Жемчужина

Утро разбудило Рому щебетом птиц и метким выстрелом солнечного луча прямо в глаз. - Сука – сквозь зубы говорит альфа и утыкается в белую шевелюру. Антон пах шатеном и сексом. Внутренний зверь заурчал. Нос опустился ниже и наткнулся на метку. Засохшая кровь вокруг зажившего укуса раздражала. Как хорошо, что у омег в течку высокая регенерация. Шершавый мокрый язык проходиться по шее, стирает кровь. Омега под ним никак не реагирует. Утомился маленький. В голове красным замигала надпись – «Надо покормить, помыть». Инстинкты давали о себе знать. Альфа начал доставать член, малыш вздрогнул. Он успокаивающе погладил бедро и чмокнул ушко – Спи милый. Оставлять зайчика одного не хотелось, но он нуждался в уходе. В гостиной нашелся плед. Мягкая ткань накрывает успевшего свернуться от холода мальчика. Сейчас малыш ещё больше напоминал жемчужину в ракушке. Рома уходит в душ. Смывать запах пары не хотелось, но пот и сперма приносили огромный дискомфорт. Замороженная курица отправляется в духовку, в след за картошкой. Пока еда выпекается, альфа несёт мальчика в тёплую ванну. Голубые глаза нехотя открываются. - Доброе утро. - Доброе – голос хрипло разносится по комнате. - Ты сорвал голос малыш. Сделать тебе чай? - Да давай – Рома подносит к лицу бледную ладошку и оставляет поцелуй. - Хорошо. Сам справишься или тебе помочь. - Справлюсь – принимать помощь было непривычно и почему-то стыдно. - Я скоро вернусь – альфа покидает его, в комнате неожиданно стало одиноко. Внутренний омега скулил и требовал больше внимания пары. Антон пресёк его, в конце концов он не ребёнок чтобы ему помогали мыться. На глазах появляются предательские слёзы. В комнату Рома возвращается с чаем, салатом и горячим. Мысль, что он сам накормит своего омегу греет его изнутри. В ванне подозрительно тихо. Альфа находит мальчика плачущим. Тот прижал ножки к груди и тихо всхлипывал. - Что случилось? – Рома садиться на колени и приобнимет пару за плечи – тебе больно? Я сделал что-то ни так? Зайчик, ответь мне. На него смотрят красными глазками – я помылся сам. - Ммм, молодец – отвечает шатен сконфужено – И? - А я хочу, чтобы ты меня помыл. - Но ты сказал, что помоешься сам. - Я знаю – срывается омега и плачет еще больше. До шатена наконец доходит суть проблемы – хочешь я тебя помою. - Я уже чистый – сквозь истерику не особо можно было разобрать слова, но смысл вполне был понятен. - А я всё равно тебя помою – сквозь улыбку говорит парень. Перепады настроения его пары, когда-нибудь сведут его в могилу - твой альфа за тобой поухаживает. Ну соглашайся – поцелуй в плечо – Я и сам очень хотел тебе помочь, просто решил дать личного пространства. Омега обнимает его мокрыми руками – давай. Рома раздевается и заходит в ванную. Руки нежно проходятся по коже, ласкают измученного сексом мальчика. Вязкая полупрозрачная зелёная жидкость льётся на соски, малыш жмурится. Гель для душа приятно холодит кожу. В комнату врывается яблочный аромат. К слову любимый запах омеги. Пальцы начинают размыливать гель по груди, иногда как бы невзначай задевая сосочки. Зайчик от этого закусывает губу и подаётся вперёд. Прикосновений так мало, хочется больше. Хочется альфу в себя. Рома переходит на шею и массирует загривок. Пальцы умело проходятся по самым чувствительным точкам. Это будит новую волну течки, колечко начинает сжиматься, выделяя смазку. Воздух наполняется феромоном, что даёт зелёный сигнал для альфы. Руки опускаются ниже, проходится массажем по спине, сжимают попку. Палец скользит между половинками, поглаживает уже мокрое колечко. Но внутрь не скользит, только дразнит. Клыки прикусывают ключицу – войди в меня. - Нет малыш, я обещал тебя помыть – альфе захотелось поиграть. Омега кивает на вставший Ромин член – помоешь изнутри. - Хах - Шатен наклоняется и впивается в губы. Руки оставляют синяки, когда подкидывают мальчика. Антон оплетает его и зарывается руками в волосы. Блондин стонет от толчка. Головка растягивает мышцы, задевает чувствительные стенки. - Сильнее альфааа… Аах… - слова срываются в стоны, Рома натягивает его до самых яиц. Бёдра движутся с огромной силой. Шатен впервые так грубо берёт мальчика. Тоша впивается в плечи и наклоняет голову. Его приглашение с удовольствием принимают. Зубы впиваются в оголённый участок. Спина болезненно потирается о стену, толчки жестко отдаются в животе. Но эта боль приносит такое волшебное удовольствие, что Тоша натурально урчит. Когда оргазм их настигает, Рома выскальзывает из него, не давая образоваться узлу внутри. Омега хнычет и старается насадиться обратно. - Верни - Тебе надо поесть. - П-пожалуйста…. - Поешь и я покатаю тебя на узле – белую макушку нежно целуют. Своего малыша Рома выносит на ручках в полотенце. Обтирает на кроватке и переодевает в чистое. Альфа уходит погреть еду. Когда возвращается Тоша лежит в гнезде, уткнувшись в ткань – тут наш аромат, это так классно. Готов вдыхать его вечно. - Жемчужинка, держи чай. - Жемчужинка? - В гнезде ты как в ракушке. Мой белоснежный мальчик. - Эм, спасибо. Наверное… Сидеть в гнезде и кормить пару – это оказывается так приятно. Зайчик первое время пытается отбиться от помощи волка. Но в итоге сдаётся, и позволяет покормить с ложечки. Малыш заливается краской от такого внимания и отводит глаза. Губы накрывают красную щеку – я твой альфа, не надо стесняться. Мне приятно за тобой ухаживать. Омега забирает столовый предмет из рук. Рома не успевает возмутится, как зайчик сам протягивает ему еду. Ложка зависает в сантиметрах от губ. Отказаться от этого невозможно. Они так и сидят в обнимку, кормя друг друга и мило посмеиваясь. Пока Тоша не начинает снова течь и не кидается на Рому.