Только Ты

За месяц до этого.       Красный пикап в своем кузове увозил Гузмана и Андера все дальше, по дороге, идущей через непролазные джунгли. Вот-вот должен был хлынуть настоящий тропический ливень, а им вовсе не улыбалось промокнуть до нитки, поэтому они, как сговорившись, застучали по небольшому окошку, привлекая внимание водителя.       — Эй, приятель! — крикнул Гузман — Гони быстрее, черт тебя подери, не хватало нам еще слечь с простудой! Думаешь, до него дошло? — обратился он уже к своему закадычному другу. Андер в разноцветной рубашке, панаме и солнцезащитных очках только пожал плечами.       — Твою мать, Андер! — выругался Гузман. — Мы оказались здесь по твоей милости!       — Ты мог остаться в отеле вообще-то, я на аркане что ли тебя тащил? — Андер снял очки и тоже начинал злиться.       — Ну и как бы я тебя одного бросил? Забрел бы к каким-нибудь туземцам! Могу напомнить, что вчера ты выбрался из клуба на Бангла Роуд* только благодаря мне, а ведь те двое трансов о-о-очень странно на тебя смотрели! Ты был пьяный в дымину! Вот дерьмо, начинается! — крикнул он, посмотрев на небо и подставив ладонь, на которую тут же упала крупная капля, а затем еще одна, и еще. — Быстро, бери вон ту хрень! — И оба парня дружно схватив небольшую клеенку укрылись от внезапно хлынувших потоков воды.       — Мне же не пять лет, — проворчал Андер. И чтобы сменить тему разговора, спросил, перекрикивая ливень:       — Ты мне так и не рассказал, чего хотела та девчонка? Которая из Нью-Йорка звонила! Это связано с Надей?        Гузман мгновенно помрачнел и замолчал. Он не хотел говорить об этом даже с лучшим другом, но понимал, что бесконечно молчание продолжаться не может.       — Это её новая соседка! Я так понял, что она звонила знакомым Нади из Испании, чтобы побольше о ней узнать! Видимо, сама Надя ей ничего не рассказывает!       — Как она вообще на тебя вышла? Странно, что она позвонила тебе! Вы же не общаетесь больше? Или я чего-то не знаю? — засыпал его вопросами Андер.        Гузман только вздохнул и крепче сжал мокрую клеенку.       — Она сказала, что разговаривала с Омаром! Он её предупреждал, что мы расстались, но похоже девчонку это не смутило! Хотя да, наверняка Надя ему сказала, что мы теперь снова чуть ли не друзья, — Гузман не смог сдержать саркастическую ухмылку. — И нет, не общаемся, с того последнего звонка по скайпу — нет!       — Омар мне про это не говорил! А ты…ты хочешь встретиться с Надей? Поговорить лицом к лицу, не через монитор? Может быть, все станет иначе! — Андер старался не показывать виду, но он переживал за друга, в первый раз за время их путешествия заговорив с ним о Наде.       — Я не знаю, Андер, не знаю! — уже со злостью крикнул Гузман. — Мне страшно!       — Да чего ты боишься?       — Много времени прошло! У неё там другая жизнь! Возможно я уже не значу для неё того, что раньше, или никогда не значил! Возможно, я ошибался, думая, что она любит меня! Или она нашла кого-нибудь другого! Что она знает про Ари! Что она не простит меня! Мы тогда глупо расстались! Я не хотел, чтобы так получилось! А вообще, она чертова эгоистка! Я был готов ради неё на все, а она уехала и забыла обо мне! Я тоже пытаюсь вычеркнуть её и то, что между нами было, из своей жизни! Но оно не уходит! Все эти воспоминания! Я ненавижу её за то, что она сделала со мной! Надя растоптала меня и мои чувства! — Гузман в ярости ударил по борту машины. — И никакие мы с ней не друзья, только не с ней, понятно?       Андер немного помолчал, сочувственно глядя на друга, и дав ему время отдышаться после этой эмоциональной тирады. Он переживал примерно те же американские горки в отношениях с Омаром, и понимал Гузмана.       — Гузман, на самом деле, ты так не думаешь! Ты же всегда знал, что важно для неё! Хоть ты и злишься, но все равно любишь! Это же очевидно! Это не то, что ты можешь контролировать!       На Гузмана тут же тяжелой волной нахлынуло всё то, что он так старательно изгонял из своей памяти. Дурацкий план Лу и школьный проект, который изменил его жизнь раз и навсегда. Бассейн в его доме, когда он впервые увидел в ней женщину. Его отец в тюрьме Сото-дель-Реаль, но она рядом с ним. Его обещание её отцу держаться от нее подальше. Страх и упрек в её глазах, когда она узнала, что он связался с наркотиками. Их первый поцелуй, когда он не мог поверить в реальность происходящего. Ночь, когда она в первый раз отдалась ему, и утро, когда она ушла не сказав ни слова. Он бросает Лу и мчится к ней, но она отвергает его снова и снова. Их безумный секс в школьной раздевалке, который потом увидела вся школа, и который почти разрушил хоть малейшую вероятность того, что она будет с ним. День Святого Валентина, когда он сказал, что любит её, а она сказала, что любви недостаточно. Она выиграла стипендию и едет в Нью-Йорк за своей мечтой, и он не может не радоваться за нее. Её голосовое в аэропорту. День, когда она приезжала на свадьбу к сестре, и всё-таки встретилась с ним. И, наконец, день, когда он сказал ей, что все кончено, и она спокойно это приняла. Даже слишком спокойно.       Андер видел как меняется лицо Гузмана от проносящихся перед ним призраков прошлого. Наконец, Гузман нашел в себе силы поднять глаза, и стало понятно то, что даже не было нужды произносить вслух.       — Ты прав, — уже спокойным тоном сказал Гузман — Да, ты прав. Я все еще люблю её. Я продолжаю испытывать эти проклятые чувства, даже несмотря на то, как она поступала со мной. Но это уже ничего не меняет. Потому что Надя забыла обо мне, значит и я смогу забыть о ней. Мне нужно еще немного времени, и клянусь…       — Да не неси ты бред! — перебил его Андер. — Ты можешь обманывать меня или кого угодно, но только не себя! Короче… — Тут он выглянул из-под клеенки. Ливень кончился так же внезапно, как начался. Забрав клеенку у Гузмана, он отбросил её в сторону. Тот сидел совсем потерянный и отрешенно смотрел в одну точку.       Похлопав по окошку и, наконец, сумев привлечь внимание водителя, Андер принялся на пальцах что-то ему объяснять, а когда две минуты спустя тот наконец понял, чего от него хотят, мгновенно развернул грузовик в сторону города. Гузман опомнившись, недоуменно смотрел на Андера.       — Почему мы едем обратно? Ты же хотел попасть в какой-то храм?       Андер многозначительно взглянул на друга.       — Да к чертям все это! Гузман, я тебя знаю с шести лет. И ты не такой. Ты не сможешь оставить эту ситуацию как есть, потому что для тебя важно все прояснить до конца. А я вижу сомнение в твоих глазах. Да, вы вроде как расстались, но я теперь окончательно убежден, что ты этого не хотел. Она, мне кажется, тоже. Просто вы оба ошиблись, так бывает. Точка не поставлена. Я не хочу лезть в ваши отношения, но ты мой друг, и ты всегда заботился обо мне. Позволь теперь мне позаботиться о тебе.       — Что ты задумал, чувак? — на лице Гузмана проступила неуверенная улыбка.       — Сейчас мы приезжаем в отель, я звоню в агентство и заказываю билеты — ты летишь в Нью-Йорк, а я — в Майами. Осточертели мне эти долбанные дожди, займусь лучше серфингом! — Поежился он. — Думаю, стоит еще раз связаться с её соседкой, она может помочь. Ты будешь полным придурком, если не увидишься с Надей, хотя бы еще раз.       — Ловко ты придумал, — хмыкнул Гузман. — Но что, если она не захочет меня видеть? Конечно, в тот последний разговор она и сказала, что мы еще встретимся…но вдруг все изменилось?       Тут Андер хлопнул его по плечу.       — Твоя задача, чемпион, сделать так, чтобы она снова захотела тебя. Во всех смыслах. Надеюсь, этому мне не надо тебя учить?       — Андер, я не уверен.       — Значит так, все элементарно. В моем представлении, у тебя только два варианта. Первый — полететь в Нью-Йорк и убедить Надю в том, что вы нужны друг другу. Второй — продолжать страдать, страдать и еще раз страдать. Решайся.       Гузман посмотрел на Андера, и понял, что тот прав. Как никогда.       — Ладно, я поеду к ней, все или ничего! Будь, что будет! — крикнул Гузман, и его голос отозвался в джунглях.       «Ну вот и отлично,» — довольно подумал про себя Андер. — «Да у меня талант убеждать людей.» А уже вслух заметил:       — Кстати, тут такое дело… Я водителю сказал, что мы платим двойную цену, если он развернется в сторону отеля, так что…готовь деньги. И почему тут никто не говорит по-английски?