Новый учитель

      Смерть должна была стать тихим, логичным финалом. Последней главой в книге жизни, полной потерь, которую Евгений Острицкий уже давно перестал перелистывать. Он принял её — внезапную, оглушительную, пришедшую в виде обломков и огня на улице родного города. Он был к этому готов.       Готов он не был к тому, что случится после.       Сознание вернулось к нему не сразу. Сначала это была лишь боль. Глубокая, выворачивающая наизнанку, разливающаяся по нервам жидким свинцом. Он не чувствовал тела, только боль и холодную, безжизненную поверхность под спиной. Металл.       С величайшим усилием он заставил себя открыть глаза. Взгляд затуманен, картинка плывёт. Белый потолок. Стерильный, безликий. Он медленно, с хрустом, будто шестерёнки в его суставах заржавели, повернул голову. Голое, пустое помещение без окон и дверей, уходящее в бесконечную белизну. Он лежал в его центре. «Где я? Что это?» — пронеслось в голове привычным, человеческим страхом. Но следом, из каких-то глубин, до которых он уже и сам не надеялся докопаться, поднялось другое чувство — холодная, отстранённая аналитика. Он был мёртв. Это факт. Значит, это — после. Но какое «после» ждало именно его?       Попытка подняться обернулась новой волной тошноты и мышечной слабости. Его тело — нет, не его тело. Чужое. Более лёгкое, молодое, но незнакомое и разбитое. Он с трудом поднял руку перед лицом. Длинные пальцы, бледная кожа. Но не это заставило его застыть.       По внутренней стороне запястья, из свежей, неглубокой царапины, сочилась жидкость. Густая, медленная, отливающая неестественным кобальто-синим оттенком.       Кровь. Но не человеческая.       В тот миг пространство перед ним вздыбилось, и в воздухе вспыхнули голограммы — чёткие, геометричные, испещрённые строками данных на неизвестном ему языке. И всё же… он понимал. Знаки складывались в слова, слова — в сообщение.

[Загрузка данных тела завершена. Синхронизация: 100%.]

[Слияние ментальных шаблонов: УСПЕХ.]

[Добро пожаловать в Систему v.2.16.02.]

      Евгений — нет, та личность уже была лишь воспоминанием — замер, наблюдая. Его разум, острый и восприимчивый даже после жизни, полной разочарований, впитывал информацию. Это был интерфейс. Напоминавший кибертронские технологии, но на каком-то ином, более высоком уровне.

[Обнаружены неиспользованные пакеты «Начального мира».]

[Обнаружен модификатор «Идеальная память» (x10).]

[Списание стоимости... Остаток на счету: 213 ед.]

[Идёт перенастройка памяти... УСПЕШНО.]

[Подготовка к телепортации в целевую реальность...]

      Голограммы замигали, заливая всё пространство вокруг алым, пронзительным светом. Он попытался протестовать, потребовать ответов, но его голос утонул в нарастающем гуле. Последнее, что он успел осознать — это имя, всплывшее в его новом, переписанном сознании, как основной файл профиля.       Эльмонс. Эльмонс Уилсс Дин.       Свет поглотил его. И боль, наконец, отступила, сменившись ощущением свободного падения в никуда.

***

      Он очнулся от резкого, знакомого запаха пыли и остывающего металла. Лёжа на спине, он уставился в потолок — на этот раз обычный, шероховатый, с потёками старой краски. Под спиной — холодный линолеум.       Он лежал несколько минут, просто дыша. Привыкая. Боль ушла, сменившись лёгкостью и странной, непривычной силой в мышцах. Он поднял руку — ту самую. Царапина затянулась, не оставив и следа. Но память о синей крови была яркой и отчётливой.       Он поднялся. Движение было резким, точным, будто его новое тело не знало человеческой инерции. Он осмотрелся. Пустая комната. Голые стены. Ничего, кроме него. Тишина.       Он подошёл к единственному окну, затянутому пыльной плёнкой. Раздвинул её пальцами. За окном был аккуратный пригородный улица, одноэтажные домики, зелёные лужайки. Мирный, сонный американский пейзаж. Такой чужой. Такой далёкий от дымных улиц его прошлого. «Невада. Транквилити. Согласно карте локации», — пронеслось в голове само собой, как будто он всегда это знал.       Его взгляд упал на его отражение в стекле. Молодое лицо. Резкие, четкие черты. Слишком бледная кожа. И глаза… Холодные, очень светлые, почти безжизненные голубые глаза, в которых притаилась тысячелетняя усталость. В них не было ни капли того простого учителя Евгения, чью жизнь он закончил.       Он был мёртв. Он жив. Он — кто-то другой.       Внезапно в голове, беззвучно, возникло окно Системы.

[Задание получено: «Обжиться в новом доме».]

[Цель 1: Осмотреть владение.]

[Цель 2: Установить базовый быт.]

      Эльмонс, а это было его имя теперь, медленно выдохнул. По углам его губ дрогнуло нечто, отдалённо напоминающее усмешку. Он ненавидел, когда им управляли. Ненавидел квесты, задания и чужие правила. Он прошёл через это однажды, и этого хватило на вечность.       Но что оставалось? Протестовать против реальности, которая подарила ему вторую жизнь на таких странных условиях?       Он отступил от окна. Его взгляд скользнул по пустой комнате, оценивающе, расчётливо. Технически, это был его дом. Его новая отправная точка. «Ладно, — мысленно сказал он сам себе, а заодно и той невидимой Системе, что наблюдала за ним. — Посмотрим, что ты приготовила. Но помни… я плохой ученик.»       Он сделал первый шаг по своему новому дому. Неуверенный шаг человека и твёрдый шаг солдата, который уже чувствовал — покой был лишь иллюзией. Приключение только начиналось.

***

      Эльмонс медленно обошёл периметр дома, его шаги глухо отдавались в пустых комнатах. Восприятие работало на пределе, считывая малейшие детали: пыль на подоконнике, слабый скрип половиц под ногами, застоявшийся воздух, пахнущий одиночеством и забвением. Это было не жилище, а скорлупа, оболочка, приготовленная для кого-то, кто должен был её заполнить. Для него.       Он остановился в центре гостиной. Солнечный луч, пробивавшийся сквозь пыльное стекло, выхватывал из полумрака летящие частички пыли. Он поднял руку, ловя луч. Кожа казалась почти фарфоровой, неестественно гладкой. Он сжал пальцы, ощутив под ними незнакомую мышечную силу. Тело было идеальной машиной, готовой к работе. Но душа, его древняя искра, отзывалась на это глухим, привычным эхом усталости. «Осмотреть владение. Установить базовый быт», — с лёгкой иронией повторил он про себя условия квеста. Система говорила с ним на языке, который он давно ненавидел — языке долга, миссий и отчетности.       Его взгляд упал на небольшой потёртый чемодан, скромно притулившийся в углу у входной двери. Единственная материальная связь с тем, что ему предоставили. Он щёлкнул замками — звук показался невыносимо громким в тишине. Внутри лежало немного одежды — простой, безликой, — паспорт на имя «Эльмонс Уилсс Дин», скромная пачка денег и… странное, угловатое устройство, напоминавшее не то смартфон, не то сканер. Оно молчаливо вспыхивало тусклым синим светом, откликаясь на его прикосновение. «Комлинк. Примитивная модель», — мелькнула мысль, пришедшая из глубин новых, навязанных воспоминаний. Он сунул устройство в карман брюк. Это могло пригодиться.       Деньги он пересчитал быстро, привычным движением пальцев. Не богатство, но на первое время хватит. На еду. На самое необходимое. Мысль о еде вызвала странный отклик в организме — не голод, а скорее холодный расчётливый интерес. «Нужно заправить систему. Поддержать мимикрию».       Он уже составлял в голове список, когда его слух, невероятно острый, уловил лёгкий скрип за дверью. Шаги. Приглушённое дыхание. Кто-то замер на пороге его нового дома, явно колеблясь.       Эльмонс застыл, превратившись в статую. Все его существо, все тысячелетние инстинкты мгновенно перешли в режим оценки угрозы. Он бесшумно отступил в тень, сливаясь с полумраком комнаты, его глаза без моргания уставились на щель под дверью.       Раздался неуверенный стук. Слабый, почти вежливый.       Он не ответил. Не двинулся. Просто ждал, анализируя. Вес приблизительно 55-60 килограмм. Рост средний. Нервное сердцебиение. Угрозы не представляет. — Э… э-это соседи! — донёсся из-за двери молодой, сдавленный голос, сорвавшийся на фальцет. — Мистер Дин? Мы видели, что вы заехали… Мама передала вам пирог. Добро пожаловать.       Пирог.       Эльмонс медленно выдохнул, отпуская напряжение в мышцах. Не нападение. Не слежка. Протокол социального взаимодействия. Самый сложный квест из всех возможных.       Он сделал шаг вперёд, его лицо за долю секунды настроилось на нейтрально-вежливое выражение, и открыл дверь.       На пороге стоял тот самый паренёк, чей голос он слышал. Лет шестнадцати, взъерошенные волосы, глаза, широко раскрытые от смущения и любопытства. Он замер, застыв с противнем в руках, на котором красовался румяный яблочный пирог. Пахло корицей и домашним уютом — понятиями, бесконечно далёкими от Эльмонса. — Я… Сэм. Сэм Уитвики, — пробормотал парень, протягивая противень, словно разряжающее оружие. — Мы через дорогу живём.       Эльмонс молча принял дар. Его пальцы едва заметно дрогнули, столкнувшись с живым теплом еды и теплом рук другого человека. — Эльмонс Дин, — он произнёс своё новое имя впервые вслух, и оно прозвучало чуждо и неестественно. — Благодарю. И вашу мать.       Он сделал лёд в голосе чуть меньше, добавив подобие благодарности. Казалось, это сработало. Сэм расплылся в робкой улыбке. — Не за что! Если что, мы всегда рады помочь. Тут всё тихо, спокойно… вообще ничего интересного не происходит. «Вот уж зря ты это сказал», — промелькнуло в голове у Эльмонса. Он лишь кивнул, уже чувствуя, как маска вежливости начинает давить на лицевые мышцы. — Я ценю это. Как раз собирался освоиться.       Они постояли в лёгком, неловком молчании. — Ну ладно… не буду мешать! — наконец выдохнул Сэм и, помахав рукой, буквально побежал прочь, обратно через дорогу, к своему безопасному, нормальному дому.       Эльмонс закрыл дверь. Он стоял в полумраке своего пустого жилища, держа в руках тёплый пирог. Абсурдный символ гостеприимства в его новом, абсурдном существовании.       Он отнёс противень на кухонную столешницу — единственное, что здесь хоть как-то можно было так назвать. В голове с лёгким щелчком возникло новое сообщение.

[Цель 1: «Осмотреть владение» — ВЫПОЛНЕНО.]

[Цель 2: «Установить базовый быт» — ВЫПОЛНЕНО.]

[Награда: 1000 очков, +10 опыта, +12 ко всем характеристикам.]

[Уровень повышен!]

[Открыта вкладка «Меню».]

      Он проигнорировал всплывающие голограммы. Его взгляд упал на пирог. На идеальную, золотистую корочку. Он медленно провёл пальцем по её поверхности, ощущая тепло.       Впервые за этот долгий, бесконечный день он почувствовал не боль, не страх, не холодную ярость. Он почувствовал нечто гораздо более странное и неуместное.       Он почувствовал щемящую, пронзительную тоску по чему-то, что он потерял так давно, что даже забыл, как это называется.       Эльмонс отломил небольшой кусок пирога. Текстура была рассыпчатой, вкус — приторно-сладким, с кислинкой яблок и тёплым послевкусием корицы. Совершенно бесполезный с точки зрения питательности продукт. Пустые углеводы. И всё же его организм, эта безупречная машина, отозвался на него приятным ощущением, словно подтверждая: мимикрия работает идеально. Он может есть. Может переваривать. Может получать от этого примитивного процесса удовольствие.       Он доел кусок, стряхнул крошки с пальцев и отодвинул противень. Сентиментальности — вот чего ему стоило опасаться. Они были слабостью, трещиной в броне. А броня была единственным, что у него осталось.       Он снова достал комлинк. Устройство ожило, проецируя в воздух тусклое голубое меню. Язык интерфейса был ему интуитивно понятен — смесь кибертронских символов и земных терминов. «Карты», «Сообщения», «Настройки», «Система». Он ткнул в последний пункт.       Перед ним развернулся его собственный статус.

Имя: Эльмонс Уилсс Дин.

Уровень: 2.

Раса: [ДАННЫЕ ЗАБЛОКИРОВАНЫ. ТРЕБУЕТСЯ 20 УРОВЕНЬ].

Класс: Техник/Медик (20 ворн опыта).

Характеристики:

— Сила: 12 (+12)

— Ловкость: 12 (+12)

— Выносливость: 12 (+12)

— Интеллект: 15

— Мудрость: 18

— Харизма: 10

Навыки: Кибертронская инженерия (МАКС), Теоретическая физика (МАКС), Медицина (МАКС), Лингвистика (МАКС), Маскировка (68%)...

Очки: 1213.

      Он бегло просмотрел список. «Бонусы к характеристикам» — видимо, та самая награда за «обустройство». Жалкая прибавка к и без того скромным, по его меркам, показателям. Но слово «Маскировка» заставило его усмехнуться. Очень точное определение того, чем он занимался последние сто лет.       Он переключился на вкладку «Карты». Карта города Транквилити была загружена по умолчанию. Маленькая точка отмечала его текущее положение. Неподалёку мигал другой маркер — «Продуктовый магазин». Ещё один квест, подсказанный Системой.       Он выключил комлинк. Тишина снова сгустилась вокруг, давящая и абсолютная. Он ненавидел тишину. Она всегда была предвестником бури.       Его слух, обострённый до неестественного уровня, уловил лай собаки в трёх кварталах отсюда, скрип шин проезжающей по шоссе машины, ссору соседей через улицу. И ещё кое-что. Едва уловимое. Не звук, а скорее… вибрация. Низкочастотный гул, исходящий из-под земли. Знакомый. Тревожный.       Он замер, вслушиваясь. Это был не природный фон. Это был звук работы мощного генератора, системы охлаждения… или чего-то гораздо более сложного. Звук, который не должен был раздаваться в тихом провинциальном городке. «Сектор 7? Уже?» — пронеслось в голове молнией. Но нет, это было невозможно. Они не могли выйти на него так быстро. Если бы они знали, он уже был бы в клетке.       Значит, что-то ещё. Что-то, что уже было здесь до него.       Он подошёл к окну и раздвинул занавеску ровно настолько, чтобы наблюдать. Улица была пустынна. Вечерние тени удлиненны, окрашивая мир в синие и фиолетовые тона. В доме напротив зажгли свет — та самая семья Уитвики. Идиллическая картинка.       Но его не обманешь. Он видел каркас этого мира. Тонкую плёнку нормальности, натянутую над бездной. И он чувствовал, как где-то совсем рядом эта плёнка прорывается.       Внезапно комлинк в его кармане издал тихий, но пронзительный звук. Не звонок, а короткий импульс — сигнал тревоги. Он моментально выхватил его.       На экране без всякого запроса всплыла карта. Его собственная точка мигала зелёным. В нескольких милях к востоку от города, на окраине, мигнула и погасла ещё одна метка. Ярко-красная. И помечена она была не цифрами и не названием.       Пометка была выполнена на чистом кибертронском. «Потерянный. Травма. Официальный канал: МОЛЧАНИЕ.»       Сообщение исчезло так же быстро, как и появилось. Комлинк снова стал просто куском пластика и металла.       Эльмонс стоял неподвижно, глядя в пустой экран. В его груди что-то ёкнуло — древний, давно забытый инстинкт. Инстинкт техника. Инстинкт того, кто слышит беззвучный крик о помощи от своего рода.       Это была ловушка. Это должно было быть ловушкой. Либо Сектора-7, либо… кого-то ещё. Разумное, единственно верное решение было — игнорировать. Стереть это из памяти. Сидеть тихо и ждать.       Но его ноги уже двигались сами. Он натянул тёмный худи, найденный в чемодане, накинул капюшон на голову, скрывая лицо. Он не взял ничего, кроме комлинка и денег. Он не был солдатом. Он был медиком. Но даже медик знает, что иногда единственный способ выжить — это нанести удар первым.       Перед тем как выйти в наступающие сумерки, он бросил последний взгляд на тёплый, пахнущий яблоками пирог, оставшийся на столешнице.       Символ жизни, которую ему предложили, и которую он уже собирался добровольно отринуть.       Он вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь. Охотник, вышедший на охоту. Или добыча, по собственной воле идущая в капкан.

[Новый квест получен: «Невысказанное обязательство».]

[Цель: Следовать по координатам.]

[Награда: ?]

[Предупреждение: Выход за пределы рекомендованной зоны. Высокий риск.]

***

      Ночь встретила его прохладным, колючим дыханием пустыни. Воздух был чистым и звенящим, словно стекло, а небо — чёрным бархатом, усыпанным бесстрастными бриллиантами звёзд. Эльмонс шёл, не скрываясь, но его шаги были бесшумны, а силуэт растворялся в сгущающихся сумерках. Он был тенью, движущейся против закона перспективы — слишком быстрой, слишком плавной, слишком нечеловечной.       Комлинк в его руке пылал тусклым синим светом, проецируя на дисплей сетчатки карту. Алая метка пульсировала, указывая направление. Куда-то к заброшенным промышленным складам на выезде из города. Классика. «Идиот», — мысленно процедил он, обращаясь к тому, кто послал сигнал, или к самому себе, за то, что пошёл на этот клич. — «Полный идиот. Выставлять свой энергетический след на таком расстоянии. Так и проситься на хирургический стол к людям или в энергонные камеры к десептиконам».       Но под холодной волны критики шевелилось нечто иное. Любопытство старого техника. Тревога. И тот самый долг, который он давно похоронил, но который теперь поднимался из-под толщи веков, как неубиваемый вирус.       Он свернул с асфальтированной дороги, углубившись в чахлые заросли пустынных кустарников. Гул, который он слышал дома, здесь был ощутим почти физически — низкочастотная вибрация, от которой слегка дребезжали зубы. Это не было похоже на работу земного оборудования. Это был знакомый, тоскливый стон перегруженного кибертронского движка. Или… стонал кто-то.       Эльмонс замедлил шаг, его сенсоры, встроенные в новое тело, сканировали местность. Тепловые сигнатуры — никого. Магнитные аномалии — мощные, хаотичные, исходящие из-за стен самого дальнего склада. И запах. Сладковатый, едкий запах перегретого металла, расплавленной проводки и… энергона. Чистого, нестабилизированного энергона.       Его искра сжалась от предчувствия.       Он подошёл к ржавой двери ангара. Она была приоткрыта. Из щели лился неровный, прерывивый свет, отбрасывая на землю судорожные блики. И доносился звук. Не стоны. А тихое, отчаянное шипение и треск — звук короткого замыкания, повторяющийся снова и снова, как предсмертный нервный тик.       Эльмонс отодвинул дверь ровно настолько, чтобы проскользнуть внутрь.       Тьма ангара была разорвана в клочья. В центре, заливая всё вокруг неоновым, болезненным сиянием, билось в предсмертных конвульсиях нечто.       Это был кибертронец. Молодой, судя по дизайну. Разведчик. Его корпус был исполосован глубокими царапинами, будто его терзали когтями какого-то гигантского зверя. Одна из рук была неестественно вывернута, из плечевого сустава сочилась та самая синяя, густая жидкость — кибертронский энергон. Но самое страшное было на груди — огромная, дымящаяся пробоина, из которой вырывались снопы искр. Каждый раз, когда искры касались пола, раздавалось то самое шипение.       Автобот.       Эльмонс замер на пороге, наблюдая. Его разум тут же отключил все эмоции, перейдя в режим анализа и диагностики. Травма несовместима с функционированием. Повреждён основной энергетический шланг. Самовосстановление заблокировано. Утечка энергона. При таких повреждениях… кибертронец должен был быть уже мёртв. Но этот цеплялся за жизнь с упрямством, достойным лучшего применения.       Разведчик лежал в своей коренной форме — жёлтом «Camaro». Но это было жалкое подобие машины. Фары мигали в бешеном, неконтролируемом ритме, словно он пытался что-то сказать кодом Морзе. Колёса дёргались, бессильно проворачиваясь на месте. Радио — его вокализатор — выстреливал обрывками песен, шипением помех, отчаянными криками дикторов сквозь статику: «…help… …mayday… …position…»       И вдруг, фары выстрелили в него, ослепительным лучом, выхватив его из темноты. Радио замолкло на полуслове. В наступившей тишине было слышно лишь тревожное жужжание его собственных систем и предсмертное шипение Бамблби.       Они смотрели друг на друга. Две одинокие искры в заброшенном ангаре на чужой планете. Одна — на грани угасания. Другая — давно погасшая, но вынужденная снова тлеть.       Эльмонс медленно, чтобы не спровоцировать панику, сделал шаг вперёд. Затем ещё один. — Тише, — его голос прозвучал низко и глухо, без эмоций, голос хирурга перед сложной операцией. — Успокойся. Я не причиню тебе вреда.       Машина дёрнулась, пытаясь отползти, и издала новый сноп искр из пробоины. Похоже, на попытку успокоить он отреагировал ещё большей паникой.       Эльмонс остановился. Он понимал. Страх быть найденным. Страх перед неизвестным. Он прожил с этим страх большую часть своей жизни.       Он медленно поднял руки, показывая, что они пусты. А потом сделал нечто, на что не решался десятилетия. Он позволил себе на мгновение опустить щит. Позволил крошечной частице своей истинной, кибертронской энергии просочиться сквозь человеческую оболочку. Не вспышку, не угрозу. Просто мерцание. Тихий, старый сигнал. Сигнал техника. Сигнал медика. Принадлежность к тому же виду. «Видишь? Я свой».       Машина замерла. Мигание фар стало медленнее, более осмысленным. Радио тихо щёлкнуло, выдавая чистый, незагрязнённый сигнал.       Эльмонс подошёл вплотную. Теперь он видел всё. Глубину повреждений. Некачественный, грубый ремонт некоторых участков. Отчаяние в каждом дрожащем проводе. — Глупый спарклин, — прошептал он беззлобно. — Во что же ты ввязался?       Он опустился на колени рядом с горячим корпусом. Его пальцы сами потянулись к повреждённому участку, будто вспоминая давно забытые движения.

[Специальность «Техник/Медик» — АКТИВИРОВАНА.]

[Обнаружены критические повреждения у субъекта «Бамблби».]

[Начать экстренный ремонт?]

[ДА / НЕТ]

      Он не стал тыкать в голографическую кнопку. Он просто мысленно дал согласие.       И мир изменился.       Его зрение переключилось. Тело автобота перестало быть просто металлом. Он видел энергетические потоки, прерывающиеся и иссякающие. Видел повреждённые схемы, разорванные шланги. Видел ту самую искру — яркую, но затравленную и медленно угасающую — в его груди. Это был язык, на котором он думал. Которым он жил. Который пытался забыть.       Из скрытых отсеков на его запястьях выдвинулись тонкие, хирургические инструменты — скальпели, зажимы, микросварщики. Они замерли в воздухе, ожидая команды.       Эльмонс сделал первый точный разрез. Искры обожгли ему руку, но он не отдернул её. Боль была… знакомой. Почти гостеприимно.       Он погрузился в работу. Словно и не проходило всех этих лет. Словно он всё ещё был в своей мастерской на Кибертроне, а не в пыльном ангаре на задворках вселенной, чиня сломанного разведчика, чьё присутствие здесь грозило уничтожить его собственное, хрупкое спокойствие.       Он был мёртв. Он был жив. И теперь у него на руках была ещё одна жизнь.       Внезапно, его сверхчувствительный слух уловил новый звук. Едва слышный, но неумолимо приближающийся. Гул мотора. Не обычной машины. «Сектор 7», — безошибочно идентифицировал он.       Они уже здесь.       Его пальцы продолжили работу, двигаясь быстрее. Теперь он боролся не только со смертью, но и со временем.

[Квест «Невысказанное обязательство» обновлён.]

[Цель: Завершить ремонт и эвакуироваться до прибытия враждебных сил.]

[Награда: Выживание.]

[Статус: КРИТИЧЕСКИЙ.]