Смерть с тобой или жизнь без тебя?

Вот уже полчаса Стас гипнотизировал взглядом капельницу: как раствор медленно стекал по трубке, через иглу, попадая прямо в вену. На сгибе логтя виднелись несколько точек от предыдущих уколов — то-ли от переодически сменяющегося катетера, то-ли это были совсем старые от шприцов. Настало время обеда, но даже тогда он не хотел оставлять Катю одну, поэтому взял себе перекус в магазине рядом, и сразу вернулся к ней в палату. Отчего-то ему очень не хотелось, чтобы когда девушка очнулась, она была одна. Зарядка на телефоне почти села, поэтому, отложив его на тумбочку, он снова решил поразглядывать шатенку: цвет кожи немного улучшился, аккуратные пряди волос всё также лежали на её плечах, лёгкая испарина на лбу и размеренное дыхание. Взяв её ладонь в свою, он поглаживает каждый пальчик, трепетно прикасаясь к бархатной коже. Стас поднимает глаза и сталкивается с силой внимательных карих глаз, изучающих каждое его движение. Далее взгляд начинает блуждать по комнате, натыкается на бутылку воды и обратно находит его глаза. Без слов он понимает намёк, откручивает крышку бутылки, и, придерживая затылок девушки, помогает ей попить воды. В знак благодарности она лишь медленно прикрывает глаза, ведь сил нет совсем и на большие движения она не способна. — Надеюсь, не сильно напугал тебя. Я Стас, друг Алисы. Она попросила приглядеть за тобой, поэтому я здесь, — зачем-то врёт он ей. Он не решался начинать разговор о том, как она сюда попала, но вопросительный взгляд на игле в вене, даёт ему понять, что смысла молчать нет. — У тебя был передоз, ты отключилась, — стараясь говорить ровным тоном, чтобы не напугать её, продолжает, — скорая привезла тебя сюда. Сейчас ты находишься под капельницей, которая промывает твой организм. Пока Катя слушала, на глаза набегали слёзы, а взгляд потеряно блуждал по лицу рассказчика. От напряжения она не заметила, как начала сильнее сжимать руку Стаса, хотя болезненных ощущений она не вызвала, он всё же обратил внимание. — Думаю, ты полежишь тут ещё минимум несколько дней, поэтому тебе, наверное, нужно привезти какие-то вещи. Осознавая, что её оставят здесь на какое-то время одну, она сильнее сжимает чужую руку и начинает качать головой. — Тише, тише, — пригладив волосы, очерчивает контур её лица прикосновениями свободной руки, что немного её успокаивает, — здесь ты в полной безопасности. Ты под постоянным наблюдением врачей. А его задержали ещё вчера, при попытке сбежать из города. Так что он тоже под постоянным наблюдением. Если тебе так будет спокойнее, я напишу Алисе, чтобы она привезла все необходимые вещи, а сам останусь с тобой, хорошо? — Получив положительный кивок, набирает номер рыжей.

***

По скольку квартира была опечатана и находилась под следствием, одной Алисе туда не попасть. Поэтому, встретившись с Антоном Андреевичем, они забрали все нужные вещи и поехали в больницу. — Привет, можно? — просунув голову в дверной проём, заглядывает в палату. — Нужно, — тихим, но уже окрепшим голосом отвечает Катя, слегка улыбаясь. — Как себя чувствуете? — спрашивает следователь, заходя за Алисой. — Слабо: тошнит, голова болит. — Эй, ты как? — заглядывая в стеклянные глаза Стаса, чуть трогает его за плечо, — может, поедешь домой, отоспишься? — скользнув взглядом по сцепленным ладоням, решает не предавать этому особого внимания. — Мне все равно нужно взять у девушки показания, это процесс не быстрый, так что не переживайте. — Тут же поддакивает Антон Андреевич, видя в каком состоянии находится мужчина. — Хорошо. — Прикрыв глаза, массирует переносицу, встаёт со стула и обещает приехать на следующий день. Посидев с подругой какое-то время, Алиса тоже уезжает.

***

Они договариваются ездить к девушке через день. Обоих такой график устраивал, но длился он не долго. Уже через 5 дней Катю выписали. Её самочувствие и внешний вид стали гораздо лучше, даже настроение поднялось. Вот только ехать ей было некуда — за время жизни (или, скорее, существования) в чужой квартире, съемную, в которой она жила, не по своему желанию она сдала хозяевам. — Ко мне поедем? — Склонив голову набок, спрашивает рыжая. — Или если хочешь, можно у меня. Мешать друг другу не будем. — Пожимая плечами, предлагает Стас. — Ребят, спасибо вам большое, конечно, но я пока к маме поеду. Подумаю, что делать дальше, с мыслями соберусь. — Тебя подбросить до аэропорта? — Да, пожалуйста. — Передавай ей от меня привет. — Прощаясь с подругой, просит Алиса. — Обязательно. Как прилечу, напишу вам.

***

Всё то время пока девушка ухаживала за Катей, та помогала ей отвлекаться от неприятных мыслей, к которым она вновь нехотя возращалась уже битый час. События сменялись с бешеной скоростью и не зерживались в голове Алисы, но одно настолько сильно въелось, выбилось на подкорке её сознания, что как только наступила тишина, оно разрушило всё вокруг словно цунами, не оставляя ничего живого на своём пути. Слёзы неконтролируемым потоком льются из её глаз, хотя лицо не выражает абсолютно никаких эмоций. Зарыв все чувства глубоко внутри, спрятав их не только от внешнего мира, но и от себя, они с удвоеной силой возвращаются, показывая себя во всей красе. Сначала тишину квартиры нарушает только тихое шмыганье носом, а затем уже всхлипывания, которые плавно, но быстро, перетекают в рыдания. Зарывшись пальцами в волосы, Алиса сильно зажмуривает глаза, перекрывая слезам путь, однако те продолжают течь, лишь только ускоряясь. Она слышит странный скулежь, словно кто-то наступил собаке на хвост или лапу, однако вскоре понимает, что слышит она себя. Больше это не похоже на всплеск скрываемых эмоций, это — истерика. Истерика, в которой девушка не выдерживает и, начиная кричать, бьёт кулаками диван на котором сидит, истерика, в которой она, растеряв все силы, медленно идёт за бутылкой вина, нераспитой в тот самый злосчастный вечер, истерика, в которой после сильных эмоций, приходит опустошение. Бухать в начале недели не входило в её планы, однако, и такой болезненный разрыв ещё даже не начавшихся отношений — тоже. Покручивая ножку бокала между пальцев, Алиса думает, как же всё так получилось. Пару дней отсутствия её рядом дали понять, что отношения Олегу не нужны? Или он так долго обхаживал её только для того, чтобы трахнуть разок без обязательств и притвориться, что ничего не было? Однако, он точно не притворялся, что ничего не было, поговорив с ней и полностью игнорировав её попытки выйти на контакт снова. Хотя она пыталась, отчаянно пыталась. Каждую ночь после той ссоры, перед сном она писала ему жалкие сообщения:

Алиса, среда, 23:12

Может поговорим?

Алиса, четверг, 22:49

Мне кажется, мы не всё обсудили в тот раз…

Алиса, пятница, 23:03

Подумай, пожалуйста, ещё раз о своём решении.

Но попытки оставались тщетными. Ни звонка, ни ответа, ни даже отметки «прочитано». Устав от собственных мыслей, она аккуратно слезает с высокого стула, идёт в ванную умываться и ложится спать.

***

Пока девушке приходится работать не на своём этаже из-за недавней попытки передачи данных компании другой, она ежедневно видится с тем, с кем не хочет. Тимур старается быть милым и обходительным, однако с ним она ведёт себя осторожно — в тихом омуте, как говорится. Тот пару раз пытается позвать её на свидание, но Алиса находит уйму причин и оправданий почему она не может. Работать здесь для неё оказывается сущим адом из-за минимального количества людей, а Тимур словно персональный демон, который придумывает для новые пытки, изводя одним лишь своим присутствием. Девушка скучает по небольшому хаосу, который был слышен даже сквозь стены её кабинета; по людям, которых не было видно, но их присутствие выдавало огромное количество звуков. Здесь же — всё наоборот: люди сидят с тобой в одном помещении на протяжении всего рабочего дня, но не издают практически ни звука. Алиса решает сходить до начальника, узнать сколько ещё ей предстоит находится здесь, а также проведать Стаса, который хоть немного, но скрасит её серые будни. Уже завернув за нужный угол и собираясь постучать, девушка слышит из кабинета голоса, которые с каждой фразой становятся всё громче: — Ты не можешь уйти, когда у нас буквально крадут наши данные прямо из-под носа! — слышится шелест разлетевшейся бумаги: Сергей Борисович не слишком аккуратно размахивает руками и роняет стопку. — Это не мои обязанности, — чуть тише отвечает другой голос, который Алиса узнает из тысячи. — У вас есть отдел по безопасности, так почему же вы не поручили им эту работу? Она заинтересовывается этим разговором всё больше и, отойдя к куллеру с водой, чтобы не вызывать лишних подозрений у своих коллег, набирает стаканчик воды, прислушиваясь: — Поручил. Они уже занимаются этим. Однако, ты не менее сильный специалист и твои навыки очень нужны нам. Олег, я прошу тебя, останься, не стоит принимать поспешых решений. — Я давно принял такое решение, вам лишь остаётся принять его как факт. Или можете не принимать его, как хотите, однако держать вы меня не сможете. — Две недели. Ты должен мне две недели. Даже не мне, закону в первую очередь. Если не отработаешь их так, как надо, о сфере IT можешь забыть. Я не только не приму по собственному, я напишу такие рекомендации, после которых тебя даже обычным настройщиком компьютерных сетей не возьмут. Но, я всё же надеюсь на твоё благоразумие, и ты всё-таки передумаешь за это время. А теперь пшёл вон из моего кабинета. Чтобы с завтрашнего дня явился здесь вовремя. И я перевожу тебя в другой отдел! — Крайнюю фразу приходится выкрикивать, чтобы парень, вылетевший пулей из кабинета, смог её расслышать. «Сходила к начальнику называется» — нервно попивая водичку, думает она и решает больше не тревожить его и без того шаткие нервы. Пару дней она точно ещё выдержит в своей унылой компании. Однако, всё же решает навестить Стаса. Тот оказывается за пределами своего кабинета, и, встретившись взглядами, он кивает Алисе на дверь. — Ты тоже это слышал? — Да. Поверить не могу что он решил уволиться. Какого чёрта вообще?! — Надеюсь, он и правда передумает. Так и не говорил с тобой? — Нет. Пообедав вместе, она снова возвращается в «преисподнею».

***

По-настоящему морозное декабрьское утро целует девушке щёки и нос, оставляя алый румянец, как напоминание о себе. Забегая в здание, она на ходу скидывает с себя вещи, попутно роясь в сумке, показывает пропуск и меняет его на ключ-карту. Офис ещё не успел прогреться, поэтому девушка долго согревается, немного подрагивая на своём рабочем месте. Она неожиданно получает новую порцию холодка в спину — кто-то открыл дверь. Лишь поёжившись, она сильнее кутается в свитер, как слышит сзади голоса, что вообще-то, является редкостью в этом месте. — Да ладно, — с ухмылкой не только на лице, но и в голосе, произносит Тимур, — Олежа, какими судьбами? Сноп мурашек пробегает по спине и, нехотя, девушка оборачивается: Тимур уж как-то слишком сильно обнимает Олега за плечи, а тот не скрывая неприязни, сбрасывает его руки, отвечая: — Не переживай, я не надолго. — Пробегает равнодушным взглядом по присутствующим, но невольно удивляется когда видит Алису и останавливается на ней. Заметив перемену в выражении его лица, Тимур переводит взгляд от одного к другому: — Красотка правда? — Шепчет тому на ухо, однако рыжая все равно слышит. — Хочешь я вас познакомлю? — не унимается тот, но не получив ничего в ответ, смотрит на них более осмысленно и говорит, — О-о так вы уже знакомы. — На лице его снова вырисовывается мерзкая оскалистая улыбка. Алисе от этого становится жутко и она поспешно и даже резко отворачивается. Вывод о том, что пару дней она здесь точно ещё выдержит, всё более теряет смысл. Эти двое были явно знакомы раньше и, видимо, последняя их встреча сложилась явно не хорошо, ведь напряжение между ними возрастало в геометрической прогрессии, заполняя собой всё пространство. Воздух становится всё жарче.