низкий голос:       — Я просто хотел поблагодарить тебя, — позади стоял «бешеный террорист» и судя по интонации его голоса и выражению лица, он слышал, о чем говорили братья. — Уж прости, не догадался, что могу встретить твоего близнеца. В общем, спасибо, что помог моему брату.       Салим развернулся и пошёл в сторону университета.       — Блядь! — выругался Джейсон, закатывая глаза. — Вечно у меня все через жопу. Погоди! Стой!       Он поспешил вслед за удаляющейся понурой фигурой. Ной не успел даже что-либо осознать, как брата и след простыл.

***

      «Вот я дебил. Почему, если что-то и вылетает изо рта, то обязательно какая-то херня?!»       Джейсон догнал Салима, остановил, схватив за предплечье.       — Погоди! Салим!       Джейсон растерялся, встретив такой холодный и разочарованный взгляд. Лицо Салима было непроницаемым, нельзя было точно сказать расстроен он или зол, брови насуплены, губы плотно сжаты.       — Чего тебе? — голос тихий и низкий.       — Я не имел в виду, не хотел. Это не то…       Салим молчал, давая этим Джейсону собраться с мыслями.       — То, что я сказал. Не имел в виду. Я не думаю, что ты террорист или типа того. Короче, прости. Последнее, что я ожидал, это тебя в кустиках, блядь.       — Виноват остался я?       — Нет! Блядь! Можем мы поговорить, что ли?       Салим пожал плечами:       — У меня пары.       Джейсон такого не предвидел. «Конечно же, у него пары, а если бы и не было, он бы их придумал, чтобы отвязаться».       Видимо, что-то в выражении лица Джейсона заставило Салима немного смягчиться, потому что уже более спокойным голосом он сказал:       — Мое отсутствие вряд ли заметят. Давай поговорим.       Джейсон, довольный, кивнул.       Студенты возвращались с перерыва. Ной, озираясь по сторонам, тоже шел в сторону главного здания. Заметив удаляющегося брата в компании все того же незнакомого и подозрительного араба, он достал телефон и написал сообщение, которое Джейсон сразу же прочитал: «Все нормально?» «Да». «Чуть что, звони, кричи, беги». «Нормально все. Иди уже».

***

      Рядом с университетом был небольшой парк, с искусственными мелкими прудиками, не вымощенными тропинками и отцветающими осенними цветами. Осень чувствовалась в едком холодном ветре, остывшей темной воде и затянутом облачном небе. Пограничное состояние природы, когда еще не осень, но уже и не лето. Салим захотел покурить, поэтому они нашли подходящее для этого место, и в ход пошла первая сигарета.       — Эти штуки тебя убьют, — Джейсон стоял напротив, повернувшись к ветру так, чтобы на него не шёл сигаретный дым.       Салим молчал, при этом не сводил темных глаз с лица Джейсона. Густые брови и едва заметные веснушки мелькали из-под козырька подтрепанной кепки, в те моменты, когда он не пытался скрыть свое лицо.       — Извини, за то, что сказал. Я дебил.       — Это ты извини за то, что набросился на тебя вчера.       Салиму показалось, что кончики ушей Джейсона немного порозовели. Он решил, что это от холода, но сердце почему-то предательски быстрей забилось. Затянувшись всего пару раз, он потушил и выбросил почти половину сигареты.       — Я хотел бы как-то отблагодарить тебя, — наконец-то выдавил из себя Салим.       — Не за что благодарить.       — Есть. Тогда как-то загладить вину за это, — Салим машинально потянулся в сторону раненой скулы парня, касаясь его лица.       Теперь в контрасте с кепкой было хорошо видно, что уши покраснели сильнее, и точно уже не от холода. Салим отвел взгляд и спокойно убрал руку за спину.       — Будем считать, что квиты. Меня Джейсон зовут, а брата — Ной, — прозвучало неловко и поспешно.       — Салим. Салим Осман, а брат — Зейн.       — Да, я слышал тогда.       У Салима снова перед глазами возникло лицо задыхающегося Джейсона.       — Прости, — хриплым голосом повторил он в очередной раз. — Ты помог брату, защитил его…       Джейсон слегка толкнул его сжатой в кулак рукой.       — Я бы сделал даже хуже на твоем месте, если бы с Ноем такое же стряслось или подобное.       Облегчения Салиму слова Джейсона не принесли. Что нужно сделать, чтобы стало легче? Почему то, что Джейсон его прощает и понимает, не унимает тревоги?       — А ты занимаешься чем-то?       — Что? — Салим, блуждая в мыслях о своих эмоциях, подумал, что пропустил часть разговора.       — Ну, борьбой там или чем-то таким.       — В школе занимался тхэквондо.       — Покажи.       — Что?       — Как выбраться, если меня вот так кто-то придавит. Я думал тогда, что ты меня задушишь, — Джейсон коснулся горла. — И полезно будет знать, как выбраться из такого захвата.       Салим оторопел:       — Нет.       — Что? Почему?       — Не буду.       — Эй! Считай, что так ты загладишь вину.       — Ты сказал — мы квиты.       Джейсон сдвинул брови и уставился на Салима:       — Покажи.       — Нет.       — Почему? — ответа не последовало. — Что? Не знаешь, почему не хочешь?       — Не хочу тебя снова душить, — процедил Салим.       Джейсон открыл было рот, но, немного помедлив, спросил:       — Даже если я прошу?       Салим развел руками:       — Я же не тренер.       — Блин, — опустил голову Джейсон. — Я на самом деле хотел тебя найти, чтобы ты мне показал. «Хотел тебя найти», — звенело в голове Салима. Да что же с ним такое?!

***

      Напоследок они решили обменяться контактами, на всякий случай, который, по мнению Джейсона, не настанет никогда, и его это немного расстраивало.       — Того придурка зовут Дар Басри, он со мной в одной учаге. На курс или два, хуй его знает, старше. Мудила, постоянно задирает первокурсников и школьников. Его папашка какой-то дохуя важный спонсор колледжа, где его ненаглядное отродие учится. И все ссут варежки разевать. Я только поступил, а он уже спиздить кепку захотел. Понравилась, видите ли ему, а по почкам получать ему тоже, кажись, нравится. Буду рад еще пару раз ему популярно разъяснить, что нехуй трогать чужие кепки и мелких. Чего лыбишься? Я серьезно! Спроси Зейна, как он улетел, когда я со всей дури херакнул этот мусор прямо на его положенное место.       Салим рассмеялся:       — Забавный ты, такой маленький, а столько злобы, где ты ее хранишь?       Джейсон нахмурился, но тут же улыбнулся и хлопнул Салима по спине.       — Кто бы говорил, — достал зазвонивший телефон. — Уже брат строчит-звонит, пора домой двигать. До встречи!       — До встречи.       Джейсон уловил, а может быть, сам себе придумал горечь в голосе Салима, но в этот момент решил, что под любым предлогом позовет его в гости или поесть пиццы куда-нибудь, где она такая вкусная, что сводит скулы.