Восход. Другая история

      - Вы уверены, что это обязательно? - вопрос прозвучал уже в третий раз.       Не то чтобы Джайлз не любил красивую одежду. Совсем наоборот, вид аккуратного, дорогого и лишенного вычурных излишеств костюма радовал глаз, не говоря уж о неожиданном удобстве достаточно узкого, как казалось при первом осмотре, наряда.       Но одно дело — просто нарядиться в полный парад, а другое — вытащить облаченную в него бренную тушку в самый что ни на есть свет.       - Тебе нужно бывать на подобных мероприятиях и учиться вести себя там, коли уж твой статус повысился до нынешнего уровня. Этот раз можно пропустить, можно и следующий, но нет смысла - чем ты старше, тем меньше огрехов тебе простят и тем сложнее будет привыкнуть. Расскажи, что тебя беспокоит, если к концу разговора мнения не изменишь - заставлять не буду, останешься дома.       — Я растеряюсь и нагрублю, — Джайлз нервно пытался убрать с лица выбившуюся прядь. — Или собью слугу с бокалами прямо на хозяйку. Или оттопчу ногу ее любимой собачке.       — Правильно, побольше думай обо всем, что может пойти не так, — хмыкнул Дарнелл, поймав ученика за кисть. — Для начала избавься от таких вот жестов, ты не девица на выданье, и так осталось только начать теребить подол и падать в обмороки. Ничего ты ни на кого не уронишь, главное ничем в людей не кидайся, благодаря вертихвостке Элизабет это теперь притча во языцех. Не пытайся поддерживать беседу на незнакомые темы, а наверняка найдутся такие, кто попытается выставить тебя дураком. Начнешь отвечать невпопад — считай, им это удалось. Лучше прямо скажи, что с тонкостями предложенного вопроса не знаком, тогда бестактными идиотами выглядеть будут уже они.       — Если я начну говорить о том, в чем понимаю — меня или повесят, или убегут с воплями, — оскалился Джайлз.       — Значит, постигай искусство молчания. Да, не вздумай поднимать тему беспорядков и всего прочего, даже в историческом контексте. - Дальше врач прервался на рассказы об одобряемых в обществе разговорах и занятиях. - И, что лучше, держись недалеко от меня. Я подстрахую на случай совсем уж паршивого стечения обстоятельств. Все, решай - едешь или остаешься. Только быстро, время поджимает. - Лаааадно, уговорили, - вздохнул юноша, - еду.

***

      Напряжение от толп разодетых людей вокруг только нарастало, и юноша, схватив с подноса бокал шампанского, проглотил его чуть ли не залпом. А затем еще один, и еще.       Когда просторная зала начала слегка кружиться, жить стало легче. На немного ватных ногах подойдя к приоткрытому окну, молодой человек вдохнул морозный воздух и на миг подставил лицо легкому порыву колючего ветра.       — Это правда, что вы пытались отрезать нос Элизабет Митчелл?       Голос прозвучал почти над ухом. Резко обернувшись, Джайлз чуть ни столкнулся с рыжей, слегка неказистой девочкой. Глаза ее сверкали лукавым весельем, а вопиющее несоблюдение приличий, кажется, не останавливало.       — Прошу прощения, сударыня, — Джайлз церемонно поклонился и слегка вздернул уголок рта. И вдруг осознал, что бездумно копирует манеру поведения Ника. Это разозлило. — Мне кажется, я не удостоился чести и мы не были представлены.       — Удостоились, — ничуть не смутившись, солгала девчушка. — Нас представляли, вы, видимо, запамятовали. Так это правда? Она говорит, что вы бросились на нее с ножом, но капитан Дарнелл героически ее спас.       — Спросите капитана Дарнелла, — снова ядовито улыбнувшись, Джайлз попытался ускользнуть, но не тут-то было.       Загородив дорогу, девочка как-то совсем по-простецки хихикнула.       — Значит, она все врет. Я так и думала. А сбегать от дамы невежливо. Пригласите меня на танец?       Искренне не понимая этой показной непосредственности, юноша, однако, кивнул. Музыка как раз сменила ритм, и, узнав знакомые звуки, он подал навязчивой спутнице руку.       Казалось, эти фигуры он давно уже должен был забыть, но ноги делали все сами. Разгоряченную шампанским голову закружило от перезвона инструментов и быстрых движений. Стало вдруг весело и очень легко.       Партнерша, кажется, тоже была довольна. Потому, когда танец закончился, они не сговариваясь поспешили ото всех к облюбованному ранее окну.       — Вы не оттоптали мне ноги, — рассмеялась рыжая. — Я поражена. Доктор учит вас танцевать?       — Нет, но когда-то меня учили, — опершись о стену, молодой человек занял себя бесцеремонным разглядыванием собеседницы. Раз ей можно так себя вести, то и ему можно пялиться.       — В бедных районах танцуют то же, что на приемах? — вскинула бровки девушка. И сама же ответила. — Нет, не думаю. Да вы настоящая загадка, мистер Янг. Я люблю загадки. Я Джо. Джоанна Тилли.       — Польщен, мисс Тилли, — панибратство незнакомки забавляло и немного бесило. — Но, с вашего позволения, я предпочту остаться неразгаданной загадкой.       И воспользовавшись тем, что девчушка прикрыла глаза, ловя под окном крупицы уличной свежести, поспешил улизнуть.       Как выяснилось, это было не самой лучшей идей. Потому что, прошмыгнув в соседнюю комнату, юноша нос к носу столкнулся с приснопамятной Элизабет.       Затянутая в розовый атлас, она была бы очаровательна, если бы миловидное личико не скривилось гримасой омерзения. Хмельная голова просто так оставить это не позволила, и, церемонно шаркнув, юноша произнес:       — Мисс Митчелл, польщен встречей. Как ваш нос?       — Какой нос, Элизабет? — прощебетала возникшая будто из воздуха брюнеточка в желтой кисее.       — Тот самый, что он, судя по слухам, собирался тебе отрезать, — злорадно выпалила догнавшая-таки Джо.       Побагровев, Элизабет резко развернулась на каблуках и почти бегом бросилась к стайке разодетой молодежи.       — Идемте, мистер Янг, — Тилли заговорщически улыбнулась. — Тут нечем дышать, а в саду красиво.       — В саду сугробы, — мрачно напомнил юноша, не сопротивляясь, впрочем, лишь закидывая в себя на ходу еще один бокал.       — Полагаю, мы их переживем.       Под звездами дышать и правда стало легче, но холод тут же ожег лицо и руки. Однако, стоило им остаться без свидетелей, девица бесцеремонно сцапала его за рукав, и, тихо смеясь, побежала вглубь парка.       Чего именно она хотела, Джайлз так и не понял. Но позволил себе решить, что примерно того же, чего и он — просто избавиться от раздушенной толпы. И наконец расслабился.       Она болтала без умолку, то и дело перескакивая с темы на тему и совершенно буквально кружа вокруг собеседника — а затем вдруг встала как вкопанная, глядя куда-то поверх его плеча.       — Так-так-так, — голос из глубин темной аллеи лучился злорадством. — И что это мы тут делаем?       — Не твое дело, Руперт, — вспыхнув до корней волос, Тилли бросила на Джайлза слегка испуганный взгляд. — Идемте, мистер Янг, тут нам поговорить не дадут.       — Да отчего же? — промурлыкал приблизившийся в зону видимости джентльмен. На вид ему было чуть за двадцать, но высокий рост и широкие плечи не внушали особого желания соперничать с ним в силе. — Я тоже не против поговорить с вами, мисс Тилли. Вы же со всеми мужчинами не против поговорить, темной-то ночкой?       Джо замахнулась для пощечины — но не успела, кулак Джайлза достиг породистого носа быстрее. Увы, выпитое сказалось на точности и нос, вместо того, чтобы сломаться, лишь закровил от смазанного удара. А через секунду тяжелый набалдашник трости, повстречавшись с затылком, высек из глаз юноши искры боли.       Руперт был не один.       Тилли вскрикнула и отскочила к кустам — но тут же рванулась обратно, так как на аллее возник третий спутник.       — Всю свору притащил? — голос девушки дрожал, и в тусклом свете луны и отражающего звезды снега она стала выглядеть еще младше. — Ты жалкий трус, Руперт Митчелл.       — Они здесь как свидетели, — гнусно улыбнувшись, молодой человек отер с лица кровь. — Но мне теперь даже делать ничего не нужно, я просто вернусь и расскажу всем, как наша святая мисс Тилли уединилась под покровом ночи с мужчиной. Без сопровождения. А когда я попытался защитить честь женщины, ее любовник напал на меня с кулаками.       — Ты не посмеешь! — Джо почти шипела, будто озлобленный котенок.       — Ты же посмела говорить гадости про мою сестру, — Митчелл склонил голову на бок и глумливо пропел. — Вот потехи-то будет честному люду.       — Вот значит как решают свои проблемы благородные господа? — оправившись от удара, Джайлз сделал полшага назад, оказавшись между лыбящимся франтом и ощерившейся девочкой. — Поджидая беззащитную девчонку в пустом парке?       — Псинам слова не давали, — губа Руперта брезгливо дернулась.       Джайлз, побледнев, попытался нанести еще один удар, но в этот раз противник был готов. Вскинув трость, он с силой ткнул нападающего в живот, а когда тот согнулся — огрел по спине. Рука для следующего удара была уже занесена — и вдруг Митчелл замер, расширив глаза.       Судорожно вздохнув, юноша попытался понять, что произошло — но увидел лишь холодный блеск стали. Чей-то клинок лениво покоился на плече Руперта, слегка касаясь горла.       — Тебя не учили, что о твоих способностях судят по твоему выбору противников? — о, этот голос, ленивый голос ядовитой змеи, Джайлз узнал бы и во сне. — Очень жаль. Ведь из-за подобной неосведомленности я могу счесть, что достойный для тебя враг — безоружный мальчишка ростом тебе по пояс и девочка.

***

      Карета мерно тряслась, тишину нарушал только скрип колес и хруст снега. Это давило похлеще любой брани, так что, в конце концов, Джайлз не выдержал.       — Я не хотел создавать неприятности, честное слово. Я и сам не понял, как так вышло.       — Как вышло, что ты позволил себе уйти без сопровождения с незнакомой девушкой, поставив ее репутацию под угрозу? — строго спросил доктор, отворачиваясь от окна.       — Она…       — Мистер Тилли — во всех отношениях достойный джентльмен, — нахмурился мужчина. — И дает своей дочери образование, которое и мальчик-то не каждый получает. Она развита и интересна, но, увы, не вполне здорова. И я сейчас не о телесных хворях.       — Джоанна душевнобольная? — бестактно выпалил Джайлз и тут же прикусил язык.       — Она подвержена эмоциям в большей степени, чем многие и не всегда отвечает за свои действия. И тем безответственнее выглядит твое поведение. Если бы Ник не…       — Все было под контролем, — разом взвился юноша.       — О, да, — без всяких эмоций подал голос Николас. — Именно так и называется, когда тебе пытаются пробить голову тростью.       — Ах, подумаешь, герой в белом плаще, — Джайлз едва удержался от того, чтобы сплюнуть. — Защитил сирых и убогих, возьми с полки пирожок.       — Я не герой, — зеленые глаза сузились. — Я военный, которому пришлось угрожать клинком тому, кто был вооружен лишь тростью. Надеюсь только, что мистер Митчелл постыдится рассказывать об этом из нежелания выдать предысторию. А тебе следует научиться думать о ком-то, кроме своей особы.       Стало вдруг очень обидно. Он ведь не хотел идти на этот проклятый вечер, он знал, что что-то обязательно пойдет не так, но нет же.       — Раз я так мешаю вашей семейной идиллии — не буду ее нарушать, — прорычал он. — Я ведь только и делаю, что бросаю тень на уважаемых дам и джентльменов.       И, не дав никому опомниться, юноша резко распахнул дверцу кареты, и, выкатившись на снег, бросился бежать.

***

      Дарнелл знал норов Джайлза — но, признаться, к такой глупости готов не был. Не успел он и рта открыть, как мальчишка выскочил из кареты и, с непечатной бранью покатившись по дороге, шмыгнул в узкий переулок.       — Проклятье. Остановите! — кучер придержал лошадей и доктор, запахнув плащ, выбрался на улицу. — Ну и где его теперь искать?       — А чего его искать? — выползший следом Ник выглядел крайне недовольно. — Отморозит дурную голову и вернется как миленький. Или не вернется, но тем лучше. Сдался вам этот разбойник.       — Да что с тобой не так?! — мужчина неверяще уставился на племянника. — С каких пор в тебе столько злобы? Чем тебе не угодил этот ребенок? Ты ведь взрослый человек, а цепляешься к нему, будто вы одногодки.       — Так это я виноват? — даже в полумраке было видно, как кровь отхлынула от породистого лица. — Что же, я, пожалуй, последую примеру сего достойного во всех отношениях юноши и не буду мешать семейной идиллии.       — Ник…       — Не волнуйтесь, я знаю дорогу и доберусь пешком, тут всего три улицы, — холодно улыбнулся молодой человек. И от чужого пустого взгляда стало вдруг страшно.       — Идите, ищите своего мальчишку, пока он не простудился или не нашел себе еще десяток бед.

***

      По улице он прошлялся не дольше получаса. Метель и мороз быстро остудили голову, да и ускорили мыслительные процессы, что там говорить. Тонкий плащ был хорош для короткой поездки от дома к дому, а не для пешей прогулки. Не говоря уж о том, что хмель глушил чувства, а когда он начал выветриваться, было уже поздно. Подросток, поразмыслив обо всем, вернулся на то же место, к карете. Он решил принести свои извинения доктору - да, вроде как и не виноват, но «хотел как лучше - получилось как всегда». И Д. не заставил себя очень уж долго ждать. Махнул рукой на поиски или решил сделать паузу?       - Простите меня. Я не хотел. Ни той глупости, ни этой. Я поддался порыву, опять, и не подумал, - карета тронулась, и юноша решил объясниться.       - Учись думать, сколько раз тебе говорил, - похоже, что врач раздражался и чувствовал облегчение одновременно, - и не впадай в так любимые тобой крайности и демонстративность. Сначала думаешь, потом - делаешь.       - Еще раз простите, - Джайлз выглядел растерянным и расстроенным.       - Считай, что простил. Но это не отменяет предстоящей беседы и того, что отныне тебе придется изучать и этикет. Надо бы заняться твоим физическим развитием - то, как ты бегаешь, мне тоже не понравилось, - Дарнелл был серьезен, но в его недовольстве проскальзывала насмешка. - А еще - слушай внимательно и запоминай: не смей подвергать себя опасности из-за детских истерик, и не смей думать, что ты мне мешаешь. Ты согласился остаться под моей крышей и ты останешься - столько, сколько будет нужно. Не позволяй никому внушить тебе мысль, что ты тут чужой. Что касается Ника - я затрону это отдельно.       Добравшись до дома, мужчина заставил воспитанника укутаться, а когда тот слегка оттаял, отправил прогреваться в подготовленную к тому времени воду. И лишь когда убедился, что в ближайшее время Джайлзу смерть от переохлаждения не грозит, приступил к воспитанию.       Разговор у них затянулся. Врач задавал неудобных вопросов больше, чем когда-либо, и требовал полных осмысленных ответов, пояснения же начал давать только при разборе ошибок.       - Да, моя вина в этом тоже есть, - наконец перешел он к форме монолога, - мне стоило заранее готовить тебя к таким мероприятиям, дать книгу по этикету, обсуждать это все. Но я тоже в процессе обучения, тем более что ты за годы жизни среди простонародья усвоил совершенно иные шаблоны поведения, которые я не до конца понимаю, полностью в вашу среду я не погружался никогда. Спокойно, - Дарнелл прервал уже открывшего рот ученика, - я не оцениваю сейчас НИКОГО, только излагаю свой взгляд на различия, не более.       - Вы-то чему учитесь? - юноша все же встрял, только вообще не с тем вопросом, который планировался изначально       - Многому. В том числе - обращаться с младшими без насилия. Но и не впадая во вседозволенность, противоположное явление. Этим же тебя удивляю?       - Ну да... Только я не мог это вот так ясно обозначить до сих пор, - Джайлз ошарашенно смотрел на доктора, - но почему? Как? С чего вдруг?       - Я пока не могу тебе это рассказать. Скажу только, что усвоил основное в Германском союзе, дальше же двигаюсь сам, не пренебрегая, конечно, консультациями немецких специалистов. И стараюсь внести свой вклад в общее дело. Нас нельзя назвать коллегами в полном смысле этого слова, но объединяет всех единый подход к вопросу.       - А, это похожие передовые взгляды... Кажется, тот французский философ, Вольтер, тоже говорил подобное? И тот второй...       - Дидро. У них идеи я тоже брал, но совсем чуть-чуть. У немцев подход более обоснованный и наукообразный. Так что да, я у нас передовик-просветитель, - мужчина откровенно иронизировал, - но оставим это, я рассказал достаточно. Теперь же о Нике, я обещал. Запомни вот что - он может, и, думаю, будет тебя задевать и провоцировать. Реагируй адекватно, защищай себя, но не доходи до предела и дебошей. Не забывай, он пока сильнее тебя и тоже может потерять голову, из вас двоих в этом случае ты пострадаешь больше. И не вздумай пойти на опережение и напасть первым. Я же со своей стороны сделаю все возможное для разрешения конфликта, у нас будет дискуссия в ближайшее время. Никто тебя с ним общаться не заставляет, не хочешь - Бога ради. Ты меня понял?       - Да понял я, куда денусь, - Дж даже не пытался скрыть недовольство и не стал спорить только для того, чтобы закончить наконец не самую приятную беседу.